Поступай правильно

На выставке куча народу и очень душно. Джин прошел весь второй этаж вдоль и поперек, но так и не нашел Тэхёна. От безысходности он просто прислонился к ближайшей стене, пытаясь справиться с нахлынувшей паникой. С Тэхёном же ничего не случилось? Он так готовился к этой выставке, месяцами толком не спал и не ел, он же пришел, правда? Джин оглядывает толпу еще раз, в надежде увидеть знакомую фигуру, но все тщетно. Зато он, наконец, замечает выставленные на обозрение всему университету экспонаты. Ребята из кружка живописи действительно постарались на славу. И картины, и обстановка, и организация — все было на высоте. Учитывая то, что все это легло на плечи ребят, которые едва старше 20, у которых каждый день по нескольку пар, а у некоторых еще и работа на неполный день, выставка казалась совершенно непосильным трудом. Но они справились и справились на отлично. Джин прогуливался по этажу, смотря по сторонам, восхищаясь работами. Эту сделала Тэён, девушка со второго курса, маленькая и хрупкая, Джин ее запомнил с того раза, когда помогал Тэхёну в кружке. Даже не верится, что эта мрачная, но при этом не лишенная изящества, картина — ее рук дело. А вот эту статую из проволок, такую легкую и воздушную на вид, сделал Чжихун — парень с третьего курса, который в плечах по ширине поспорит с самим Джином, а ладони у него, наверное, раза в два больше. Но это не мешает ему этими же самыми руками творить что-то настолько прекрасное. А ту картину, вне всякого сомнения, написал Тэхён. Джин знает и без подписи, красиво выведенной в правом нижнем углу. Парень не знает, что именно подсказало ему об этом. Сочетание цветов? Общее настроение? Просто от произведения так и веяло аурой Тэхёна, будто Джин встретился с ним же, но в другом обличии. Парень думает, что так ощущается талант. Джин отводит взгляд чуть в сторону, замечая странный белый исписанный свиток, недалеко от картины. Он находится в самом центре этажа, и Джин подходит к нему, чтобы прочитать. На нем выведены имена всех членов кружка, с подписями и благодарностью за проделанную работу. Под каждым именем есть короткий текст. Это послания от самих создателей работ. Когда Джин читает строки Тэхёна, в груди щемит от нахлынувших чувств. «Это выставка далась нам непросто! Но мы все молодцы, и, надеемся, что порадовали вас! Я хотел бы выразить свою бесконечную благодарность своему другу, Ким Сокджину, за неоценимую помощь в подготовке к этому событию, а также за вдохновение, которое он всегда мне дарит, сам того не зная. Я люблю тебя, хён <3» — И я тебя, Тэ, — тихо произносит Джин. — Тогда почему не отвечаешь ни на сообщения, ни на звонки? — доносится из-за спины до боли знакомый голос. Джин разворачивается и смотрит прямо на Тэхёна. Он боится увидеть в его глазах гнев или осуждение, но в них нет ничего подобного, только волнение за друга и страх. Тэ берет Джина за руку и тянет прочь с выставки, подальше от любопытных взглядов и толпы. Парень не сопротивляется и просто идет следом. Они идут через дворик, мимо корпусов, выходят с территории университета, и Сокджин осознает, что они идут в парк. Это всегда было любимым местом Тэхёна. Это также означает, что они идут на ту самую лавочку, где Сокджин увидел своего друга с Чонгуком в пятницу. От этой мысли в животе неприятно крутит, но Джин не позволяет себе вырвать руку из руки Тэхёна. Они доходят до скамейки и садятся на нее. Тэ молчит, но и Джин не знает, с чего начать разговор. Они просто сидят, каждый думает о чем-то своем, а может и не думает совсем. В парке в это время тихо, для вечерних прогулок еще рано, для дневных уже поздно. Тишину нарушает только шум машин с дороги да пара птиц, чирикающих на деревьях. Тэ почти неслышно подвигается к другу, обнимает его и утыкается носом тому в плечо: — Где ты был? — спрашивает Тэ. — У родителей дома, — отвечает Джин, понимая, что речь идет о выходных. — Я чуть с ума не сошел, — парень не видит лица друга, но понимает, что тот почти плачет. — Все думал, где ты. Не отвечаешь ни мне, ни Чонгуку. Я думал, и сегодня не придешь. — Разве я смог бы? — спрашивает Джин ни то Тэ, ни то самого себя. — Мне просто было очень стыдно, Тэхён-а. Перед тобой прежде всего. — Стыдно? — переспрашивает Тэ, поднимая голову. — Да, стыдно, — Джин, наконец, дает волю чувствам, выкладывая другу все, как на духу. — Я же пообещал тебе, пообещал, что познакомлю вас! А сам даже не знал его толком, просто видел на занятиях. Не понимаю, что на меня тогда нашло! Я с ним специально познакомился и не сказал ему о тебе, потому что забыл, честно! — Хён… — Нет, послушай, я правда хотел! Но потом что-то произошло, не знаю. Мы стали общаться, и я просто… Просто влюбился, кажется. Не знаю, как так вышло. Я сам себя не понимаю. Когда я тебя увидел, на крыльце, я понял, что как только я вас познакомлю, вы обязательно, обязательно полюбите друг друга, потому что у вас так много общего, а я просто влюбленный дурак. Меня словно к земле примотали, ноги не слушались. А потом ты подошел, и я все выложил тебе: о Чонгуке, о своих чувствах, которых сам тогда еще толком не понимал. И что дальше? Я вообще сбежал, и даже не предупредил, ты, наверное, просто с ума сходил! Мне так стыдно, Тэхён-а, так стыдно! Тэхён ничего не говорил, только обнимал друга, который так и не смог сдержать слез. Джин опустил голову как можно ниже, чтобы друг не видел его слабости, его терзаний, но Тэ и не нужно было. Он и так чувствовал это. Через объятия и через слова. Джин сам не знает, сколько они так просидели. Он уже успокоился, и слезы больше не лились из его глаз. Он просто тяжело дышал, смотря себе под ноги, боясь поднять взгляд на Тэхёна. Тот в свою очередь отстранился и ждал, пока друг успокоится окончательно. Когда у Джина хватило смелости поднять глаза и посмотреть на своего друга, Тэ начал говорить: — Я правда был зол в тот день, прости, — начал младший, — когда увидел тебя и Чонгука, но ты меня не подозвал. Но после ты сказал, что он тебе нравится, и я все понял. И когда на следующий день Хосок познакомил меня с Чонгуком, я тоже понял, что это ты его попросил. Больше некому. Знаешь, когда мы сидели здесь, с Чонгуком, он рассказывал мне о тебе. Как ты пришел к ним на урок, как смотрел, как он пел, как вы потом шли до метро. Я сразу понял, что ты тоже ему нравишься, правда. — Тэхён-а, не говори так. — Но это правда! — тепло улыбнулся младший. — И если ты волнуешься за меня, то совсем не стоит. Чонгук классный парень и мы хорошо поболтали. Но ты мой друг и нет никого важнее тебя. И ничего важнее твоего счастья. — Но, Тэ, — возразил Джин. — Он же тоже тебе нравится. И он понравился тебе раньше. Это неправильно! — Неправильно не следовать зову своего сердца! — воскликнул Тэ. — Тем более, это была просто симпатия на расстоянии, восхищение со стороны, не более того. Я же его едва знаю. — Но теперь вы знакомы. И я тоже его едва знаю. — Но мне при этом крышу от любви не снесло, как некоторым, — рассмеялся Тэхён, толкая друга в бок. — А у тебя все на лице написано, хён. — Это неправильно! — Да что опять неправильно? — Неправильно так поступать по отношению к тебе! Я должен был помочь, а вместо этого сделал только хуже. Я должен считаться с твоими чувствами, потому что ты мой друг. Я не могу так. — Следуя твоей же логике, — Тэ закрыл глаза, подставляя лицо весеннему солнцу, — разве я не должен считаться с твоими чувствами, потому что ты мой друг? Хён, Чонгук станет мне хорошим другом, и это все, что мне нужно. Я не люблю его, в отличие от тебя. — Кто сказал, что я люблю его? — тихо спросил Джин, отводя глаза. — А тебе и не надо говорить этого, хён, — улыбнулся Тэ, наклоняясь, чтобы увидеть лицо друга. — По крайней мере, мне. Я и сам все вижу. А теперь давай поболтаем о нашей выставке, о твоей поездке к родителям, а потом ты придешь домой, отдохнешь и позвонишь Чонгуку. Обещаешь? — Обещаю, — соглашается Джин. Все проходит именно так, как говорил Тэхён. Джин рассказывает о выставке и о том, как она его удивила. Хвалит Тэ и ребят. Друг только отмахивается, но старший знает, что тому приятно, и он горд. Тэ в свою очередь рассказывает, что в последние дни, перед выставкой, был полный дурдом. Оказалось, что они не успели закончить один экспонат, что-то порвалось, кто-то не пришел. Типичный набор проблем перед важным мероприятием. Джин представляет, что творилось в стенах кружка, смеется и жалеет ребят одновременно. В парке становится слишком людно, и парни перебираются в кафе. Попивая прохладительные напитки, они все разговаривают и разговаривают. Тэхён и Джин не виделись всего три дня — в пятницу, из-за ссоры, и выходные — но из-за непонимания, возникшего между ними, казалось, что они вновь обрели друг друга спустя много лет. Сокджин рассказывает про отца и мать, про рыбалку и брата, а Тэ слушает, открыв рот, хотя, казалось бы, ничего сверхъестественного старший ему не говорит. Им просто приятно общаться вновь, как раньше. Джин сажает Тэхёна на автобус. Младший просит напоследок обязательно позвонить Чонгуку, потому что тот волнуется, и эта новость теплом отзывается в сердце старшего. Джин проделывает знакомый путь до метро и едет домой. Музыка в наушниках тихая и успокаивающая, хочется закрыть глаза прямо в вагоне и уснуть, но Джин борется со сном как может. Он думает о том, что сказать Чону, когда он позвонит. Лучше из дома, а не по дороге, так спокойнее. Он думает об этом всю дорогу от метро до квартиры, но в голову так и не приходит ничего хорошего. Джин поднимается на нужный этаж, собираясь нажать на кнопку звонка. Чонгук заслуживает услышать хотя бы то, что Джин в порядке. Последний лестничный пролет, и Джин замирает с телефоном в руке. Он просто стоит, раскрыв от удивления глаза, и не может произнести ни слова. Он только смотрит на человека, сидящего на корточках перед дверью его квартиры. — Привет, — произносит Чонгук.