II
13 февраля 2018 г., 21:23
— Сучка, — прошипел Паркер.
Услышав, заклинание, произнесённое Кэтрин, Кай, ослабленный вынужденной «диетой», почувствовал режущую боль и отключился.
Придя в себя через некоторое время, еретик с трудом открыл глаза и осмотрелся. Ему показалось, что в баре что-то изменилось. Что-то было не так. Кай бросил взгляд на один из столиков. На нём лежал пакет с кровью, который там оставила Кэтрин. Одновременно так близко и так далеко. Выругавшись и мысленно убив её самым изощрённым способом, Паркер склонил голову набок и посмотрел под стул, на котором сидела девушка, когда с ним разговаривала. На полу лежало кольцо, которое, вероятно, выпало из кармана куртки Кэтрин. То, что украшение не простое, Кай догадался сразу. Чертыхнувшись, он дёрнулся — цепи жалобно зазвенели. Стул, к которому его приковала Бонни, неожиданно сдвинулся с места. Паркер оказался на несколько сантиметров ближе к краю сцены. Кай был готов поклясться, что пока в баре не появилась Кэтрин, сдвинуть его «трон» в какую-либо сторону было невозможно. Он пытался это сделать сразу, как только оказался в заточении, но все его многочисленные попытки ни к чему не привели.
Растянув губы в ехидной ухмылке, Паркер подался вперёд и вместе со стулом свалился со сцены. С трудом, но он всё-таки дотянулся до кольца. В амулете была магия. Мало, но всё же. Вобрав в себя силу артефакта, Кай разорвал цепи и поднялся с пола.
Раздался вздох облегчения. С явным удовольствием, Паркер потянулся, размяв затёкшие мышцы. Повертев кольцо в руках, он убрал его в карман пиджака и взял пакет с кровью. Выпив всё его содержимое, еретик направился прочь из опостылевшего за столько лет бара.
То, что в этом мире нет гроба с Еленой, Кай, конечно же, соврал — этот мир был точной копией реального, может, лишь за некоторыми исключениями. Кэтрин своим вопросом так кстати напомнила ему о Гилберт. Теперь у Паркера был отнюдь не призрачный шанс выбраться отсюда. Заклинание, которым Кай превратил Елену в «спящую красавицу», было очень сильным, а значит, магии должно хватить, чтобы он смог вернуться в реальный мир. Плюс ко всему в крови Гилберт находилось лекарство. Оно обладало силой магии Ковена Близнецов, которую можно вытянуть. Где находился гроб, Паркер прекрасно знал. Оставалось только найти асцендент.
Кай отлично помнил, что братья Сальваторе хранили гроб с Еленой в своём фамильном склепе, и отправился туда. Зайдя внутрь, он сдвинул в сторону один из старинных подсвечников, и, когда тот открыл потайной ход, спустился вниз. В холодном, сыром подвале Паркер обнаружил то, что искал. Коснувшись рукой гроба, он ощутил приятное покалывание на кончиках пальцев и вобрал всю магию, которой тот был запечатан. Открыв крышку, Кай был неприятно удивлён — Елены внутри не оказалось, и надежда подпитать свои силы ещё немного бесследно улетучилась.
Паркер поднялся по лестнице из подвала наверх и уже собирался выйти из склепа, как его взгляд зацепился за что-то блестящее в углу. Подойдя ближе, он обнаружил части разбившегося асцендента, а чуть поодаль от обломков лежали свечи и пузырёк, как предположил Кай, с кровью кого-то из семейства Беннет.
— Phesmatos Insendia, — Паркер зажёг свечи и самодовольно улыбнулся, вновь почувствовав себя ведьмаком. — А ты сложнее и интереснее, чем кажешься, Кэтрин.
Пока Кай собирал асцендент, он прокручивал в голове диалог с Майклсон в баре. Вспоминая её слова, еретик понял, что Кэтрин неспроста напомнила ему о гробе Елены. Теперь он понял, что она не искала Гилберт, а просто решила напомнить о ней Каю. С одной стороны Паркер получил столь необходимую для него магию, а с другой — узнал, где находится асцендент. Ведь именно здесь Кэтрин оставила Паркеру кровь, необходимую для ритуала.
Когда Кай соединил последние элементы асцендента между собой, то задумался. В 1994-м повторяющимся событием было затмение, в 1903-ем — северное сияние. А что здесь? В этом тюремном мире ничего подобного не наблюдалось. Да, Кай номинально всё ещё глава Ковена Близнецов, и ему не нужно астрологическое событие, чтобы попасть в миры, созданные ведьмами его клана. Но проблема в том, что большинство его родственников мертвы, и насколько он сейчас силён, Паркер представлял смутно. Магии, вытянутой из заклинания, могло не хватить на подобное путешествие, да и крови в пакете было немного. Поэтому на силу вампиризма рассчитывать не приходилось. Если Кэтрин покинула это место, значит, что-то было, но что?
Кай уже был готов выплеснуть весь свой гнев, с помощью накопленной магии, но вовремя остановился.
— А ты хитрая, Бонстер!
Паркер переместился в бар и включил столь ненавистную для себя песню. Раздались первые аккорды «Spin doctors» — Two Princes.
Положив асцендент на ладонь, Кай капнул несколько капель крови в центр артефакта и начал читать заклинание на латыни. Яркая вспышка света ослепила Паркера. Открыв глаза, он увидел современный Мистик Фоллс. Еретика тут же окружили звуки и запахи, которые отсутствовали в его персональной тюрьме. С наслаждением втянув воздух «свободы», Паркер ещё раз осмотрелся и быстрым шагом направился в дом братьев Сальваторе. Если Кэтрин дочь Деймона и Елены, то жить она, скорее всего, будет именно там. Но перед посещением особняка, Кай решил, что пришло время перекусить.
***
Ребекка нашла Элайджу в спальне Кэтрин. Старший Майклсон сидел, погрузившись в свои мысли, и не сразу заметил вошедшую в комнату сестру. — Эй, о чём задумался? Элайджа перевёл взгляд на Ребекку. — О том, что сначала Катерина оказалась такой же, как и все они. Ведь мне, за тысячу лет, довелось видеть три воплощения этой девушки, три её грани, три образа. Но нет. Всё иначе. Единственное, чем она похожа на Татию, Кэтрин и Елену — решительность. — И где наша «ведьмочка»? — Катерина уехала. — Она не уехала, Элайджа, она сбежала. Впрочем, этого и следовало ожидать. История снова повторяется. Тебе ли не знать, что всё в этом мире циклично. — Нет, Ребекка, Катерина не сбежала, а именно уехала. И она вернётся, я в этом уверен. А где Никлаус? — Ник собирался посетить Французский квартал, — поджала губы Ребекка. — Сказал, хочет поговорить с Марселем. Элайджа тяжело вздохнул. — Это значит, что после его «переговоров», нам готовится к войне. Снова. Когда они уже перестанут делить власть в Новом Орлеане? — устало поинтересовался Элайджа. — Это риторический вопрос. Хорошо, что Хейли уехала и забрала с собой стаю. Не будут мешаться. Жаль только, что Хоуп тоже решила составить ей компанию. — Остались ведьмы. Неплохо было бы к ним съездить, Ребекка. — Как вспомню этих высокомерных выскочек, — Бастиану и Агнес, — сразу хочется оторвать им голову, — скривилась Беккс. — Тем более, Элайджа, им сейчас не до нас. — Почему? Старший Майклсон поднялся из кресла и подошёл к сестре. Ребекка во время разговора мерила шагами комнату, а сейчас стояла в проёме, сложив руки на груди и подпирая плечом дверной косяк. — Потому что ритуал прошёл не так, как они планировали. Если ведьмы всё не исправят, то потеряют свою силу. Поэтому вампирские разборки за власть в городе их сейчас интересуют меньше всего. — Но всё равно нужно узнать, что ведьмы замышляют и на чью сторону встанут. — Хорошо, я поняла, — Ребекка закатила глаза. — А ты куда? Элайджа прислушался. — К Никлаусу. Он ещё не ушёл. — Хочешь его вразумить? Это бесполезно. Эти двое не играют честно. Так что тут «учитель» и «ученик» друг друга стоят. Ребекка развернулась и вышла из комнаты. Элайджа, немного помедлив, последовал её примеру. Спускаясь по лестнице, он увидел Клауса, который уже накинул куртку и собрался выйти из дома. — Теперь всё значительно сложнее, Никлаус. Марсель учёл свои прошлые ошибки и больше их не допустит. Фокус с монетой вряд ли снова сработает. Рассчитывать только лишь на силу — глупо. Хитрость тоже не всегда хороший помощник. Нужно что-то серьёзнее. — Что, например? — Клаус поднял взгляд на брата, который не спустился и по-прежнему стоял на середине лестницы. — Девчонка? И где она, Элайджа? Сбежала? — Уехала. — Какая к чёрту разница?! Её всё равно сейчас нет в городе. Так что, извини, брат, я сделаю по-своему. Сказав это, Клаус покинул особняк. Элайджа сначала хотел отправиться вслед за ним, но потом передумал и уехал в дом на плантации.***
Кэтрин так и уснула в гостиной. Девушка перевернулась на диване и почувствовала, как некая сила просто вытягивала её прочь из дома. Пролетев весь коридор, Майклсон оказалась на улице. Её стремительный полёт был прерван огромным деревом, о ствол которого она ударилась. Поднявшись с газона, Кэтрин вытащила из плеча кусочки коры и на вампирской скорости подлетела к входной двери. В проёме, подпирая плечом косяк, стояла довольная Кэролайн. — Ты охренела? Между прочим, у меня, как и у всех вампиров, на дерево ужасная аллергия — оно меня убивает! Дай пройти! Кэтрин хотела войти в дом, но магический барьер не дал ей этого сделать. Ударив кулаком по невидимой преграде, она поинтересовалась у мстительно улыбающейся Кэролайн: — Что за дурацкие шутки, Форбс?! Ты в своём уме? — В своём. А что мне ещё делать? Паркер обязательно навестит этот особняк по старой памяти. А мне не очень хочется его здесь видеть. — Меня тоже больше не впустишь? — Если учесть, что ты обещала навредить моей семье, если я не отдам асцендент… — Кэролайн хитро улыбнулась. — Сара, пригласи, пожалуйста, Кэтрин. Домработница появилась в коридоре. — Входите, мисс Майклсон. — Спасибо, Сара, можешь идти, — проговорила Форбс и затем обратилась к Кэтрин: — Ничего не хочешь мне сказать? — Спасибо? — хмыкнула Майклсон, проходя внутрь дома. — А если серьёзно, извини, Кэролайн. Я, правда, не хотела так с тобой поступать. Мне стыдно за то, что произошло в склепе. — Ты умеешь извиняться? — Да, умею. Меня же воспитывали. Форбс в удивлении приподняла брови. — Да, воспитывали. Я же была ребёнком. Пусть и давно. Я перед тобой извинилась — моя совесть чиста. А принимать мои извинения или нет — дело твоё, Кэролайн. —У монстра и безжалостного убийцы есть совесть? Может, ещё про душу скажешь? — Не ёрничай, Кэролайн, морщины появятся. С этими словами Кэтрин направилась в гостиную. — И не смей называть меня убийцей! — бросила девушка через плечо. — Я за столько лет ещё никого не убила. В отличие от тебя. Оказавшись в комнате, Кэтрин подошла к бару и стала рассматривать хрустальные графины с янтарной жидкостью, которая «играла» в лучах утреннего солнца. Но мысли девушки были заняты отнюдь не выбором алкоголя. Сейчас она почему-то вспомнила о сделке. Исход которой был непредсказуем. Ожидать от Паркера можно было чего угодно. — Скажи, а зачем тебе нужен был Кай? Услышав имя еретика, Кэтрин невольно вздрогнула, отчего горлышко графина, со звоном ударилось о край стакана. — Захотелось. Бонни, значит, было можно с ним общаться в той тюрьме, а мне нет? — Что?! — То, — Майклсон передразнила вампиршу. — Беннет навещала Паркера. Точнее, обращалась к нему за помощью. Уж не знаю, что Бонни пообещала Каю, но это он рассказал ей, как снять его заклинание и разорвать связь между ней и Гилберт без ущерба для обеих. — Ты что несёшь?! — Ничего, — отозвалась Кэтрин и сделала небольшой глоток алкоголя. — Я, конечно, преклоняюсь перед силой Бонни. Она была действительно очень могущественной ведьмой, но именно это заклинание ей не поддалось. — Не понимаю. — Бонни столько лет пыталась его снять, но все попытки были тщетны. А после возвращения Паркера, ей удалось это провернуть как по мановению волшебной палочки. Только этот еретик оказался зависим от неё в магической тюрьме, и Бонни не упустила момента этим воспользоваться. — Ты в этом уверена? — Нет. Просто предположила. Кстати, — Кэтрин допила бурбон, — к чему такие сложности с домом? Кай же сюда не… Как ты здесь оказался, Паркер?! Обе девушки застыли на месте. Кай приветственно помахал рукой в своей излюбленной манере — на длинных пальцах блестели многочисленные кольца, а на губах играла обворожительная улыбка. — Но вы же обе здесь, — хитро прищурился еретик, — значит… — Нас пригласили, в отличие от тебя! Как ты вошёл в особняк?! — Не кипятись, Кларисс, — Паркер оценивающе глянул на Форбс. Он прошёл в комнату и уселся в мягкое кресло, закинув ноги на стеклянный журнальный столик. — То, что вампир не может зайти в дом без приглашения — всего лишь некий магический барьер, заклинание. А любое заклинание можно снять. В моём случае одним прикосновением вот этой самой ладони, — Кай поднял вверх левую руку. — Когда дверь не дверь? — Когда за дверью монстр, — отозвалась Кэтрин. — Видимо, ведьмы, создавая это ограничение, чтобы защитить дом от посягательств вампиров, не могли предположить, что на свете появятся еретики. — Надеюсь, никому из вас не придёт в голову гениальная мысль снова запереть меня в «Арсенале»? — Кай поднял руки в примиряющем жесте и ехидно ухмыльнулся. — Не переживай, Паркер, для тебя я придумаю что-нибудь новенькое, — огрызнулась Кэролайн и не торопясь, с чувством собственного достоинства, вышла из комнаты. Кэтрин подошла к Паркеру и, сдёрнув того с кресла, вышла с ним во двор. — Почему ты здесь? Я надеялась, ты в Портленде. — Что я там забыл? Кэтрин с укором взглянула на Кая, который смотрел на неё с самым невинным выражением лица. На которое можно было купиться, если не знать историю этого паршивца. — А где ты болтался столько времени? Не сразу догадался, как оттуда свалить? Я думала, ты отправился следом за мной. Стоп! Что значит, «что я там забыл»? — с явным подозрением осведомилась Кэтрин. — Лекарство. Ты обещал мне лекарство! Кай с интересом наблюдал за Майклсон. Упустить момент позлить Кэтрин он не мог. Его забавляла такая реакция. Паркер отошёл от девушки на пару шагов. Майклсон бросила на еретика беглый взгляд — растрёпанные тёмные волосы, лёгкая щетина, самодовольная ухмылка и голубые глаза, смотрящие на Кэтрин с издёвкой. Положив руки в карманы джинсов, Паркер признался: — Я солгал. У меня его нет и никогда не было. Когда я, в 1903-ем, отправился в Новую Шотландию за магией, то был обычным ведьмаком, которому тогда не требовалось никакое средство от вампиризма. Я даже не думал о нём. Там, в баре, мне просто было нужно, чтобы ты меня вытащила из заточения. Вот и всё. Но, — Кай указал на Кэтрин пальцем, подходя ближе, — вторую часть нашей сделки я выполню. Она мне по душе. Майклсон боролась с желанием придушить засранца прямо сейчас. Но также и прекрасно понимала, что никто не говорил, что с ним будет легко. Ладно, план придётся немного подкорректировать. Хотя для девушки было непонятным, почему Кай, оставив в силе вторую часть сделки, с лёгкость отменил первую. И где гарантия, что еретик не откажет ей в помощи в угоду собственным целям. У Кэтрин сложилось стойкое ощущение, что Паркер решил её использовать для достижения каких-то своих целей. От осознания этого факта стало обидно. Потакать еретику, который и так был ей должен за своё чудесное преждевременное освобождение, неизвестно в чём, Кэтрин не собиралась. «Любишь, чтобы все играли только по твоим правилам, Кай? Как бы ни так! Один раз ты меня обманул, Паркер, больше этого не повторится. Ты выполнишь условия нашей сделки, и мой способ, которым я заставлю это сделать, тебе не понравится», — подумала Кэтрин, и её губ коснулась ядовитая усмешка. — Что за манеры?! — «негодовал» Паркер, бодрой походкой направляясь в особняк. — Я уже столько времени в этом доме, и никто не догадался предложить мне поесть. Что за отношение к гостям? Мне самому, что ли, готовить? — Незваным гостям, Кай, незваным, — тихо произнесла Кэтрин вслед удаляющемуся Паркеру, прекрасно зная, что тот её великолепно услышал. «Теперь нас ждут «весёлые» деньки», — подумала Майклсон, наблюдая, как Кай, насвистывая неизвестную ей мелодию, скрылся в особняке.
