Алые лапы кошмара

      Легко сказать: «Найди убийцу!» Куда сложнее это сделать. Особенно когда убийцей может оказаться каждый встречный. Санс вышел из дворца, кидая напряжённые и подозрительные взгляды в разные стороны. Каждый встречный. Кто угодно.       С высоты фундамента дворца Санс смог рассмотреть весь город. Ему давно хотелось посмотреть, как идут дела в Новом Доме. А сейчас скелет жалел об этом. Его охватило уныние и скорбь. Некогда густонаселённый и разношёрстный город посерел за полгода. Стены домов облупились, камень начал крошиться. Улицы были пустынными, пыльными, заваленными мусором; лишь изредка их пересекал какой-нибудь одинокий монстр, кутавшийся в одежду. Вот где-то крыша провалилась в заброшенный дом. Вот где-то в воздух поднимается тоненькая струйка дыма от недавно затушенного пожара. Наверняка какой-то монстр, сморенный болезнью, рухнул прямо посреди комнаты и смахнул свечу на пол. Пара домов точно сгорела. Надо отдать должное Королевской… точнее, Императорской страже — сработали быстро, паника даже не успела начаться.       Этот город умирал. Если в Сноудине и Ватерфолле всё было ещё более-менее хорошо (ну, как хорошо — как в любом загнивающем государстве), то столица гнила изнутри. Здания медленно разрушались, на пунктах раздачи еды всё чаще вспыхивали потасовки. Санс сейчас был ужасно рад, что живёт на самой окраине — безумие разрушающегося Подземелья меньше всех касалось его. Но «меньше всех» не означает «не касалось».       Подземелье убивало само себя. Стягивало верёвку у себя на шее, с извращённой щепетильностью отрезало от себя куски. Санс не хотел быть в самом эпицентре, когда буря разразится. Куда легче преспокойно отсидеться в «отрезанном куске». Эгоистично? Возможно. Санс бы поставил всё то небольшое состояние, что у него осталось, на то, что эгоисты продержатся куда дольше.       Последняя ниточка, связывающая его с этим проклятым городом — расследование. И зачем он только согласился?       Андайн. Вот и вторая ниточка.       Придётся — Санс поёжился от этой страшной мысли, — работать. И работать так, как он никогда не работал раньше. Каким-то сыщиком. Придётся привыкать. И всегда быть начеку.       Санс медленно двинулся вниз по ступеням. Через трещины в камне когда-то пробивались стебельки — теперь осталась только увядшая трава. Уныло и грустно. Как и весь город. Санс боялся использовать свои способности. Стоит подождать. Ещё неизвестно, что значил тот приступ. Нужно быть куда осторожнее.       Мысль билась о стенки черепной коробки, вызывая головокружение. Санса мутило. Он никогда раньше не оказывался в настолько плохом положении. Скелет пытался себя успокоить тем, что всё это временно. Получалось плохо. Его способности, по сути, держали в нём жизнь. Если бы у него были какие-то физические способности. Но этот жалкий «1 HP»… Санс всерьёз испугался за собственную жизнь.       Ладно. Ладно! Всё будет нормально. Это ненадолго…       Наверно.       Санс медленно спустился по лестнице и вошёл в город. До него донёсся запах гари и пыли. И пота. Где-то недалеко толкучка. Еду, наверно, раздают. Надо сходить. Санс знал, что, возможно, заметит что-то подозрительное там. Главное — не нарваться.       Санс осторожно повернул направо и пошёл по узенькой улочке. До него донёсся запах свежеиспечённого хлеба, перебиваемый амбре пота и крови. Санс надеялся, что это просто засохшая кровь от постоянной работы. Хотя, если бы кого-нибудь убили, было бы легче найти маньяка.       Скелет потряс черепом, вытряхивая из него подобные мысли. Очередные смерти ему сейчас нужны меньше всего!       На площади собиралась толпа монстров. Усталые, дрожащие, почти валящиеся с ног, они стояли в неровных очередях за пайком. Санс заметил в дальнем конце площади деревянное возвышение, на котором стояло несколько стражников. Они брали по одному осторожно сложенному мешочку и передавали монстру. Санс заметил, что с прошлого раза мешки заметно уменьшились. От чего пришлось отказаться?       Гора не приемлет слабых. И теперь она пытается выжить всех хилых и больных. Эпидемия уже разразилась? Какой-нибудь грипп, или что похуже? Наверно. Санс не знал. Андайн старалась не распространяться о всех проблемах Подземелья.       Ладно. Возможно, он поторопился, называя новую работу тяжёлой. Скелет уже понял, что тяжелее, чем сейчас, не будет. Очередь почти доконала его. Чертовски грустно и уныло, да ещё и монстры постоянно о чём-то шепчутся. О работе, где они стирали в кровь лапы, руки и прочие конечности (к счастью, запах крови действительно шёл от них). О еде, которой никогда не хватало. Босые, полуголодные, они каждый день вставали в беспросветную рань, горбатились на лесозаготовках и полевых работах. Ужасные условия.       И народ точно думал, что верхи-то шикуют, жиреют. Санс был готов поспорить. Столько усталости и боли в глазах Андайн он не видел никогда. До сегодняшнего дня.       Когда число существ перед Сансом уменьшилось до двух, он чуть не взвыл. Господи, как же долго! Хоть он и был ленивым, но такое бездействие даже его выводило из себя.       Когда Санс наконец-то подошёл к возвышению, на него удивлённо взглянул Малый Пёс. Похоже, он был несколько шокирован появлением Санса. Были на то причины — скелет не появлялся в городе уже полгода. Однако Малый Пёс быстро пришёл в себя, ничем не показал своё удивление и молча протянул свёрток с пайком Сансу. Скелет схватил стражника за запястье и притянул к себе.       — Через два часа у Гриллби, — прошептал он на ухо псу.       Малый Пёс удивлённо наклонил голову. Санс кивнул и отошёл в сторону, оставляя стражника наедине со своими мыслями и голодной толпой. Он просто надеялся, что старый товарищ не подумает, что это розыгрыш. Санс бы не пришёл. Но Малый Пёс — не Санс.       Санс двинулся прочь.       Это уже ни в какие ворота не лезет!       Санс банально не выдержал. Его ноги и так болели от ужасно длинной очереди, так ещё и пришлось тащиться пешком! Скелет уже ненавидел себя за решение подождать с использованием магии. Он ещё никогда не ходил так долго и так далеко.       Хватит! Плевать. Это ведь был просто единичный случай, верно? И стоит снова попробовать — просто чтобы подтвердить свою теорию. Рискованно.       Ни капли. Просто единичный случай. Просто единичный…       Санс осторожно поднял руку и щёлкнул пальцами.       И тут же пожалел об этом.       Магия густым потоком ударила в голову, острой иглой вонзилась в череп. Санс рассыпался на атомы, чувствуя ужасную боль. То, что было его черепом, ныло, словно в него вонзили сотню раскалённых спиц. Санс попытался закричать — и не смог. У него не было рта. Его понесло прочь, и с каждым преодолённым метром боль всё усиливалась. Словно то облако, которым он сейчас являлся, вдруг стало растворяться в воздухе. А он всё чувствовал. Его раздирало на части, сама магия растворяла его.       Со звучным хлопком Санс упал на землю. Облако сгустилось, вновь собираясь в его тело. Скелету казалось, что какие-то атомы перепутались. Острая боль в голове превратилась в тупую, ноющую. Санс обхватил череп руками и сжался в комочек, вздрагивая. Перед глазами двоилось. Его тошнило.       Санс не знал, сколько пролежал на холодной земле. Просто в какой-то момент он понял, что боль осталась лишь в его воображении. Скелет кое-как оторвал руки от головы и принял сидячее положение. Поморгал, отгоняя тёмных мушек, пляшущих перед глазами. Его ещё подташнивало.       Да что же со мной происходит?!       Снова. На этот раз — больнее. Что-то не так с его магией. С ним самим.       Он сидел на снегу — его одежда быстро намокала. За спиной рос лес из чёрных деревьев. Ни одного листочка. Все они были мертвы. Он снова в лесу Сноудина. На той злосчастной поляне.       Санс кое-как поднялся на ноги и огляделся. Он находился на небольшом участке, свободном от мёртвых деревьев. До боли знакомом участке. Он даже, кажется, помнил… Надо проверить!       Санс прошёл вперёд. Его нога наткнулась на что-то плотнее примятого снега. Он осторожно опустился на колени и начал раскапывать. Снег полетел в разные стороны, и через несколько секунд по обе стороны от скелета уже выросли маленькие сугробы. Его пальцы врезались во что-то шершавое. Санс на секунду замер.       Это может быть что угодно! Кто знает, что ещё строили в лесу Сноудина до того, как монстры перебрались дальше? Может, это и не… Это не может быть оно!       Санс дрожащей рукой счистил снег. В его голове что-то трещало, словно скрежет когтей по кости. Словно скрежет когтей внутри его собственного черепа. Скелет поднял растрескавшийся камень, отвоёванный у снега. Странный узор тянулся по всей поверхности камня. А в почти окончательно стёртой краске едва угадывался символ. Санс его узнал — руна Дримурров.       Это вход в Руины.       Скрежет в голове становился громче. Воспоминания хлынули одним мощным потоком. Он же мог что-то сделать! Он мог переубедить её! Мог удержать её от глупостей! Мог, но не стал.       Папайрус спрашивал о Тори. Спрашивал о её здоровье. А Санс лгал, что у неё всё хорошо. Радовал брата свежими новостями. Они смеялись… пока она была там, внизу! Пока она медленно сходила с ума от одиночества! Господи… нет… За что?       Скрежет. Скрежет, почти настоящий! Санс мог бы поклясться, что это — не его воображение! Он слышал — когти по кости. Или… камню?       Санс замер. Догадка чуть было не сорвала ему голову. Нет. Нет! Это невозможно!       И всё же…       Санс расчистил небольшой участок перед собой. Это оказался кусок стены, которым завалило проход. Скелет наклонился и припал черепом к камню. Несколько секунд ничего не происходило. Ни единого звука. Санс перестал дышать, ни одна кость в его теле не двигалась. Тихо. Абсолютно. Ему показалось?..       Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…       Душа отчаянно забилась о рёбра скелета. Кто-то скрёбся там, внизу! Кто-то царапал когтями камень, крошил узоры на стенах. Кто-то копал. Кто-то пытался выбраться!       И из всех обитателей Руин пригодные для этого когти были лишь у одного монстра.       — Ториэль… — прохрипел Санс.       Она жива. Она внизу! Она прямо под ним! Пытается выбраться, роет, крошит камень — делает себе проход! Святой Азгор, она жива! И… страдает.       Почему она жива? Эта мысль ураганом пронеслась по черепу Санса. Прошло полгода. При всём желании Ториэль не могла там выжить. Почвы Руин вообще ни на что не годятся! А в последний раз еды у неё было не так много. Если Руины постигла та же участь, что и всё остальное Подземелье…       Что она ела?       Санс почувствовал, что из его глазниц текут слёзы. Неважно! Она жива — и отчаянно нуждается в помощи. И он способен её вытащить! Магией… Которая вполне может его убить. Плевать! Плевать! Санс не смог уберечь Тори от одиночества — сможет хотя бы спасти!       Скелет сосредоточился. Закрыл глазницы. Осторожно нащупал свою душу, потянулся к ней. Так делали только новички, но Санс не имел права рисковать. Придётся действовать по старинке. Он осторожно, пытаясь не перенапрячь голову, представил, как магия струится из его головы в голос. Удлиняется, превращается в длинную кость. Санс вдохнул и выдохнул.       Осторожно.       Он поднял руку…       Тихо.       …сжал её в кулак…       Череп начал пульсировать.       ...и медленно опустил…       Кость тихонько вошла в землю чуть ниже каменной платформы. Санс держал глазницы закрытыми, и действовать приходилось на ощупь. Скелет повернул руку другой стороной, и кость, поддев кусок стены, словно рычаг, оттолкнула его в сторону. Раздался грохот, от которого Санс чуть не повалился. Стена валялась чуть поодаль, а на том месте, где она лежала, появилась неровная дыра. Ториэль прорыла её, и только дверь мешала ей вырваться.       Дыра была слишком маленькой для Тори. Да что там для Тори — для большинства монстров! Но сейчас не это важно. Санс должен увидеть её, поговорить с ней. Понять, что она в порядке!       — Тори! — Санс метнулся к дыре, упал перед ней на колени и всмотрелся в темноту.       Несколько секунд ничего не происходило. Но вот Санс заметил какое-то движение во мраке. Он прищурился. В темноте вспыхнули глаза…       Санс помнил глаза Ториэль. Хорошо помнил. Скелету вообще не нравились существа с красными глазами — уж слишком жутко они выглядели. Однако Тори не то что не относилась к этим монстрам — она была полной противоположностью! Даже не зная её, можно было увидеть льющийся из глаз свет. Их красный цвет напоминал огонь — хороший и добрый огонь. Как пламя в камине, возле которого так хорошо присесть под вечер. Этот огонь был чем-то родным. Чем-то добрым, успокаивающим, заботливым.       Это были не те глаза…       Санс увидел, как в темноте вспыхнули два алых глаза. Это был уже не огонь в камине. Это был пожар. Жадный, голодный пожар, с неистовой скоростью и безумием поглощающий всё, что встанет на пути. Пожар, желающий пожрать весь мир. Желающий сжечь тебя дотла, превратить в горстку чёрного пепла. В её глазах появилась безумие. Отчаяние, злоба, ненависть. И хищный блеск.       — Тори?.. — севшим голосом прошептал Санс.       Он едва успел отскочить в сторону. Мохнатая лапа Тори с огромными когтями вспорола воздух в нескольких сантиметрах от его черепа. Санс отпрыгнул и рухнул на спину. Душа чуть было не вырвалась из груди. Скелет ударился черепом, и картинка перед глазами заплясала и словно пошла помехами, как на старой кассете. Санс с трудом поднял голову.       Лапа Ториэль в оборванном рукаве её платья — всё, что пролезло в слишком маленькую нору. Но бывшая королева словно не понимала, что, несмотря на все усилия, она не сможет прорваться наружу. Её лапа металась в воздухе, разбрасывала снег, царапала землю. Она отчаянно пыталась дотянуться до Санса и вспороть его.       Так продолжалось несколько минут. Ториэль явно устала — лапа стала двигаться медленнее. Санс, схватившись за рёбра, кое-как подполз ближе. Тори шумно втянула носом воздух. До скелета донеслось приглушённое толщей камня рычание. Ториэль хотела, чтобы он подошёл ближе. Она хотела затянуть его внутрь.       — Тори… — позвал Санс, дрожа от страха.       Монстр из Руин зарычал громче. Она требовала его к себе. Орала, визжала. Она хотела его разорвать! И её ненависть не являлась чем-то эмоциональным. Она не пыталась отомстить, наказать, просто сделать больно. Это был инстинкт, это было что-то животное!       Она хочет убивать.       Это был страх. Холодный, липкий ужас. Только оказавшись далеко от злополучной поляны, Санс понял это. Он не понимал, что случилось. Просто после очередного рыка он начал отползать. Поднимался, поскальзывался на снегу, спотыкался, падал, снова поднимался. И бежал, бежал, бежал! Прочь отсюда, прочь из этого проклятого места! Только не оборачиваться. Не вслушиваться в рычание и всхлипы!       Беги! Беги, ради бога!       Санс рухнул на колени где-то в лесу. Он сипло дышал, воздух с шумом вырывался изо рта, руки дрожали. Санс чувствовал, как магия сочится из его глазницы — так происходило при сильных всплесках эмоций. Несколько крупных синих капель упали на снег, растопив его. Вверх пошли струйки пара — Санс был готов поклясться, что и от него самого. Его рёбра едва не ломались от бухающего в груди сердца, душа отчаянно трепетала.       Это неправда…       Казалось, что деревья окружили его плотной чёрной стеной, как какие-то чудовища. Санс слышал этот рык. Это был не голос Ториэль, он просто не мог принадлежать ей! Это были не её глаза! Это не могла быть она! Голову раздирало на части. Тот монстр, которого он видел в темноте, скрёбся внутри. Пытался вырваться. Жаждал крови!       Санс заплакал. Слёзы лились из его глазниц, топя снег под скелетом. Это он виноват! Из-за него Ториэль превратилась в чудовище! Она сошла с ума… Заперла себя там… и свихнулась…       — Господи… Господи… — Санс не слышал собственного голоса. Он ненавидел собственный голос. Он был готов уничтожить источник этого проклятого голоса!       Поддавшись странному наваждению, требовавшему непонятных действий, Санс поднял руку. В голову словно вонзили иглы. Скелет даже не вскрикнул — лишь задышал мельче. В груди появилось тянущее ощущение. Санс опустил руку.       Ствол соседнего дерева раскололся. Санс услышал ужасный треск и… крик? Это был крик?       Когда пелена перед глазами исчезла, Санс увидел результат своего секундного безумия. Огромная кость, поблёскивая в свете кристаллов на сводах пещеры, торчала в расколотом надвое стволе дерева. Чуть поодаль кто-то видел. Монстр держался за плечо, закрывая довольно глубокую рану. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась и опускалась. Санс помотал головой и прищурился. Это был Малый Пёс.       Что он здесь делает? Он же не…       Сансу стало действительно страшно. Что Малый Пёс забыл в лесу Сноудина? Хоть стражник и нёс службу в заснеженном городе, но лес ему никогда не нравился. Слишком жутко и безлюдно. А сейчас он решил изменить своим принципам.       Интересно, сколько монстров знает, что Сансу поручили искать маньяка? Какова вероятность того, что убийца решит избавиться от назойливого «хвоста»? А Санс своим предложением встретиться только сыграл на руку преступнику. Что, если Малый Пёс и есть тот убийца?!       Санс вскочил с земли. Мысли в его голове метались, как бешеные. Он сжал руку в кулак. За спиной начала формироваться дюжина костей… и словно вся разом вонзилась в спину Санса. Он снова упал. Опять. Ужасно больно.       Почему я вообще жив?       — Санс! Санс!!! — Малый Пёс, увидев скелета, подбежал к нему. Из прорванного наплечника текла тоненькая струйка крови. Он выглядел очень взволнованным.       — Санс! Что с тобой? — обеспокоенно спросил стражник.       — Я… это… — Скелет промямлил что-то бессвязное. — Я… думал…       — Так. Сиди тихо! — Малый Пёс осторожно заставил Санса сесть на снег. Он расстегнул его куртку и припал ухом к рёбрам. Душа отчаянно колотилась. Малый пёс покачал головой. — Ты словно инфаркт словил! Что случилось? Какого чёрта ты тут костями разбрасываешься?       Санс резко оттолкнул руку Пса. Он схватил его за запястье, приблизился вплотную, чуть не стукнувшись лбом о лоб стража, и заговорил:       — Что ты тут делаешь?       — Ну… я… — Ошарашенно прошептал Малый Пёс. — Я, как бы, шёл в Сноудин… К Гриллби…       — Что ты тут делаешь?! — повторил Санс, повышая голос. — Сноудин остался далеко позади!       — Но…       — Какого хрена ты ходишь по лесу… один? — Скелет поднял руки и медленно взял Малого Пса за отвороты брони. — Что ты собирался делать? Убить меня?! Избавиться от преследователя?! Отвечай!       Малый Пёс подался назад и едва слышно заскулил. Санс понимал, что выглядит очень страшным. Плевать. Это даже хорошо. Он должен знать!       — О чём ты… говоришь? — сглотнув, осторожно спросил Малый Пёс. — Мы… на самой границе. Я только-только вышел из Ватерфолла!       — Не лги мне! — закричал Санс и ударил Малого Пса. Тот взвизгнул и жалобно заскулил. Из разбитой губы потекла кровь.       — Я был глубоко в лесу! — прошептал Санс. Я словно пытаюсь убедить самого себя. — Я был у самого…       У входа в Руины.       Санс замялся. Стоит ли говорить об этом Малому Псу? Он не хотел, чтобы кто-то знал.       Бывшая королева. Безумная королева. Санс не думал об этом тогда, но подобная мысль уже укоренилась в его голове. Она не хотела, чтобы её видели такой. Поэтому она завалила проход. Не хотела вредить. Она не хотела, чтобы её видели такой. Он не хотел, чтобы её видели такой. Санс не хотел, чтобы кто-то знал. Господи…       — Что ты несёшь? — Малый Пёс едва не кричал. — Оглянись — Сноудин в паре десятков метров!       Санс не верил, но всё же слегка ослабил хватку и огляделся. Стена деревьев оказалась маленькой рощицей у самого города. Чуть поодаль серели маленькие домики Сноудина, спереди виднелись зеленоватые листья — явный признак Ватерфолла. Они действительно на границе.       Но… как? Каким образом Санс попал сюда? Голова трескалась от навалившихся вопросов. Санс думал, что, встретившись с Андайн, разузнает больше. На деле же он только больше запутался. Санс был готов поклясться, что не телепортировался! Или телепортировался?.. Не помнил.       — С тобой всё в порядке? — спросил Малый Пёс, осторожно высвобождаясь.       Да! В порядке! Я кидаюсь костями в каждого встречного, не могу нормально пользоваться магией! Я довёл королеву до безумия! Я в порядке!       Я схожу с ума…       — Э… я… Да, нормально… — Санс закивал и поднялся с земли. Чуть запоздало протянул руку стражнику и помог ему подняться. — Давай… Давай пойдём?       — Санс, что происходит? — Пёс скрестил руки на груди. — Ты ведёшь себя странно!       — Не понимаю, о чём ты… — нервно усмехнулся Санс.       — Ты меня чуть не прикончил!       — Ладно! Ладно! — Скелет вздохнул и огляделся. Кажется, их никто не слышал. — Пойдём к Гриллби? Я тебе всё объясню…       Малый Пёс смерил Санса подозрительным взглядом. Его рука — возможно, неосознанно — легла на древко копья. Но он всё же кивнул.       — У меня к тебе много вопросов.       Здание бара обветшало, кажется, сильнее, чем все остальные в Сноудине. В Новом Доме, например, он бы совсем не выделялся. Даже забавно. Забавно, насколько всё плохо.       — Зачем мы сюда пришли? — Малый Пёс поёжился. — Как-то неуютно…       — А чего ты ещё хотел от заброшки? — усмехнулся Санс. — Тут в любом случае лучше, чем в большинстве жилых домов столицы.       — Твоя правда, — согласился стражник.       Санс смахнул пыль со стола и стула в самом центре. На полу валялась забытая колода карт. Малый Пёс с тоской взглянул на неё. А он ведь так и не решился присоединиться к компании и сыграть с кем-то, кроме себя самого. Сансу даже стало его жаль.       А теперь, похоже, возможность не предоставится. Гриллби уехал из Сноудина — перебрался поближе к Ядру. Сказал, что в сложившейся ситуации ему лучше быть поближе к огню. Да и он вообще уже давно собирался уйти на покой. А Санс его даже не навестил ни разу. И не собирался навещать.       Здесь когда-то сидели и играли в карты Догами, Догаресса, Догго и Большой Пёс. А теперь дом разрушен, Догаресса и Догго поссорились, Большого Пса перевели в Ватерфолл… а Догами мёртв.       Всё равно это место было одним из любимых для Санса. Он часто возвращался сюда. Здесь, казалось, всё ещё пахло едой и выпивкой. По слухам, кое-где даже был припрятан небольшой запас. Санс пресекал слухи на корню — это только его тайник, и ничей больше.       — Прошу! — Санс отодвинул стул и сел. Малый Пёс присоединился.       — Итак… — Стражник прочистил горло, сложил пальцы в замок и упёрся взглядом в потрескавшуюся поверхность стола. — Зачем ты меня позвал?       — Ты не замечал ничего… подозрительного в последнее время? — начал Санс.       — Я же вроде сказал, чтобы ты рассказал мне всё, — напомнил Малый Пёс.       — Да, да, точно… — Санс кивнул и цокнул языком. — В общем… ты же слышал о тех трёх убийствах?       Малый Пёс кивнул. Санс заметил в его глазах беспокойство и, кажется, страх. Может, это ничего и не значило. Санс продолжил: — Мне поручили расследовать это дело. Знаешь, как будто мне больше делать нечего.       — Ты, похоже, не особо рад, — заметил Пёс.       — Да мне вся эта история как кость в горле! — Санс тихо рассмеялся. — Ну, вот я и позвал тебя. Хотел расспросить.       — Так уж и хотел расспросить! — Малый Пёс откинулся на спинку и закинул ноги на стол. Похоже, он привык к мрачности заброшенного бара, и атмосфера его больше не напрягала. — Да ты меня чуть не прикончил!       Плечо Пса было перевязано бинтом из его походной аптечки. Рана на деле оказалась неглубокой, но стражник настоял на перевязке. Что-то по поводу инфекции. Санс не стал отговаривать.       — Да, прости. — Санс потупил взгляд. — Я испугался. Мало того, что монстров убивают, так ещё и такая мясорубка!..       — Ты что-то орал про лес Сноудина, — покачал головой стражник.       — Я просто… вышел прогуляться, — солгал Санс. — И вдруг оказался прямо на границе! Даже не заметил, как это случилось.       — С тобой всё в порядке? — поинтересовался Пёс. — Сбой в магии — это серьёзно. Пара монстров уже обращалась к врачам.       Значит, мой случай — не единственный.        Да ладно, ничего серьёзного! — отмахнулся Санс, чувствуя, как всё внутри переворачивается. — Наверняка я просто заснул. Ты же знаешь — я мастер в этом деле. Я могу спать хоть с закрытыми глазами!       Малый Пёс усмехнулся. Похоже, эта вышла удачной.       — По поводу убийств ничего не могу сказать, — покачал головой Малый Пёс. — Я не знаю ничего, что неизвестно Императорской Страже. Раз Её Величество ничего не сказала, то и я не смогу помочь. И не думаю, что кто-то из стражников сможет.       — Ладно. — Санс тяжело вздохнул. Легко не получится. — Но ты держи меня в курсе, окей?       — Всегда к твоим услугам! — кивнул стражник.       Стоит расспросить кого-то ещё. Малый Пёс хороший друг, но пока он бесполезен. Однако лишних вопросов задавать не будет — хоть что-то хорошее. Время потрачено впустую.       Хотя…       — Слушай, а что там за проблемы с магией? — спросил Санс.       — Что-то странное творится с монстрами, — хмыкнул Малый Пёс, опираясь на стол. — Парочка пришла к врачам. Говорят, что магия не работает или работает неправильно. Жалуются на острую боль в голове.       — Результаты есть?       — Пока нет. Врачи ничего не могут сказать. Все анализы показали, что монстры абсолютно здоровы. Чертовщина какая-то…       Они несколько секунд посидели в тишине. Санс обдумывал сказанное. Что-то очень нехорошее происходит в Подземелье.Если так пойдёт и дальше…       — Хотя… — вдруг прервал молчание Малый Пёс, — я слышал, доктор Альфис что-то исследовала. Что-то, связанное с магией.       — Но Альфис мертва.       Мертва. По моей вине. Я мог это предотвратить!       — А вот её записи — нет, — хмыкнул Малый пёс. — Может, ты что-то найдёшь в Лаборатории.       — Можно попробовать, — согласился Санс.       — Вот только я бы очень не советовал туда ходить! — Стражник встал из-за стола и опёрся о барную стойку. Его взгляд грустно исследовал пустые полки, на которых раньше стояли бутылки. Жалкое зрелище. Малый Пёс тяжело вздохнул и, не найдя, чем промочить горло, повернулся к Сансу: — Там же…       — Знаю.       Санс удивился собственному спокойствию. Он сейчас должен был быть шокирован. Нет, не сам факт опасности Лаборатории его пугал — об этом скелет знал давно. Странно, что Малый Пёс об этом знал. Об этом Санс незамедлительно спросил: — А ты сам-то откуда знаешь?       — Прощальная записка лежала на тетради, — пояснил стражник. — В своих последних словах доктор очень просила всё прочитать. И… кхм…       Санс заметил, что Малый Пёс не хочет об этом говорить. Ему было страшно.       — Не такая уж она и милая-добрая, эта Альфис, — заметил стражник.       Сансу захотелось заткнуть Малого Пса чем-то твёрдым. Он едва сдержался и всё-таки не запустил в него ещё одной костью.       О мёртвом либо хорошо, либо ничего!       О мёртвом либо хорошо, либо ничего, кроме правды…       — Раз уж вы достали ту тетрадь, то я и подавно достану.       — Ну нет — основные записи спрятаны куда глубже. Придётся попотеть.       Санс сжал кулаки. Стоит ли вообще рисковать?       Похоже, последнюю фразу Санс сказал вслух — Малый Пёс согласно кивнул:       — И то верно. Я бы на твоём месте не рисковал.       — Но ты не на моём месте, — заметил скелет.       — Поступай, как знаешь, — пожал плечами стражник. — Только твой труп мы оттуда вытаскивать не будем, при всём уважении.       — Да ладно, понял я! — раздражённо ответил Санс. — Я и не просил о помощи.       Малый Пёс вскинул бровь, видимо, ожидая, что скелет скажет что-то ещё. Но Санс молчал, и стражник, попрощавшись и пожелав другу удачи, удалился. Оставил Санса наедине со своими мыслями.       Рискованно. Очень опасно. Каковы шансы, что Санс выйдет оттуда живым? Да хоть вообще выйдет? Шансов, как ему казалось, маловато.       А то у меня есть выбор…       Придется рискнуть…