Скатываясь в бездну

      Впервые я проснулась раньше Мелло. Я была любительницей поспать подольше. Что поделать, если мне лучше работалось по ночам, а не по утрам. Это Мелло любил вставать рано: он и в доме Вамми вставал рано, проводя время с поварами на кухне.       Выбравшись из кровати, я подошла к окну и раздвинула жалюзи: за окном шёл дождь. Я уже успела отвыкнуть от того, что для Лондона туманы и дожди — обычное дело.       Лондон был нашей с Мелло больной мозолью. Его, как и меня, многое связывало с этим местом. Я бы не сказала, что все воспоминания были плохими, нет. Было всякое, но всё это перечёркивалось тем, что дом Вамми — приют, а воспитанники не являются твоими братьями и сёстрами.       Когда ты живёшь в приюте, ты мечтаешь о семье. У каждого ребёнка есть мама и папа, и мы часто не понимали, почему от нас отказались. Чем мы были не похожи на обычных детей? Чем мы заслужили детство в приюте и отсутствие родительской любви?       Я не знаю, думал ли о таких вещах Мелло. Когда разговор касался некоторых тем, Мелло становился безучастным и молчаливым. Но я думала. В последнее время — часто. Мне хотелось найти свою семью и получить ответы на все свои вопросы. Я просто хотела знать, кто мои родители. И почему они отдали меня в приют.       — Ты встала? — в комнате оказался Мелло. С его светлых волос вода стекала на пол, а между зубов была зубная щётка.       — Как видишь, — я вздохнула и отошла от окна.       — Одевайся, я сейчас приготовлю завтрак и поедем. Подруга Эл нас ждёт, — он развернулся и покинул комнату, аккуратно прикрывая за собой дверь. Я заправила постель и вытащила из сумки джинсы и тёплый свитер. Я постоянно мёрзла, но в дождливую погоду было ещё хуже.       — Тепло оделась? — поинтересовался у меня Мелло, когда мы сидели в такси.       — Ты волнуешься за меня?       — Я помню, что ты всегда мёрзла. В доме Вамми ты постоянно ходила в тёплых свитерах Мэтта и повязывала на талию шаль. Я не хочу расследовать это дело в одиночку.       — Да, если ты будешь один, то тебе не на кого будет орать, — согласилась я с ним. Он фыркнул и кинул мне перчатки на колени, достав их из кармана пальто.       — Ты забыла на столе.       Я украдкой улыбнулась, поднимая шарф выше. Мелло не был бесчувственным, как про него все говорили. Он часто помогал Эл, делал ей массаж, если она просила. Даже заботился обо мне, когда я засиживалась допоздна: относил в кровать. Я не боялась, что он прирежет меня во сне и скажет, что так и было, ведь мы были единственными близкими друг другу людьми. Эл не понимала его так, как понимала его я; Эл не могла предугадать то, как поступлю я, а Мелло мог.       Если бы могла, то сказала бы, что Мелло был моей лучшей половиной.

***

      Дом Александра и его семьи был роскошным. Три этажа стекла, кирпича и стиля. Мы о таких домах в приюте только мечтали, сидя по вечерам возле камина и попивая горячий шоколад.       — Привет, — нас встретила Лисса под чёрным зонтиком. — Хотите сначала услышать моё заключение? Или сами осмотрите место преступления?       — Что ты можешь сказать? — Мелло раскрыл зонтик, грубо втаскивая меня под него. Я была слишком очарована особняком, что мне было всё равно на дождь.       — Подросток, гормоны. Самоубийство. Я и моя команда не заметили ничего такого, что смахивало бы на убийство. Здесь даже мотива нет. И подозреваемых.       — Плохо смотрели, — я натянула перчатки, потому что уже начинала не чувствовать пальцы. — Эл бы не стала направлять нас сюда из-за самоубийства. Её интуиция не подводила.       — Намекаешь на то, что мы плохо делаем свою работу? — блондинка неодобрительно прищурилась и скрестила руки на груди. — Что ж, коротышка, докажи, что это не было самоубийством.       — И докажу, — я гордо подняла голову, утягивая за собой Мелло за руку. Оказавшись в доме, он сложил зонт и наклонился ко мне, озираясь по сторонам.       — Ниа недовольна.       — Ещё как, — я стянула с шеи шарф. — Тебя ведь тоже не устроила версия Лиссы?       — Не устроила, но я решил не высказывать ей недовольство. Мы должны сотрудничать с ней, Ниа, а не пытаться показать некомпетентность лондонской полиции. Нужно осмотреть место преступления и расспросить обслуживающий персонал — в таком роскошном особняке он обязательно будет.       — О, так это вы, — мы обернулись на голос женщины. С лестницы спускалась высокая и красноволосая женщина. — Детективы из Японии? Александр предупреждал меня о вашем приезде.       — Да, это мы. Это Михаэль, а меня зовут Нэйтали, — я представила Мелло и себя. — А вы…       — Элис Роуз, экономка. Александра нет дома. Он на работе.       — А жена и сын?       — Жасмин уехала за город к подруге, не в силах вынести это безумие, — Элис достала платок, вытирая слезы. — Адриан в походе с классом, вернётся только завтра.       — Проводите нас к бассейну, — Мелло нахмурился, переваривая полученную информацию. Я считала, что для семьи потеря ребёнка — невообразимое горе, и члены семьи должны быть рядом и поддерживать друг друга. Очевидно, что в семье Найтов считали иначе.       — Конечно. Можете рассказать о том, кто нашёл Китти? — я не верила, что нет никаких зацепок. Зацепки есть. Они на то и зацепки — они не обязаны быть на виду всё время.       — Жасмин её нашла, — Элис всхлипнула, когда мы очутились возле двери, за которой можно было увидеть блики света на воде. — И не отпускала всё время, пока…       — Так, расскажите то, что знаете, — вмешался Мелло, прищурившись и смотря на меня. Кажется, я начала не с того вопроса. — Что было в этот день, когда Китти убили, чем занимался персонал.       — Была суббота, — начала свой рассказ экономка. — Александр позавтракал со своей семьёй и поехал в клинику. Хирурги каждый день нарасхват, поэтому он часто задерживается на работе и работает в ночную смену. Жасмин я с утра не видела, но знаю, что она собиралась со своими подругами по магазинам. У нас недавно на работу взяли шофёра — Луиджи Версетти. В пятницу он получил свою первую зарплату, и мы решили отвезти его в наш любимый ирландский паб. Паб находится недалеко от дома, мы получили одобрение от Александра и поехали. Поехала я, две горничные, Луиджи и наш повар.       — В доме кто-нибудь остался? — я отошла от края бассейна: никогда не любила плавать. В воде у нас мог жить Мэтт, а я всеми силами избегала контакта с бассейнами и пляжем.       — Дворецкий и Адриан.       — А охрана? — поинтересовался Мелло.       — Гарри у нас в больнице с сотрясением мозга: недавно нас пытались ограбить, а Гэри был с Жасмин, она взяла его с собой, — женщина перевала взгляд с меня на Мелло. — Хотите сказать, что это было не самоубийство и подозреваете Адриана и Джеймса?       — Нет, мы…       — Да Адриан и мухи не обидит! — Элис с возмущением посмотрела на нас. — А Джеймс служит здесь не одно поколение!       — Мы никого не подозреваем, успокойтесь, — Мелло попытался урезонить её. — Пожалуйста, напишите имена персонала и обозначьте, в какие части дома они имеют доступ. И никто ещё не говорит о том, что это было убийство.       — Адриан не мог убить свою сестру! Он так любил её, так любил! — запричитав, Элис ушла, оставляя нас одних. Я обхватила себя руками и посмотрела на воду.       — Что-то здесь не так, но я не могу понять, что именно. Я знаю только…       — Да ничего ты не знаешь, Мелло! Прекрати корчить из себя великого детектива! — меня начал раздражать его уверенный голос. — Здесь явно творится чертовщина, а ты…       — Кое-что я знаю, — я вздрогнула, когда он оказался позади меня и наклонился к моему уху. — Например, у тебя ноги леденеют, когда ты кончаешь.       — Тебе-то откуда знать? — я поперхнулась от его самодовольного тона, поворачиваясь к нему лицом.       — Знаешь, не стоит напиваться до беспамятства, когда впервые попробовала алкоголь, и прыгать в койку к первому парню. Даже если этот парень — я.       — Мелло, ты переходишь все границы…       — Я обожаю тебя бесить, — Мелло ухмыльнулся, перехватывая мою руку, которую я занесла для удара. — Тише, Ниа, ты же не хочешь перебудить призраков этого особняка своими криками? — он наклонился ко мне вплотную.       — Мерзкий самодовольный…       — Грешники! — от пронзительного мужского крика я дёрнулась в сторону, но Мелло крепко держал меня и не дал свалиться в бассейн. Он тоже испугался, потеряв всю свою напыщенность. — Дьявольское отродье!       — Вы ещё кто?       — Притащил он детективов! — надрывался пожилой мужчина. — Я же говорил Александру, что его дочь — порочное создание! Все женщины — порочные создания! И она тоже! — он ткнул в меня своим скрюченным пальцем. — Порочная! Только прикидывается ангелом, а на самом деле порочная и грязная! Такая же грязная, как и Китти!       — Заткнись, старый идиот! — возле бассейна возникла Элис с бумагами. — Прощу извинить Джеймса, нашего дворецкого. Совсем уже с крышей не дружит, — она отдала Мелло бумаги. — Завтра его не будет, приходите завтра, — тихо прошептала Роуз, не обращая внимания на его выкрики. — Завтра.       — Как ты позволяешь ему касаться себя?! Как ты позволяешь ей поднимать на тебя руку?! — теперь дворецкого не устроил Мелло. — Место женщины — на кухне!       — До свидания, — Мелло схватил меня за руку и потащил к выходу. Я еле успевала за ним. Этот старый дворецкий не дал нам осмотреть место преступления. Да и не только нам: он не пустил Лиссу и сотрудников её отдела в дом. Его слова вертелись у меня в голове и я замотала головой, силясь их прогнать.

***

      За ужином мы не проронили ни слова. Мелло просматривал записи Элис, а я ковырялась вилкой в салате. Мне не хотелось есть. Я чувствовала себя так, словно меня вываляли в грязи. А если… Если этот старик прав? Может, из-за этого от меня отказались родители?       — Не вкусно? — я подняла голову и увидела, что Мелло пристально смотрит на меня.       — Почему ты так решил?       — Ты уже пятнадцать минут гипнотизируешь взглядом тарелку, — отозвался Кель, откладывая бумаги в сторону. — Тебе же всегда нравилось как я готовил.       — И сейчас нравится. Просто… — я отвернулась от него.       — Ясно. Вставай, — он встал из-за стола и за руку потащил меня в ванную, где было большое зеркало, отображавшее нас в полный рост. Запястье ныло: обязательно появятся синяки, хватка Мелло не была нежной. Он выставил меня перед собой и встал позади меня. — Что ты видишь?       — Тебя и себя. Мелло, что ты…       — Ты не порочная, Ниа. Даже не смей думать об этом. И не демон-искуситель, — Мелло поднял руку и стянул с моих волос заколку. Пепельные пряди рассыпались по спине и плечам. — Ты никогда такой не была.       — Тогда почему он так сказал?       — Потому что старый маразматик, — Мелло положил мне ладони на плечи. — Ниа, ты не видела порочных и грязных девушек. Зато я видел. И могу тебе сказать, что ты и рядом с ними не стояла. Ты слишком невинная для них. И ты слишком борешься за правду и справедливость, чтобы опускаться до их уровня. Не бери в голову. Жизнь не похожа на сказку, но ты не должна позволять дурачить себя.       — Почему ты это делаешь?       — Ты у нас вроде соображаешь, — в зеркале я увидела, что Мелло усмехнулся. — Эл мне голову открутит, если тебя кто-нибудь обидит. Так что давай, Ниа. Беси меня дальше, проводи блестящие расследования и соревнуйся со мной.       — Я должна сказать спасибо за поддержку?       — Обойдёмся и без этого, — он направился к двери. В дверях Мелло обернулся. — Кстати, насчёт ледяных ног. Я пошутил. Между нами тогда ничего не было, ты заснула прямо на полу, а я и Мэтт отнесли тебя в спальню. Каким бы ублюдком я не был, мне не хотелось становиться ещё и педофилом.       — Ты такой благородный, Мелло, — я поправила футболку и опёрлась об раковину, смотря на него.       — Так они действительно леденеют, когда ты… — своим последним предложением Мелло убил весь хрупкий мир между нами. Видит Бог, я старалась нормально к нему относиться.       — Тебе этого никогда не узнать, — я запустила в него бутылочкой геля для душа. Судя по стону Мелло, я попала. Воспользовавшись его заминкой, я прыгнула на него и попыталась повалить на пол (с трудом, но это мне удалось), хватая и оттягивая пряди его волос назад. Он ругнулся, высвободился из моей хватки, метнулся в сторону, а затем, схватив меня за лодыжку, потянул на себя. Его волосы были взъерошенными, моя футболка сползла с одного плеча, но я отчаянно вырывалась и отпихивала его руки от себя.       Мы словно вернулись в детство. Только сейчас нам не хватало Мэтта, который бы обязательно начал делать ставки на победу. Или Ватари, который бы обязательно растащил нас и устроил головомойку.       Порочная или невинная, какая вообще разница, какая ты? Человека ценят за то, какой он на самом деле.       Если бы я была порочной, Мелло бы мимо не прошёл. Ему нравились такие девушки, которые знали всё, которые были опытными и сильными.       Кажется, я была невинной, раз я снова проиграла ему в нашей любимой игре «убей или умри». За годы знакомства я так и не научилась давать ему достойный отпор.       И, кажется, никогда не научусь.