Глупые

Джанинни работал сутками напролёт - широко используемые в последнее время боевые коробочки являлись несомненным преимуществом, вот только теперь, это оружие было доступно любому обученному бойцу. И, к своему сожалению, никаких усовершенствований учёный пока провести не мог. На исследования, равно как и на испытания, требовалось время, а его катастрофически не хватало. Даже если коробочки Хранителей можно было улучшить, испытания прямо в бою являлись слишком опасными. Савада не допустил бы такого риска, поэтому приходилось ограничиваться теми силами, что уже имели подчинённые босса. Однако в это утро случилось то, что заставило мужчину в спешке покинуть лаборатории и искать Саваду, который ещё даже не ложился спать этой ночью. - Десятый! Десятый! - Джанинни позволил себе без стука почти вломиться в кабинет святая святых. - Что-то случилось? - шатен устало потёр красные от недосыпа глаза. - Ирие! Ирие Шоичи только что связался со мной! Поспешите в диспетчерскую! Не тратя ни секунды, Тсуна покинул рабочее место и почти побежал на первый этаж поместья. Ирие Шоичи пропал вот уже как несколько месяцев назад, и Тсуна не без основания и сожаления полагал, что тот мог погибнуть на одной из баз во время нападений Мельфиоре. Едва молодой Вонгола оказался перед экраном, как увидел на нём знакомое, бледное, но решительное и серьёзное лицо юноши с ярко-рыжими волосами и в очках, что порой норовили несолидно сползти с носа. И поэтому так привилась постоянная привычка поправлять их. - Слава богу, - прошептал Ирие, схвативший за живот. Волнение никогда не проходило даром для его организма. - Ирие! Как я рад тебя видеть! Что с тобой случилось? - выпалил Тсуна, с облегчением отмечая, что вонгольский техник-исследователь выглядит вполне приемлемо. Через силу улыбнувшись, Шоичи одёрнул элегантную белую форму, что весьма эффектно смотрелась на нём. Разумеется, Тсуна уже видел эту форму по фотографиям и читал подробные отчёты оставшихся немногочисленных разведчиков. Стараясь не выдать своего волнения, Савада медленно осел в кресло. - Неужели... Получилось?.. - тихо спросил Тсуна. - Так точно, - подтвердил Шоичи. - Прости, что заставил тебя волноваться, однако даже боссу не стоило бы знать о моём местонахождении. Но теперь я с полным правом могу сообщить, что приказ выполнен - я состою в Мельфиоре и являюсь ближайшим подчинённым главы этой семьи - Бьякурана. - Ты знаешь о его планах? - быстро спросил Савада. - Знаю. Этих нескольких месяцев хватило, чтобы собрать достаточно информации, однако больше я связаться с вами не смогу. Я итак пошёл на огромный риск. Ты и сам понимаешь, что будет, если меня раскроют. - Но как же... - Я должен встретиться с тобой. Как можно скорее. Потому что другой возможности, больше не представится, а по видеосвязи это обсуждать никак нельзя. Через три недели вы должны быть в Японии, в Токио. Я так же буду находиться там с инспекцией на одной из тайных баз Мельфиоре. Адрес гостиницы уже выслан по факсу, твоя же задача быть там в нужное время - двадцатого числа, в три часа дня. Я сообщу всю нужную информацию, босс. - Хорошо, - коротко и понятливо ответил Тсуна. - Что-то ещё? - Да. Я связался с тобой ещё по одной причине - Бьякураном активирована специальная радиация с огромным радиусом воздействия, однако даже я пока не знаю, на что и как она влияет. В любом случае будь осторожен. - Ты тоже. Ирие кивнул и тотчас же отключился. Тсуна глубоко вздохнул. Он был рад, что с его подчинённым всё в порядке, и он даже выполнил почти нереальное поручение - любым способом войти в контакт с враждебной семьёй, не вызывая подозрений. Вонгола, конечно, старалась не терять времени даром, однако, в отличие от Ирие, знала она пока ничтожно мало. Кроме имени главы семьи, и того, что основное оружие было почти идентично оружию, то есть кольцам Хранителей Вонголы, больше никакой мало-мальки важной информации Вонголе так и не поступало. Что ж, теперь остаётся надеяться лишь на Ирие. Признаться, Тсуна даже жалел, что решил воспользоваться тем, что когда-то сообщил ему Шоичи - в Мельфиоре состояли два его университетских друга - бывший однокурсник по факультету робототехники Спаннер и вообще лучший друг по университету, непосредственно сам Бьякуран. Тогда Тсуна не взял это в расчет, больше в шутку предположив, что они, в таком случае, наверняка будут рады видеть в своей семье своего приятеля, однако Шоичи воспринял это совершенно серьёзно. Когда в недружелюбных намерениях Мельфиоре относительно Вонголы не было уже никаких сомнений, Ирие оставил Тсуне маловразумительное сообщение относительно того, что попытается проникнуть на вражескую базу. И исчез. Только теперь он дал наконец о себе знать и, похоже, его труды дали свои плоды. Поэтому нельзя было допустить, чтобы его риск оказался неоправданным. Оставалось надеяться, что информации неожиданно появившегося в стане врага шпиона окажется достаточно, чтобы наконец приступить к решительным действиям. Тсуна почти с лёгкой душой вернулся в кабинет, велев Джанинни и дальше следить за поступающими на головной компьютер данными. Теперь, когда не надо было действовать вслепую, думать и решать было значительно проще. Савада не стал возвращаться к столу, поскольку занимал себя работой по большей части от того, чтобы не опускать руки перед поступающими донесениями о постоянных и весьма значительных потерях. Тсуна прошёл на другую сторону просторной комнаты и остановился перед огромным окном, выходящим на сад вокруг особняка. Тяжесть не спешила покидать усталые плечи юноши, но стала всё же чуточку меньше. Ещё не скоро Тсуна оторвался от созерцания успокоительного пейзажа и достал из кармана телефон. Почти не глядя нажал на кнопки и сделал короткий звонок. - Хибари, подойди ко мне в кабинет, пожалуйста. Не дожидаясь ответа далее сбросил звонок и вернулся наконец в опротивевшее уже кресло. Прикрыл глаза только на секунду - и далеко не первая по счёту бессонная ночь немедленно взяла своё. Разбудила мафиози какая-то назойливая возня на его голове. Савада невольно поднял руку, на которую с готовностью тотчас перепрыгнул с каштановых волос жёлтый птенец. Тсуна сонно заозирался, но не сразу заметил сидящего в стороне Хранителя Облака. А увидев, сразу встрепенулся, неловко пригладив волосы. - Извини, я задремал, кажется. - Вызвал меня, чтобы я четыре часа любовался тобой спящим? - ровным голосом спросил Хибари, не двигаясь. - Сколько? - ахнул Тсуна, подскочив и в панике глянув на часы. Увы, Хранитель не обманывал. - Мм, прости, Хибари, я не думал, что так засну... - Тебе не мешало бы отдохнуть, - последовал дипломатичный ответ. Савада ощутил ещё большую неловкость. Если уж сам Хибари говорит ему о перерыве, значит выглядит он и правда, мягко говоря, хреново. Пожалуй, так изводить себя всё-таки не стоит, не мешает набраться сил перед грядущими битвами, которые явно неминуемы. - Мог бы просто разбудить ненадолго, я только хотел дать тебе поручение, - нахмурившись и окончательно просыпаясь, сказал Тсуна. - Какое? - Реборн с другими Аркобалено, кроме Лар, конечно, отправился на базу Верде в Палермо. Кажется, они сумели убедить его помочь нам с технической поддержкой. Кроме того, Реборн собирался провести небольшую разведку, однако сейчас я волнуюсь за них. - Что-то могло произойти? Без особых сомнений Тсуна кратко пересказал Хибари его разговор с Ирие. - Но ведь неизвестно, опасно ли это излучение, - заметил Хибари, выслушав босса. - И всё равно мне тревожно. Боюсь, это может быть и Гиперинтуиция, а значит, что-то действительно могло случиться. - И что ты предполагаешь сделать? - Отправляйся в Палермо к Аркобалено. Убедись, что всё в порядке, при необходимости обеспечь защиту и безопасное возвращение. Если ничего серьёзного не случится, можешь не задерживаться и вернуться первым, однако старайся не попадаться никому лишний раз на глаза. - Это всё? - Да. Однако Хибари не спешил уходить. От его внимательного, изучающего взгляда Тсуне стало не по себе. - Не надо так на меня смотреть, - не выдержал шатен. - Я не паникёр. По крайней мере, сейчас уж точно. - Знаю. - Тогда в чём дело? Хибари вновь ответил не сразу. - Ты выглядишь отчаявшимся. - Это не так, - тихо отозвался Тсуна. - Ты знаешь, я всегда иду до последнего. И пойду на всё, чтобы выстоять в этой битве. - Не на всё, - хмыкнул Хибари. - Ты ни при каких обстоятельствах не рискнёшь жизнями своих травоядных. Савада хмуро опустил взгляд, признавая его правоту. - Не взваливай всё на себя, - неожиданно произнёс брюнет. - Происходящее сейчас касается всех нас, и мы в состоянии разделить это бремя. - Хибари... - Тсуна уставился на него почти с недоверием. Чтобы Кёя вот так открыто заговорил о силе других Хранителей, которых и по сию пору недолюбливал? Дела, видимо, и впрямь совсем плохи... - Один ты не выстоишь, - уверенно заметил бывший ГДК. - Пусть ты уже не тот никчёмный Тсуна, однако без нас тебе не победить. - Я надеюсь на вас, - сдавшись, согласился Савада. И благодарно улыбнулся Хранителю. Сейчас эта поддержка значила для него особенно много. И вряд ли бы он мог сию же секунду отпустить Хибари на порученное задание вот так просто. Серые же глаза Облака безмолвно скользили по приоткрытым, выпирающим ключицам босса, его сухим, искусанным губам, тёмным кругам под глазами, длинному хвосту, свисающему с плеча, худым плечам, обтянутым белой рубашкой... Улыбка исчезла с лица Савады, и он поспешно отвернулся, неловко встав из-за стола. - Иди, Хибари, - через силу бросил он. - Я уйду. Только перестань смотреть так, словно не хочешь никуда отпускать. - Ничего подобного, - враз упавшим голосом сказал Тсуна. - Почему тогда всякий раз просишь беречь себя? - Потому что ты обязан вернуться. Вы все должны быть рядом со мной. - Отговорки для травоядных. - А хоть бы и так, - голос Десятого стал совершенно ледяным. Но он спокойно смотрел, как Хранитель делает несколько шагов ему на встречу, а затем его пальцы довольно болезненно сжали его подбородок. И пусть Савада прилично вырос за десять лет, он всё равно смотрел на Кёю снизу вверх. - Не зли меня, - глухо сказал ему Хибари почти на самое ухо. - Строишь из себя хищника - так и веди себя соответственно. - Я же не охранял часами твой сон, - храбро парировал Тсуна, не отводя взгляда. - Тц... Отпустив босса так же резко, как и схватив, Хибари, больше не проронив ни слова, развернулся и покинул кабинет. Протяжно вздохнув, Тсуна разжал сжатые в кулаки руки, только теперь с неудовольствием заметив кровоточащие ранки от намертво впившихся ногтей.