Обычные дни на корабле Злыдня

Челнок приземлился в ангаре ровно в шесть вечера, как и обещал дозор. Мэри вышла на холодный металлический пол, сжимая в одной руке контейнер с маминой выпечкой, а другой придерживая сумку, из которой торчал край рисунка Стива. Ангар встретил её привычным гулом. Где-то вдалеке работали двигатели, перекликались дозоры, пахло маслом и озоном. - Доктор Эванс? - тот самый молчаливый дозор, который вёз её на планету - вопросительно склонил голову. - Всё в порядке? - Да, - Мэри улыбнулась. Улыбка вышла усталой, но искренней. - Всё хорошо. Спасибо, что доставили. - Работа такая, - пожал плечами дозор и отвернулся к пульту управления. Мэри пошла по коридору. Корабль встретил её привычным гулом механизмов, запахом антисептика и металла. Раньше этот запах казался ей чужим - напоминанием о том, что она здесь не своя. Сейчас... сейчас она вдохнула полной грудью и почувствовала странное облегчение. Странно... - подумала Мэри, шагая по длинному коридору к своей комнате. - Когда я улетала, я боялась, что не захочу возвращаться. Что дом покажется мне слишком тёплым, а корабль слишком холодным. А теперь... я рада, что вернулась. Она не могла объяснить этого чувства. Может быть, дело было в родителях, которые не отвернулись от неё. Или в Стиве, который снова обнимал её так, будто она никогда не уезжала. Или в отце, который сказал: «Ты нашла своё место». -Моё место, - повторила про себя Мэри. - Интересно, где оно на самом деле? Она вошла в свою комнату, закрыла дверь, подошла к кровати, осторожно положила сумку и достала бумажку от Стива. На ней было нарисовано два человечка: один маленький, с торчащими волосами, и один большой, в чём-то белом, похожем на халат. Между ними огромное сердце. Подпись внизу: «Я и ты. Приезжай скорее. Я по тебе скучаю. Только не говори Джессике, что я это написал». Мэри рассмеялась - тихо, сквозь слёзы. - Хитрый маленький негодник, - прошептала она, прижимая рисунок к груди. Она решила повесить его на стену - прямо над кроватью. Чтобы видеть каждое утро, когда просыпается. Убрав вещи, Мэри села на кровать и вдруг почувствовала, как усталость наваливается на неё. Дорога. Переживания. Она легла, не раздеваясь, и провалилась в сон без сновидений. Прозвенел будильник. Она села на кровати, потёрла глаза и посмотрела на рисунок Стива. - Доброе утро, - сказала она ему шёпотом. Сегодня был рабочий день. Мэри умылась, зачесала волосы в хвост, надела белый халат. В зеркале на неё смотрела всё та же Мэри, что и неделю назад. Но что-то изменилось. Взгляд стал спокойнее. Плечи ровнее. - Ты справилась, - сказала она себе. - Ты съездила домой, помогла отцу, помирилась с семьёй. Теперь можно работать спокойно. Она вышла из комнаты и направилась в ресторанный дворик. Есть не хотелось, но кофе был необходим. - Мэри! - Тед подскочил к ней едва ли не в прыжке. - Ты вернулась! - Я же говорила, что возьму выходные, - улыбнулась Мэри. Зная, что Тед часто забывает, соврала, что сообщала ему об этом. - А, ну да. - Тед почесал затылок. - Просто мы все переживали. Думали, может, ты заболела или что. - Всё в порядке. Просто ездила домой. - Домой? - глаза Теда расширились. - На планету? Ты так быстро получила разрешение? - Командир разрешил, - коротко ответила Мэри, не вдаваясь в подробности. - Ого, - Тед присвистнул. - Ну и дела у вас с командиром... - Что ты хочешь сказать? - насторожилась Мэри. - Ничего, ничего, - Тед поднял руки в примирительном жесте. - Просто... Обычно, так быстро разрешение съездить домой не одобряются. А тут Командир так быстро связался с Лордом Злыднем, чтобы тебя пустили домой... Мэри задумалась. Действительно. Почему он разрешил? Она вспомнила, как Гляделкинс стоял в дверях информационного центра, читал письмо, потом сказал: «Я ничего не разрешаю. Я просто... не буду вам мешать». И пожелал вернуться. -Странный он, - подумала Мэри. - Но... хороший. - Ладно, Тед, мне пора в медблок, - сказала она. - Отчёты ждут. - Давай, труженица, - Тед махнул рукой. - Если что, я в столовой до обеда. *** Через три дня после возвращения Мэри получила письмо. Она шла в медблок, когда её перехватил дозор из информационного центра. - Доктор Эванс? Вам письмо, - он протянул небольшой конверт. - С планеты. Мэри взяла конверт. Почерк был не мамин - неровный, торопливый, с кляксами. Джессика. Сердце кольнуло. Она отошла к стене, разорвала конверт. *Письмо* Мэри, привет. Я надеюсь, ты долетела нормально. У нас тут всё по-старому. Мама возится в саду, папа восстанавливается, ходит уже лучше. Стив ходит в школу и всё время рисует - наверное, в тебя. Я подумала о нашем разговоре. Знаешь, я не хотела тебя давить. Просто... тяжело, когда ты одна. Ты не представляешь, как тяжело. Я нашла одну подработку - в кафе, но там платят копейки. Не хватает даже на еду. Я не знаю, что делать. Пит ушёл окончательно, сказал, что я слишком много прошу. А я просто хотела, чтобы у нас всё было как у людей. Может быть, ты могла бы прислать немного? Не много. На первое время. Я верну, честное слово. Как только устроюсь нормально. Не говори маме, ладно? Она расстроится. У неё и так забот хватает. Целую, твоя сестра Джессика. *** Мэри перечитала письмо три раза. Пит ушёл. Работы нет. Денег нет. Она представила Джессику одну в пустой квартире. Ту самую Джессику, которая всегда была громкой, уверенной, окружённой друзьями и поклонниками. Ту, которая никогда не жаловалась. - Бедная Джесс, - прошептала Мэри. Она спрятала письмо в карман и пошла в медблок. Весь день мысли крутились вокруг одного: Как я могу помочь сестре? Вечером, вернувшись в комнату, Мэри достала свой блокнот с расходами. Она записывала каждую потраченную монету. Зарплата на корабле была хорошей, но большую часть она отдала родителям, особенно для лечения отца. Оставалось немного - на личные расходы, на непредвиденные случаи. - Я могу отправить половину, - решила она. - Или две трети. Я же почти ничего не трачу. А Джессика сейчас нуждается. Она взяла ручку и написала ответ. *** «Джессика, я постараюсь помочь. Вот большая часть оставшихся мои накоплений. Целую, Мэри». Она запечатала конверт и понесла в информационный центр. По дороге она думала о том, что, может быть, теперь их отношения с Джессикой станут лучше. Может быть, сестра наконец увидит, что Мэри не враг, а союзник. Она не знала, что это письмо станет первым из многих. И что каждая следующая просьба будет чуть больше предыдущей. Письмо от Джессики пришло через десять дней. Мэри открыла его с лёгким сердцем - она ждала благодарности. *** «Мэри, спасибо за перевод. Ты меня очень выручила. Только, понимаешь... денег хватило ненадолго. Продукты подорожали, коммуналка выросла. Я не знаю, что делать. Может быть, ты сможешь прислать ещё? Хотя бы немного. Я очень тебя прошу. Пожалуйста, не отказывай мне. Ты моя единственная надежда. Твоя сестра, Джессика». *** Мэри отложила конверт с письмом - После работы сразу же разберусь. Рабочий день закончился. Уже в комнате Мэри опять приготовила деньги для сестры. Она взяла ручку и написала ответ. *** «Джессика, отправляю тебе еще немного денег. Целую, Мэри». Через неделю приходит еще письмо от сестры : *** «Мэри, спасибо за перевод. Ты меня очень выручила. Только, понимаешь... денег хватило ненадолго. Продукты подорожали, коммуналка выросла. Я не знаю, что делать. Может быть, ты сможешь прислать ещё? Хотя бы немного. Я очень тебя прошу! Твоя сестра, Джессика». *** Мэри перечитала письмо дважды. Она достала блокнот с расходами. После перевода пяти тысяч у неё оставалось ещё немного. Не так много, как хотелось бы, но... -Я могу отправить ещё три, - решила она. Она сидела над блокнотом и пересчитывала цифры снова и снова. Пять тысяч - Джессике. Три тысячи - Джессике. Ещё четыре - Джессике. Итого: двенадцать тысяч за полтора месяца. Это была почти вся её зарплата, которая оставалась после того как она отправляла родителям. Она взяла ручку и написала Джессике: «Джесс, у меня не так много осталось. Я помогу, но, может быть, ты найдёшь работу с большей зарплатой? Или поговоришь с мамой? Они могли бы...» Она не дописала. Зачеркнула. -Нельзя просить её просить у мамы, - подумала Мэри. - Мама и так переживает. Не нужно её грузить. Она написала короче: «Постараюсь выслать на следующей неделе.». *** Однажды Командующий Гляделкинс зашёл в медблок с официальным визитом проверки. Мэри сидела за столом, склонившись над бумагами. Она не слышала, как он вошёл. - Доктор Мэри? - позвал он. Она вздрогнула, подняла голову. Глаз красный, под ним залегла тень. - Командир? - голос сел. Она откашлялась. - Простите, не заметила. Гляделкинс подошёл ближе. - Вы бледнее обычного, - сказал он. - И худеете. Я заметил ещё неделю назад, но думал, пройдёт. Мэри опустила глаза. - Всё в порядке. Просто... - Что «просто»? - Гляделкинс сел на стул напротив. - Доктор, я не спрашиваю как командир. Я спрашиваю как... к-коллега. Мэри подняла на него взгляд. - Вы не поймёте, - тихо сказала она. - Попробуйте, - ответил Гляделкинс. И тогда Мэри рассказала. Не всё. Не про угрозы сестры сорваться. Не про письма, которые приходили каждую неделю с новой просьбой. Но про то, что сестра осталась без работы, что денег не хватает, что она, Мэри, пытается помочь, но чувствует, что тонет. - Я не знаю, что делать, - закончила она. - Если я перестану помогать, она... она может сорваться. - Сорваться? - переспросил Гляделкинс. - В каком смысле? Мэри отвела взгляд. - В плохом, - сказала она. Гляделкинс молчал несколько секунд. Потом сказал: - Доктор Мэри, вы хороший врач. И хороший человек. Но вы не обязаны спасать всех. Иногда... иногда человек должен сам найти выход. - Она моя сестра, - прошептала Мэри. - Я понимаю. - Гляделкинс встал. - Но подумайте: если вы упадёте - кто поможет вашим родителям? Кто поможет вам? Он направился к двери. - Я не говорю, что нужно бросить её, - сказал он на пороге. - Я говорю, что иногда помогать - значит не давать деньги, а давать возможность стать самостоятельной. Он вышел. Мэри осталась сидеть, уставившись в стену. Его слова застряли в голове, как заноза. Не давать деньги, а давать возможность стать самостоятельной. Но как? Она не знала. Гляделкинс вышел из медблока и остановился в коридоре.Он прислонился к стене, снял шлем и провёл рукой по лицу. Разговор с Мэри выбил его из колеи. Он привык иметь дело с отчётами, планами захвата, дисциплиной дозоров. Но с этим... с этим он не знал, что делать. Она тает на глазах, - подумал он. - И ничего не говорит. Он вспомнил её лицо, её глаз - красный, с синяками. Как она сжимала ручку, когда говорила о сестре. Как голос дрожал на словах «она может сорваться». - Что за чушь, - пробормотал Гляделкинс себе под нос. - Сорваться в двадцать с лишним лет, имея дом с родителями которые могли бы тоже помочь, хотя бы с жильем? Он надел шлем и быстрым шагом направился в глубь коридора прямиком в комнату Лорда Злыдня. Лорд Злыдень сидел в кресле и листал что-то на планшете - впервые за долгое время не играл. - Гляделкинс? - он поднял голову. - Ты чего такой хмурый? Более хмурый чем обычно... - Милорд, - командир вытянулся по стойке смирно. - У меня есть... эм... личный вопрос. - Личный? - Злыдень отложил планшет. - Это интересно. Выкладывай. - Наш новый врач, Мэри Эванс. Её семья... там проблемы. Она переводит им почти всю зарплату, а сама... - А сама худеет и не спит? - закончил за него Злыдень. Гляделкинс удивлённо посмотрел на него. - Я не слепой, - усмехнулся Злыдень. - Я, может, и играю иногда, но на корабле всё вижу и все слышу. Девчонка тает на глазах. И ты переживаешь. - Я не переживаю, - слишком быстро сказал Гляделкинс. - Я п-просто... как командир, отвечаю за эффективность подчинённых. Если врач будет истощён, он не сможет качественно работать. - Конечно-конечно, - Злыдень хитро прищурился. - Только ради эффективности. Гляделкинс промолчал. - Ладно, - Злыдень встал. - Что ты предлагаешь? - Я не знаю, - признался Гляделкинс. - Но она не справляется одна. И отрицает наличие проблемы. Злыдень задумался. - Есть один вариант, - сказал он медленно. - Я могу официально повысить ей зарплату. Скажем... в полтора раза. Как главному врачу корабля. Она и так получала зарплату на уровне обычного дозора. Так как надо было убедиться, что этот доктор останется у нас на долго. Гляделкинс выдохнул. - Но, - поднял палец Злыдень, - ты скажешь ей, что это из-за того, что она хорошо работает. А не потому, что ты попросил. - Конечно, милорд. - И ещё, - Злыдень усмехнулся, - когда она спросит, откуда такая щедрость, скажешь, что это я заметил её старания. А не ты. Гляделкинс кивнул. - Спасибо, милорд. - Не благодари, - Злыдень махнул рукой. - Просто... проследи, чтобы она не загнала себя в гроб. Хороший врач на вес золота. А нам еще дальше покорять галактики! На следующий день Гляделкинс снова зашёл в медблок. Мэри сидела над отчётами, но он заметил, что она не пишет - просто смотрит в одну точку. - Доктор Мэри, - окликнул он. Она вздрогнула, подняла голову. - Командир? Что-то случилось? - Случилось, - он подошёл к столу и положил перед ней бумагу. - Лорд Злыдень подписал приказ о вашем повышении. Мэри уставилась на бумагу, не веря своим глазам. - Повышение? - переспросила она. - Но я здесь всего несколько месяцев... - Он доволен вашей работой, - сухо сказал Гляделкинс, повторяя заученную фразу. - Отчёты в порядке, пациенты довольны, медбратья вас хвалят. Это заслуженно. Мэри прочитала приказ. Зарплата увеличивалась в полтора раза. - Я... я не знаю, что сказать, - прошептала она. - Можете сказать «спасибо», - Гляделкинс отвернулся, чтобы она не видела его лица. - И продолжайте работать так же хорошо. Он направился к выходу, но на пороге остановился. - Доктор Мэри, - сказал он, не оборачиваясь. - Вы не обязаны спасать всех. Но иногда... иногда помощь приходит оттуда, откуда не ждёшь. Он вышел.Мэри осталась сидеть, сжимая бумагу в руках. - Повышение, - думала она. - Теперь я смогу отправлять Джессике больше. И родителям. И себе что-то оставить. Но почему-то на душе было нелегко. Она посмотрела на дверь, за которой скрылся Гляделкинс. -Почему он так добр ко мне? - подумала она. - И почему я чувствую, что это не просто из-за работы? Через неделю после повышения Мэри получила посылку. Не письмо - настоящую посылку, коробку, перевязанную бечёвкой. На ней детским почерком было написано: «Для мЭрИ. ОчЕнь важнА!!!». Мэри открыла её в своей комнате. Внутри лежали рисунки. Много рисунков. Стив рисовал всё, что видел: пекарню, маму за поливом цветов, папу с тростью, себя за партой. И один рисунок, который заставил Мэри замереть. На нём были две фигуры. Одна большая, в ярком платье, с накрашенными губами - Джессика. Вторая маленькая, в белом халате - Мэри. Между ними - чёрная туча, из которой шёл дождь. А снизу подпись: «Джессика врёт». Мэри смотрела на рисунок и не могла отвести глаз. - Что это значит? - прошептала она. Она перевернула рисунок. На обратной стороне маминым почерком было написано: «Мери, я не знаю, что происходит между тобой и Джессикой, но Стив говорит, что она часто рассказывает друзьям на улице, что ты ей мало помогаешь. Пожалуйста, скажи мне правду. Мы волнуемся. Мама». Мэри прижала рисунок к груди. Они знают, - подумала она. - Не всё, но знают. В тот же вечер Мэри смогла поймать связь, так как корабль Злыдня находился временно на соседней планете по причине визита. Девушка набрала номер мамы и позвонила. Почти сразу мама взяла трубку. - Мэри! - голос мамы был взволнованным. - Ты получила посылку? - Да, мам. Стив... он нарисовал... - Я знаю, - мама вздохнула. - Я не хотела тебе говорить, но Стив прибежал ко мне и сказал: «Мама, Джессика обижает Мэри». Я сначала не поверила, но потом... - Что потом? - Я слышала, как она разговаривала с кем-то по телефону, - мама понизила голос. - Она смеялась и говорила: «Мэри купится на что угодно, ей лишь бы чувствовать себя нужной». Мэри почувствовала, как земля уходит из-под ног. - Что? - Я не хотела тебе говорить, потому что думала - может, показалось, - продолжала мама. - Но потом рисунок Стива... он же никогда не врёт. Дети видят правду. - Мам, я не понимаю... - голос Мэри дрожал. - Мэри, сколько денег ты ей отправила? - прямо спросила мама. Мэри молчала. - Я знаю, что отправляла, - мягко сказала мама. - Джессика живет одна и не работает, но постоянно бывает в дорогих ресторанах и закупается новыми вещами. - Я хотела помочь... - Ты хотела помочь, а она тебя использовала, - голос мамы стал твёрже. - Мэри, Джессика никогда не работала. Ни дня в своей жизни. Она живёт за счёт парней, а когда парни уходят - за счёт тех, кто её жалеет. - Но она говорила, что уборщицей работает... - Не работает она, - отрезала мама. - Мэри, она тебя обманывает. Мэри закрыла глаза. В голове всё смешалось. - Я не знаю, что делать, - прошептала она. - Для начала - перестать отправлять ей деньги, - сказала мама. - А потом... потом мы сами с ней поговорим. Ты не одна, Мэри. У тебя есть мы. Мэри кивнула, хотя мама не видела. - Я люблю тебя, мам. Передавай привет отцу и Стиву - сказала она. - И я тебя люблю, дочка. Передам. Держись. Мы всё решим. *** Корабль Лорда Злыдня приземлился на главной площади Глазамиса ровно в полдень. Сегодня официальный визит на эту планету. Мэри стояла у трапа в своём белом халате - сегодня она была не просто дочерью пекаря, а официальным врачом делегации. Лорд Злыдень важно вышагивал впереди, Гляделкинс шагал следом, а за ними - десяток дозоров. - Доктор Эванс, - сказал Гляделкинс, поравнявшись с ней. - Вы свободны до вечера. Можете навестить семью. - Спасибо, командир, - кивнула Мэри. Она успела пройти всего два квартала, когда дорогу ей преградила компания. Джессика и пятеро её друзей - трое парней, две девушки. Они сидели на скамейке, пили что-то из банок, громко смеялись. - Мэри! - Джессика вскочила. - А вот и наша спасительница! - Джесс, у меня мало времени... - У всех мало времени, - Джессика подошла ближе. - Я хотела сказать - спасибо за последний перевод. Только маловато будет. - Это всё, что у меня было, - сказала Мэри. - Врёшь, - Джессика улыбнулась, но глаза оставались холодными. - Я трачу на родителей. А большую часть на лечение отца... - А на меня? - голос Джессика повысился. - На меня ты тратить не хочешь? - Я хочу, чтобы ты работала, - твёрдо сказала Мэри. - Как все. Тишина. Джессика посмотрела на неё долгим взглядом. - Что ты сказала? - переспросила она. - Я сказала - найди работу, - повторила Мэри. - Я знаю, что ты не работаешь. Мама мне всё рассказала. Джессика ударила её. Сначала в лицо - кулаком в нос. Мэри отшатнулась, закрывая лицо руками. Кровь хлынула между пальцев. - Джесс! - крикнул кто-то из компании. - Не лезь! - Джессика ударила снова - в плечо, потом в грудь. Мэри упала на колени. - Встань, - потребовала Джессика. - Я... не могу... - прохрипела Мэри. - Встань, я сказала! Она пнула Мэри в живот. Та согнулась, выплёвывая воздух. - Встань! Ещё один пинок - в спину. - Хватит! - девушка из компании схватила Джессику за руку. - Хватит, Джесс! Она уже не встанет! - Она притворяется, - отмахнулась Джессика, но остановилась. Мэри лежала на земле, скорчившись. Из носа текла кровь, халат был в пыли и пятнах. - Посмотри на себя, - Джессика наклонилась, схватив Мэри за волосы и заставив поднять голову. - Жалкая. Ты думаешь, что ты врач? Ты - никто. Ты просто девчонка, которая сбежала от семьи и теперь пытается откупиться деньгами. - Я не... - прошептала Мэри. - Молчи, - Джессика отпустила её. - Я скажу, что делать. Ты переводишь мне половину зарплаты каждый месяц. И никому не рассказываешь про этот разговор. Если расскажешь - я скажу всем, что ты набросилась на меня с кулаками. И друзья подтвердят. Она оглянулась на компанию. Все закивали. - Мы всё видели, - сказал один из парней. - Ты первая напала. - Слышали? - Джессика улыбнулась. - У меня есть свидетели. Она выпрямилась, поправила пальто. - В следующем месяце жду перевод. Не подведи. Она ушла. Компания потянулась за ней. Мэри осталась лежать на земле. *** Мэри лежала на земле и не могла пошевелиться. Боль была везде - в груди, в спине, в лице. Она слышала, как где-то далеко смеётся компания Джессики. Они уходили, но не торопились - громкие, уверенные, победители. Надо встать, - снова подумала Мэри. - Надо... Она попыталась приподняться - и провалилась обратно. - ...точно говорю, надо было взять энчилады! - Тед, если ты ещё раз скажешь про энчилады, я засуну твою голову в одно место. - А что такого? Они вкусные. Мэри открыла глаза. Из-за угла вышли четверо дозоров. Тед, Лас, Пит и Саймон. Они спорили о чём-то и не смотрели под ноги. - Эй, - Пит остановился первым. - Там кто-то лежит. - Может, местный алкаш, - предположил Лас. - В белом халате? - Саймон прищурился. - Похоже на... - Мисс Мэри?! - Тед рванул вперёд быстрее всех. Он опустился на колени рядом с ней. - Доктор! Вы меня слышите? - Тед... - прошептала Мэри. - Тихо... голова болит... - Кто вас? - Тед оглянулся на остальных. - Ребята, она вся в крови! - Не ори, - Лас подошёл и осмотрел её. - У неё нос как будто сломан. И рёбра, возможно. - Откуда ты знаешь? - спросил Пит. - Я же говорил - передачу смотрел. - Ты ничего не смотрел. - Ладно, хватит! - Саймон подошёл с другой стороны. - Надо отвести её на корабль. - А как же кафе? - спросил Тед. Все посмотрели на него. - Ты серьёзно? - спросил Лас. - Ну... мы же сбежали ради этого... - Тед, - Пит вздохнул. - Доктор Мэри лежит в крови. Кафе подождёт. - Ладно-ладно! Я просто спросил! Они осторожно подняли Мэри. - Осторожнее, - сказал Лас. - У неё может быть сотрясение. - Откуда ты... - начал Пит. - Заткнись, - перебил Лас. Они шли к площади. Мэри почти не чувствовала ног - только опиралась на плечи дозоров. - Доктор Мэри, - Тед заглянул ей в лицо. - Кто это сделал? - Неважно, - прошептала она. - Важно, - сказал Лас. - Нападение на врача корабля - это серьёзно. - Я не хочу... - Мэри запнулась. - Не хочу, чтобы ей было хуже. - Ей? - переспросил Пит. - Это женщина? Мэри промолчала. - Доктор, - Саймон посмотрел на неё. - Если кто-то поднимает на вас руку - вы имеете право защищаться. - Это моя сестра, - тихо сказала Мэри. Дозоры переглянулись. - У меня тоже есть сестра, - сказал Пит после паузы. - Она меня бесит. Но бить - это перебор. - Не все семьи как у тебя, - вздохнул Лас. - Моя семья нормальная. Просто сестра - дура. - Пит, - Тед толкнул его. - Не сейчас. - Извините, - Пит замолчал. Они вышли на площадь. Корабль был уже виден. - Нас заметят, - сказал Саймон. - Что скажем? - Скажем правду, - ответил Лас. - Нашли доктора в переулке. Не знаем, что случилось. - А если спросят, почему мы там были? - Скажем, что патрулировали, - усмехнулся Пит. - Командир не поверит, но хотя бы не убьёт. - Оптимист, - буркнул Лас. Мэри не помнила, как они дошли до корабля. - Доктор, вы как? - Тед заглянул ей в лицо. - Вы очень бледная. - Жива, - прошептала Мэри. - Спасибо вам. - Не за что, - Лас оглянулся по сторонам. - Нас никто не видел? Командир? - Вроде нет, - Пит посмотрел на трап. - Дозоры у входа не обратили внимания. - Повезло, - вздохнул Саймон. - Давайте, поможем ей дойти до комнаты. Они осторожно провели Мэри по коридору. Ноги почти не слушались - каждый шаг отдавался болью в рёбрах. Тед поддерживал её за локоть. - Врача бы, - сказал Лас. - Я и есть врач, - слабо улыбнулась Мэри. - Себя лечить труднее, - заметил Саймон. Они дошли до двери её комнаты. Лас открыл дверь. -Вы точно сможете помочь себе без посторонней помощи? - спросил Тед. - Да, - Мэри кивнула. - Я... я отдохну немного. - Если что - зовите, - сказал Пит. - Мы в ресторанном дворике. Отойдём от пережитого. Сбежали всё-таки с работы не зря... - Только командиру ни слова, - добавил Лас. - Обещаю, - прошептала Мэри. Дверь закрылась. Она прислонилась к стене и медленно сползла на пол. -Надо обработать раны, - подумала она. - Надо... Но сил не было. ***Ресторанный дворик*** Тед, Лас, Пит и Саймон сидели за дальним столиком, подальше от других дозоров. - Ну и денёк, - Пит откинулся на спинку стула. - Пошли в кафе, а нашли доктора в крови. - Это её сестра, - тихо сказал Тед. - Она сказала. - Да слышали, - Лас помрачнел. - Уродка, конечно. - Не выражайся, - одёрнул его Саймон. - А что? Если бы это была моя сестра, я бы... - Что бы ты сделал? - перебил Пит. - Ты бы ничего не сделал. Потому что это семейное. - Семейное? - Тед повысил голос. - Избивать родную сестру - это не «семейное». Это преступление. - Тише, - Саймон оглянулся. - Услышит кто. - А пусть слышат, - Тед не унимался. - Доктор Мэри хороший человек. Она нам помогала. А её сестра - тварь. - Тед, - Лас положил руку ему на плечо. - Мы все согласны. Но давай без лишних ушей. Тед замолчал, но всё равно бурчал себе под нос. - Как думаете, командир заметит? - спросил Пит. - Он не слепой, - ответил Саймон. - Но доктор Мэри умеет прятать. - А что, если он спросит? - Тед посмотрел на остальных. - Что мы скажем? - Скажем, что не знаем, - пожал плечами Лас. - Мы вообще не видели доктора. Мы были в кафе. - Ага, в закрытом кафе, - усмехнулся Пит. - Ладно, придумаем что-нибудь. Они не заметили, что в дверях ресторанного дворика стоит фигура. Гляделкинс. Он зашёл за кофе, но услышал своё имя и остановился. А потом услышал остальное. «Доктор Мэри... кровь...» Он замер, сжимая кружку в руке. -Что они сказали? - подумал он. - Что случилось с Мисс Мэри ? Он сделал шаг назад, не желая, чтобы его заметили. Когда? Где? Почему я не знаю? Он вышел из ресторанного дворика и быстро направился в медблок. Медблок был пуст. Гляделкинс зашёл внутрь, огляделся. Никого. Стол Мэри был завален бумагами, но её самой не было. - Доктор Эванс? - позвал он. Тишина. Он проверил палаты. Пусто. Проверил подсобку. Пусто. - Где же ты? - пробормотал он себе под нос. Он вышел в коридор и задумался. Если она не в медблоке... может быть, в своей комнате? Он направился в жилой отсек. Добежав до жилого отсека где находилась комната Мэри, Гляделкинс постучал. - Доктор Эванс? Ничего. Он постучал громче. - Доктор Мэри? Вы там? Тишина. Потом - слабый звук. Что-то упало. - Доктор Эванс, я открываю! Он нажал на ручку двери, и зашёл в комнату. Гляделкинс замер. Мэри сидела на полу, прислонившись спиной к кровати. Лицо было в крови - нос распух, губа разбита, под глазом наливался синяк. Белый халат превратился в грязную тряпку. В руках она держала ватку со спиртом, но руки дрожали так сильно, что она не могла поднести её к лицу. - Командир? - прошептала она, увидев его. - Вы... как вы... - Неважно, - он опустился на колени рядом с ней. - Что случилось? - Я... упала... - Не лгите мне, - голос его был тихим, но твёрдым. - Я слышал разговор дозоров. -Ваша сестра постаралась? Мэри опустила голову. - Она не такая, - прошептала она. - Она просто... разозлилась. Я сказала, что не буду больше давать деньги. А она... - А она ударила вас, - закончил Гляделкинс. - Это первый раз? Мэри кивнула. - Я не ожидала что она так поступит. - Сегодня она показала, кто она на самом деле, - сказал Гляделкинс. Он посмотрел на её лицо. На разбитую губу. На кровь, запёкшуюся на подбородке. - Вставайте, - сказал он. - Я отведу вас в медблок. - Я сама... - Это не просьба, - он взял её за здоровую руку и помог подняться. - Вы уже не можете идти одна. Мэри покачнулась. Гляделкинс поддержал её за плечо. - Осторожно, - сказал он. - Ступайте медленно. Они вышли в коридор. *** Медбратья - двое молодых парней - ахнули, когда увидели Мэри. - Доктор Эванс! Что... - Помогите ей, - коротко сказал Гляделкинс. - Нужно обработать раны. Проверить, нет ли переломов. - Да, командир. Медбратья помогли девушке сесть на кушетку. - Снимите халат, - сказал один из медбратьев. - Нужно посмотреть, что под ним. Мэри послушалась. Халат упал на пол. Остался свитер - тёплый, домашний, тот самый, в котором она летала к родителям. - Свитер тоже нужно снять, - сказал медбрат. - Посмотреть рёбра и спину. Мэри попыталась снять его сама - и замерла от боли в запястье. - Я помогу, - медбрат шагнул вперёд. Гляделкинс стоял у стены и смотрел. Он знал, что это неправильно. Знал, что должен выйти. Но ноги не слушались. Под свитером оказался тонкий топик - чёрный, с тонкими бретелями. Мэри была худой - заметно худее, чем когда только пришла на корабль. Но это была не болезненная худоба. Гляделкинс заметил это сразу: её плечи - чёткие, с рельефом мышц. Руки - стройные, но не тонкие, с заметным тонусом. Ключицы - выразительные. Живот - плоский, с двумя вертикальными линиями по бокам - видимо Она занималась спортом. Не для соревнований, не для кубиков пресса - а потому что это было частью её жизни. Возможно на корабле после работы она так же продолжала занималась в спортзале. Но на этом сильном теле - синяки. Гляделкинс пересчитал их, сам не понимая зачем. Пять на рёбрах. Три на животе. Один на ключице - там, где, наверное, прилетело кулаком. Два на плечах - следы пальцев, там, где её хватали и трясли. И ссадины - на локтях, на предплечьях, на ладонях. Наверное, когда она падала, пыталась закрыться. Он смотрел на её руки - длинные пальцы, аккуратные ногти. Врачебные руки. Руки, которые спасали жизни. И теперь на них - красные пятна и царапины. Медбрат осторожно дотронулся до ребра. - Здесь больно? - Да, - прошептала Мэри. - Трещина. Возможно, не одна. Нужен снимок. Второй медбрат взялся за край топика, чтобы поднять его и осмотреть травмы за ним. Гляделкинс отвернулся. Он не мог смотреть. Не потому, что не хотел. А потому, что боялся: если он увидит ещё больше - он сделает что-то, о чём пожалеет. Например, прикажет арестовать Джессику прямо сейчас. - Я выйду, - сказал он и быстро вышел. В коридоре он прислонился к стене, закрыл глаза и провёл рукой по лицу. -Её тело.Она не выглядит совсем слабой, - подумал он. - Она могла бы защитить себя. Но не стала. Потому что это сестра. Он не знал, восхищаться ей или злиться на неё за такую глупость. *** Через пару часов он снова вошёл, Мэри уже была в больничной рубашке. Медбратья закончили обработку. - Командир, - сказал старший медбрат. - У доктора Эванс трещины в ребрах, растяжение запястья, ушибы мягких тканей. Ничего опасного для жизни. Но нужен покой. - Она получит его, - сказал Гляделкинс. Медбратья вышли. Гляделкинс сел на стул рядом с кушеткой. - Доктор Мэри, - сказал он после долгой паузы. - Я должен спросить… вы хотите, чтобы я арестовал вашу сестру? - Нет, - твёрдо сказала Мэри. - Пожалуйста, нет. - Почему? - Потому что она моя сестра, - Мэри опустила глаза. - Я не хочу, чтобы ей было хуже. Гляделкинс посмотрел на неё. На разбитую губу. На синяк под глазом. На повязку на запястье. - Вы думаете о ней. А кто думает о вас? - спросил он тихо. Мэри подняла голову. - Вы, - тихо сказала она. - Сегодня именно вы. Гляделкинс замер. - Я… я командир, - сказал он, отводя взгляд. - Я отвечаю за своих людей. - Я знаю, - Мэри улыбнулась. Улыбка вышла слабой - из-за разбитой губы, из-за усталости, из-за всего сразу. Но искренней. - Спасибо. Он кивнул и встал. - Отдыхайте, - сказал он. - Завтра отчёты подождут. - Командир, - окликнула она. Он остановился, не оборачиваясь. - Не наказывайте дозоров, - сказала она. - Они сбежали с работы, но они помогли мне. - Я знаю, - он кивнул. - Я подумаю. Он сделал шаг к выходу, но на пороге замер. Повисла тишина. Мэри смотрела на его спину, на то, как напряжены его плечи под формой. - Доктор Мэри, - сказал он наконец, не оборачиваясь. Голос был тише обычного, почти неуверенным. - То, что вы занимаетесь спортом… это хорошо. - Что? - не поняла Мэри. - Сильное тело помогает восстанавливаться быстрее, - добавил он, будто объяснял прописную истину. - Откуда вы знаете, что я занимаюсь? - спросила Мэри, удивлённая. Гляделкинс замешкался. Она видела, как напряглись его плечи ещё сильнее. - Я… я видел, - сказал он. - Когда медбратья помогали вам. Не специально. Просто… я был в комнате. Мэри почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она опустила глаза на простыню, на свою руку в повязке. - Я поняла, - тихо сказала она. Гляделкинс вышел. Быстро. Слишком быстро. В коридоре он прислонился к стене и выдохнул - шумно, как после долгого бега. -Ты командир, - сказал он себе. - Ты не должен был этого видеть. И не должен был говорить об этом. Но он видел. И сказал. И теперь не мог взять свои слова обратно. А в медблоке Мэри лежала на кушетке, смотрела в потолок и думала о том, что командир Гляделкинс - очень странный человек. «Сильное тело помогает восстанавливаться быстрее», - повторила она про себя и невольно улыбнулась. Несмотря на боль. Несмотря на синяки. Несмотря на всё, что случилось сегодня - она улыбнулась.