Надёжный, как швейцарские часы

      Граймс устало потер глаза, в белках которых виднелись красные прожилки от усталости и недосыпа. Он уже несколько минут гипнотизировал кофеварку в кухонной зоне своего отдела, стоя с пустой чашкой, как истукан.       Аппарат кряхтел и хрюкал, готовя всеми любимый ароматный напиток сотни раз на дню, и по офису разносился чудный запах. Коллеги Рика выглядели не лучше — совсем недавно на их плечи лег тяжёлый и крупный проект по расширению конторы, и каждый понимал — чем больше он принесёт пользы фирме, тем выше можно будет забраться по карьерной лестнице и занять ступеньку потеплее.       Больше всего возможностей было у «старичков», а потому молодежь то и дело тусовалась рядом, пытаясь поднабраться опыта. Помимо этого, руководство поручило отличным специалистам курировать перспективных новичков, и порой омеге казалось, что в таком бедламе работать невозможно.       Ежедневные утренние совещания походили на политические дебаты с потрясающим баталиями — каждое решение, каждый пункт в договоре обмусоливался и обсуждался миллионы раз, до тех пор, пока какой-либо умник не предложит своё решение проблемы, и тогда начиналось новое обсуждение.       Мужчина рад был бы заняться собственными делами, но Эрик Ралейг, тот самый парнишка, который временно заменял (ну, или пытался заменять) Рика, попросил взять над ним шефство, так как никто не воспринимал его всерьёз в этой конторе. Понимая, что это действительно так, адвокат уделял ему достаточно времени, чтобы объяснить ту или иную деталь в их нелёгком труде, но это пагубно сказывалось на его собственной работе.       Бедняге приходилось брать сверхурочные, а то и вовсе задерживаться в офисе допоздна. Впрочем, он был не одинок в этой беде, так как Шейн — блестящий адвокат (и лучший друг по совместительству), также был одним из тех китов, на которых держалась эта фирма, и он проводил за работой столько же времени, сколько и Граймс.       Приходя домой ближе к ночи, мужчина не раз извинялся перед Клодом, но тот добродушно отмахивался и говорил, что понимает его. Собственно, благодаря таким задержкам, жалованье его увеличивалось, да и воспитатель понимал, что расширение крупной фирмы закономерно должно сопровождаться геморроем для сотрудников.       Были и плюсы в подобной работе на износ — Граймс практически не виделся с Дэрилом, который приходил навещать сына. Воспитатель Карла нашёл общий язык с этим грубым реднеком, и альфа мог заявляться в гости к адвокату без каких-либо последствий для Рика. Это здорово экономило нервы омеги, а потому он управлялся со сложными делами в разы быстрее.       — Я тебя везде ищу! — голос Уолша заставил адвоката встрепенуться и вернуться в реальность. — Ты обещал отправить мне отчеты об аренде будущих офисов!       — Я ещё не получил итоговую смету о капитальном ремонте этих помещений, — отозвался омега, налив себе потрясающий бодрящий напиток, и моментально включился в работу. — Люди из налоговой ещё не пришли? Эти придурки мне уже неделю яйца крутят по поводу ежегодной сверки.       — Кстати! У твоего протеже есть идея о том, как уменьшить расходы на налоги.       — У Эрика? — юрист недоверчиво уставился на друга и медленно сделал глоток обжигающе-горячего кофе. — Хорошо. Но пока ни слова остальным. Не хватало ещё, чтобы на совете директоров он понес какую-нибудь чепуху. Решат, что это я его научил.       Лучший друг рассмеялся и прислонился к высокой столешнице, на которой было несколько раскрытых коробок из булочной напротив. Он придирчиво оглядел каждый пончик с розовой и шоколадной глазурью, после чего выудил один из них и с блаженством откусил едва ли не половину. Рик последовал его примеру, тем более, что эта выпечка, скорее всего, будет единственным приемом пищи за сегодня.       — Он частенько лазает в мой рабочий компьютер, — поделился Граймс и поморщился, будто этот факт вызывал у него несварение. — Все бы ничего, но зачем ему моя личная почта?       — Знаешь, пока тебя не было, беднягу частенько пилили, что он — не чета великому Рику Граймсу, и вообще, — ответил Шейн и пожал плечами. — Может быть, он собирает компромат? Поставь пароль.       — Не положено, — вздохнул омега, проглотив последний кусок пончика и вытирая липкие пальцы влажной салфеткой. — Мне нечего скрывать, но такое чувство, что он копошится в моём шкафу. Всё, пойдём.       Мужчины вернулись в кабинет, рассчитанный на нескольких специалистов, и Рик увидел знакомую картину — мальчишка с увлечением рылся в его компьютере, время от времени записывая что-то в толстый блокнот, который постоянно таскал с собой. Граймс с Шейном переглянулись, и последний демонстративно громко хлопнул дверью. Ралейг отшатнулся от рабочего места Рика, пойманный с поличным, но упрямство в его глазах, казалось, разгорелось ещё ярче. Плечи его напряглись, спина стала ровной, словно доска, а на скулах стали двигаться желваки.       В кабинете больше никого не было, а потому неопытному омеге ничего не мешало рыскать в чужих документах. А если кто-то заметил бы это не совсем корректное поведение, то упрекнуть молодого специалиста было бы не в чем, так как Граймс, как руководитель этого прохвоста, легко мог попросить его найти нужную информацию. Идеальное прикрытие. Но Рик решил не быть параноиком, а потому только скрестил руки на груди и с трудом подавил зевок.       — Так что там по поводу налогов?       — У моего друга возникла хорошая идея, — начал парень, понимая, что скандала не будет, а потому расслабился. — Это позволит нам уменьшить расходы на налоги в десять раз!       Шейн демонстративно присвистнул и присел на край стола, а Граймс разочарованно прицокнул. Не было такой лазейки в их системе налогообложения, которая позволила бы настолько радикально снизить оплату. Но попытка — не пытка.       — Что именно предлагает твой друг?       — И ты уверен, что это друг, а не какой-либо прощелыга из конкурирующей фирмы? — вставил свои пять копеек Уолш.       — Скоро должен выйти закон, кажется. Это пока мало кому известно… Ну, и это будет шанс, — Эрик замешкался, будто сам до конца не разобрался в сути этого предложения, но после фразы Шейна раздраженно вспыхнул: — Аарон — не прощелыга!       Телефон у Граймса завибрировал в кармане брюк, и мужчина отвлекся. Охрана офиса, с которой омега был на короткой ноге, сообщила, что минуту назад мимо их поста проплыла целая делегация парней из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Что им было нужно — непонятно, но любой дурак понимал, что жадные до чужого бабла ОБЭПовцы так просто не отстанут от потенциальной «кормушки».       — Дьявол! — фыркнул мужчина, уже не вслушиваясь в лепетание своего подчиненного.       Он перенаправил SMS директору, и в этот момент дверь в кабинет распахнулась. Курьер из соседнего отдела доложил, что к ним заявилась налоговая, и Граймсу срочно требуется встретить их и выслушать. Ощутив, что ещё немного, и его разорвут на клочки, омега раздражённо нахмурился и ткнул пальцем в грудь Эрика.       — Пусть твой парень придёт завтра и подробно расскажет о своей идее. Я хочу услышать грамотное деловое предложение. А не ту херню, которую ты только что промямлил.       — Рик, полегче, — упрекнул друга Уолш, но тот лишь раздражённо повёл плечом и забрал со своего стола документы для проверки.       — А если он не сможет придти? — обиженно пробубнил Ралейг.       — Значит, получишь пендель под зад, — фыркнул взвинченный адвокат и быстрым шагом покинул кабинет, повторяя про себя приветственную речь, которую приготовил для нежеланных гостей.       Такси подвезло измученного юриста до дома, когда обе стрелки часов медленно подползали к цифре одиннадцать. Сегодня Рик с трудом заставил себя оставить объёмную пачку документов на работе, дабы как следует выспаться. Чтобы принимать важные решения, ему требовалась светлая голова, а не воспаленный долгой бессонницей мозг. Подходя к подъезду, мужчина увидел знакомый мотоцикл и поморщился, словно при зубной боли. Диксон был здесь.       Когда омега зашёл в квартиру, его встретила странная пугающая тишина. Почуяв неладное, Граймс осторожно снял обувь и в первую очередь решил проверить детскую. Не может быть такого, что воспитатель бросит малыша и уйдёт, не предупредив родителя! Да и Дэрил должен был болтаться где-то здесь. Но, прежде, чем Рик начал паниковать, он услышал радостный детский смех, доносящийся из ванной. От сердца заметно отлегло, и мужчина направился туда.       — Клод?       Граймс приоткрыл дверь в тёплое влажное помещение и застал довольно-таки неожиданную картину: в большой белоснежной ванне, среди пушистой и густой пены, от которой пахло карамелью, и целого выводка игрушечных утят, плавал малыш Карл, пища от восторга. Он перебирал в воде руками и ногами и весело отфыркивался от пены, плавая по-собачьи.       В воде также сидел его голый отец, довольно глядя на своего самостоятельного отпрыска. И, хотя ребёнку не требовалась помощь, судя по его счастливому лицу, сильные мускулистые руки, отливающие бронзой загара, всегда готовы были подстраховать. Заметив Граймса в дверном проеме, Дэрил, ни капли не смутившись, прислонился спиной к бортику ванны и свесил вниз левую руку. С его пальцев тут же начали падать капли воды на пол, образуя мелкую лужицу на мраморно-сером кафеле. Да, Диксон чувствовал себя здесь хозяином.       У омеги закралось такое ощущение, что реднеку нравится демонстрировать ему свою широкую грудь, покатые плечи и тёмные ореолы сосков. Смуглая кожа поблескивала при желтоватом искусственном свете, а хищный прищур альфы должен был, казалось, завести беднягу, у которого никого так долго не было, с полуоборота.       — У Клода возникли проблемы, — произнёс мужчина. — Он успел позвонить мне, чтобы я побыл с сыном. До тебя не смогли дозвониться.       — Спасибо, что приехал, — бесцветным голосом произнёс уставший Рик и присел на край ванны. К счастью, его совсем не трогала низкая хрипотца в голосе мужчины. — Вы давно здесь плещетесь?       С этими словами он опустил руку в воду, едва не задев бедро деревенщины. Глаза у альфы расширились от изумления, и он замер, вцепившись сильными пальцами в бортики ванны. Краска моментально схлынула с его лица, а на скулах вдруг проявился заметный румянец. Он, казалось, даже дышать перестал, а только внимательно смотрел за каждым движением руки Граймса, будто собирался перехватить её в любой момент. Рик лениво перевёл на него взгляд, даже не желая предполагать, что этот придурок себе выдумал, и вытащил руку.       — Вода уже холодная. Карл может простудиться. Заканчивайте, ладно? — с этими словами адвокат еле ощутимо погладил ребенка по вихрастой макушке и поднялся. — Уложишь его?       — Уложу. Выглядишь паршиво! — выпалил Диксон и осклабился. Он взял ребёнка на руки и поднялся в ванной во весь рост, возвышаясь над Риком.       Теперь адвокату представилась возможность рассмотреть его стройные бедра, узкую талию и рельефные «кубики» пресса. Разумеется, и трусов на деревенщине не было. Кажется, байкер провоцировал родителя своего сына на привычную перепалку, но юрист был слишком уставшим, чтобы играть в эту игру. Он безразлично пожал плечами, а после рассеянно улыбнулся, будто альфа был его старым закадычным другом.       — Чувствую себя тоже не очень.       Когда омега пришёл в свою спальню, он разделся и, пропустив привычный поход в душ, рухнул в постель. Руки и ноги гудели так, будто мужчина разгружал вагоны с углем, а не таскал пачки важных бумаг из кабинета в кабинет. Даже закрыв глаза, под которыми была заметная синева, Граймс все ещё просчитывал некоторые детали важного расширения. Надолго его не хватило, и Рик провалился в глубокий сон, даже не поменяв позу до самого утра.

***

      — В общем, он искупался, переночевал, а утром приехал Паганель, — поведал Шейну омега, застряв с ним у кофемашины во время обеденного перерыва. — Наверное, ванна для него — небывалая роскошь.       — Если бы я жил в подобном сарае, то ещё бы! — отозвался Уолш, посмеиваясь. Вдруг его лицо стало серьёзным, и он добавил, глядя куда-то за спину другу: — Смотри, Эрик, кажется, притащил-таки сюда конкурирующую фирму.       Адвокат удивленно вскинул брови и обернулся, наблюдая за тем, как к ним приближается странная парочка — взволнованный Эрик и неброско, но дорого одетый незнакомец. Кажется, у спутника Ралейга был такой же изысканный вкус, как и у Рика. Ей-богу, Граймсу захотелось спросить, где же этому мужчине удалось раскопать коллекционные джинсы от Армани, которые перестали выпускать почти десятилетие назад. И его рубашка… Как же ткань поло песочного цвета потрясающе подходит к мелким янтарным пуговицам!       Граймс мысленно хохотнул и одёрнул себя: он давно уже обзавелся потомством, занял весьма успешный пост в серьёзной адвокатской конторе и вырос, но все ещё продолжает думать о дорогих тряпках. Позор!       Тем временем, молодой юрист подошёл к своему начальнику, и, помявшись, представил своего друга:       — Это Аарон. Аарон, это Шейн Уолш и…       — Рик Граймс, — вдруг прервал его спутник и мягко улыбнулся, не сводя глаз с омеги. К удивлению остальных, мужчина шагнул вперед, смотря на Рика со странным теплом во взгляде. — Не узнаёте меня?       Адвокат честно предпринял попытку найти ассоциации с этим человеком в своей памяти. Заостренные кончики ушей и заметно выступающие резцы при улыбке, а также своеобразный мускусный привкус дорогущего парфюма говорили о том, это этот мужчина — уверенный в себе альфа. Несомненно, Граймса всегда привлекали такие, и не исключение, что когда-то они просыпались утром в одной постели.       Что-то дико знакомое читалось в глазах альфы, которого Рик видел (вроде бы) впервые в жизни. Его неторопливые движения, доброе, но внимательное выражение лица, мягкий низкий тембр голоса, — все это тревожными нитками отзывалось в душе адвоката, и это было удивительно.       Если Аарон крутился в их сфере юриспруденции, то также был вероятен вариант, что они могли встретиться в суде. Возможно даже, Граймс выиграл дело, которым занимался и этот альфа, а потому его запомнили. В конце концов, в своих кругах Рик был личностью довольно известной, а потому и знакомство с ним было весьма полезным.       — Не узнаю, — честно признался мужчина. Он не смог сдержать лукавую улыбку и продолжил: — Но можем вновь познакомиться.       Уолш вдруг неожиданно больно ткнул его локтем в бок, и Граймс только сейчас заметил, какая дикая ревность плещется в глазах у Эрика. Он стоял позади альфы с оскорбленным видом и хмурился. Осознав, что в шутку заигрывает с занятым парнем, адвокат сбавил обороты и медленно выдохнул, принимая серьёзный вид.       — Нам нужно много обсудить, верно?       — Может быть, сделаем это за обедом? — неожиданно предложил Аарон. — Эрик рассказывал, как вы питаетесь здесь. Поэтому считаю своим долгом пригласить вас в более-менее приличное место.       — Д-да, конечно, — запнулся Граймс, ощутив, что в его душе зарождается странное смятение, словно альфа приглашал только его персону. — Эрик, Шейн, собираемся. У нас не так много свободного времени.       — Как? И я? — удивленно отозвался мальчишка, и на губах его расцвела улыбка.       — Это ведь твой приятель, — пожал плечами Граймс и поставил пустой стаканчик из-под кофе на столешницу. — Если его идея действительно будет настолько хороша, то и все лавры достанутся тебе. Я не присваиваю чужие достижения.       День был достаточно погожим, а потому их юридическо-деловая компания устроилась в ресторане, который находился в центральном парке. Благо, что до него было рукой подать от места работы мужчин. Пролистывая меню, адвокат все ещё ощущал на себе взгляд малознакомого парня, и это превращалось в какую-то странную забаву: он вопросительно поднимал глаза на Аарона, и тот даже не думал отводить взгляд. У Граймса даже закралось такое чувство, что этот альфа точно знает что-то, о чем адвокат не догадывается. Рик ненавидел такие моменты, так как тут же появлялась мысль, что его хотят наебать.       В этих светло-карих глазах не было ни капли похоти или вообще какого-то намёка на желание, только ласка; на губах мужчины играла лёгкая насмешливая полуулыбка, а широкие красивые брови хмурились только когда Эрик, как бы случайно, прикасался к его локтю.       Шейн сидел рядом с Граймсом, и от него не утаились подобные переглядки. А потому, как только парочка напротив разговорилась о выборе салата, Уолш наклонился к омеге и еле слышно прошептал: «Ну и сволочь этот Аарон. Рядом с ним сидит его пара, а он пялится на тебя так, будто хочет отодрать тебя прямо здесь и сейчас. Кобель несчастный! Лишь бы присунуть…»       Его дыхание вызвало мурашки и защекотало шею, отчего омега рассмеялся и слегка мотнул головой, прогоняя это ощущение. Подобный жест привлек внимание остальных, и мужчина отрицательно покачал головой, словно извиняясь.       — Самое время поговорить о вашем предложении, — сказал Граймс, достав из кармана телефон, чтобы можно было делать какие-либо пометки. — Эрик сказал, что вы сможете обойти налоговую и уменьшить наши расходы. Сколько будет стоить ваш секретный способ уклонения от наглых налоговиков?       — Никакого секрета нет, — ответил альфа и усмехнулся, с лёгкостью обходя ловушку, которую спрятал Рик в своей речи. — Это легально и не требует особых затрат. Это не уклонение, а небольшая взаимовыгодная хитрость.       — Взаимовыгодная? — хмыкнул Шейн и скрестил руки на груди.       — Правительство рассматривает закон, благодаря которому многие предприятия перейдут на облегчённое налогообложение. Все, что от вас требуется — создать фонд помощи нуждающимся и ежеквартально отправлять на него определённую сумму пожертвований. Вы меняете мир к лучшему, и правительство снижает процент налога. Все в выигрыше.       — Какой же фонд нам нужно создать? — Рик понял этот своеобразный финт, но все казалось слишком простым и безоблачным.       — Любой. Сейчас я, к примеру, помогаю с созданием фонда помощи бездомным животным. Можете присоединиться к его учредителями, либо создать свой. Проблем в мире достаточно.       — Как благородно, — проговорил Уолш, настроение которого было далеко не радужным. Если Рик воспринимал всё в шутку, то его друг как-то болезненно реагировал на каждое слово этого прохвоста.       Альфу начал напрягать сарказм в голосе юриста. Он наклонился в сторону друзей и хотел было что-то сказать, но его прервал миловидный официант, который принёс напитки. Решив обмозговать предложение Аарона, Граймс сообщил ему адрес своей почты, на которую альфа мог бы скинуть деловое предложение в письменном виде. После этого омега забрал фруктово-ягодный фреш и откинулся на спинку своего стула, наслаждаясь редкими в эти дни минуты спокойствия.       Летний день был очень тёплым, и прохладный ветерок нисколько не ухудшал общую картину. Ресторан в центральном парке был обустроен на зелёной лужайке. В её центре располагался неглубокий пруд, в который каждый год по весне выпускали пару лебедей. Самке обрезали перья на крыльях, и она не могла покинуть это место. Самец же никогда не бросал свою пару, несмотря на то, что он всегда был свободен. Раньше лебединая пара была только белоснежного окраса, а в этом году здесь обосновались чёрные птицы. Поймав губами свою трубочку, омега с тоской в душе думал о том, что же могло приключиться с предыдущими жителями этого пруда.       — Значит, твой парень наконец почтил нас своим визитом, Эрик, да? — услышал Граймс краем уха. Кажется, Шейну везде надо сунуть свой любопытный нос.       — Мы не… Ну, — замялся молодой омега, комкая кремовую салфетку тонкими пальцами. — Это не он.       — Мы не пара, приятель, — отозвался Аарон, лучисто улыбаясь, и Рик вдруг ощутил лёгкое прикосновение его пальцев к своей руке. После альфа с интересом посмотрел на друга, который безнадёжно покраснел. — Ты не говорил, что у тебя кто-то появился.       Кажется, неловкость, возникшую между собеседниками, можно было потрогать, а потому адвокат, ненавидевший такие ситуации, решил переменить тему, пока бедняга Ралейг не провалился под землю от стыда. Рик воспользовался тишиной за столом и подпер голову ладонью, глядя на Аарона, сидящего напротив.       — Чем вы вообще занимаетесь?       — Политикой, — уклончиво ответил тот, заметно польщенный вниманием со стороны омеги. — Военной политикой. Как и вы, мистер Граймс, я пошёл по стопам отца.       — Вы так много знаете обо мне, — фыркнул Рик, отводя взгляд и откидываясь на спинку своего стула.       — Больше, чем вы знаете о себе.       Эрик вновь начал посылать ревностные взгляды адвокату, но тому было плевать на эту мелюзгу. Его начинала волновать уверенность альфы, и ощущение дикого подвоха теперь уже ощущалось где-то в горле. Опустив локти на стол, Рик нахмурился и уставился на этого мужчину, ставшим главной загадкой для него на сегодня.       — Что же, поделитесь со мной, что я упустил, — с вызовом процедил омега, но его выпад, казалось, только насмешил спокойного, как удав, Аарона.       — Охотно, Рик.       Он неторопливо протянул ладонь для рукопожатия над столом, и Граймса накрыло странное ощущение дежавю. Омега, помедлив, подал ему руку и осторожно стиснул пальцами его пятерню. Несколько секунд не происходило решительно ничего, но вскоре воздух между ними стал странно плавиться, вспыхнули мелкие искорки, похожие на мелкие мушки, и в единое мгновение их запястья обвила ярчайшая кроваво-алая лента в виде бесконечности.       — Истинные?! — затравленно прошептал Эрик, не сводя с магической нити изумленных глаз.       Его голос будто отрезвил Рика. В душе моментально вспыхнула радость, злость, страсть, страдания, — все эти могущественные эмоции несбывшихся надежд за эти годы. Когда Аарон с нежным благоговением посмотрел на свою истинную пару, омега разорвал рукопожатие и, стиснув зубы до боли, процедил:       — Ты опоздал, — после этих слов он горько всхлипнул и позорно сбежал из парка, преследуемый непонятным чувством страха и боли.