Десять чёрных роз

      Тоска по близким и друзьям ощущалась для Кэролайн с каждым прожитым днём всё сильнее. Теперь она осталась совершенно одна.       Пока Аларик руководил школой, вампирша была спокойна. Сейчас, когда Зальцман умер, Форбс пришлось искать директора. Хоть школа и была для одарённых детей, обладающих различными магическими и сверхъестественными способностями, а осторожность ещё никто не отменял. Некоторые родители не всегда верно истолковывали понятие «одарённый ребёнок» и пытались пристроить в учебное заведение имени братьев Сальваторе своих отпрысков, имеющих склонность к музыке или математике. И вот они бы точно начали задавать ненужные вопросы, проявляя излишнее любопытство, если бы их встречала сама Кэролайн, так же как и пару десятков лет назад, не постарев при этом ни на минуту.       Теперь, сидя в кабинете, который раньше занимал Аларик, Форбс просматривала анкеты претендентов на должность директора. Откладывая резюме одно за другим, она поняла, что на сегодня хватит. Ни один из кандидатов её не устраивал, а это был явный признак того, что рабочий день пора заканчивать.       Выйдя из здания школы, Кэролайн отправилась на городское кладбище. Сегодня была годовщина смерти Лиз Форбс. До сих пор девушка в мельчайших деталях помнила о том, что натворила после похорон матери, отключив чувства. Именно напоминание об этих событиях, позволяли ей не сорваться снова и сохранить человечность.       Кэролайн положила на могилу матери букет цветов, который минутами ранее купила по дороге на кладбище. Возвращаться обратно Форбс решила мимо фамильного склепа Сальваторе. Проходя по тропинке, идущей рядом со старинным строением, Кэролайн обратила внимание, что двери были приоткрыты. Вампирша отлично помнила о том, что сама лично их закрывала, а кроме неё сюда больше никто не приходил. Сейчас же она прекрасно видела, что в щель между створками пробивается полоска света. Довольно тусклая. Из чего Форбс, обладавшая отменным зрением, сделала вывод, что внутри кто-то зажёг свечи.       Решительно сделав несколько шагов в сторону склепа, Кэролайн быстро распахнула двери и оказалась внутри. Её взору предстала невысокая девушка, стоящая спиной к выходу. Незнакомка внимательно изучала надгробия братьев Сальваторе и Елены и не обратила на появление Кэролайн ровным счётом никакого внимания. — Кто ты такая? — не очень любезно поинтересовалась Форбс, стараясь всем своим видом показать, что незваным гостям здесь явно не рады.       Девушка неохотно повернулась на голос и, по-прежнему не говоря ни слова, внимательно посмотрела на Кэролайн. — Что ты здесь делаешь?       Форбс начинала раздражать эта подозрительно спокойная девушка. Когда та повернулась и посмотрела на Кэролайн, вампирше в ней что-то показалось смутно знакомым. Вот только что именно она не могла понять. Разгадка словно ускользала от Форбс.       На мгновение свет, исходящий от свечей, стал ярче. Пламя резко поднялось вверх и так же стремительно опустилось вниз, вновь озаряя помещение ровным свечением. Но этого времени Кэролайн хватило, чтобы всмотреться в лицо девушки. За эти мгновения Форбс успела рассмотреть чёрные волосы и пронзительного синего цвета глаза, которые смотрели на вампиршу то ли с любопытством, то ли с презрением. В голове Кэролайн словно что-то щёлкнуло. Но озвучить свою догадку она не успела. Незнакомка резко взмахнула рукой в направлении Форбс и произнесла: — Motus!       После этого Кэролайн отлетела к стене и, ударившись о выступ головой, отключилась.

***

      Когда Форбс пришла в себя, у неё было ощущение, что по её венам пустили кислоту. «Вербена», — мысленно чертыхнулась вампирша.       То, что перед ней ведьма, она теперь не сомневалась. И ведьма явно подготовилась к этой встрече. Чего нельзя было сказать о Кэролайн. Она попыталась выпрямиться, но обнаружила себя привязанной к стулу. Форбс пошевелила руками и ногами — запястья и щиколотки обожгло. «Верёвки, пропитанные вербеной, как банально! — отметила про себя Кэролайн и тут же добавила: — Зато эффективно». — Вот теперь можно и поговорить, — нарушила угнетающую тишину незнакомка. — Меня зовут Кэтрин Майклсон. Хотя в свете последних событий, я бы сказала — Сальваторе. — Деймон… — тихо произнесла Кэролайн. — Так вот кого ты мне напомнила в склепе. — Мы до сих пор в нём, «тётушка». — Ты дочь Елены и Деймона? — Ага, она самая. Но я здесь не из-за ностальгии по предкам. Мне от тебя кое-что нужно. — А просто попросить ты не догадалась? — разозлилась Кэролайн. — Думаешь, — хмыкнула Кэтрин, изучая реакцию Форбс на свои слова, — если бы я сказала «пожалуйста», то ты бы без лишних разговоров отдала мне асцендент? А, Кэролайн?       Форбс перевела полный удивления взгляд с цветного витража, который она до этого очень пристально рассматривала, на Кэтрин. — Что?! Зачем мне его тебе отдавать? Тем более что у меня его нет. — А вот врать не хорошо, — фыркнула девушка, делая несколько шагов к Кэролайн. — Говорю, просто так, для справки — в следующий раз, в шприце вместо вербены может оказаться либо яд оборотня, либо лекарство от вампиризма. Даже не знаю, что будет хуже: стать уязвимым человеком или умереть за несколько дней? Клаус просто не успеет приехать из Нового Орлеана, а моя кровь, увы, не сработает в качестве противоядия.       Кэролайн во все глаза смотрела на Кэтрин. Лекарство? Что она несёт? — Средства от вампиризма больше нет, — твёрдо заявила Форбс. — Есть, поверь, и даже не одно. Но сейчас не о нём. Мне нужен асцендент. — Зачем? — Мне нужен Кай Паркер. — У тебя не получится, — усмехнулась Кэролайн. — Без крови ведьмы Беннет у тебя ничего не выйдет. — Да? Может, тогда хорошо, что у Бонни есть дети и внуки. Вот неожиданность, правда? — У тебя уже всё есть… — обречённо протянула Форбс. — Почти.       Кэтрин достала из кармана чёрной кожаной куртки маленький пузырёк с кровью и, показав его Форбс, убрала обратно. — А если не отдам асцендент? — Кэролайн, прищурившись, посмотрела на Майклсон. — Плохой настрой, Форбс, не боевой. Но ты не переживай, — ободряюще произнесла Кэтрин, — тебя я убивать не буду. Мы же, вроде как, родственники и всё такое. Семья превыше всего. Но вот помучить могу, и не только тебя. У тебя же есть дети и внуки… — Ты этого не сделаешь, — проговорила Форбс, но вышло как-то неуверенно. — Почему? Ты справедливо опасаешься, что Кай, выбравшись из тюрьмы, возможно, захочет наведаться к Элизабет и Джозетт, как к последним живым представителям Ковена Близнецов, чтобы убить. Но зря. Вынуждена тебя огорчить, Кэролайн, — с наигранным сочувствием в голосе произнесла Кэтрин, — не скажешь, где асцендент, и я отправлюсь к ним в Коннектикут сама. — Хорошо, — сдалась Кэролайн.       Одна мысль, что кто-то будет портить жизнь её дочерям и их детям, заставила передумать. Не для этого Элизабет и Джозетт уехали из Мистик Фоллс. Кэролайн не хотела, чтобы сверхъестественное опять ворвалось в их жизнь и стало её частью. Это было бы слишком. Тем более Кэролайн искренне надеялась, что Майклсон всё-таки не станет выпускать Паркера из заточения на свободу. И что в реальном мире этого маньяка-социопата никогда не будет. Он не должен вернуться. Никогда. — Асцендент здесь, Кэтрин. Развяжи меня, и я отдам его тебе. — Нет, — отрезала Майклсон. — Говори, где он? — Тайник в подоконнике.       Неоднозначно хмыкнув, Кэтрин выдвинула неприметный ящичек из выступа под окном. Затем она достала артефакт и, повертев его в руках, поинтересовалась: — Я перенесусь прямо к Паркеру или мне придётся его ещё там искать? — Вот тут ничем не могу помочь, — пожала плечами Кэролайн. — Те, кто перемещались между мирами либо мертвы, либо до сих пор заперты в одном из них. — Разберусь.       Кэтрин освободила Кэролайн и, выпроводив Форбс из склепа, запечатала дверь заклинанием. Ей очень не хотелось, чтобы кто-нибудь помешал провести ритуал. Для такого сложного заклинания нужна была полная концентрация. А с этим бывали проблемы.       Так как Кэтрин знала, что сил, которыми она обладала, может не хватить на путешествие туда и обратно, она достала из сумочки кольцо с авантюрином. Камень был насыщенного чёрного цвета с серебристыми вкраплениями, отчего вставка украшения походила на мириады звёзд на ночном небе. Кэтрин невольно улыбнулась и надела перстень на палец. Этот амулет она украла несколько лет назад в «Арсенале», пробравшись туда по тоннелям из школы для одарённых детей, в которую её отправил Элайджа, когда Майклсон ещё была странником, а не вампиром. Теперь кольцо пришлось очень даже кстати.       Кэтрин взяла небольшую сумку, в которой было сложено то, что, по её мнению, могло понадобиться в тюремном мире. Затем положила асцендент на ладонь, капнула кровь дочери Бонни в центр артефакта и произнесла: — Sangiema meam liber nos ex carcelema sangiema meam liber.       Яркая вспышка света озарила склеп. Кэтрин зажмурилась. Открыв глаза, Майклсон осмотрелась — она по-прежнему находилась в фамильном склепе Сальваторе. С одной лишь разницей — здесь не было надгробий Стефана, Елены и Деймона, а это значит, что Кэтрин перенеслась в тюрьму Кая. Асцендента в руках тоже не оказалось. Отлично. Теперь дело было за малым — найти Паркера.       Кэтрин вышла из склепа на улицу. Всё тот же Мистик Фоллс, только несколько десятилетий назад. Насколько она помнила, Бонни заперла Паркера в караоке-баре, оставив на вечном повторе самую ненавистную для него песню. Десятилетиями слушать одно и то же. Брр. Кэтрин передёрнуло от подобной перспективы. А Бонни Беннет, оказывается, мастер изощрённых пыток. Видимо, общение с Каем не прошло для неё даром.       Так как Кэтрин плохо ориентировалась в Мистик Фоллс, да ещё сейчас она находилась в версии города примерно семидесятилетней давности, то решила воспользоваться заклинанием. — Metey acsan syky en lumiye laffi.       К разочарованию Кэтрин ничего не произошло. Место, где находился Кай, она так и не увидела. — Чёрт! Забыла, что Паркер больше не обычный ведьмак. Придётся действовать по-старинке.       Разложив на земле подробную карту старого Мистик Фоллс, Майклсон зажгла свечи и капнула на бумагу несколько капель крови родственников Кая. Кэтрин подстраховалась и заранее предусмотрительно съездила в Коннектикут. — Phesmatos tribum, nas ex veras secrita sanguinis amentes aste mihan, agapentus.       После произнесённого заклинания, капли крови пришли в движение. Кэтрин внимательно проследила за их направлением по карте города. Как только кровь застыла, указывая местоположение Кая Паркера, она довольно ухмыльнулась: — Есть!       Спустя несколько мгновений Кэтрин уже стояла перед баром. Майклсон подошла к двери и потянула за ручку, но створка не поддалась. — Да кто бы сомневался! — засмеялась Кэтрин. — Rektos!       Дверь по-прежнему оставалась закрытой. — Бонни, ты серьёзно? Ты оставила Паркеру возможность выбраться отсюда? — с этими словами Кэтрин прикоснулась ладонью к створкам.       Вобрав в себя силу заклинания ведьмы Беннет, Майклсон распахнула дверь и вошла внутрь. Оказавшись в баре, Кэтрин взмахнула рукой, выключая песню. За эти несколько секунд, которые она успела провести внутри, едва переступив порог этого заведения, мелодия начала бесить. Сразу. С первых нот. В наступившей тишине, Кэтрин облегчённо выдохнула. Так было намного лучше.       Обратив свой взгляд на сцену, девушка увидела Кая. Паркер был прикован цепями к стулу и за годы заточения, без возможности питаться кровью, напоминал мумию. «Диета явно не пошла тебе на пользу, Кай», — мысленно усмехнулась Кэтрин, подходя ближе.       Майклсон поднялась на сцену и достала из кармана своей кожаной куртки пакет с кровью. Ожидая чего-то подобного, перед тем как отправиться на поиски Кэролайн, Кэтрин посетила банк крови в больнице Мистик Фоллс.       Майклсон хотелось думать, что она предусмотрела всё. Но отчего-то складывалось ощущение, что с Каем это невозможно по определению. Безумный, многоликий Кай Паркер был мастером различных фокусов. Пока его «зрители» смотрели шоу, сам фокус происходил в тени. И его результат всегда шокировал, а некоторым иногда даже стоил жизни. Паркер — мастер своего дела. Поэтому Кэтрин шла на этот шаг с опаской. Кай её пугал. Но другого выхода для себя она не видела. Для того чтобы осуществить задуманное, ей нужен был этот ведьмак-социопат. Она прекрасно понимала, что, заключая сделку с Паркером, потом, возможно, сильно об этом пожалеет. Но это будет потом.       Как только Кэтрин вскрыла пакет с кровью, Кай резко открыл глаза и проследил за её манипуляциями. — Проснись и пой, Паркер!       Девушка осторожно поднесла пакет с кровью к губам еретика. Кэтрин с интересом наблюдала, как Кай из высушенной мумии превращается в полноценного вампира. Про себя она отметила, что так он выглядит намного лучше. Вот только за всей этой внешней красотой внутри скрывался безжалостный серийный убийца. Маньяк-психопат, который вряд ли стал добрее за годы, проведённые в заточении. — Кто ты такая? — с интересом спросил Кай, прищурив глаза и склонив голову набок. — Глупо было рассчитывать, что ты скажешь мне спасибо, Паркер, — засмеялась девушка. — Я Кэтрин Майклсон.       Кай приподнял правую бровь и вопросительно посмотрел на девушку, стоящую перед ним. — Или Сальваторе… А может, взять фамилию Пирс, как считаешь? — ёрничала Кэтрин. — Нет, лучше — Петрова, и буду полной тёзкой моей сколько-то там раз прабабки.       От упоминания Кэтрин Пирс, на лице Кая появилась ядовитая ухмылка. — Не старайся, ты на неё не похожа. Зато напоминаешь другого вампира, который меня жутко раздражал в тюремном мире 1994 года. Что ж, посмотрим, похожа ты на своего отца или нет, — ехидно протянул Паркер.       На это высказывание Кая Кэтрин лишь демонстративно закатила глаза. — Как-нибудь в другой раз. Проводи свои эксперименты без меня. Заодно будет, чем развлечься, пока снова не иссохнешь в своей персональной тюрьме. Особенно, когда превратишься в живой труп, способный лишь вращать глазами. — Выдержав паузу, Кэтрин продолжила: — Мне кое-что от тебя нужно. — С чего ты решила, что я буду тебе помогать? — Паркер состроил самое добродушное выражение лица, на которое был способен. — Хотя бы с того, что мы заключим сделку. Если ты знаешь, где находится то, что мне нужно, то я подумаю над тем, как устроить тебе досрочное освобождение.       Паркер сжал челюсти и пристально посмотрел в глаза Кэтрин. Майклсон взгляд отводить не стала. Было понятно, что если она струсит, позволит Каю усомниться в её силах, то он откажется помогать. — И что ты от меня хочешь, Кэт? — Мне нужно знать, где в этом мире находится гроб с Еленой. — Гроб Елены? — Да, я не смогла найти его сама. Он, вообще, здесь?       Кэтрин принесла стул, который развернула и поставила напротив Паркера. Плавно опустившись на мягкое сиденье, Майклсон сжала руками спинку и, положив на неё голову, стала внимательно наблюдать за Каем. — А как ты узнала, что Елена и Деймон — твои родители? — Что? Как ты узнал?! — встрепенулась Кэтрин, вскакивая со стула. — Просто кто-то громко думает. — Ты копался в моей голове? Это невозможно. — Почему? — хмыкнул Кай. — Как видишь, возможно. Я тоже сначала думал, что не получится, но попробовал — и вот результат. — Может, прочитаешь мои мысли ещё раз, и мне не придётся распинаться, а? — Не хочу зря тратить силы, — меланхолично протянул Кай. — Где гроб Елены? Он остался только в этом мире. — Решила отомстить? — Что? — Кэтрин в изумлении вскинула брови. — Нет. Мне мстить некому. Все уже и так мертвы. — Тогда зачем тебе гроб? Или Елена? Или что ты там ещё хочешь? Извини, я запутался, — ёрничал Кай. — Очень трудно следить за нитью повествования, будучи закованным в цепи. Отвлекает, знаешь ли. — Паркер дёрнул рукой — раздался противный скрежет цепи о металлический подлокотник его «трона». — Жаль, что не помог, но за кровь спасибо. — Пакет с кровью — вынужденная мера. Беседы с мумией в мои планы не входили, — Кэтрин снова села на стул и сложила руки на груди. — А насчёт цепей — потерпишь.       Кай картинно состроил обиженное выражение лица. Затем, поменяв маску в очередной раз, обратился к Кэтрин: — Вынужден огорчить ещё раз, но гроба с Еленой здесь нет. А если не месть, то что тогда ты задумала? — Паркер сделал вид, что задумался, но, спустя мгновение, рассмеялся: — Понял. Ты надеялась найти здесь лекарство. Я прав? — А ты очень даже проницателен для того, кто провёл в заточении несколько десятилетий, при этом пребывая в состоянии мумии. — У меня богатый опыт — это моя третья магическая тюрьма. — Потом Кай резко стал серьёзным и добавил: — Если я социопат и серийный убийца, то это не значит, что я идиот, неспособный заметить очевидных вещей. — Точно! Тюремный мир 1903-го. И если ты оттуда выбрался, то, значит, посещал Новую Шотландию. — Допустим, — хитро прищурился Кай, — и что с того? — Ты там был, — утвердительно кивнула девушка. — Иначе откуда у тебя появилось столько магии? Ты касался надгробия Сайласа. Неужели, Кай Паркер упустил возможность и не стянул средство от вампиризма? Не верю. Лекарство же у тебя, да?       Кай не говорил ни слова. Его молчание раздражало и действовало на нервы. Обычно всё было наоборот: бесила его вечная болтовня. Паркер не замолкал ни на секунду. Никогда. Зато теперь, когда Кэтрин ждала от него ответа, он молчал. Когда тишина стала просто невыносимой, Кай сказал то, что девушка не ожидала услышать. От кого угодно, но только не от него. — Там, в тюремном мире 1903 года, Бонни предала меня! Я хотел извиниться перед ней за всё, что натворил, и начать с чистого листа. Слияние с Люком сильно меня изменило. Я помог ей, а она даже не стала меня слушать и воткнула нож в спину, оставив гнить в 1903-ем вместе с кучкой иссушенных еретиков.       Такое откровение Паркера немного ошеломило Кэтрин. Сейчас было непонятно — правду говорил Кай или снова затеял игру, правила которой были известны лишь ему одному. — Но ты же сам так никогда не поступал, правда? Не ты ли оставил Бонни умирать в 1994-м, свалив оттуда вместе с магией Джо? — Я оставил её там — я же и помог ей вернуться, напомнив о Новой Шотландии. — Напомни мне, за что Деймон после несостоявшейся свадьбы Джо и Аларика оторвал тебе голову и отправил прямиком в Ад? А потом, получив возможность выбраться из Преисподней, ты накосячил вновь. И раз ты снова заперт в личной тюрьме, значит, Беннет так и не простила тебе того, что ты выпустил еретиков, убил Джо и весь свой Ковен Близнецов и отправил Елену в магическую кому, связав её жизнь с жизнью самой Бонни. Даже потом, чтобы избежать новой встречи с Кейдом, не захотел снять это чёртово заклинание «вечного сна».       Кай презрительно фыркнул. — Честно говоря, мне плевать, что ты там натворил в прошлом, поэтому я предлагаю тебе шанс выбраться отсюда. Поквитаться за своё заточение тебе будет, увы, не с кем, зато будешь живым, в реальном мире и на свободе. Идёт? — Ты? — Паркер с недоверием посмотрел на Кэтрин. — Твоё умение колдовать не внушает мне доверия — ты не Бонстер.       Кай продолжал рассматривать девушку, словно пытался понять — блефует она или нет. Одно то, что Кэтрин попала в этот мир, говорило Паркеру о силе её магии, но годы жизни, проведённые в многочисленных заточениях в магических тюрьмах, доверия к ведьмам не добавили. Если раньше от предательства семьи он смог спрятаться за маской социопата и серийного убийцы, то после объединения с Люком с нахлынувшими эмоциями справляться стало гораздо труднее. А став вампиром, Кай сначала очень хотел отключить чувства. Но потом передумал. Прям как знал. Чтобы чувствовать себя живым в этом тюремном мире, ему нужны были эмоции. Пусть и такие.       Хотя злость и желание убивать всё равно никуда не делись. Каждый день, проведённые в заточении, еретик обдумывал план мести. Неважно сколько лет прошло, отомстить будет кому. Эти грёбаные эмоции помогали ему не сойти с ума. «Чёртов ты мазохист, Паркер», — подумал Кай, мысленно просчитывая варианты побега. Если Кэтрин заговорила о его освобождении, значит, способ действительно существует, и он им обязательно воспользуется. — Других вариантов у тебя всё равно нет, — парировала девушка. — По правде говоря, я, общаясь с тобой, до сих пор так и не понял, кто ты такая. — Если коротко, то еретик со «спящим» геном оборотня. — Оборотня? — переспросил удивлённый Паркер. — Первый раз про такое слышу. — Как видишь. Эксперимент провалился — что-то пошло не так. В волка, не обращаюсь, но отравить вампира ядом оборотня, который способен его убить за несколько дней, могу. Это так, к слову. — Хорошо, — наконец принял для себя решение Кай. — Ты права, лекарство действительно у меня. — И где оно? — Ты же должна понимать, что средство от вампиризма находится не здесь. Оно в реальном мире — в Портленде. Могла бы и сама догадаться, — схамил Кай. — Что ж так близко-то, а, Паркер?!       На это довольно гневное высказывание Кэтрин еретик лишь пожал плечами, обворожительно улыбаясь. — Отлично. Спасибо за информацию, мистер Паркер.       Встав, Кэтрин взяла со спинки соседнего стула свою куртку, которую она повесила туда часом ранее, девушка направилась к выходу. Она уже была в предвкушении скорого возвращения в реальный мир. Пробыв здесь всего несколько часов, Кэтрин захотелось повеситься. Как Паркер выдержал в этой тюрьме столько времени и не сошёл с ума, для неё оставалось загадкой. А возможно сойти с ума по второму кругу? — Стой! — крикнул Паркер вслед удаляющейся Майклсон. — Мы же заключили сделку. Я свою часть выполнил, а ты — нет. — Кай на мгновение замолчал, и его губ коснулась ироничная усмешка, а затем он прошипел вслед удаляющейся Майклсон: — Сучка. — Asinta mulaf hinto, — не оборачиваясь, произнесла Кэтрин, и Паркер, скривившись от резкой боли, потерял сознание.

***

      Вернувшись в реальный Мистик Фоллс, Майклсон направилась в особняк Сальваторе. «Ну, не номер же в гостинице снимать, право дело», — усмехнулась девушка. — Ты?! — взвизгнула Кэролайн, когда Кэтрин открыла входную дверь и молча прошла в гостиную. — Да, я. Не визжи, пожалуйста, а то у меня, после нескольких путешествий между мирами и беседой с Паркером, голова раскалывается.  — Ты что, тут жить собираешься? — намного спокойнее спросила Форбс. Но по её виду, было заметно, что эта затея Майклсон не пришлась ей по душе. — А то, — Кэтрин устроилась в мягком кресле, блаженно прикрыв глаза. — Не забывай, Кэролайн, это дом моего отца, а значит, и мой тоже. Смирись уже. — Да, ты, пожалуй, права, — согласилась Кэролайн. — Как прошла встреча с ведьмаком-социопатом? — Я его убила, — равнодушно проронила девушка. — Что ты сделала, Кэтрин? — вкрадчиво поинтересовалась Кэролайн, пытаясь удержать себя в руках. — У него в венах мой гибридный яд, — с деланным спокойствием отозвалась Кэтрин, пожав плечами. Затем, поймав на себе испуганный взгляд Форбс, продолжила: — Он же вампир. Должен умереть через пару дней — там же нет Клауса или Хоуп. Так что помучается немного и отправится к праотцам. — В тюремном мире, который для Паркера сотворила Бонни, он умереть не может. Это сделано для того, чтобы Кай не соскочил раньше срока, — злилась Кэролайн. — И ты, Кэтрин, забыла одну вещь: Паркер не обычный вампир, он — еретик. А значит, черпает силы изо всего магического, к чему прикасается. — Упс… — Кэтрин округлила в притворном ужасе глаза. — Поздравляю! Паркер на свободе. Великолепно! Психопат снова в Мистик Фоллс. Его появление в городе — лишь вопрос времени. Теперь Кай Паркер — твоя проблема!       Наградив Кэтрин убийственным взглядом, Кэролайн поднялась наверх в свою комнату. А Майклсон осталась сидеть в гостиной, продолжая молча смотреть на весело пляшущие в камине красно-оранжевые языки пламени.