Десять чёрных роз

      Элайджа позвонил Ребекке и попросил сестру проследить за Кэтрин. Задание старшего брата её не особо обрадовало, но, учитывая, что девушка помогла ей избавиться от серебряного клинка в груди, то она согласилась.       Приехав к дому Марселя за рекой, Беккс вошла внутрь и поднялась на второй этаж, оттуда доносились голоса. В комнату она заходить не стала и наблюдала за происходящим из коридора. Видно было не очень, зато слышно отлично. Поэтому быть обнаруженной Ребекка не боялась.       Майклсон отчётливо слышала, что произошло с Марселем и перепалку Кэтрин и Кая. С одной стороны ей было жаль Жерара, а с другой — внезапно появившееся лекарство дарило надежду на осуществление давней мечты. А подождать несколько десятилетий, когда ждёшь и надеешься на чудо веками, — не проблема.       Из раздумий о человеческой жизни Ребекку вывели неторопливые шаги — кто-то вошёл в дом и не спеша поднимался по лестнице. Вампирша отошла на несколько шагов в сторону и спряталась за шкаф. Сделала она это вовремя, потому что в этот самый момент на этаже появилась Давина. Ребекка чуть не выдала своё присутствие, но удержала на языке гневный комментарий. Марсель с такой лёгкостью обвинял в её убийстве Ника, она сама грешила на Кэтрин, а ведьма Клэр оказалась жива и здорова.       Давина, негромко что-то прошептав на латыни, вошла в комнату. Ребекка больше не смогла сдерживать своё природное любопытство и аккуратно подошла к дверному проёму. Майклсон увидела, как Клэр сначала отшвырнула в сторону Кая, а затем — Кэтрин, свернув последней шею.       Кай быстро поднялся и, глядя на ведьму голубыми глазами, сверкающими холодным блеском безумия, ехидным голосом поинтересовался: — Я же тебя убил, разве нет? — Обычное защитное заклинание. Оно очень кстати, когда живёшь в городе полном нечисти. — Насколько я знаю, эффект у него одноразовый. Так что, пожалуй, пришло время исправить мою оплошность.       Кай, сжимая в руке нож, сделал пару шагов к Давине. Паркер внимательно посмотрел на ведьму — Клэр выглядела подозрительно спокойной. Еретик нахмурился и перевёл взгляд с Давины на свою грудь — в области сердца торчал деревянный кол, и на белой футболке под пиджаком расползалось тёмно-красное пятно. Выронив нож, Кай рухнул к ногам Клэр. Бросив презрительный взгляд на Паркера, ведьма направилась к Марселю. Жерар с удивлением наблюдал за своей спасительницей. — Я думал, ты умерла, — тихо проговорил он, всё ещё не веря в происходящее. — Как видишь, жива, — улыбнулась девушка. — Тогда позволь спросить, какого чёрта ты так долго?! Эти два сумасшедших еретика меня чуть не убили. И сделали человеком, — процедил Марсель и, немного призадумавшись, добавил: — Лучше бы убили. — Поднимайся. Кэтрин скоро очнётся. — Мне надо в порт. — Потом. Сначала надо придумать, что теперь с тобой делать, король вампиров Нового Орлеана. Идём.       Как только они вышли, Ребекка набрала номер Клауса и проинструктировала брата: — Ник, срочно отправляйся в портовые доки. Туда, где Марсель прятал Давину после «Жатвы». Форбс там. Поторопись, она без кольца дневного света.       Закончив разговор, Беккс вошла в комнату. Кэтрин в этот самый момент пришла в себя и уже подошла к Паркеру. Поняв, что тот мёртв, она подняла взгляд и увидела в дверях Ребекку. — Два еретика не смогли справиться с вампиром и его ведьмой, — гневно произнесла Первородная. — Хорошо хоть ты осталась жива. — Я так и не узнала, где Кэролайн. — Ник уже поехал за ней. Надеюсь, твоя временная «отключка» сняла заклинание с особняка, и он смог выйти. Иначе я не завидую Форбс. — Позвони мне, когда Клаус привезёт Кэролайн домой. Хорошо? — А ты что, не поедешь со мной в особняк? — Нет, — коротко бросила Кэтрин. Взмах руки — и она вместе с телом Паркера исчезла. — Кэтрин! Вот чёрт!

***

      Спустя пару часов, когда солнце уже поднялось над горизонтом, Кэтрин поднималась на второй этаж особняка Майклсонов. Открыв дверь в комнату для гостей, она увидела Кэролайн, которая сидела в кресле, спрятавшись от ярких лучей в тени. — Привет. — Привет. Извини, не могу сейчас к тебе подойти, — Кэролайн посмотрела на полоску солнечного света, неким барьером пересекавшую комнату, разделив её пополам. — Держи, — Кэтрин подошла и протянула на ладони кольцо с лазуритом. — Моё? — удивилась Форбс. — Спасибо. — Твоё. Но даже если бы оно потерялось, я бы тебе новое зачаровала.       Кэролайн быстро надела кольцо на указательный палец и обняла Кэтрин. — Я думала, ты уже не вернёшься домой, — проговорила Форбс. — Вот я и дома. Там, где мне хочется быть меньше всего. — Почему? — Потому что я не заслужила ту боль, что несёт фамилия Майклсон. — Ты в порядке, Кэтрин? — Нет, потому что обещания даются, но остаются не сдержанными. — С тобой точно что-то не так. Что ты несёшь?! — Давина убила Кая. — Этот засранец получил своё и, заметь, получил за дело! Уж по кому, а по Паркеру я явно скучать не буду. Клэр сделала с ним то же самое, что и он с ней. — Когда мы заключали сделку, то я обещала, что с ним ничего не случится. Сделка не исполнена, а условия уже нарушены. Я не для этого его выпускала! — Паркер заслужил то, что получил. — Возможно, но не в мою «смену». — Что ты задумала? — Я верну Кая обратно. — Ты в своём уме?! Паркер — психопат и убийца. Там, куда его отправила Давина, ему самое место. — Знаешь, поначалу я тоже так думала. Но там, в магической тюрьме, я, пусть даже на мгновение, но рассмотрела в его глазах боль, которой просто не может быть у убийцы-психопата. Ты не задумывалась, почему этот маньяк, эгоистичный ведьмак, социопат жестокий абсолютно со всеми вокруг вдруг оказался добр ко мне? Может потому, что он увидел во мне отражение себя — такого же одинокого человека?       Кэролайн молча смотрела на Кэтрин и до конца не осознавала: шутила Майклсон сейчас или говорила всерьёз. — Можешь думать обо мне всё, что угодно, но Паркера я воскрешу. — Как? «Той стороны» больше нет. — Не путай «Ту сторону» и «Потусторонний мир» в целом. То, что создала Кетсия, было своеобразным чуланом, кладовкой в огромном доме загробного мира. Оттуда души сверхъестественных существ следили за живыми, пытаясь с их помощью закончить свои незавершённые дела. Теперь этого нет. Кай умер не так давно, поэтому я смогу найти его душу и вернуть её обратно. — Паркер и душа — смешно. — Если честно, не очень. Надеюсь, у Кая есть незавершённые дела, и он в неком коридоре между двумя мирами, в своеобразной зоне отчуждения. Искать его я смогу только там. — Какими мирами? Ада нет, а в Рай Паркера точно не пустят. — Ты, правда, веришь в то, что есть только Рай, а души грешников отправляются в небытие? А как же пытки и прочее? — нервно хохотнула Майклсон. — Естественно за столько лет создали нечто подобное Аду. Лавры Кейда многим покоя не давали. Вспомни Бонни, она же создала для Энзо отдельный мир. Так что… — Кэтрин развела руками. — Мне пора. У меня мало времени. — На воскрешение нужно много магии. Твоей на такое заклинание не хватит. Ты просто себя убьёшь. — Может, хорошо, что у меня есть это. — Майклсон достала из кармана браслет с каменными бусинами, который забрала у еретика. — Здесь сила нескольких ведьм. Должно хватить.       Кэролайн укоризненно покачала головой, но не нашлась, что ответить на это Кэтрин. Форбс уже давно поняла, что упрямство — её фамильная черта. Вот только хорошо это или плохо вампирша не решила. Отговаривать Кэтрин было бесполезно. — Единственное, что я тебе скажу, будь осторожна.       Не ответив, Кэтрин вышла из комнаты и через мгновение покинула особняк. Кэролайн решила не терять ни минуты и отправилась к Элайдже. Форбс, конечно, знала, что условия сделки между старшим Майклсоном и Деймоном и Еленой давно потеряли силу, но она почему-то пребывала в полной уверенности, что остановить Кэтрин от этого необдуманного шага сможет только он. ***       Кэтрин приехала на кладбище Лафайет и вошла в склеп. В помещении стоял небольшой круглый стол и стул рядом с ним. Хаотично расставленные подсвечники давали достаточно света. Подойдя к одному из двух огромных шкафов из красного дерева, Майклсон достала потрёпанную временем книгу по чёрной магии. «Resurrectionem ex mortuis»* гласили витиеватые латинские буквы старинного шрифта. Пролистав ветхие, местами уже истлевшие, страницы Гримуара, Кэтрин нашла нужное заклинание.       Перед тем как приступить к тёмному ритуалу, девушка достала из ящика небольшой холщовый мешочек. Высыпав его содержимое рядом с входной дверью, Кэтрин вернулась к столу. — Вы не войдёте в склеп, — произнесла Майклсон, оборачиваясь. На пороге стояли Элайджа и Кэролайн. — Это жертвенная магия. Её так просто не снять. — Кэтрин показала им кинжал Тунде. — Нужно что-то сильнее, например, кровь Хоуп. Но её, к вашему сожалению, в городе нет. — Катерина, остановись. — Не подумаю. — Для молодой девушки ты слишком много времени проводишь на кладбище — крайне нездоровая привычка.       На это высказывание Элайджи Кэтрин лишь демонстративно закатила глаза. Затем она опустилась на колени перед телом Кая. — Vitas Phasmatis, Ex Saleto, Revertas Phasmatis. Ut Vectas, Vitas Phasmatos, Ex Saleto, — проговорила девушка, прикладывая ладони к груди Паркера. Тут же загорелись оранжевым светом руны, вырезанные на каменных бусинах магического браслета, который был надет на её запястье.       В склепе поднялся ветер, развевая волосы Кэтрин, которая продолжала читать заклинание на латыни. Вихри воздуха кружили и поднимали под потолок различные предметы, находившиеся в небольшом помещении. Проговаривая слова заклятья снова и снова, Кэтрин старалась не обращать внимания на то, что из носа пошла кровь. Сильное древнее заклинание быстро забирало её силы и магию из браслета. — Катерина!       Элайджа ударил кулаком по магической преграде, не пускающей ни его, ни Форбс внутрь. — Зачем ты просила меня приехать, Кэролайн? — К ним подошёл Клаус и заглянул через плечо брата в склеп. — Мне нужна твоя кровь. — Гибрид приподнял бровь и вопросительно посмотрел на Форбс. — Клаус, нет времени объяснять!       Никлаус фыркнул и прокусил своё запястье. Кэролайн подвела его ко входу. Капли крови гибрида упали на серый порошок, рассыпанный у двери. Кровь зашипела, вступив в реакцию с магической смесью. Подождав пару секунд, Кэролайн выставила руку вперёд — барьера не было. — Как ты догадалась? — спросил Элайджа. — Кэтрин сказала о крови Хоуп, а я предположила, что кровь Клауса тоже поможет, — повернувшись к Никлаусу, Кэролайн, улыбнувшись, проговорила: — Спасибо, что так быстро приехал. — Не за что.       Войдя в склеп, они увидели Кэтрин, которая лежала без сознания на каменном полу. Тела Паркера нигде не было. Оно исчезло.

***

      Солнечным тёплым утром Кэтрин приехала на городское кладбище Портленда. Держа в руках букет из десяти красных роз, Майклсон прошла по дорожкам к могиле Паркера. Она располагалась в самом дальнем углу погоста. Кая похоронили рядом с родителями и его сестрой-близнецом Джозетт.       Неожиданно хорошая майская погода испортилась — поднялся сильный ветер, небо затянули свинцово-серые тучи. Потемнело. Стало очень тихо, словно всё кладбище вдруг резко оказалось под огромным колпаком, в неком вакууме. Густую, вязкую тишину нарушили, послышавшиеся вдалеке громовые раскаты. Сверкнула молния. Надвигалась гроза. Начал моросить мелкий противный дождь, покрывая мелкой паутиной своих капель всё вокруг.       Кэтрин хотела положить букет к надгробию Кая и побыстрее убраться отсюда. Она опустила взгляд на букет, который держала в руках, и резко его отбросила — розы из кроваво-красных стали чёрными.       Отшатнувшись от странных цветов, Кэтрин замерла. Ей показалось, что кто-то стоял за её спиной и, смотря в упор, наблюдал за ней. Майклсон обернулась, но незнакомец, облачённый во всё чёрное, словно растворился. Единственное, что Кэтрин успела рассмотреть, — блеснувшие хищным блеском голубые, словно осколки льда, глаза.       Повернувшись обратно к надгробию, она увидела стоящего перед ней Паркера, облокотившегося на мраморную плиту со своим именем. Кай, склонив голову набок, смотрел на неё иронично-самодовольным взглядом. — Кэтрин, Кэтрин… Ты меня обманула, — с театральной обидой в голосе проговорил еретик. — Я не…       Договорить Майклсон не успела. В руке Кая блеснуло острие ножа. Мгновение — и холодное лезвие, по самую рукоять, вошло в её тело, царапая рёбра.       Вскрикнув от боли, Кэтрин осела на землю, упав перед еретиком на колени. Она, скривившись, вытащила охотничий нож и отбросила его в сторону. Девушка осталась сидеть на траве и смотрела на Кая снизу вверх, зажимая рукой рану. — Я выпустила тебя и дала шанс начать всё заново. Тот самый шанс, который ты не получил от своей семьи или Бонни. Ты соврал, Паркер. Мы заключили сделку, а ты, Кай, сделал всё по-своему. Ты изначально вёл свою игру, не посвящая меня в её правила. Ты заверял меня, что изменился. Да, Кай, ты мог бы, но не сделал этого.       Кровь продолжала сочиться сквозь пальцы Майклсон, окрашивая их в красный цвет. С каждой секундой её становилось всё больше. Паркер это заметил и присел перед Кэтрин на корточки. Он приподнял её лицо за подбородок и, внимательно глядя на неё, поинтересовался: — Почему ты не исцеляешься? — Потому, — передразнила Кэтрин. Убрав руку Кая и посмотрев в его холодные голубые глаза, она договорила: — Я человек…       Кэтрин распахнула глаза и резко села в кровати. Она часто дышала, жадно хватая ртом воздух. Губы девушки дрожали, длинные пряди чёрных волос прилипли ко лбу, а по лицу струились капельки холодного пота. — Чёрт тебя подери, Кэтрин! Наконец-то! — прозвучал где-то совсем рядом знакомый женский голос.       Кэтрин огляделась. Она находилась в своей спальне. Рядом с её кроватью, в кресле, сидела Ребекка. Взяв в руки подушку и положив её себе под спину, Кэтрин устроилась поудобнее и убрала от лица мокрые пряди волос. Затем перевела хитрый взгляд на вампиршу: — Беккс, нечестно влезать в мою голову, когда я в таком состоянии, и показывать иллюзию, выдавая её за сон, — кстати, довольно реалистичный и жуткий. — Я всего лишь пыталась тебя разбудить. И это был не сон. Это — внушение. — Кэтрин скептически изогнула бровь, глядя на Ребекку. — Клянусь, это не я. Мы все пытались тебя разбудить, но тщетно. Ты проспала три дня. — Сколько?! — голос Кэтрин предательски подскочил на несколько октав. — Три, — повторила Ребекка. — Пока ты спала, у нас весь дом ходуном ходил. А перед тем как ты проснулась, всё пришло в норму.       Кэтрин растерянно хлопала глазами, сидя на кровати. — Ты чего-нибудь хочешь? — Нет, спасибо. Если не трудно, оставь меня, пожалуйста. — Хорошо, — проговорила Ребекка, и Кэтрин показалось, что в её голосе сквозило облегчение.       Когда за Первородной закрылась дверь, девушка встала с кровати и подошла к ящику, где хранила магические артефакты. Взяв в руки один из них, она закрыла глаза и сконцентрировалась, но ничего не почувствовала. — Что за чёрт?! — Кэтрин отбросила амулет в сторону. — Phesmatos Incendia. — Она посмотрела на свечу, стоящую на столе, ожидая, что та загорится ровным ярким пламенем. Но ничего не произошло.