Покусился, бесстыжий!

Новогодней тусовки у сестёр Гаррель, а попросту у Марики и Элиана, народ ожидал как манны небесной, а Лису это было важно в особенности: он лелеял надежду «подкатить» наконец грамотно к своему идеалу. Он жутко нервничал, и в этот вечер 31 декабря злился и раздражался по любому поводу. Он психовал, кидался обувью, ворчал, заворачивался в одеяло и решал, что никуда не пойдёт, но потом вставал и всё равно угрюмо топал наводить марафет. Алекс собрался неожиданно быстро, причём уложил свои волосы таким немыслимо хитроумным образом, что выглядел теперь просто умопомрачительно мило. Безотчётно Лису захотелось его пообнимать, потрепать по волосам, затискать, и он поморщился. Вроде не пил ещё, а уже… такое. В конце концов долгие сборы и душевные метания Лиса успешно завершились, зато засомневался уже Алекс. У Марики собиралось обычно много людей, которых он видеть не хотел: боялся. Тогда младший молча взял его за руку да так и вёл всю дорогу, пока она не привела друзей к большому двухэтажному дому, где для них радостно распахнула входную дверь Марика и обняла обоих сразу. — С новым го-о-одом! — крикнула она, но тут же её позвали из гостиной, и девушка, извинившись, унеслась обратно к гостям — всё-таки нелегко устраивать настолько большое празднество самостоятельно. Здесь было достаточно старых знакомых Алекса, и то, что он пришёл за ручку с каким-то рыжим первокурсником, не осталось без внимания. Однако чуткие уши Лиса улавливали малейший проблеск сплетни. За первые десять минут он уже успел тайком на заднем дворе дать по роже парочке парней, которые особо рьяно кричали, что Алекс — гей. Это была… своего рода забота о старшем, и она приносила чувство небывалого удовлетворения. Здесь была и блондинка, с которой Лис пытался «замутить» в начале года, но так и не переспал. Теперь она вешалась на него, подобострастно флиртовала и недвусмысленно предлагала то самое. Рыжий подумывал было воспользоваться удобным случаем, но неожиданно поймал на себе взгляд Алекса, стоящего в углу — серьёзный, задумчивый взгляд — и почему-то вспомнил о Марике. Разумеется, блондинка была послана раз и навсегда, а Лис понёсся искать свою единственную… но она нашла его быстрее. — Пойдём! — весело воскликнула Марика и потянула его куда-то в другую комнату, подальше от толпы. Лис приободрился — вечерок складывался удачно — но тут же вынужден был расстроиться: перед одной из запертых дверей Марика остановилась, повернулась к нему и сказала взволнованно: — Я хочу, чтобы ты познакомился с Элианом. Очень хочу. Твоё мнение важно для меня, Лис… Рыжий вздохнул. Ну не планировал он знакомства с сестрой-транссексуалом в этот чудный вечер, но чего не сделаешь ради любимой девушки… Юноша кивнул решительно, Марика улыбнулась ему ободряюще, а затем приоткрыла дверь и заглянула внутрь. — Ленни? К тебе гости. Да спокойно, все свои. Это Лис. И девушка открыла дверь шире, впуская парня внутрь. А ожидания рыжего вновь не оправдались. Он ждал мужеподобную бабу, сидящую на гормонах, но перед ним был… или была Элиан. А Элиан… Ни хрена не транс! У Элиан волосы ниже пояса, длинные, волнистые и молочно-белые. У Элиан синие-пресиние глаза на пол-лица и светло-розовое платье, которое невероятно ей шло. Элиан на первый взгляд — девочка-девочка, у неё французский маникюр и мелодичный голосок, похожий на звон семи маленьких колокольчиков. Элиан миниатюрна просто донельзя и скорее похожа на куколку… Но эта же самая Элиан предпочитает, чтобы о ней говорили в мужском роде. Эта Элиан — художник, и рисует она монстров, и рисует в невероятно тёмных тонах, вдохновляясь Гансом Гигером. Эта Элиан может выхлебать пять литров водки в одного и остаться трезвой. А ещё у Элиан в гараже стоит огромный спортивный мотоцикл, который она сама чинит, и на котором ездит на всевозможные байкерские тусовки. Половина друзей Элиан — панки и неформалы, другая половина — толстые бородатые байкеры, и везде её уважают и принимают её… пардон, его правила игры, и везде Элиан — «свой парень». Вот так. Лис был в ауте. В шоке. В ахуе. И если бы после Марики он мог влюбиться во второй раз — определённо влюбился бы в Элиана, несмотря на все его заскоки. Рыжий от пережитого потрясения решил залить в себя пару-тройку стаканчиков спиртного, потом нашёл Алекса, потом пил уже вместе с Алексом, потом снова хотел набить кому-то морду, а затем пришла та самая степень опьянения, когда ты вроде бы и пьян, но ещё соображаешь. — В туалет. М-ме нада в туалет, — глубокомысленно изрёк Лис, грозно потрясая указательным пальцем в воздухе. — Куда ж ты один попрёшься, пьянь заправская? — вздохнул Алекс, подхватил вяло брыкающегося друга и повёл в сторону уборной. — Да тихо ты, ты ж не знаешь даже, куда идти. Старший, сетуя на молодёжь, не умеющую пить, довёл успокоившегося рыжика до туалета, где тот справил все необходимые нужды и даже немного протрезвел. — Я в норме, — заявил он, и язык его даже почти не заплетался. — Ну в норме — так погнали. Алекс шёл впереди, а Лис тащился чуть поодаль, ибо выпитое всё же давало о себе знать, и иди он побыстрее — рисковал бы не вписаться в поворот. Он не считал ни коридоры, ни отвороты, полностью положившись на друга, но вдруг на очередной развилке повернул голову — и охренел. Сперва он полагал, что к нему пришла «белочка», но увиденное было слишком реалистичным для белой горячки. В глубине коридора на диване полулежал Элиан, а Марика сидела рядышком на подлокотнике. И всё бы ничего, только девушки… Це-ло-ва-лись. Совершенно не по-сестрински, с языками, взасос. А правая рука Марики по-свойски мяла грудь Элиана. Лис протрезвел окончательно и поспешил догнать идущего впереди Алекса, останавливая его и с круглыми глазами крича в ухо горячим шёпотом: — Я там такое видел! Алекс долго ржал, потом не менее долго объяснял. — Да, они родные сёстры, — втолковывал старший. — Обе девушки. И да, они встречаются. Обнимаются, целуются и занимаются сексом. Да, Лис, не делай такие глаза, ты определённо знаешь, что такое секс и как им заниматься. Элиан любит девушек, а Марика… вроде, бисексуалка, но ей кроме Элиана никого не надо. А ты чё, клеился к ней?! Серьёзно?! И Алекс продолжает ржать. А Лис уходит бухать с горя. Напивается он в этот раз знатно, что называется, «в край». Хорошо ещё, что рядом есть вечно недремлющий Алекс, который подхватывает размякшего первокурсника, когда тот в полуобморочном состоянии чуть не падает прямо под ноги толпы. Лис к тому времени уже отключается и не видит, с каким трудом Лекс тащит его до ближайшей спальни и водружает на кровать — откуда только силы взялись?.. Но Алекс тоже не совсем трезв, и ему лень искать другую комнату, где можно выспаться самому. К тому же Лис успевает сложить на него все свои конечности и вцепиться в худое тельце, сладко причмокивая. Поэтому старший благополучно забивает, устраивается рядышком поудобнее и засыпает. И это первая ночь за последние полгода, когда ему не снятся кошмары.