Голодные игры

Дверь квартиры Лиары открылась перед Гаррусом, моргнув огоньком фотоэлемента, но поприветствовать его вышла вовсе не сама хозяйка. — Здравствуйте, офицер Вакариан! — механически-радостно воскликнул Глиф, крутясь и подпрыгивая в воздухе возле гаррусовой головы. — Доктор Т’Сони присоединится к вам через несколько минут. Пожалуйста, располагайтесь в гостиной. — Привет, Глиф, — кивнул Гаррус. — Спасибо. Дрон напомнил Гаррусу восторженного щенка. Когда-то Гаррус знать не знал, что такое «щенок» — его просветила Шепард, показав несколько роликов в экстранете. Шепард очень любила собак, хотя Гаррус не очень понимал, что такого особенного в этих странных мохнатых созданиях, существующих на Земле в огромном количестве разновидностей. — Они верные, — пожала тогда плечами Шепард. — Добрые, забавные. Лучшие друзья для своих хозяев. — У вас на Земле разрешено владеть живыми существами? — с недоумением спросил Гаррус. — Я думал, что такое насилие над животными — удел кроганов и ворка. — Никакого насилия, Гаррус, — укоризненно ответила Шепард. — Человек когда-то одомашнил собаку, и много лет мы живем бок о бок. Не как рабы и хозяева, а как друзья. — Все еще не слишком понимаю, но спишу на культурные различия, — вздохнул Гаррус. — У вас на Палавене что, нет домашних животных? — спросила Шепард. — Ну вроде как... когда ребенок просит у родителей друга, что подарит турианский родитель? — Винтовку, Шепард, — усмехнулся Гаррус. — Шучу, конечно. Турианским детям... ммм... непонятна такая концепция. А что касается животных, то не думаю, что ты бы захотела видеть в своей квартире цераптофала или тсерикса. Мы разводим их в огромных вольерах на специализированных фермах, а когда возникает необходимость добыть мяса, пропускаем через особые решетки, вмурованные в пол, электрический ток. Только после этого заготовщики решаются войти внутрь, чтобы собрать туши. — Да, симпатичные зверюги, — пробормотала Шепард, что-то перелистывая на экране датапада. — За сколько секунд такая может разорвать тебя в клочья? — Не имел возможности замерить, — покачал головой Гаррус. — А что, Шепард, я уже настолько тебе надоел? Она встала со своего кресла, подошла, устроилась рядом на диване и ласково погладила его по изуродованной половине лица. — Даже не мечтай, Вакариан, — усмехнулась она. — Так просто ты от меня не избавишься. Когда они бежали к лучу, отбиваясь от истошно верещавших хасков, Гаррус успел пообещать себе, что когда все закончится, непременно добудет Шепард щенка. Но через секунду его ноги придавило перевернувшимся вездеходом, и досужие мысли пришлось оставить на потом. — Скажи, Глиф, — вынырнув из воспоминаний, спросил Гаррус. — Есть ли на Сур-Кеше собаки? — Нет, офицер Вакариан, — отчеканил дрон. — Данная биологическая форма является эндемиком планеты Земля. Вероятно, в саларианских лабораториях можно обнаружить подопытные образцы. Желаете, чтобы я проверил? — Нет, — Гарруса передернуло. Мысль о показанном когда-то Шепард умильном мохнатом зверьке, распятом на столе вивисектора, показалась ему крайне неприятной. — Спасибо за информацию. — Всегда к вашим услугам, офицер Вакариан, — услужливо произнес дрон, и по его голограмме пробежали веселые огоньки. Слуха Гарруса коснулся отрывистый звук — хлопнула дверь. Он вскочил с дивана, на котором успел уютно устроиться, и, учтиво склонив голову, поприветствовал Лиару. — Тебя интересуют собаки, Гаррус? — с улыбкой спросила она, вставая на цыпочки и целуя его в край лицевой пластины. — Когда-то они интересовали Шепард, — ответил он. — Что-то вспомнилось. — Шепард любила собак, — вздохнула Лиара и предложила Гаррусу снова присесть, устроившись напротив в кресле. — В детстве, когда она жила то на одном корабле, то на другом, ей не разрешали завести себе питомца. Она смеялась, что выйдя в отставку, заведет себе здоровенного пса, чтобы он грел ей ноги. — Хм. Мне она такого не рассказывала. — Это было еще до Алкеры, — опустила глаза Лиара. — Мы тогда сидели в кают-компании, ужинали и делились историями, а ты, кажется, застрял в грузовом отсеке. Как обычно. — Там всегда было, чем заняться, — пожал плечами Гаррус. — И мне тогда еще было... немного неуютно среди людского экипажа. — А Рекс, к примеру, не испытывал никаких неудобств, — усмехнулась Лиара. — Я с трудом могу представить место, где Рексу будет неуютно, — рассмеялся Гаррус. — Ну почему же... Это несложно, — задумалась Лиара. — Хотя... Ты прав. Ты, как всегда, прав, мой старый друг. — Старый? — удивленно спросил Гаррус. — Духи, Лиара, это просто недосып и саларианский климат. Уверяю, что глубоко в душе я гораздо моложе, чем выгляжу, — он на секунду замолчал, а потом продолжил: — Мне кажется, мы специально несем чепуху, чтобы оттянуть момент погружения в дела куда более неприятные. Лиара вздохнула и опустила глаза. Потом, перелистнув страницу в датападе, посмотрела на Гарруса и произнесла спокойным, привычно деловитым голосом: — Что ж. Смотри, что удалось обнаружить. Действительно, у «Затмения» есть несколько складов с декстропродуктами, и я все еще выясняю, где расположено производство. Насколько удалось узнать, прямого предложения турианскому представительству покупать продовольствие у них «Затмение» еще не делало. Тем не менее, слухи о том, что какой-то объем пайков можно приобрести нелегально, уже ходят и довольно активно. — Что-то подобное я и понял из намеков моего командования, — подтверждающе кивнул Гаррус. — Есть идеи насчет того, почему все так обернулось? — Версии есть, но они пока довольно шаткие, Гаррус, — покачала головой Лиара. — С одной стороны, «Затмение» никогда не гнушалось брать правительственные заказы. Но, вероятно, это всего лишь сговор с целью передела рынка. — Странный, конечно, товар они выбрали, чтобы торговать им вчерную, — раздраженно сказал Гаррус. — Помнится, на Омеге они заграбастали большую часть производства нулевого элемента и прямо-таки купались в кредитах. А тут — какие-то турианские пайки. Что, у местного заправилы дела идут настолько плохо? — Я бы так не сказала, — ответила Лиара, продолжая рыться в файлах. — Конечно, существенная часть флота наемников осталась закрытой в Солнечной системе после того, как они откликнулись на приказ Арии, а потому остаткам бойцов на других планетах сейчас приходится несладко. Но на Сур-Кеше всегда находилась одна из самых крупных баз. Некоторые члены «Затмения» сотрудничают с ГОР, это давно известно. А потому в версию, что «Затмение» решило сделать из декстропайков «новый красный песок», отобрав право на производство у официальных заводов, я не очень верю. Это и впрямь не слишком прибыльный бизнес. — Тем не менее, полностью отмести эту версию тоже сложно, — кивнул Гаррус. — Без спецпайков турианцы на Сур-Кеше погибнут, а, значит, вскоре будут готовы покупать еду у кого угодно. — Но ведь не за любые деньги? — тихо уточнила Лиара. Гаррус отрицательно покачал головой. — Конечно, нет. Мы едва сводим концы с концами. Серьезного потока прибыли с нашей стороны ждать бесполезно. Какие еще версии? — Как я уже сказала, «Затмение» всегда плотно работало с правительствами азари и саларианцев, — продолжила Лиара. — Далатресса могла заплатить наемникам, чтобы они заставили владельцев заводов остановить производство, чтобы не пачкать собственных рук. Но здесь мы возвращаемся к предыдущему вопросу — возможный конфликт между Союзом и Иерархией. Ты утверждаешь, что его не было. Поэтому я не понимаю, зачем далатрессе проворачивать подобные фокусы. — Так мне сказал Примарх, — буркнул Гаррус. — Ты уверен, что он был с тобой до конца честен? — осторожно спросила Лиара. — Это не в натуре Виктуса — изворачиваться, — пожал плечами Гаррус. — С другой стороны, он мог и не лгать, а просто не сказать всей правды. — Ты еще будешь с ним связываться? — Да, он ждет моего отчета. Вопрос только в том, когда я смогу его предоставить, — сказал Гаррус. — Виктус не любит размытых формулировок и невнятных допущений. К нему нужно возвращаться с четкими данными. Проверенными и обдуманными выводами. Пока мне ему сказать нечего. У тебя есть еще что-нибудь интересное? — Не знаю, — Лиара начала что-то быстро перелистывать. — Поскольку я взяла версию с производственным рейдерством за основную, я решила проверить сводки о деятельности «Затмения» в других системах. Конечно, в нынешних условиях я не могу собрать абсолютно все. — Я понимаю, — кивнул Гаррус. — Но все-таки кое-что попало ко мне на стол, — продолжила Лиара. — Слушай. После окончания войны Альянс продолжил раскопки протеанских руин на Марсе — того самого объекта, с которого нам удалось получить чертежи Горна. Людское правительство надеялось, что получится отыскать там хотя бы еще что-нибудь, что сможет помочь снова запустить ретрансляторы. Ты знаешь, в чем проблема с ретрансляторами, Гаррус? — Смутно, — Гаррус неопределенно дернул плечами. — Я слишком редко звоню Тали. — Будто бы ваши инженеры не делятся с вами новостями, — усмехнулась Лиара. — Впрочем, ты действительно мог не вдаваться в детали. Так вот, восстановительная часть работ давно окончена. Кольца отремонтированы, внутренние системы, пострадавшие от взрыва, почти полностью в работоспособном состоянии. Дело в ядре. Никто до сих пор не смог понять суть его функционирования. Соотношение его размера с мощностью... в общем, если провести параллели с существующими технологиями, то ядро, необходимое для создания поля массы такой силы и объема, должно быть в десятки раз больше. Не говоря уж об энергопотреблении. Никто не может понять, как ядра ретрансляторов могли отправлять корабли на сотни световых лет в другие системы, имея ровно такой размер и потребляя именно столько нулевого элемента. Пока эти махины работали, никто не рисковал лезть в их нутро. — Если это работает, не трогай, — усмехнулся Гаррус. — Вроде того, — кивнула Лиара. — Поэтому все расы, в звездных системах которых можно обнаружить протеанские строения, снарядили многочисленные археологические экспедиции с целью найти хоть что-то, что поможет разобраться в строении ядра. Протеане могли подобраться гораздо ближе к разгадке этой тайны, чем мы. — Разумно. Так что с раскопками на Марсе? — Исследовательская группа нашла множество чертежей, описывающих подобные технологии. Насколько я знаю, их решено было доставить на станцию «Калабрия» возле Харона, сравнить с чертежами Горна и имеющимися исследовательскими базами по Цитадели, чтобы, возможно, выявить какие-то закономерности и найти решение. Цитадель, по сути — огромный ретранслятор, Горн создан для того, чтобы передавать энергию через ядра ретрансляторов. Все согласились, что из этого может выйти толк. — Но... — чуть протянул Гаррус. — Должно быть «но». — Своего рода, — ответила Лиара. — Во время транспортировки архива с Марса на исследовательскую группу было совершено нападение. — «Затмение»? — озвучил Гаррус свою догадку, и Лиара с готовностью кивнула. — Именно. К счастью, археологов охранял отряд кроганов, а потому от наемников удалось отбиться почти без потерь. После этого Альянс решил максимально засекретить разработку — было совершенно ясно, что на каком-то этапе произошла утечка. От дальнейшего участия в проекте отстранили представителей всех остальных рас, кроме людей. Насколько я знаю, представители Республик Азари, Иерархии и наш старый друг Рекс согласились, что после должной обработки и анализа данные будут переданы каждой из заинтересованных сторон, чтобы продолжать собственные разработки на их основании. — Я не услышал одного-единственного слова, — сказал Гаррус, прищурив глаза. Лиара улыбнулась с выражением некоторого торжества. — Я даже знаю, какое слово ты имеешь в виду, Гаррус, — кивнула она. — Саларианцы. — Ты не ошиблась, — подтвердил Гаррус. — Почему в договоре не участвует Саларианский Союз? — Они в свое время не пришли на помощь Земле, Гаррус, — ответила Лиара. — Далатресса отказалась предоставить свой флот для борьбы со Жнецами, и Альянс не чувствует себя нисколько ей обязанным. Кстати, ты знаешь, что майор Киррахе был официально разжалован за то, что все-таки отправился со своим отрядом в Лондон? Кажется, его имя было даже исключено из архивов его семьи. — Нет, — ответил Гаррус. — Это печально. Я слышал, что для саларианца это — самое страшное наказание. Итак. Значит, Альянс отплатил далатрессе ответной вежливостью. Хм... — И я подозреваю, что за попыткой ограбления экспедиции стоит именно саларианское правительство, — заключила Лиара. — Если бы у них все получилось, Союз приобрел бы мощный рычаг давления на все остальные расы. — Но это ведь неразумно, ретрансляторы нужны всем системам сразу. Если Сур-Кеш откроет «Пранас», то нужно, чтобы работал спаренный с ним ретранслятор, иначе вся суета становится бесполезной, как пыжачьи бега. — Отсроченные обязательства — тоже обязательства, Гаррус, — покачала головой Лиара. — Саларианские ученые обнародовали бы, что нашли решение задачи, а потом далатресса вытребовала бы у всех остальных заинтересованных лиц преференции. Во времена послевоенной разрухи это достаточно дальновидный ход, согласись. — И вполне по-салариански, — вздохнул Гаррус. — Теперь бы понять, связаны ли события на Сур-Кеше с тем, что случилось в Солнечной системе. И при чем здесь Иерархия? — Да, над этим еще нужно поломать голову, — согласилась Лиара и посмотрела на холочасы. — Кстати... Уже почти время. — Время для чего? — удивленно спросил Гаррус. — Для одного визита, — Лиара хитро улыбнулась. — Думаю, тебе это тоже будет интересно. О! Точно вовремя, — она вскочила с кресла, услышав звонок в дверь. — Впрочем, саларианцы обычно крайне пунктуальны. — Саларианцы? — переспросил Гаррус. — Я же говорю — тебе будет интересно, — подмигнула Лиара и направилась в прихожую. Она вернулась через минуту с нервно озирающимся саларианцем средних лет, который с недоверием поглядывал на вертящегося в воздухе Глифа. — Гаррус, это доктор Кирин Солус, — с улыбкой представила гостя Лиара. — Солус? — Гаррус встал и протянул саларианцу руку. Тот осторожно пожал ему кончики пальцев, а потом ответил. — Солус. Я — племянник доктора Мордина Солуса. Рад встрече, господин Вакариан. Долго искал возможность с вами связаться и... милая леди пообещала мне помочь с этим делом. До сих пор не понимаю, как она меня нашла. — Когда очень чего-то хочешь, Вселенная всегда находит возможность помочь, и нужные люди образуются в жизни сами собой, — улыбнулась Лиара. — Старая поговорка азари. — Странные предрассудки, — саларианец быстро пожал плечами. — Впрочем, как хотите. — Чего-нибудь выпьете, доктор? — предложила Лиара, но Кирин Солус отмахнулся. — Давайте к делу. Господин Вакариан, я знаю, что вы были другом моему дяде, да охранит его дух Богиня, — заговорил он. — Я слышал о том, что происходит с декстропродуктами. И, кажется, я... вернее, он... мы можем вам помочь. — Вы тоже врач? — спросил Гаррус, но Кирин Солус замахал руками: — Вовсе нет. Генетик, но в другой области. Дядина лаборатория досталась мне по наследству. Неслыханное дело, он записал в завещание только меня. Остальное семейство в бешенстве, но дядя Мордин всегда был немного... не от этой воды. Некоторое время назад я все-таки решил разобрать его вещи. Хорошее помещение. Можно было бы использовать под что-то еще. И в рефрижераторах я нашел кое-что полезное. Сразу вспомнил о вас. Я слышал, что «Нормандия» приземлилась на Сур-Кеше, поэтому решил вас разыскать. Саларианец развернулся и снова направился в прихожую, откуда вернулся с небольшим портативным холодильником. — Что это? — удивленно спросил Гаррус. — Антигистаминная сыворотка, — ответил Кирин. — Немного, но, может, хватит хотя бы детям? У меня есть формула. Нашел в дядиных записях. Если получится отыскать лабораторию, где это произведут, сможете питаться нашей пищей. Хотя бы пока ваши дела не наладятся. Понимаю, решение не идеальное, — Кирин прикрыл глаза и отчеканил по памяти: — «Применение может снизить объем иммунной реакции декстроаминокислотного организма на правоаминокислотные вещества, но длительное применение не рекомендуется ввиду повышения опасности возникновения аутоимунных поражений». Тоже нашел в дядиных заметках. Гаррус аккуратно отщелкнул замок на холодильнике и заглянул внутрь. Его мандибулы невольно разошлись в улыбке. Конечно. Он помнит эти шприцы с ядовито-желтой жидкостью. — ...Гаррус! Спасибо, что нашли время зайти! — Мордин оторвался от компьютера и радостно улыбнулся. — Исключительно врачебный вопрос. Не займу много вашего времени. — Пластины срастаются хорошо, доктор, если вы это имели в виду, — сказал Гаррус, осторожно пошевелив правой стороной лица. — Рад, очень рад, — кивнул Мордин. — Но позвал вас не для этого. Гормональный всплеск — нормальный ответ турианского организма на стресс. Знаю о методах преодоления дисбаланса в турианской армии, на «Нормандии» малоприменимо. Половые отношения — адекватная замена. — Погодите, доктор, что? — выдавил Гаррус, чувствуя, как к шее приливает кровь. Мордин со свистом втянул воздух ноздрями, а потом ответил: — Феромоны меняют запах вашего пота. Турианская особенность. У других видов не так заметна. Особенно отчетливы изменения в присутствии капитана Шепард. Гаррус вздохнул. Саларианский пройдоха, конечно, все заметил. А они с Шепард наивно думали, что за дверьми орудийной никто ни о чем не догадывается. Мордин нагнулся под стол и достал подставку с несколькими ярко-желтыми инъекторами. — Антигистаминная сыворотка. Поможет предотвратить негативную реакцию при попадании внутрь правоаминокислотных биологических жидкостей. Вводить минимум за полчаса до возможного контакта, в ином случае эффективность не гарантирую. Гаррус машинально принял подставку из рук Мордина, все еще не сводя с него вытаращенных глаз. — А-а-а... что с Шепард? — прохрипел он, чувствуя, как от неловкости пересыхает горло. — Уже выдал ей собственные рекомендации, — невозмутимо ответил Мордин, возвращаясь взглядом в свой монитор. — Люди легче переносят попадание левозакрученных белков. Мята, например. Вполне привычно. Тем не менее, на всякий случай, порекомендовал воздержаться от проглатывания. Гаррус, — Мордин поднял глаза. — Проконтролируйте, пожалуйста, чтобы капитан воздерживалась от проглатывания. Вы — мужчина. Несете ответственность. — Даже и не знаю, как вас благодарить, доктор Солус, — сказал он, чуть поклонившись саларианцу. — Здесь... немного, но если есть формула... возможно, хотя бы дети и больные теперь в относительной безопасности. — Не стоит, — махнул рукой Кирин. — Рад помочь другу дяди Мордина. Он высоко о вас отзывался. Кстати... — Кирин нервно потер руки. — Раз уж вы его знали... Не то, чтобы я излишне любопытен... Но вы можете рассказать мне, чем именно занимался дядя Мордин? Он всегда вел себя немного... странно. Теперь-то уже нет никакой опасности. — Он был врачом, — осторожно ответила Лиара, поймав умоляющий взгляд Гарруса — он не понимал, что можно рассказывать, а что — нет. — Прекрасным врачом. — «Нормандия» была кораблем со смешанным экипажем, — продолжил Гаррус. — Ваш дядя был специалистом по мультирасовой биологии. Вполне разумный выбор. — А что с генофагом? — не унимался Кирин. — Нам сказали, что он разработал лекарство от генофага. В Союзе его считают предателем! Тем, кто снова возродил кроганскую угрозу! — Это было необходимо, — вздохнул Гаррус. — Иначе мы бы все погибли. Сейчас можно думать о последствиях, но тогда каждый боец был на счету. И мы не могли упустить возможность помириться с кроганами. Лечение генофага было условием их вождя, чтобы его солдаты вступили в общую войну. Ваш дядя согласился помочь. Кирин тяжело вздохнул и потупился. — Значит, это правда... Я так надеялся, что это не так. Что смогу сбросить тень с доброго имени нашей семьи... В любом случае — спасибо, что рассказали. Хоть я и уверен, что рассказали не все. Спасибо за то, что помогли нам встретиться, доктор Т’Сони, — он поднял глаза на Лиару. — Увы, мне пора. Всего вам хорошего. Когда Лиара проводила гостя и вернулась к Гаррусу, он сидел на диване, уставившись на холодильник, который стоял на журнальном столике. Лиара села рядом и положила руку Гаррусу на плечо. — На сколько этого хватит? — Там всего дюжина инъекторов, — вздохнул Гаррус. — Ребенок может растянуть один на пару дней. Взрослому нужен полный — по трети перед каждым приемом пищи, если, конечно, доза та же, что и для... Неважно. — Я поищу лабораторию, которая возьмется за синтез сыворотки, — пообещала Лиара. Гаррус благодарно накрыл ее руку на плече своей ладонью и кивнул. — Может, ты воспользуешься этой штукой, а потом я приглашу тебя на ужин? — с мягкой улыбкой спросила она. — У тебя глазницы почти черные. Тебе надо поесть. — Все в порядке, — помотал головой Гаррус. — Сегодня я как раз могу съесть свой паек. Вернусь домой и поужинаю. А шприцы отдам соседям, у которых дети. Им нужнее, чем мне. — Не говори так, — сердито сказала Лиара. — Тебе нужно, по крайней мере, думать, Гаррус. Иначе никто не разберется с этой историей. Никто, кроме тебя. Пообещай, пожалуйста, что не будешь геройствовать попусту? — Хорошо, — улыбнулся Гаррус. — Только ради тебя. — Гаррус.. — Лиара вдруг опустила глаза. — Позволь... позволь тебе помочь? Я вижу, какой ты напряженный, натянутый. В таком состоянии ты потратишь гораздо больше сил, чем мог бы, а тебе нужно их беречь. — Что ты хочешь сделать? — Гаррус удивленно приподнял надбровные пластины. — Я ведь азари, — ответила Лиара, все еще не поднимая глаз. Гаррус заметил, что краешки скул у нее стали лиловыми. Лиара смущалась. — Соединение разумов — это не только секс, как многие думают. Вернее, это совсем не секс, может быть частью... личного контакта, но не только. — Ты хочешь обнять со мной Вечность? — усмехнулся Гаррус, тут же мысленно взмолившись, чтобы она не приняла его усмешку за оскорбление. — Это очистит твой разум, — Лиара все-таки посмотрела на него. В ее глазах он прочитал искреннее беспокойство. — Поможет расслабиться. Тебе станет легче, обещаю. Помнишь, как тебя учили обращаться с оружием? Поначалу ты наверняка слишком сильно сжимал его руками, и каждое движение давалось с трудом, а потом расслабился и сам удивился, насколько легким кажется когда-то сложное дело. То же и с нервной системой. Пожалуйста. Позволь мне помочь? — Ну... если ты настаиваешь, — нервно ответил Гаррус. — Только... не знаю, как ты это делаешь, но... не трогай ничего личного. — Конечно, — улыбнулась Лиара. — Я все понимаю. Откинься на спинку дивана. Он покорно опустился назад, чувствуя, как нижний край гребня скользит по прохладной коже. Верхний валик пришелся точно под затылок, и Гаррус выдохнул, пытаясь отпустить напряжение из рук и ног. Лиара села ближе, оперлась рукой с другой стороны его бедер и взяла за плечо. Глаза ее стали затягиваться темной пеленой. — Расслабься, Гаррус. Обними Вечность! ...в потоках синего безвременья плыли мерцающие звезды. Голову наполнял тихий гул: приятный, напоминающий плавное размеренное пение. Он будто бы висел в тугом желе, не имея возможность пошевелить ни рукой, ни ногой — и не имея даже такого желания. Внутри его тела каждую секунду будто бы рвались, звеня, невидимые струны, отпуская на волю усталость, боль, страх, которые вытекали наружу и растворялись в окружавшей его теплой полутьме. В ушах звучали наперебой голоса: отца, матери, Соланы, Шепард... Это было похоже на сон, хотя Гаррус уже очень давно не видел снов. Болезненный комок в желудке тоже будто бы рассосался, оставив чувство пустоты. Он чувствовал, как обмякают пережатые плечи, как пальцы, вздрагивая, расслабляются и безвольно повисают, будто он никогда и не умел ими шевелить. И он чувствовал Лиару, хоть и не видел ее. Если его когда-нибудь спросят, как именно — он не смог бы объяснить. Но он знал, что она рядом, что она с ним, в нем. И от этого было хорошо. Тепло, спокойно, радостно. Когда Гаррус открыл глаза, Лиара сидела рядом, тяжело дыша. Лицо ее было почти бескровным. — Немного устала, — с трудом произнесла она. — Но, кажется, у меня получилось. Гаррус прислушался к себе. Его тело, размякшее на податливом диване, в кои-то веки не было сжато, как пружина. В голове было пусто и спокойно, будто бы все недавно случившееся случилось не с ним. Будто он читал об этом в новостях или слышал от соседа. Но понемногу осознание реальности возвращалось, больно покалывая внутри. Шепард. Отец и Солана. Продовольственный кризис. Проблемы никуда не делись, но, стоило отметить, Гаррус действительно смотрел на них теперь немного иначе. Он с трудом открыл рот и произнес: — Чувствую себя сонным ханаром. Как думаешь, я смогу снова ходить? Лиара устало улыбнулась. — Непременно. Надеюсь, что прямо сейчас ты встанешь и дойдешь до своей любимой гостевой комнаты, где проспишь до утра. Мне тоже нужно прилечь. — Да, — у него не было сил сопротивляться. — Отличный план. Он заснул прямо на диване, пробормотав, засыпая: — Меня зовут Гаррус Вакариан, и это мое любимое место на всем Сур-Кеше... Наутро, вернувшись в кондоминиум, он снова начал с того, что позвонил в дверь Оррика Кантуса. Открыла его жена, Миера — симпатичная молодая женщина с сипритинской меткой, почти такой же, как и у самого Гарруса. — Привет, Гаррус, — сказала она. — Оррик уже уехал в штаб. Ты что-то хотел? — Да, — Гаррус открыл холодильничек и достал три шприца. — Это антигистаминная сыворотка. Не бойся, я ее на себе неоднократно проверял. Частная разработка, неожиданная удача. Понимаю, что ваши девочки вряд ли любят уколы, но это поможет попробовать накормить их здешней обычной едой. Я бы посоветовал людскую, саларианская все-таки довольно странная. Миера с недоверием приняла шприцы. — Это точно безопасно? — Вколол утром, пока еще жив, — Гаррус закатал рукав и показал след от укола. — Сейчас попробую купить какой-нибудь гадости в закусочной на углу. Если что — там и найдете. Миера неуверенно рассмеялась. — Да ну тебя! Ладно, попробую сама сначала. Спасибо тебе, Гаррус. Ты так нам помогаешь... Я уже хотела класть младшую в больницу, там хотя бы кормят, но ты понимаешь, уж слишком много нас, желающих... — Я могу попробовать найти место в другом городе, — сказал Гаррус. — Или спросить у Альянса, вдруг у них остались квоты на койкоместа. У меня там осталась пара... друзей. Миера покачала головой. — В другом городе она одна не захочет оставаться, а я не смогу оставить Оррика и старшую без присмотра. Но если получится через Альянс... Духи, Гаррус, да я и так с тобой уже не расплачусь за помощь! — Не беспокойся, — Гаррус погладил ее по плечу. — Я попробую что-нибудь сделать. Ладно. Мне уже тоже пора отправляться в штаб. Держитесь. — Береги себя, — улыбнулась Миера и исчезла за дверью. Карниус был еще дома, и когда Гаррус вошел в квартиру, подскочил на своем месте, как ужаленный. — Вольно, — кивнул Гаррус. — Есть что-нибудь срочное? — Нет, сэр, — ответил Карниус. — Ждал вас, чтобы заказать машину и ехать на службу. А так, все тихо. — Я буду готов через полчаса, — сказал Гаррус. — Только душ приму. Захвати с собой вот это, — он кивнул на холодильник. — Это сыворотка, которая поможет нам продержаться еще немного. Не спрашивай, как я ее достал. Раздадим семьям с детьми, потом нужно будет найти тех, кто согласится нам синтезировать ее хотя бы в каком-то объеме. — А она безопасна? — повторил Карниус вопрос Миеры, косясь на холодильник с таким же недоверием. — Я хорошо знаю того, кто ее разработал, — ответил Гаррус. — Один шприц уже опробовал на себе. Все в порядке. Надо будет доложить генералу Фаргусу, так что зарезервируй мне встречу с ним сегодня, как только прибудем в штаб. — Так точно, сэр! — козырнул Карниус. Гаррус кивнул ему и скрылся в своей спальне. Душ, припасенный паек, свежий мундир. И снова за работу. К счастью, она понемногу начала приносить плоды.