Алые лапы кошмара

      Санс чертовски нервничал. Он не видел ничего перед собой, ничего не слышал. Услышанное не укладывалось у него в голове. Противоречивые мысли раздирали мозг. Санс не знал, как реагировать. Он просто позволял монстру тащить себя вперёд.       Это был кот, скорее даже котёнок. Санс не дал бы ему больше шестнадцати лет. Его шерсть когда-то, наверно, была красивой и шелковистой, но сейчас она свалялась, стала грязной, местами даже выпала. Рыжий цвет сменился на грязно-ржавый. Пытаясь отделаться от ужасных мыслей, Санс стал рассматривать котёнка внимательнее. Одно его ухо было порвано — след от уличной драки, — он был ужасно худым. Явно недоедал. Когда скелет мельком видел его зелёные глаза, ему казалось, что он смотрит на разбитое стекло. Нижняя губа котёнка дрожала. По его руке тянулся зашитый грязными нитками шрам — похоже, от ножа или меча. Точно не от драки. Тут был кто-то посерьёзнее.       Котёнок крепко сжимал запястье Санса, словно ему требовалось физическое доказательство, что скелет вдруг не исчезнет. Его ноги подгибались, и только страх заставлял монстра бежать вперёд. Он чуть не плакал. Санс заметил, что его тащили в сторону Сноудина.       А что, если что-то случилось с Папсом?       Эта мысль произвела эффект разорвавшейся прямо в голове атомной бомбы. Санс резко остановился, чуть было не вырвав руку котёнка. Скелет щёлкнул пальцами, немедленно перенося их обоих к дому Санса и Папайруса. Вырвав руку из лапки котёнка, Санс забарабанил в дверь. В его голове расцветал ужас. Как он мог оставить брата одного?! Как он посмел не уследить?!       Будь в порядке… Умоляю, будь дома!       Дверь, едва не расколовшаяся от ударов кулаком Санса, раскрылась. Встревоженный Папайрус появился на пороге в своей броне. В глаза бросалась кое-как залатанная брешь на груди. Рёбра кости выросли под неправильным углом. Санса передёрнуло. Он боялся смотреть вверх, в глаза брата.       — Санс? Что случилось? — Голос Папса был взволнованным.       Сансу было плевать, как звучал голос брата. Он у него был. Папайрус не кричал, не молил о пощаде. Он просто был взволнован. Брат жив. С ним ничего не случилось.       — Санс! Санс! — Тон Папайруса стал раздражённым. — Чего ты стоишь тут? Что случилось?!       — А… Я… — Санс замялся. И что он должен сказать? Как объяснить брату? Скелет промямлил: — Я просто… Ну, знаешь, я думал…       — Мистер? — дрожащим голосом спросил монстр, потянув Санса за край куртки.       Сансу стало чертовски стыдно. Зачем он сюда пришёл? Что, если из-за него случилось непоправимое?!       Скелет тяжело дышал. Нет! Он должен был сюда прийти. После того, что случилось… после Ториэль… Санс был обязан первым делом побеспокоиться о брате. Один раз он уже допустил ошибку. Такого не должно повториться. Он не допустит.       — Я… э-э-э… должен идти… — кое-как выдавил из себя Санс, обращаясь к брату. — Ты только не волнуйся, окей? Хотел проверить, что ты… в норме.       — Санс, что случилось? — Папайрус упёр руки в бока.       — Да там… ничего важного, — солгал Санс. — Пожалуйста, Папс, оставайся дома!       — Санс, что происходит?! — Младший скелет шагнул за порог и навис над братом.       — Папс, прошу, останься дома! — Санс толкнул его обратно в дом. — Я обещаю, что объясню тебе всё, как только вернусь! Ради меня, братишка!       Похоже, умоляющий взгляд Санса подействовал. Папайрус тяжело вздохнул и нехотя кивнул. Ему всё это нравилось, казалось, ещё меньше, чем Сансу.       — Только… будь осторожнее, ладно? — попросил Папс. — Что бы ты ни собирался делать.       — Обещаю, Папс. — Санс кивнул.       Они несколько секунд стояли и смотрели друг на друга, не зная, чем заполнить неловкую паузу. Потом Папайрус резко втянул воздух, вскрикнул и, крича что-то о переваренных спагетти, рванул на кухню. Санс с облегчением выдохнул. Похоже, брат не заподозрил ничего страшного. Ну, из того, что может быть страшной в их ситуации. Он наверняка даже не задумался об убийстве.       Скелет обернулся. Прямо перед ним стоял котёнок. Санса передёрнуло — в глазах маленького монстра смешивалось всё то, чего скелет так боялся, — неверие, разочарование, горечь. Он не понимал, что происходит. Монстр только знал, что вместо того, чтобы помогать, дозорный пошёл по своим делам. Столько осуждения во взгляде… Санс возненавидел сам себя.       — Прости… — прошептал скелет. — Куда… куда ты меня вёл?       Котёнок закусил губу и опустил голову. Санс слышал его тяжёлое дыхание и биение собственного сердца о рёбра. Похоже, монстр разрывался между желанием послать скелета и убежать и здравым смыслом, который требовал привести его на место преступления. Кот, похоже, выбрал второе. Он молча кивнул подбородком куда-то в сторону и пошёл туда. Санс двинулся следом.       Собственно, звать Санса было бессмысленно — на месте уже собралась небольшая толпа. Скелет с котом стали проталкиваться вперёд. Непонятно, почему, но другие монстры стояли чуть дальше, чем ожидалось. Что-то их сдерживало.       За время пути Санс не узнал никаких подробностей — ни кого убили, ни кто убил. Оставалось надеяться только на собственные глазницы.       — Извините… Пропустите… Дорогу… — Санс расталкивал монстров, медленно пробираясь вперёд. К запаху шерсти, пота и прочего примешивались какие-то новые нотки. Лишь через несколько секунд, почти добравшись до внутренней границы полукруга, который образовывали собравшиеся монстры. Это была кровь. Явный запах крови.       Крови быть не должно!       Санс резко упёрся в какого-то высокого монстра. Он врезался в мохнатую грудь и чуть не повалился на землю. Его схватили под руку и помогли устоять на ногах. Санс поднялся и увидел, что его поддерживал Большой пёс.       — Эй, привет. — Санс усмехнулся. — Спасибо. Что здесь происходит?       — Ничего интересного, — ответил Большой пёс.       Санс цокнул языком. Как много ему самому приходилось говорить ту же самую фразу, чтобы отвлечь зевак от чего-то действительно важного. Там что, правда кого-то убили?       — Дружище, пропусти, пожалуйста! — мягко, но настойчиво попросил Санс.       — Там не на что смотреть! — повысил тон Большой пёс и сказал, обращаясь уже ко всем: — Расходитесь! Тут не на что смотреть! Идите по домам!       Поднялся гул, в толпе зашептались. Санс понял, что может начаться хаос. Надо разобраться как можно быстрее.       — Слушай, Большой пёс, мне реально надо туда пройти! — Скелет попытался оттолкнуть стражника. — Я тут, как бы…       — Не велено, — рубя слова, сказал Большой пёс.       Санс подумал. Нет, так ничего не выйдет. Он, конечно, может телепортироваться, но остаться надолго ему там не позволят. Они с Большим псом не особо близки. Возможно, тот даже не знал, что скелет всё ещё в Королевской Страже. Нужно найти кого-то своего. Кто сейчас главный в Сноудине?       — Догаресса! — крикнул Санс. — Догаресса!       Большой пёс настолько смутился, что даже не успел ничего предпринять, когда Санс юркнул мимо него вперёд. Они чуть было не стукнулись лбами с Догарессой. Та удивлённо взглянула на скелета. Она явно не ожидала его здесь увидеть. Её удивление мгновенно сменилось радостью.       — Санс, ты здесь! Отлично!       Скелет удивлённо наклонил голову.       — Я только собиралась тебя искать, — объяснила Догаресса. — Андайн требовала тебя к себе.       Вау.       Санс не думал, что новоиспечённая императрица вообще помнит о нём. Надеялся, конечно, но особо не тешил себя. Они не общались почти полгода. Санс не знал, что случилось с воительницей за это время. Изменилась ли она, стала ли рассудительнее, жёстче. Полгода прошло, а Андайн вспомнила о нём только сейчас, когда ей что-то понадобилось. Санс испытывал смешанные чувства.       — Ясно, — неопределённо ответил скелет. — А можно мне… посмотреть? Разобраться в ситуации?       Догаресса подумала несколько секунд. Она открыла рот, чтобы ответить, но тут вдруг из-за спины Санса выглянул котёнок. Скелет даже не заметил, как тот пролез следом. Он опасливо поглядывал на Догарессу. Ему было страшно.       — Ты что здесь делаешь? — недовольно хмыкнула Догаресса. — А ну пошёл отсюда!       Она взялась за рукоять меча. Котёнок попятился, отчего-то схватившись за свой шрам. Похоже, Королевская Стража получила куда больше власти, чем при Азгоре. Кот развернулся и в мгновенье ока растворился в толпе монстров.       Санс цокнул языком. Настоящее полицейское государство.       — Ну так что там? — напомнил он Догарессе. — Можно?       — Давай, — кивнула стражница. — Думаю, это справедливо. Пошли.       Она поманила Санса за собой и, развернувшись, пошла вперёд, прочь от толпы. Санс поспешил следом.       Эпицентр события находился метрах в десяти от собравшейся толпы, за небольшим холмиком. Гражданским ничего не было видно. Санс забеспокоился — что же там такое произошло? Догаресса не распространялась на этот счёт. Она лишь сухо отвечала, что Санс сам всё поймёт, когда увидит. Скелет уже предвкушал своё удивление. Они поднялись на холм, и Догаресса указала вниз. Санс взглянул туда.       Я больше не позволю Папсу оставаться одному. Никогда! Он не должен видеть этого. Он не должен быть в опасности! Плевать, что придётся для этого сделать. Плевать, сколько законов придётся нарушить. Я его не отпущу. Я не позволю ему закончить… вот так…       Санс зажал рот рукой, чувствуя, как к горлу подступает рвота. Его скудный завтрак чуть было не оказался вне желудка. Скелет согнулся пополам и чуть не упал. Догаресса поддержала его. Сансу казалось, что и её первая реакция была похожей.       На красном от пропитавшей его крови снегу лежало развороченное тело. По голове и лапам Санс догадался, что когда-то это был кролик. Грудь и живот были разрезаны, разорваны чем-то. Кишки вывалились наружу и провалились в снег, обломки рёбер валялись по всей поляне, перебитые органы упали на внутреннюю сторону спины. Гора мяса, когда-то бывшая монстром, лежала прямо посреди поляны. Остекленевшие глаза смотрели куда-то вверх, на лице застыла последняя в жизни бедного существа гримаса ужаса и боли. Его вскрыли. Словно консервную банку.       Сансу казалось, что он знал убитого. По изуродованному смертью лицу было трудно определить, но… Санс, кажется, видел его у Гриллби. Они иногда общались. он любил выпить, но был совершенно безобиден!       Кто мог убить его так жестоко?       В голове Санса выстраивались логические цепочки. Что-то было не так — помимо трупа, разумеется. Что-то ещё напрягало его. Какая-то деталь, важная и неотъемлемая. Что-то не так… Что-то не так с этим трупом!       В голове Санса что-то чиркнуло. Он вдруг понял, и осознание навалилось на него тяжким грузом. Как такое возможно? И почему?..       Монстр не распался. Он не превратился в прах после смерти, а остался… трупом! Мясом, костями и кровью!       Санс не знал, что это значит, но ему это не нравилось. Это нарушение самих законов жизни монстров! Испокон веков умершие монстры распадались! А этот… Что не так с ним?       — Он ведь…       — Да, — подтвердила Догаресса. — Он не распался.       — Как такое возможно? — Санс повернулся к стражнице, но его взгляд неизменно возвращался к трупу. Скелета мутило.       — Я не знаю, — честно призналась собака.       Вот почему Санс почувствовал запах крови. А теперь труп начал разлагаться. Он, похоже, пролежал здесь достаточно долго, так что даже снег не спасал тело. Трупный запах медленно распространялся, вызывая очередные рвотные позывы. Мухи уже крутились над телом. Страшная картина.       Санс поклялся самому себе, что ни за что на свете не допустит того, чтобы с братом случилось что-то подобное. Папс не должен даже знать об этом. Нельзя… Нельзя!       — Ты… ты говорила об Андайн, да? — напомнил Санс, стараясь как можно быстрее сменить тему. — Чего она хотела?       — Она послала за тобой, как только узнала. — Догаресса боязливо поглядывала в сторону трупа. — И… Санс, я, конечно, ни на что не намекаю, но…       О чём это она?       — Почему она послал за тобой, как только узнала? — напрямую спросила Догаресса. — Ты же не…       Санс едва сдержался. Обида, ярость и нежелание верить в услышанное захлестнули его. Она задаёт подобные вопросы. Она думает, что это Санс его убил! Да как она может?!       — Прекрати! — прикрикнул Санс. — Не смей даже думать об этом! Я сам ничего не понимаю. И я не причастен к этому убийству! Поняла?       Догаресса, слегка попятившись, кивнула. Санс так и не решил, что же напугало её больше — его ругань или теория о том, что скелет мог оказаться убийцей. Она нервно сглотнула. Санс с шумом выдохнул.       — Андайн во дворце? — спросил он.       Догаресса кивнула.       Санс отвернулся и пошёл прочь, на ходу поднимая руку и щёлкая пальцами. Он не хотел больше ни секунды оставаться в компании изуродованного тела.       Сансу не нравилось то, что произошло. Нет, дело даже не в убийстве. Он телепортировался к дворцу Андайн — и вот тут начались ещё большие странности. Конечно, Сансу никогда не нравилось пользоваться своими способностями — слишком непривычно это было. Скелет испытывал вечный дискомфорт из-за телепортации. Однако эти неприятные ощущения были терпимыми, а тут в голову словно вонзили спицу. Санс вскрикнул и схватился за голову. Он упал на каменную кладку Нового Дома, пытаясь подавить острую боль.       Та пропала так же неожиданно, как и появилась. Санс не понял этого и ещё несколько минут сжимал пальцами черепушку. В голове звенело. Скелет чувствовал, как дрожали его руки. Что происходит? Что с ним случилось?       Санс с трудом успокоился. Вокруг было тихо. Звон в голове исчез, равно как и боль. Санс даже решил, что ему просто показалось. Он тяжело дышал, в глазницах стояли слёзы.       Скелет несколько минут приводил дыхание норму и успокаивал взбесившееся сердце. Всё нормально, всё хорошо. Он просто перенапрягся. Да, раньше такое никогда не происходило. Да, с ним произошло что-то болезненное. С кем не бывает? Всё хорошо… Всё нормально… Он уже во дворце.       Нет. Оглядевшись, Санс вдруг осознал, что он находится где-то на окраине Нового Дома. Дворец высился где-то на горизонте, к нему тянулись ряды домов. Санс стоял на коленях на пустующей улочке. Вокруг не было ни души, только фонари слабо горели. Дома казались заброшенными, кое-где двери были распахнуты, словно рты, уродливые выбитые глазницы-окна пялились прямо на скелета. Жутко. Санс поспешил подняться на ноги.       Скелет не был в Новом Доме все те же полгода. Санс-то ожидал, что с приходом всех тех бед — нехватка еды, розни, переворот, — монстры потянутся к столице. Однако, похоже, Новой Дом тоже пустел. Куда девались монстры? Вроде, эпидемий никаких не было. По крайней мере, о них пока не сообщали. Конечно, смертность после всех… событий… увеличилась. Однако всё-таки Подземелье становилось пустым.       М-да.       Придётся идти минут двадцать. Андайн будет недовольна. Возможно, прикажет его казнить. Санс, конечно, утрировал, но кто знает? Он всё ещё не знал, что случилось с его подругой (возможно, бывшей). Возможно, она тиран. Хороший правитель не стал бы сгонять подданных на полевые работы. С другой стороны, у хорошего правителя в тех же условиях не было бы выбора. Санс в очередной раз решил, что политика не для него. Слишком сложно.       Что он забыл в этой части города? Санс не узнавал ни единого места. Скелету всегда казалось, что он может перемещаться только в те места, в которых раньше был. Что за аномалия? Это очень странно. Это даже испугало скелета. Неужели его силы дают сбой?!       Успокойся! Просто успокойся! Тебе не повезло — с кем не бывает? Единичный случай. Исключение как подтверждение правила. Всё в порядке.       Шумно вдохнув и выдохнув, Санс двинулся в сторону дворца.       Дворец, казалось, был единственным местом, которое никак не изменилось. Но это только на первый взгляд. Санс заметил, что атмосфера как-то изменилась. Замок стал казаться мрачным, тёмным, жёстким, словно старый вояка. Клумбы и газоны исчезли, на их месте появились песчаные пустыри; знамя Дримурров сняли, на их месте появилось красное полотнище с изображением двух перекрещенных чёрных копий. Во дворце словно стало тяжелее дышать. Как будто военное положение. Сансу стало неуютно. Что ожидает его внутри?       Подъём занял много времени и отнял почти все силы скелета. Неужели нельзя было установить лифт какой-нибудь? Технологии вполне позволяли — нужно было только найти толкового инженера.       Альфис бы справилась.       Два стражника, которых Санс до этого никогда не видел (похоже, место в Королевской Страже стало очень престижным), преградили дорогу скелету. Санс сжал кулаки. Сколько ещё недоверяющих ему солдат он встретит за сегодня?       — Я к Андайн, — коротко бросил Санс.       — Не наглей, скелет, — насмешливо хмыкнул один стражник. — Говоря об императрице, ты должен называть её «Ваше Величество».       Санс сжал кулаки. Как он смеет?..       Она мой друг. И я буду называть её так, как называл раньше. И я не потерплю нотаций от желторотого новобранца, вроде тебя. Так что…       — Я прибыл сюда по личному приказу Её Величества, — сквозь зубы произнёс Санс. — Так что будьте добры — пропустите меня.       Похоже, Санс говорил слишком неуважительно. Он ничего не знал о новых порядках в армии. Что-то скелет сказал не так — стражник уже потянулся к мечу.       — Подожди, — остановил его второй, явно куда старше. — Приказ действительно был. — Он смерил Санса изучающим взглядом и сказал: — Проходи. Но мы за тобой следим.       — Премного благодарен. — Скелет прошёл внутрь, «случайно» толкнув молодого стража плечом.       Внутри дворец казался ещё более мрачным, чем снаружи. На окнах появились тёмные занавески, багровые ковры застилали полы, цветов, так любимых Азгором, нигде не было видно. Зато теперь везде было полно стражников. Андайн времени зря не теряла.       Она вызвала его сейчас, когда ей что-то понадобилось. До этого воительница даже ни разу не вспомнила о братьях-скелетах. Санс пытался злиться — правда пытался, — но у него не получалось. Он терял друзей одного за другим. А Андайн была для него… возможно, чуть больше, чем просто друг. К тому, же к ним изредка приходили посылки. В основном, Папайрусу. Книги, руководители по кулинарии, «Справочник юного стражника» и так далее и тому подобное. Вечно анонимные посылки. Однако Санс всё-таки подозревал, кто мог быть настолько щедрым.       Зачем я пошёл сюда? Там зверствует какой-то маньяк, а я опять оставил брата одного! Трус… Лжец… Я обещал защитить его.       Было слишком поздно поворачивать назад, и оставалось только ускориться. Раньше начнём — раньше закончим. Главное — выбраться из дворца. Как можно быстрее. Желательно — живым.       Опять этот зал. Он всё так же отливал золотом. Санс огляделся, пытаясь усмотреть те небольшие дорожки пепла, сыпавшиеся с её рук. Конечно, всё уже успели убрать — за шесть месяцев-то! — но Санс краем глаза всё равно замечал их. Кучки праха, которых не существует. Нож, которого нет.       Я схожу с ума.       Как ни странно, стражники у тронного зала незамедлительно его пропустили. Неужели нельзя было позаботиться о таком же гостеприимстве и на входе? Санс хмыкнул. Похоже, даже Андайн не всесильна. Собравшись с духом, он толкнул монолитную дверь и вошёл внутрь.       Цветы. Цветы бросались в глаза. На фоне всей мрачности дворца они были единственным ярким пятном. И, казалось, единственным живым пятном. Заботливо взращенные, они тянулись вверх, к потолку. В тронном зале пахло нежными весенними цветами. Санс с шумом втянул в себя этот запах и выдохнул. Как в старые-добрые времена.       А вот и она.       Андайн.       Императрица Подземелья сидела на троне, когда-то принадлежавшем Азгору. Она подпирала голову рукой, вытягивала ноги, смотрела куда-то вправо. Только через несколько секунд Санс понял, что рядом стоял ещё кто-то. Какой-то монстр шептал Андайн на ухо.       Она… изменилась. Старая одежда исчезла. Теперь на Андайн были обтягивающие чёрные штаны, высокие чёрные сапоги с красным узором, нагрудник, оставляющий открытым накачанный пресс, алые наплечники с шипами и, разумеется, корона, когда-то принадлежавшая Азгору. Через голову тянулась поистрепавшаяся повязка, закрывающая пустую глазницу. На груди, несмотря на все нововведения, изображалась алая руна Дримурров.       Андайн, казалось, стала ещё более подтянутой и сильной. Теперь её открытые руки и живот прямо бугрились мышцами, во взгляде чувствовалась уверенность, в тихом шёпоте звучали стальные нотки. Сансу даже стало как-то неуютно, а вся наглость вдруг исчезла. Кто это такая и где его Андайн?       — Ваше Величество? — осторожно просил он.       Андайн повернулась в сторону скелета, её глаз резко расширился.Она что-то быстро сказала монстру, стоявшему сзади, и указала на дверь. Тот поклонился и быстро засеменил к выходу. Дверь хлопнула, и Андайн с Сансом остались наедине. Воцарилось напряжённое молчание.       Ну, а что говорить в такой ситуации? Возможно, кто-то знал, но точно не Санс. Они просто изучающе смотрели друг на друга. Пытались найти друг в друге тех друзей, которыми они когда-то являлись. У Санса плохо получалось. Он не мог найти ту старую Андайн. Это напрягало и пугало.       Андайн зашевелилась, и Санс чуть не подпрыгнул — настолько это было неожиданно. Она медленно наклонилась вперёд и оперлась локтями на колени. Послышался тяжёлый вздох, Андайн подбирала слова.       — Санс, — кивнула она.       Скелет хмыкнул. Не самое лучшее начало. Он медленно подошёл ближе.       — Здравствуйте, Ваше Величество. — Его тошнило от каждого слова.       Андайн опустила голову. Сансу даже показалось, что она стыдливо прячет глаза. С чего бы это?       — Что, даже не обнимешь меня? — усмехнулся скелет.       Он ожидал чего угодно. Андайн могла накричать на него, вызвать стражу, выставить его из дворца. Да даже просто метнуть в Санса копьё. Кто знает, что там полагалось за неуважение к императрице? Скелет уже был готов сбежать. Однако он точно не ожидал, что Андайн вдруг поднимается с трона, подойдёт к нему и резко прижмёт скелета к себе.       — Я скучала, костяная твоя голова, — прошептала Андайн.       Санс, слегка оправившись от удивления, положил руки на спину Андайн и обнял её в ответ. Он мог бы поклясться, что на его череп что-то закапало. Санс всё понимал. Он сам едва не заплакал.       Как странно — ты можешь строить какой угодно образ, быть жёстким правителем, облачаться во всё чёрное, быть сколько угодно сильным и неприступным. А потом появляется какой-то скелет, и весь образ рушится, как карточный домик. Санс уже не видел той внушающей благоговейный трепет императрицы — перед ним стояла самая обыкновенная Андайн. Его лучший друг, учитель его брата, та, кого он когда-то вытащил из пекла Хотлэнда. Все сомнения треснули и раскололись. Хотелось просто стоять здесь и обнимать одного из тех немногих, кто ещё напоминал о прошлой счастливой жизни.       Андайн медленно отстранилась, утерев слёзы тыльной стороной ладони. Она посмотрела на Санса и улыбнулась. Скелет улыбнулся в ответ.       — Давно не виделись, а? — усмехнулся Санс. — Ты на связь не выходила.       — Прости. — Андайн закусила губу. — Были… важные дела…       Править Подземельем, например. Я бы не смог взять на себя такую ответственность.       — Да, ты молчала… — Санс хохотнул, — как рыба!       Андайн никогда не любила подобные шутки. Однако сейчас она решила отойти от своих правил и тихо рассмеялась. Её лицо посветлело.       — Мне не хватало твоих дурацких шуток, — призналась Андайн.       — Но позвала ты меня не из-за них, — заметил Санс.       Андайн грустно кивнула. Она медленно вернулась к своему трону и рухнула на него. В её глазах было столько усталости. Казалось, она постарела сразу лет на десять.       — Это из-за того убийства? — подсказал скелет.       — Да, — кивнула Андайн. — Точнее, из-за убийств.       — Убийств? — переспросил Санс. — Так их несколько?       — Три как минимум. — Андайн тяжело вздохнула и посмотрела в окно. — И все… разные.       — В каком смысле?       Императрица вздрогнула. Она явно вспомнила что-то неприятное. Покрутив в руках своё копьё, Андайн начала рассказывать:       — Первого мы нашли пару дней назад. Его просто зарезали. На животе была одна узкая рана — явно от меча. На втором было уже куда больше ран, он был весь изрезан. Жестоко и хладнокровно. Его убили вчера. А третий… Его…       — Разорвали, — закончил Санс. — Выпотрошили.       — Именно. — Андайн кивнула. — Похоже, убийца становится всё более кровожадным.       Санс осознал, что его руки мелко дрожат. Уже несколько дней они были в смертельной опасности. Кто сказал, что Санс не пересекался с этим маньяком? Кто сказал, что Папс его не встречал?       — Я не понимаю, что происходит… — продолжала Андайн. — Монстры никогда не убивали себе подобных. Даже подумать об этому страшно!       А вот Ториэль почти убила…       — Но, если в Подземелье упал человек… — рассуждала Андайн.       — Не падал, — отрезал Санс.       — Ты уверен? — Воительница наклонила голову. — Насколько я помню, вы с Папсом переехали обратно в Сноудин. Ториэль вполне могла не уследить.       Санс цокнул языком. Похоже, у Андайн везде глаза и уши. Солгать не получится — придётся говорить правду. Странно, что Андайн ещё не знает…       — Прохода в Руины больше нет, — признался скелет. — Ториэль его завалила.       В глазе Андайн вспыхнул огонь. Она приподнялась на троне.       — Что?! Когда?! Почему это произошло?!       — Почти три месяца назад, — прошипел Санс.       — И ты ничего мне не сказал?! — вскрикнула Андайн.       Санс опустил голову. Да, он поступил глупо. Гнев воительницы оправдан. Санс чувствовал себя нашкодившим школьником, которого отчитывает преподаватель.       — …Почему это произошло? — спросила Андайн, чуть остыв.       — Она считала себя опасной. — Да я и сам считал так. — Она… вышла из себя и… ранила Папса.       Андайн раскрыла и закрыла рот. Её губы сжались. Она положила руку на копьё и подняла его. Санс не знал, кого она собралась убивать — его или Тори. Не столь это важно.       — Он в порядке? — Андайн вскочила с трона. — Папс в порядке?       Санс кивнул. Императрица облегчённо выдохнула и опустилась на трон. Наконечник копья скользил в воздухе. Санс сглотнул, подумав, как легко этот наконечник может оказаться в его груди.       — Я пошлю туда стражников, — твёрдо заявила Андайн. — Нужно разгрести этот завал. Это единственный путь для людей в Подземелье!       — Ты собираешься впустить сюда людей? — поразился Санс. — Разве…       — Это — единственная возможность добыть человеческую душу, — напомнила Андайн.       Она всё ещё верит. Всё ещё пытается добыть свободу. Может, у неё и получится.       — Ясно… — произнёс Санс. — Но, всё-таки, чего ты хочешь от меня?       — А, да-да, — закивала Андайн. Весь её гнев улетучился. Она всё ещё такая же непостоянная. — Дело в том, что эти убийства надо прекращать. Нужно поймать убийцу и судить его.       Санс уже понял, к чему клонит Андайн. И ему это чертовски не нравилось.       Я не самоубийца!       — Почему я? — Санс хотел задать совсем не этот вопрос, но всё же сдержался. — У тебя стражников не хватает?       — Нет, — покачала головой Андайн. — Мне и так едва хватает подчинённых, чтобы контролировать народ. Нужно добывать столько еды, сколько можем. Иначе начнётся голод.       Но он же уже начался.       — А почему всё-таки я? — повторил Санс.       — Потому что ты единственный, кому я могу доверять, — призналась Андайн.       — Правда? — Скелет усмехнулся.       — Да. И я знаю, почему ты не соглашаешься.       — Что ж, просвети меня! — развёл руками Санс.       — Это из-за Папайруса, верно?       Это было скорее утверждение, чем вопрос. Андайн поняла, что попала в самую точку — похоже, по шокированному взгляду Санса. Он сглотнул. Да, она права.       — Я могу взять его под свою охрану, — предложила Андайн.       То есть, на расследование преступления тебе стражников не хватает, а на защиту Папса — пожалуйста!       — Нет! — резко выкрикнул Санс. — Я не хочу, чтобы к Папсу кто-то приближался. Может, стражник как раз и…       Андайн остановила его. Продолжать не было смысла. Кто ещё, кроме стражника, мог завладеть мечом? Кто ещё, кроме солдата, мог убить троих монстров?       — И всё-таки, — продолжил Санс, — почему ты поручаешь это мне?       — Потому что я верю тебе! — Андайн сказала таким тоном, словно это было очевидно.       — Я тоже стражник, — напомнил скелет. — Что мешало мне взять меч и порубить тех бедолаг?       Андайн хмыкнула. Сансу даже показалось, что она всерьёз думает об этом. Не наболтал ли он лишнего?       — Ты мой друг, Санс, — уверенно произнесла Андайн. — И я не верю, что ты способен на подобное.       Чёртова рыба! Она его заболтала. Наговорила ему всяких телячьих нежностей. И Санс понимал, что она даже не пыталась им манипулировать. Андайн говорила правду.       И как после этого я смогу ей отказать?       — Ладно… — смирившись, сказал скелет. — Я найду его.       — Спасибо, — поблагодарила Андайн. — Спасибо, Санс.       — Поблагодаришь потом — когда поймаю.       Из дворца Санс вышел с тяжёлым сердцем.