Love at the distance

      Следующие дни побрели в прежнем размеренном темпе. Он ходил на пары, помогал Бранвелл, переписывался с Магом. С Бейном общение вновь вернулось в русло «доброе утро/добрый вечер». Они здоровались друг с другом, а затем возвращались к своим делам. Будто и не возникало между ними тех двух странных дней. Со временем Алеку даже начало казаться, что и правда ничего не было. Что он все придумал. Однако, телефонный номер в сотовом доказывал обратное.       А еще тот разговор был слишком живой, чтобы оказаться фантазией. Точнее, та информация, что из него извлек Лайтвуд. На вопрос, встречаюсь ли я с кем-то, отвечу: да. Это не девушка, если тебе важно. Конечно важно, елки-палки! Теперь он знает, что живет рядом с человеком, с которым чисто теоретически есть шанс начать встречаться. Чисто теоретически.       «Почему это так важно для меня? — досадливо размышлял Алек, невидящим взглядом уставившись в работающих телевизор. На экране Леонардо Ди Каприо внедрял сыну энергетического магната идею, способную разрушить империю его отца. — Мне же не нравится Магнус».        Он знал, что это правда. Что это не ложь самому себе или попытки убедить себя в обратном. Закрывая глаза и представляя своего соседа, максимум, что он испытывал — легкое физическое влечение. Что вполне объяснимо — глупо спорить, тот чертовски красив. Даже Иззи однажды что-то подобное упомянула. И не один раз. Ну, а помимо животных чувств? Было что-то, да… Были вопросы и непонимание. Были «почему он так себя ведет?» и «а почему так веду себя я?». Но это что-то — абсолютное ничто при сравнении с тем, что Алек испытывал к Магу. А вот это уже было действительно тупо. У них с Магом нет будущего, у них, по сути, то и настоящего нет. Есть общение по телефону — все.       От отчаяния хотелось на стенку лезть. От невозможности прикоснуться к человеку, которого он даже не видел, хотелось выбить в своей квартире все окна. От жгучей боли в груди при мысли, что для Мага их связь ничего не значит… хотелось плакать. Ничего из этого он не делал.       Черт возьми, а он ведь по-прежнему не знает ориентации Мага. Да, тот отреагировал нормально на новость о том, что Алек — гей. Не обронил жесткое «мерзость» и не прекратил дружбу, но… Но это абсолютно ничего не значило. О себе друг так и не упомянул.       Изабель не упрощала жизни. Младшая сестра вновь начала навязывать своего знакомого бисексуального блондина старшему брату: посылала целую стопку фоток Тома по e-mail, то и дело упоминала его в беседах, расхваливая те или иные достоинства капитана команды. В конце концов, дошло до того, что Алек просто-напросто отключил сотовый и перестал появляться на фейсбуке. Единственной связью с внешним миром остался проклятый BookCrossing. — А почему ты не хочешь попробовать? — Лидия на него даже не смотрела. Она рассеянно перебирала какие-то бумаги, пока Алек работал над газетой. Поэтому Лайтвуд сперва решил, что ему послышалось.       Но девушка повторила вопрос. — Тебе Иззи, что ли, мозги промыла?       Попытка отшутиться была провалена с треском. Бранвелл по-прежнему не поднимала на него взгляда, но по поджатым губам девушки Алек понял, что та настроена серьезно. Возможно, даже заранее готовилась к разговору. Он бы даже не удивился, узнав, что подруга предварительно вычитала в интернете пару статеек, вроде: «Как сказать другу, что он поступает неправильно» или «Что делать, если твой друг — полный идиот». — Я не знакома с твоей сестрой, ты это знаешь.       Да, он это знал.       Лайтвуд тяжело вздохнул, отодвинул от себя заметки к будущей статье. Тетрадь легко заскользила по гладкой поверхности. — Ладно, давай поговорим.       Лидия этого и ждала. Она оторвалась от своей работы, встретилась с парнем строгим взглядом. Ей бы еще непослушные русые волосы вместо аккуратных светлых, да глаза другого цвета и получилась бы вылитая Гермиона Грейнджер. — Давай. Почему ты не хочешь дать шанс парню, которого даже ни разу не видел? — О, да. Она определенно точно ни один раз прокручивала этот диалог в своей голове. — Я его видел, — вяло запротестовал Лайтвуд, просто чтобы потянуть время. Просто, чтобы что-то сказать. — Фотографии не в счет.             Жалко. Боже, надо было идти домой сразу после учебы. Он же видел, что девушка странно себя вела сегодня. Была молчаливее, чем обычно, менее сосредоточена. И все равно не придал поведению подруги особого значения. — Ты знаешь почему, — измученно пробормотал Алек.       Он устал. Безумно от всего устал. От всего и всех. Устал от назойливой и не в меру заботливой Изабель, от внимательной Лидии, от Джейса со своей рыжей Фрей, что стала всплывать в каждой второй фразе лучшего друга. А самое печальное было в том, что устал от Мага. Устал чего-то ждать. У него нет выдержки Амелии Понд, у него не получится ждать кого-то, будучи даже не уверенным в том, что этот кто-то появится. Что он для этого кого-то что-то значит.       Алек — слабак, самый что ни на есть. Он слишком долго боролся с противоположным течением, пора уже взглянуть правде в глаза и сдаться. — Потому что ты влюблен в своего Мага, я знаю, — Бранвелл кивнула, поморщилась от собственных слов. В последнее время её вся эта ситуация раздражала почти так же, как младшую сестру.— Но, Алек, послушай, может, вам двоим просто не суждено быть вместе? Может, этот Том — или как там его? — это то, что тебе и нужно? А ты по-дурацки сейчас его упускаешь. Может…       Глаза Лидии сверкали решительностью, грудь глубоко вздымалась, а пальцы с красивым перламутровым маникюром стискивали шариковую ручку. Алек смотрел на неё и думал, что все-таки она идеальный глава студенческого совета. С таким точно не пропадут. Возможно, когда-нибудь подруга доберется до какой-нибудь высокой должности генерального директора. Наверняка, доберется… — Ты права.       Она замолчала, потрясенно уставившись на друга. Огорошенная, оглушенная. Невысказанные слова, так и замерли на губах, голубые радужки подернулись дымкой недоверия. Наверное, девушка даже и не думала, что из этого разговора что-то получится. Что выйдет какой-то толк.       Дальше работали молча, нарушая тишину лишь тихим сопением да звуком перекладывания бумаг.

***

      Изабель долго пищала в трубку, иногда переходя на ультразвук. Он был к этому заранее подготовлен — морально, по крайней мере. Как еще младшая сестра могла отреагировать на новость о том, что старший брат сдался? Старший брат готов уступить и познакомиться уже «с этим твоим».       Изабель буквально прыгала от радости, когда, поймав такси, через какие-то двадцать минут оказалась у Алека. Еще бы, скоро её брат, наконец-то, станет счастливым. Девушка почему-то совершенно не сомневалась, что у них с этим Томом все получится. Она быстренько перелопатила весь гардероб парня, отыскав самую, на её взгляд, адекватную одежду. Какую-то синюю рубашку с коротким рукавом и черные джинсы, что Лайтвуд еще ни разу не надевал. — Я сказал, что готов встретиться с ним, — он с безысходностью наблюдал за Иззи из другого конца своей комнаты. — Я не говорил, что собираюсь делать это прямо сейчас. — А чего время тянуть? Том давно уже спрашивал о тебе.       Грустно выдохнув, он вышел из спальни.       Шанс. Он всего лишь даст этому человеку один шанс. Кто знает, может быть тот действительно окажется его единственным. Судьбой, блять.       Маг, наверняка, бы оценил эту затею. Уж, кто-кто, а он всеми руками и ногами за предназначение, предопределение и всякое такое дерьмо… Может, стоит ему написать? Сказать Магу, что Алек собирается сделать? Пусть порадуется, пока у Лайтвуда будет сердце разбиваться на еще более маленькие кусочки. Ну, а что? Все равно большим мазохистом быть уже нельзя.       Алек достал из кармана старых джинс телефон. Весь покоцанный и какой-то липкий, тот тоскливо смотрел на своего владельца темным экраном. Пожалуй, этот прибор техники в данный момент был единственным, кто его по-настоящему понимал. Как бы шизофренически — можно же так сказать? — это ни звучало.             Нет, хрен тебе, Маг. Ничего я тебе не скажу. Спрятал сотовый обратно.       Иззи заставила его переодеться, пригладила волосы, которые через мгновение уже вновь топорщились. Сказала, что доедет до нужного места — какой-то там паб — вместе с ним. Разве что не пообещала подглядывать. Вот весело было бы… — …Когда он будет шутить, смейся, — наставительный тон младшей сестры эхом разносился по коридору подъезда, пока Алек закрывал квартиру. — Спасибо, конечно, сестренка, но я знаю, как себя вести в социуме, — он уже даже не пытался скрыть раздражение в голосе. Какой смысл? — Я говорю просто на всякий случай… — Что за движение у нас на этаже? — от этих приветливых и слегка насмешливых интонаций Алек вздрогнул.       Он и не слышал, как открылись двери лифта, выпуская наружу Бейна.             Ну, его еще тут не хватало… Магнус как будто специально подбирал время, когда вернуться домой. — Привет, Магнус, — он все еще стоял спиной к обоим, но почти физически ощутил, как сестра заулыбалась. Ей тот всегда нравился. Возможно, даже не только по-дружески. Лайтвуд отчего-то был уверен, что живи здесь Изабель, обязательно бы уже давно затащила Бейна в постель. И этот факт был немного… неприятным. — Здравствуй, Изабель, — Магнус как всегда был с ней вежлив и галантен. С Алеком он так себя не вел. — Так все же, не ответите на мой вопрос? Куда это вы такие нарядные собрались? Я забыл глянуть в календарь и пропустил какой-то праздник? — Можно и так сказать, — усмехнулась девушка. — Мой брат, наконец-таки, идет на свидание.       Алек стиснул зубы. Наконец-таки.       «Ну, спасибо тебе, сестренка. Теперь Магнус точно знает, что я полный неудачник. Раньше хотя бы просто догадывался». С этими мыслями Лайтвуд обернулся, пряча ключи в карман. Рассчитывая увидеть приподнятые брови и усмешку на лице напротив. Готовый с этим встретиться и даже придумав пару фраз защиты, но…       Но Магнус не улыбался. Магнус выглядел растерянным. Магнус напоминал воздушный шарик, из которого внезапно выкачали весь воздух.       Невольно вспомнился тот вечер без электричества, когда тусклый свет фонаря вырисовывал на лице Бейна все те уязвимые эмоции. — Магнус? — осторожно позвал Алек, неуверенный, как на такое изменение в настроении стоит реагировать. — Все нормально?       Иззи рядом молчала. Внизу их ожидало такси, водитель звонил минут десять назад, но девушка не торопила Лайтвуда. На самом деле, она не издала ни звука, а значит — удивилась не меньше старшего брата.       Бейн быстро взял себя в руки. Вот только что в карих глазах плескалась непонятно откуда взявшаяся обида, а вот уже губы растягиваются в широкой улыбке. Не очень-то естественной, правда. — Разумеется, в порядке, Алек. Просто вспомнил кое-что. Кое-что о своем парне, — на последних словах Магнус кашлянул. Поморщился, будто у него болело горло. — У тебя есть парень? — подала голос Изабель. Больше в нем не было тех самоуверенных и кокетливых ноток. — Есть… Вернее, я думал, что есть. Мне так казалось. Мне казалось, он меня понимает, — улыбка соседа становилась все более жалкой. Воздух на седьмом этаже сгущался все сильнее. — Я так понимаю, это тот самый твой знакомый, моя дорогая? Ну, с которым идет встречаться твой брат.       Девушка кивнула, снова обретая способность говорить. Начала щебетать все то, что уже по тысячи раз слышал Алек, одновременно с этим под локоть уводя старшего брата в лифт. Благо, тот был все еще на их этаже.       Она улыбалась, и Магнус улыбался. Не улыбался только Алек. Что-то в словах знакомого казалось ему странным. Его опутало то самое чувство, которое обычно возникает, когда упускаешь что-то важное. Такое назойливое и надоедливое ощущение, что мухой летает над головой.       Такси тронулось, а Лайтвуд все еще прокручивал про себя разговор у лифта. Внезапно у него мороз побежал по коже, сердце застучало со скоростью, равной световой. Господи. Господи.        Я так понимаю, это тот самый твой знакомый, моя дорогая? Ну, с которым идет встречаться твой брат. Тот самый твой знакомый. Тот самый. Алек ничего не рассказывал Магнусу о том, что младшая сестра недавно пыталась его свести.