Абсурд на сливках: подгоревшие записки Иванова Ивана Ивановича

Многие при ответе на вопрос «Что такое счастье?» впадают в настолько серую банальность, что невольно хочется добавить в чай соль или начать есть суп вилкой. Вы спросите — зачем? Да чтобы хоть как-то выделиться из толпы, которая только и делает, что страшится даже дождика по субботам. Однако даже я хочу ответить на вопрос «Что такое счастье?», и не дай бог после этого мне стать банальнее, чем те мужики, которые находят разнообразие в воскресной рыбалке. Счастье — это героин. Возможно, мой ответ сейчас отдалённо напоминает второсортный рэп, однако в подтверждение своих слов хочу рассказать о жизни одной моей дальней родственницы — Федорчук Дианы Анатольевны. С рождения и по сей день она жила в городе Уссурийске. В последний раз я видел ее на свадьбе брата моей подруги Кристины. Господи, такую высокомерную суку нужно было еще поискать! Знаете, у каждого человека в мире есть такая мерзкая потребность — учить окружающих жизни, причем на то, что мы так хотим донести, нам самим глубоко насрать. Желание показаться гуру порой перевешивает обыкновенное желание сохранить лицо. Нам насрать на собственную репутацию. Насрать, что через пару месяцев нам могут припомнить наши же слова, из-за чего мы попадаем в тот еще просак. Нам насрать на все, за исключением кормления нашего же эго. Диана кормила свое эго так же, как служба «Милосердие» кормит бездомных. Она просто не могла пройти мимо человека, которому был нужен тот или иной жизненный совет. И от ее советов у меня, честно говоря, порой волосы вставали дыбом. Тогда на свадьбе после трех бутылок шампанского расплакалась девушка по имени Татьяна. Из их громкого разговора я понял, что по каким-то медицинским и генетическим причинам она не могла иметь детей. Для любой женщины это ужасный приговор, однако у жизни есть уникальная способность — бросать вызов любым преградам. Жизнь никогда не остановят законы природы и уж тем более законы общества. Даже там, где не выжил бы человек, выжили бы бактерии или прочие микробы. Черт, даже плесень способна жить на обшивке космического корабля! Однако Диана была совсем иного мнения. — Тань, ну а кто мы такие, чтобы рожать? Думаешь, мы или наши дети как-то мир изменят? Россию изменят? Нет. Ты просто успокойся и подумай, для чего тебе на самом деле нужна дочка. Она же ничего не изменит. Меня тогда забрали на танцы, и я не сумел вступить в полемику с этой надменной тварью. Страшнее было то, что после разговора с Дианой Татьяна всерьез прислушалась к ее словам и перестала бороться за собственную мечту. То есть она признала себя никем и ничем. То есть, если ее ребенок не может, не знаю, устроить в России революцию, то ему нет смысла появляться на свет. Я тогда больше месяца хотел встретиться с Татьяной и вправить ей мозги. Однако той было абсолютно наплевать. Она не знала, кто я, и это было ей не особо интересно. Несколько слов о самой Диане. Ей немногим за тридцать, живет с мужем, который, взяв ипотеку, перекинул практически все платежные обязательства на нее. При зарплате в пятнадцать тысяч рублей тринадцать из них уходили на погашение кредита. При этом он особо не стремился менять работу: график два через четыре его более чем устраивал. Как он потом признался на свадьбе, он вообще хотел бы дома сидеть — уйти в декрет, но детей при этом не желал. Неораспиздяй двадцать первого века. Мужчина с половиной одного яичка. Комсомолка, спортсменка и просто красавица! До свадьбы Диана периодически звонила мне и жаловалась, какой он никчёмный и только то и делает, что унижает и эксплуатирует ее. Она хотела переехать в Москву и начать жизнь с нуля: с новой прической, с новой работой, с новым мужчиной. Однако после таких звонков Диана могла пропадать на целые месяцы. Я тогда звонил ей, но она не брала трубку, а когда брала, то возмущалась, почему я отвлекаю ее от романтического ужина с мужем. Перед тем как нас с женой пригласили на свадьбу, я еще раз позвонил Диане и получил крайне неожиданный ответ. — Ты мне что, мама? За собой лучше следи! Только то и делаешь, что сериал не даешь досмотреть! Я был по-настоящему шокирован. Я, конечно, ожидал чего-то подобного, но только не от Дианы. Прошло где-то две недели после свадьбы, когда на мой телефон поступил звонок. Звонила Диана. — Вань, я тебя не отвлекаю? Ее голос показался мне зареванным. — Нет, что случилось? — Знаешь, ты всегда был прав. Я ухожу от Влада. Я больше не могу. Мне осточертело тянуть все на себе. Я ненавижу этого нахлебника! Сука, в декрет он собрался. Какие-то бумаги собирает. Вы можете меня с Дашей на время принять? Буквально на пару месяцев! Я найду работу и сразу же съеду от вас! С Дашей я уже давно поговорил на эту тему, и она дала добро. До конца недели я освободил чулан, купил туда кровать, притащил с кухни телевизор, который редко кто смотрел. В общем, приготовил все для приезда Дианы. Но время шло, а ни звонков, ни сообщений не было. Я вновь позвонил Диане, но, когда она подняла трубку, то смеялась чуть ли не во все горло. — Да, Вань? Чего тебе? И тут я не на шутку разозлился. — Мне-то как раз ничего не надо. — А чего тогда звонишь? Не слышишь, что я занята? Я психанул и бросил трубку. Пошел обратно в чулан и расставил мебель уже на свой лад. Телевизор вернул на кухню. Плевать — будет для фона работать. Госпожа Диана больше мне не звонила. Наверное, вновь счастьем колется, ой, простите — упивается. Когда люди счастливы, они крайне пиздадельны. Они не ценят счастье, а нагло растрачивают его на всевозможную чепуху. Счастье — это в первую очередь спокойствие, нирвана, которая создает почву хоть для покорения мира. Однако, как я уже сказал, люди крайне пиздадельны и для них шанс хорошенько попиздадельничать дороже, чем просто наслаждаться этим прекрасным даром. А знаете, что самое забавное? Когда счастье заканчивается. И что тогда делают эти люди? Куда девается их прославленная пиздадельность? А ответ прост… Ой, простите… Диана звонит.