«Разбавленная кровь»

Ичие Хигучи сидела за ноутбуком с широко раскрытыми глазами. Читая подряд все статьи о вампирах, колдунах, демонах и про другую нечистую силу, девушка потирала руки и думала: «Неужели эти страшные истории, правда? Если вы пригласите вампира или ведьму в свой дом, то вас постигнет страшное зло. Ох, а я ведь так и сделала! Я позволила вампиру переночевать у себя дома! Теперь ко мне придут и другие вампиры! Что же мне делать?!» Тревожное чувство мешало нормально проанализировать недавно полученную информацию. Хигучи толком ничего не знала про личность Гин, и поэтому она не могла сделать для себя хоть какие-нибудь выводы. Выключив ноутбук, Хигучи заварила себе кофе и встала у окна. Наблюдая, как медленно садится солнце, девушка приглядывалась к тем, кто, по её мнению, был похож на упыря. — Ой, страшно, мамочки! — вскрикнула блондинка от неожиданного телефонного звонка. А звонили из бара, чтобы узнать, выйдет ли Хигучи сегодня на работу. — Сейчас приеду, — пообещала она, но перед тем как выйти из квартиры, положила в сумочку большую чесночину, а на шею надела серебряный крестик — единственный, который у неё был. Посетителей было немного. Новость о том, что вчера здесь произошла жестокая свалка бармена с одним из посетителей, разлетелась по району, словно вирус. Однако в бар пришли несколько завсегдатаев, которым было всё равно, лишь бы алкоголь имелся в наличии. Хигучи убедила себя в том, что работа отвлечет её от страшных историй из Интернета. Она отнесла очередной заказ, и краем уха, совершенно случайно, услышала обрывок фразы: — …я бы этого кровососа, нахер бы, пристрелил! «Кровососа?!» — испугалась Хигучи, не зная, что имелся ввиду не вампир, а налоговый инспектор. — Девушка, вам плохо? — вдруг обратился к Хигучи парень с пластырем на носу. — На вас лица нет. Точнее оно у вас есть, но белое. Вам бы не мешало присесть. Худощавый парень неловко вскочил и усадил её на своё место. — Скорее всего, у вас резко упало давление. Дождь вроде собирается, и, возможно, будет поливать нас всю неделю, как из ведра. Ичие взглянула на парня из-под чёлки: по-детски смазливое личико, короткие непослушные рыжие волосы, пластырь на носу, черные серьги. Одет парнишка был в джинсы, белую кофту, сверху короткая зеленая куртка и красные наушники. — Кстати, меня зовут Мичизо. А вас? — Меня Хигучи. — Официантка слегка улыбнулась. — Очень приятно. — Взаимно. Однако интересный у тебя способ знакомства с девушкой. — Хе-хе. Ну-у, — парень засмущался, — знаешь, опыта у меня, конечно, с гулькин нос. Я бы лучше практиковал знакомства, если бы работы было поменьше. Но ты меня правда напугала, стала такой бледной в одну секунду. Что случилось? — Мне сегодня что-то с утра нездоровиться. А какая у тебя работа? — Э-э… Я управляющий в частном доме. — Ух ты. А почему ты сейчас здесь? — Упорным трудом я заработал себе выходной, — улыбнулся Тачихара, откинувшись на спинку дивана. — Вот я и решил сходить куда-нибудь, проветрится. — И заодно попрактиковать знакомства. — Ну да! — Он снова наклонился к столу. — Возможно, ты мне и поможешь. — А? — не поняла Хигучи. — Слушай. В особняке, где я работаю, живёт девушка, — начал объяснять Мичизо. — Так вот…она… — Тебе нравится, — закончила за него Ичиё. — Да. А ты откуда знаешь? — Интуиция. — А-а. Здорово. Ну, так вот. Да, она мне нравится. Она очень красивая, умная и по-своему особенная девушка! Я слышал, что у неё никогда не было парня, и что она… была бы не против романтических отношений… Короче, я пробовал за неё ухаживать: приносил свежие цветы и всякие вкусняшки, но ничего! Она вообще меня не замечает. Наверное, думает, что цветы сами в её комнате появляются. Вот что, по-твоему, со мной не так? — Может быть, потому что ты дворецкий? — Хигучи раскусила бедного влюбленного пацана, однако ей была знакома его ситуация. — Да блин! А как же моё мужское обаяние? Просто, знаешь, её старший брат меня сильно напрягает. Вот прям жесть, как напрягает. И этот жуткий тип — мой босс, представляешь? Я выполняю всякие мелкие поручения по дому, и вот недавно, его сестра в чём-то провинилась, и он поставил меня охранять её. — Представляю, как ты был счастлив. — Ага. Но мне всё равно не удаётся пробить эту ледяную стену, которую возвела вокруг себя Гин. Я ещё ни разу не видел, как она улыбается… наверное не умеет. — Постой! Как ты сказал? — Что? — Мичизо посмотрел на Хигучи. — А, эту девушку зовут Гин. А что такое? Хигучи не понимала, что с ней происходит: первая её половина хотела тот час же схватить Мичизо за шкирку, и, чтобы он показал ей, где живет Гин; а вторая половина желала только одного — подальше спрятаться где-нибудь от всех этих страшилок. — Ничего. Скажи, а ты не замечал чего-нибудь странного в её поведении, кроме ледяной стены? — Э-э. Дай-ка подумать. Ну-у… У Акутагавы есть наследственная болезнь, типа, аллергии на солнце. На улицу она выходит только после заката. Типа, её кожа очень бледная, поэтому она весь день сидит в своей комнате и чем-то там занимается. А в самом доме у нас везде плотные шторы, чтобы солнечный свет не проникал даже в помещение. Это странно, мне кажется. Гин любит слушать музыку и смотреть кино. Недавно брат подарил её штуку, как в кинотеатре, и теперь она целыми днями смотрит кино. Всякие ужастики, от которых мороз о коже. Ах, вспомнил! Я приносил ей всякие сладости, шоколад и пирожные. Вы же девушки любите сладкое? И вот, она ничего не ела. Даже не прикасалась. — Не все девушки любят сладкое, Мичизо. — Ой, знаешь, эти Акутагавы вообще какие-то странные! Хозяин днём крепко спит, а ночью работает, как проклятый. Не ест ничего. Худой. Злой, как чёрт. Я однажды встретил его в коридоре и чуть от страха не помер. Смотри! У меня даже щас волосы дыбом встали! Я хотел уволиться, но, блин, он платит хорошо. Я нигде больше такой работы не найду, а деньги мне всегда нужды. Поэтому я решил забить на их странности и всё. — Понятно. — Хигучи решила спросить. — А ты знаешь парня по имени Ацуши? — Знаю. Это наш новенький, мы с ним вместе пашем на Акутагаву, только он секретарь. Весь из себя деловой такой. Послушный пёсик. Тоже, кстати, странный. Работает всего два-три месяца, а так быстро завоевал доверие хозяина. Откуда ты его знаешь? Он твой парень? — Нет. Просто этот мир тесен, как трехлитровая банка. Мне не хочется тебя расстраивать, но мне кажется, что у вас с Гин ничего не получится. — Это еще почему? Опять твоя интуиция? *** В библиотеке стоял, слегка покрывшийся пылью, виниловый проигрыватель. Проведя по пыльной крышке, брюнет растер воздушный прах между пальцами и печально взглянул на давным-давно остывший камин. Уютный зал библиотеки всегда был излюбленным местом Дазай-сана. Но сейчас он не мог здесь находиться. Именно здесь он первый раз поцеловал Чую. Помниться, тогда в камине горело яркое пламя, а уши ласкал прекрасный классический джаз, который так обожает слушать Чуя. Самое глупое — это поссориться с любимым из-за херни! Дазай даже толком не помнит из-за чего случился скандал. Да и смысла сейчас нет ворошить прошлое и вспоминать, когда выпал такой прекрасный шанс всё исправить. Ладно если не получилось в первый раз, но Осаму чувствует, что еще не всё потеряно. Старушка-интуиция еще ни разу его не подводила. — Ах! Точно! — Дазая словно пронзила молния. — Точно! Идеальнейший план! Только нужно найти свечи. И пластинку. И ключ. *** Заперев дверь изнутри, Ацуши включил «подсолнух» и хлестанули струи горячей воды. Потом оборотень начал медленно раздеваться, поглядывая при этом на черноволосого юношу, который разглядывал его фигуру. Белокурый улыбнулся. Затем подошел к Акутагаве и притянул его к себе, как бы намекая тоже раздеться и принять душ вместе. Рюноске не знал, что задумал Накаджима, он разрешал оборотню прикасаться к себе, но когда тот захотел снять с него футболку, занервничал. Заметив его реакцию, Ацуши сказал: — Чего это ты? Давай помогу. Он не знал, что вампира никто и никогда не видел полностью обнаженным. Рюноске подумал, что, возможно, Ацуши будет неприятно видеть его уродливое вампирское тело. Скулы вампира стали фиолетовыми и это не из-за горячего пара, который наполнил ванную, и из-за которого запотело широкое зеркало в деревянной раме. — Ты мне не доверяешь? Акутагава покачал головой: — Своему секретарю я доверяю. Он позволил снять с себя футболку, но когда одежда полетела на пол, он захотел её вернуть. Из-за пара становилось всё жарче и жарче. — Интересно, а долго я еще буду секретарем? — Ты хочешь повышения? — спросил Акутагава. — Или смещения? Ацуши хихикнул и обнял Рюноске за талию. Их лица оказались максимально близко — нос к носу. — Я хочу только одного. Акутагава широко смотрел в глаза, цвет которых был неописуемо прекрасен, а потом он ощутил вкус таких манящих, сладких губ и сразу же позабыл, о чём беспокоился несколько секунд назад. Прижав к себе оборотня, он начал отвечать на его поцелуй, не скупясь при этом на страсть. Потихоньку отступая назад, белокурый юноша заманивал вампира под струи горячей воды, и как только несколько капель упало на Акутагаву, он обнял его руками за шею и взъерошил черные волосы с проседью на кончиках. — Чем ты обычно моешь голову? — поинтересовался секретарь, увидев несколько разноцветных бутыльков. — Шампунем. — Это понятно. А каким? — С женьшенем. Накаджима развернулся, чтобы взять нужный бутылёк, и приятно-возбуждающее чувство разлилось внутри тела, когда его крепко обхватили за талию и поцеловали куда-то в область шеи. — Ах! — выдохнул юноша, изогнувшись в пояснице, как кошка. Рюноске заскользил языком по его гладкой влажной коже повыше к уху. Охота было сделать кусь, но понимая, что даже маленькая капелька крови может свести вампира с ума, он просто прижался к Ацуши и наслаждался приятным согревающим чувством.