Стерпится - слюбится

— Где ты был? — Крикнул Лухан, еле сдерживаясь, чтобы не упасть на колени и не зарыдать в голос. Он смотрел на Чонгука зарёванными и полными вселенской грусти глазами. Они были красными от слез, мокрыми от стоявшей соленой пелены, застилавшей их. Лухан вцепился в грудки куртки Чонгука и приблизился к нему, заглядывая прямо в удивленные глаза альфы. — Где ты пропадал? — Отпусти, — спокойно ответил Чонгук, накрывая своими ладонями маленькие руки омеги и отрывая их от своей одежды. Лухан сопротивлялся и отрицательно мотал головой. Он не хотел отпускать альфу, он всем сердцем желал касаться альфы. — Лухан, я повторяю — отпусти. Пожалуйста. Мягко заломав запястья омеги под определенным углом, Гук все-таки смог отцепить от себя назойливого омегу, ловившего каждое его слово. Стоявший рядом Тэхён начинал дрожать от непонятных эмоций, похожих на испуг, смешанный с удивлением. Он не понимал, почему до Лу не доходит, что он и Чонгук никогда не будут вместе не только потому, что они не истинные, а потому, что Чонгук любит Тэхёна и не собирается его бросать. Да и Тэ никогда в жизни не отдаст кому-то своего альфу, которого ждал всю жизнь. Почему же этот омега так одержим альфой, который даже внимания не обращает на него? — Тэхён, — сзади появился Чимин и взял за руку оцепеневшего Тэ, — пойдём. Им надо поговорить. — О чём им надо поговорить? О том, что этот малолетний придурок не понимает, что никогда не будет принадлежать Чонгуку?! — Возмутился Тэхён и посмотрел на Чимина, позади которого стоял недовольный Юнги, бросивший на омегу тяжёлый взгляд. Тэ поежился, но снова посмотрел на Чимина. — Ладно, хорошо. Пусть говорят. — Чонгук, — шёпотом обратился Пак к Гуку, отправляя омегу мягким толчком к Юнги, — поставь ему мозги на место. Чонгук коротко кивнул, а Чимин и Юнги увели злого и грустного Тэхёна подальше от чужих глаз, чтобы поговорить и с ним. Чонгук смотрел вслед уходящему Тэ и сердце его было ой как не спокойно, ведь зная характер омеги можно было ожидать чего угодно. Как же ему не хотелось, чтобы Ким надумал чего лишнего из-за этого Лухана, непонятно чего добивающегося своими выходками. Он посмотрел в эти оленьи глаза и, горько вздохнув, повел Лу в библиотеку. — Интересная история, однако, — тихо сказал сам себе один из студентов и ухмыльнулся, поправив движением головы чёрную челку с цветным почти незаметным мелированием. Чонгук зашёл с Луханом в библиотеку и отправился с ним к дальним стеллажам. Надо поговорить с этим мальчишкой, иначе ещё хуже будет. Взяв его за грудки, он прижал его к книгам и грозно посмотрел, стараясь донести до омеги всю свою злость. — Ты чего добиваешься? — Спросил Чонгук, дергая верхней губой. — Отвали от меня, отвали от нас с Тэ и дай спокойно существовать без тебя. — Гукки, — обратился Лухан и почувствовал, как слезы подкатывают к горлу, а в груди больно щемит из-за идиотских чувств. — Ты нужен мне. Я не могу без тебя. — Ты можешь без меня, — Гук потер переносицу двумя пальцами и отпустил омегу, отводя взгляд. — У тебя есть Сехун, с которым твоё будущее уже давно предначертано. А ты, вместо того, чтобы принять реальность, страдаешь хуйней и портишь жизнь не только себе, но и окружающим. Не слишком ли эгоистично с твоей стороны, нет? — Чонгук, — Лухан произносил его имя с таким трепетом, такой любовью, что ему самому стало неловко. Он подошёл к альфе и обнял его, втягивая сладкий еле уловимый запах парфюма, напоминающий ему какие-то травы и что-то свеже-благородное. — Тридцать секунд. Раз, два… Лухан считал до тридцати секунд, в Чонгук стоял, не шевелясь и подняв руки вверх, и смотрел на омегу. Ему было жаль его. Действительно жаль. Влюбиться не в истинность, а в человека, в самого его, мучиться от невзаимности и трепетать от того, что человек просто на тебя посмотрел. Омеге было больно. Эта боль распространялась по телу, казалось, ломала кости, причиняя адские страдания, от которых невозможно избавиться. Понимание безысходности убивало Лухана изнутри, но он не хотел быть с Сехуном, он не хотел себе альфу, который созидает, который всегда наблюдает и смотрит, задумчиво улыбается и постоянно хмурится. А самое страшное — он молчит. — Тридцать, — закончил Чонгук и почувствовал, как руки омеги отпустили его и повисли вдоль тела. Он лишь стоял, уткнувшись лбом в плечо и плакал. Тихо всхлипывал, осознавая, как жалко выглядит, как убого себя ведёт и ничего не может с этим поделать. — Спасибо, Чонгук, — Лухан улыбнулся и просмотрел прямо в глаза альфе, которому совершенно не понравился этот взгляд. — Но я всё равно не отпущу тебя. Он чмокнув Чонгука в щеку и улыбнувшись, развернулся на пятках и покинул библиотеку, оставляя альфу стоять в одиночестве и продумывать, что ему делать дальше. Когда дверь хлопнула, оповещая о том, что Лухан все-таки ушёл, Гук со всей силы стукнул по столу и прикрыл глаза, думая, что сказать Тэхёну. Его любимому Тэхёну. — Чёрт, — парень спустился вдоль стенки и, уперевшись локтями в колени, накрыл лицо ладонями. Предчувствие чего-то плохого томилось в сердце, чего-то тревожного и неприятного.

***

Тэхён ходил кафетерию папы взад и вперёд, нервно кусая указательный палец и думая о том, что сказал Лухан Чонгуку. За этой комичной картиной наблюдали Чимин и Юнги, второй расслабленно покуривал, следя за нервозностью омеги и потихоньку раздражаясь от мельтешения перед глазами. — Да ты, блять, успокоишься или нет? Они просто говорят! — Не выдержал Юнги и крикнул Тэхёну, который мгновенно остановился и посмотрел на альфу друга взглядом полным отрешенности от мира и задумчивости. Постояв так с минуту, он сел за стол к друзьям, все так же молча, и начал дрыгать ногой, вытягивая губы и думая. — Тэхён, мать тв… — Юнги не успел договорить, как рука Чимина легла на его запястье и слегка сжала, словно умоляя о том, чтобы он замолчал. — Тэхён-и, всё нормально будет, — улыбнулся Пак и посмотрел на друга, который ответил ему тем же. — А вдруг что случится? А вдруг… — Что, блять, вдруг?! Танк переедет, апокалипсис начнётся? — Юнги сорвался, не понимая, как Чонгук живёт с таким истеричным омегой и терпит его. Так и мало того — любит! — Мозг включи и подумай, каково сейчас Чонгуку, которого прессует этот дикий Лухан со своим долбаебизмом. Так и ты ещё будешь давить на него своей мозгоеблей и тупой ревностью. Тэхён молчал. Он понимал, что Юнги на тысячу процентов прав и что отрицать очевидное бесполезно. Жаль, что понять это очень трудно, а принять, что твоего любимого кто-то любит ещё, так вообще невыносимо и невозможно. — Ты прав, — простонал Тэ и упал головой на стол, сильно стукнувшись лбом. — Я просто эгоист. — Да, Тэхён, ты не просто эгоист, ты мега-эгоист, который кроме своих чувств ничьи больше в расчёт брать не хочет. — Хё-ё-ён! Ну не трави душу! Ну по-братски прошу, — захныкал омега и стал легонько стучать лбом о деревянную поверхность стола. Чимин и Юнги мученически вздохнули, закатив глаза. — Просто, Тэтэ, вспомни как он отреагировал, когда объявился Сухек. М? — Голос подал Чимин, надеясь, что сможет достучаться до друга. — Он верил тебе. Ты знаешь, как трудно заполучить доверие человека? Я ни в коем случае не оправдываю поведение Лухана, но тебе просто нужно довериться Чонгуку. Тэхён, такие парни на дороге не валяются. Тэхён ничего не ответил, лишь повернул голову и посмотрел в окно, наблюдая, как над городом начинают сгущаться тучи. Дождь. Любимый дождь Тэхёна. Он любил пасмурную погоду, когда можно было подумать о своём. Лухан. Пять букв, два слога, а сколько боли. Вот говорят они, что нужно довериться человеку, а как можно кому-то довериться, если ты сам себе не можешь довериться! На словах всегда всё просто, вот только в реальной жизни от этого всего поедет крыша. Внезапный звук уведомления отвлек Тэ от его мыслей и он посмотрел на телефон, проводя пальцем по нему и снимая блокировку. Сообщение с неизвестного номера с каким-то вложением заставило омегу немного напрячься и нахмурить брови. Открыв послание, Тэхён округлил глаза, а руки начали так сильно дрожать, что телефон выпал из рук. Омега закрыл рот рукой, предварительно судорожно издав какой-то хрип, на который обернулись Чимин и Юнги. Ким побледнел, слезы покатились непроизвольно, а в груди адски щемило. Казалось, что ещё немного и он задохнется, ещё чуть-чуть и он умрёт прямо в этом кафе. Во вложении сообщения оказалась фотография, сделанная инкогнито в библиотеке. Пролистав немного, Тэхён понял, что их три, и из-за этого хриплый стон вырвался с новой силой. На фото был Чонгук, которого сначала обнимает Лухан, облокачивается лбом о его плечо, а потом целует. Ким чувствует, как и без того хрупкий мир его любви мгновенно рушится. — Что случилось? — Испуганно спросил Чимин, округляя глаза и не понимая, что происходит. Почему Тэхён вдруг резко бросил телефон, а потом судорожно взял его в руку и замер. Выхватив устройство из рук Кима, Чимин, сдвинув брови на переносицу, просмотрел файлы. Теперь и он сидел в оцепенении, только не со слезами, а с выражением лица, на котором застыла злая маска, агрессивно настроенного человека. — П-почему? Колокольчик на двери зазвенел и дверь с тихим приятным скрипом открылась, загоняя в кафе тёплый воздух с улицы. В дверях оказался Чонгук, стряхивая с головы капли дождя, который слишком внезапно начался. Он посмотрел за столик, где сидела троица и почему-то почувствовал, что что-то происходит не то. Плечи Тэхёна были напряжены и немного подрагивали, словно он плакал, а Пак сидел с таким лицом, будто бы сейчас убьёт первого попавшегося под руку. Омега переводит на него взгляд, от которого у альфы пробегают мурашки по спине, а потом что-то шепчет Киму, который тут же замирает и медленно поворачивается, смотря на Чонгука глазами полными ненависти. Он резко встаёт со стула и быстрыми шагами направляется в сторону альфы. Звук резкого и тяжёлого шлепка, от громкости которого заложило уши, раздаётся по кафе звонкими волнами. Молчание. Тихое тяжёлое молчание, от которого хочется выть и лезть на стену. Тэхён стоит и смотрит прямо в глаза Чонгука, пытаясь что-то там найти. Извинения? Жалость? Раскаяние? Почему там нет ни одной эмоции кроме удивленности и полного непонимания сложившейся ситуации? Неужели он не сожалеет о том, что сделал?! — Я тебя ненавижу, — прошипел Тэхён и ткнул угрожающе пальцем в Чонгука. Он прошёл мимо, сильно задев того плечом, и даже не обернулся. Ему больно. Ему так больно, что кажется серная кислота разъедает сердце, будто кто-то маленькими каплями сцеживает эту кислоту и капает на сердце. Пусто. Почему так ужасно?! Тэхён вылетает из кафе и бежит по улице, невзирая на хлещущий холодный дождь. Нахуй эту любовь. Не нужны эти чувства! Истинность полный идиотизм, придуманный такими же ограниченными идиотами. Чонгук так и остался стоять в кафе, смотря в одну точку и стараясь проанализировать, что сейчас произошло. Что случилось? Что произошло с Тэ? Он же не узнал о том, что произошло по ошибке в библиотеке? Нет, быть такого не может. Или может… — Ну ты и мразь, — послышался прокуренный голос Юнги, который тут же взял под руку не менее злого Чимина, и вышел из помещения, доставая попутно из кармана бомбера сигареты.