Сборник по HQ!

— И-ВА-ЧАН, — прошипел Ойкава на другом конце провода таким многообещающим тоном, что Ивайзуми невольно покосился по сторонам. Не хватало, чтобы кто-нибудь из прохожих услышал вопли из телефонной трубки, которые, Ивайзуми нутром чуял, вот-вот раздадутся. — Ты опять это сделал?! Опять ушёл в моей любимой кепке? Натянув козырёк упомянутой кепки, Ивайзуми от греха свернул на узкую дорожку, подальше от главной аллеи парка и закатил глаза. Иногда Ойкава становился таким мелочным, что вызывал попеременно жгучую обиду и гомерический смех. Чаще всего, конечно, последнее, и этот раз не стал исключением. — Ну. — Что «ну»?! — Ойкава предсказуемо разорался, Ивайзуми прищурился и отодвинул телефон подальше от уха, чтобы терпеть хотя бы не всю мощь его луженой глотки. — Ты специально это делаешь, я не могу понять?! Берёшь мои вещи, рушишь мои планы! Какого черта, я спрашиваю, ты забрал ее, когда я говорил, что сегодня собираюсь ее надеть? В чем твоя проблема?! Если это способ отомстить за что-то, то он невероятно, просто сферически тупой!.. — Кончай истерить, — перебил Ивайзуми, когда Ойкава прервался, чтобы сделать вдох перед следующей фазой потенциально бесконечного монолога. О, сколько Ойкава мог возмущаться, капать на мозги и блажить, это даже представить трудно! Угораздило же Ивайзуми спросонья взять эту чёртову кепку. — По-твоему я дебил, специально носить твои тряпки? Она лежала на столе, первая попалась на глаза, поэтому я ее взял, ясно? — Я приготовил ее для себя, чтобы быстро одеться и не опаздывать на пары! А теперь знаешь что?! — выдержав театральную паузу, Ойкава продолжил едва ли не громче прежнего. — Первая пара закончилась, а я только понял, почему не могу найти кепку! Ивайзуми поморщился. Как же тянуло назвать Ойкаву идиотом и без дальнейших комментариев сбросить вызов. Разве виноват кто-то, кроме него самого, в этом цирке? Естественно, нет! Как так можно трястись над каким-то куском ткани?! Как будто, мир рухнет, если он пойдет без неё или наденет другую, и вообще… — Зачем тебе кепка? До твоего университета десять минут пешком. — Затем, чтобы ты спросил! — яда в голосе Ойкавы было хоть отбавляй. — Не важно зачем она мне, важно, что ты опять сделал то, что я просил не делать!.. — Ты не просил её не брать, — прочеканил Ивайзуми, чувствуя, что тоже постепенно начинает закипать. Он не был уверен, что Ойкава действительно не просил не брать кепку вчера, но скорее всего так и было. Они поужинали, посмотрели телевизор, затем легли спать. Ивайзуми не помнил чтобы за вечер хоть раз упоминалась чертова кепка или любая другая одежда. Ойкава тем временем задохнулся от возмущения. — То есть, это я виноват?! Получается, мне надо каждый раз предугадывать, что ты соберёшься сделать, и просить не делать этого? Как в тот раз, когда ты ушёл с моими и своими ключами перед моей игрой, или когда забрал мои же конспекты перед моим экзаменом, а, Ива-чан?! Пальцы Ивайзуми непроизвольно сжались на телефоне, он набрал полные лёгкие воздуха и очень — очень — постарался дышать спокойно, но кровь продолжала закипать. В груди стало горячо, пришлось остановиться посреди дорожки и переждать, пока схлынет первая волна бешенства. Если Ойкава и дальше при каждом удобном случае будет напоминать ему о косяках, ничем хорошим это не кончится. Ивайзуми, в свою очередь, тоже мог много чего припомнить. Пусть Ойкава не лажал крупно последнее время, зато постоянно ел его еду и таскал зарядку от телефона, это тоже было неприятно! — Ойкава. Я уже извинялся миллион раз, прекрати выедать мне мозги. — Было бы что выедать, — сварливо вставил тот, и Ивайзуми окатило новой волной, такой сильной, что перед глазами потемнело. — Ещё слово и твоя кепка окажется в помойке, — сквозь зубы предупредил он. Как назло вокруг не было ни одной мусорки, чтобы привести угрозу в действие. Потом бы он, конечно, забрал кепку обратно, но момент морального удовлетворения было бы гораздо сильнее чувства вины и последующего отвращения. — Ещё слово и там же окажется твоя коллекция комиксов, — Ойкава не остался в долгу, и Ивайзуми захотелось его придушить. — Если ты позвонил, чтобы выбесить меня из-за своей вшивой кепки, будь доволен… — Ойкава перебил на полуслове. — Ты совсем тупой, Ива-чан? — зло прорычал он. — Не в кепке дело, а в том, что тебе опять плевать, на то, что я тебя прошу! Ты как будто специально делаешь все наоборот. Не знаю, может тебе нравится вредить мне, может ты развлекаешься так! Иначе зачем ещё это все? — Да нечаянно я ее взял, господи! — Ивайзуми сам не заметил, как повысил тон, но поймав заинтересованый взгляд прохожего, поспешно сбавил обороты. — Сегодня солнечно, я решил, что надо надеть что-нибудь на голову, чтобы не перегреться, увидел кепку и все, конец истории! — Именно, что конец истории! Ты даже не задумался, кто и зачем её выложил, потому что тебе плевать! — До чего ты задра-а-л, — низко протянул Ивайзуми и потёр свободной рукой переносицу. — Вселенная не вертится вокруг тебя, пойми уже! И я тоже не верчусь, мать твою! Ты столько треплешься, что неудивительно, что я половину не запоминаю! Да моя голова давно бы уже лопнула, если бы я не отфильтровывал всякую хрень! — Ах вот оно как, хрень значит, — голос Ойкавы стал подчёркнуто спокойным, переход был таким внезапным, что Ивайзуми нахмурился. На что там Ойкава мог смертельно обидеться, если он правда ужас сколько говорил?! — Тогда, я думаю, нам стоит сделать перерыв. — Какой ещё перерыв? — Ивайзуми остановился и тупо уставился под ноги, всеми силами стараясь не думать о том, что лезло на ум первым. Ойкава не настолько идиот, чтобы из-за какой-то шапки расставаться, ведь правда? Что он себе напридумывал? — Ты там в конец охренел? — Это ты охренел, — снова взвился Ойкава, но быстро взял себя в руки, говоря елейно до зубного скрежета. — Пока не поймёшь, насколько по-свински себя ведёшь, я, так и быть, дам тебе отдохнуть. — В смысле дашь «отдохнуть»? — Я не собираюсь с тобой разговаривать, пока ты не извинишься, так понятно?! Ивайзуми накрыло облегчением, а следом жгучей злостью. Стало стыдно, что он всерьёз, пусть и всего на какую-то долю секунды, допустил мысль, что Ойкава предложил перерыв в том самом смысле. И Ойкава наверняка услышал этот страх в его голосе, понял по изменившимся интонациям, и от того стал таким слащавым. В лицо ударила краска, Ивайзуми почувствовал, что предел контроля пройден. — Отлично! — рявкнул он, не обращая внимание на редких прохожих. — Жалко, что эта великолепная идея не посетила твою голову раньше! — Посмотрим, как ты запоёшь… — Нет, это ты запоёшь! — продолжил Ивайзуми. — Жду не дождусь сегодняшнего вечера, тишина, покой и ни одного болтливого идиота! Ойкава тоже собирался что-то ответить, но Ивайзуми было уже плевать. Он нажал кнопку сброса вызова, едва не проломив пальцем экран, и только после этого почувствовал отголосок мстительного удовлетворения — последнее слово все же осталось за ним! Сорвав чёртову кепку, Ивайзуми стащил рюкзак со спины и затолкал её внутрь — если помнётся или испачкается о письменные принадлежности, так Ойкаве и надо!