"Малышка Джо"

Очнулась я от ощущения, что кто-то касается моей руки. Медленно открыла глаза и увидела Като, сидящего у моей кровати. — Где я? — Прошептала я, осматриваясь. — В больнице. В Капитолии. Я молчала около минуты, пока он сжимал мою руку. — Като… — Тихо проговорила я, ощущая, как слезы проступают на моих глазах. — Их больше нет… Их нет… — Тихо… — Като обнял меня, прижимая к себе. — Я знаю. Все будет хорошо, малышка. Все будет хорошо. А после я рассказала ему обо всем, что произошло. Сначала он порывался отправиться к президенту, но я заверила его, что, во-первых, его никто к нему не пустит, а во-вторых, этот ушлепок президент этого не заслуживает. Мне кололи успокоительное целую неделю, а после наконец-то выписали из больницы. — Куда мы теперь? — Спросила я, когда мы с Като вышли на улицу. — Ко мне. Завтра День Жатвы. Мне придется вызваться добровольцем. Я замотала головой. — Что ты надумала? — С настороженностью в голосе спросил Като, но я промолчала. — Это машина от Сноу? — Спросила я, указывая на бронированный автомобиль, стоящий у входа в больницу. — Да… Извини. Только так мы сможем добраться. — Ничего. Это даже к лучшему. — Я улыбнулась и села на заднее сидение. На лице Като явно отображалось непонимание. — К президентскому дворцу. И побыстрее. — Скомандовала я водителю. Тот кивнул и завел машину. Като склонился к моему уху. — Что ты надумала? — Повторил он свой вопрос. — Ты хочешь в них участвовать? — Тихо спросила я, покосившись на водителя. Като проследил за моим взглядом. — Не знаю. С одной стороны — это единственное, что я умею делать. Но с другой — я боюсь оставлять тебя одну… — Я побеспокоюсь об этом. — Что? — Выкрикнул Като, но увидев взгляд водителя в зеркале заднего вида, притих и вновь зашептал. — Тебе нельзя общаться с президентом. — Кто сказал? — Я удивленно посмотрела на него. — Я. — Като развел руками. — Ты ведь убьешь его, когда увидишь. Я не весело ухмыльнулась. — Такое желание есть, учитывая, что он прикончил всю мою семью, но ради нашего общего будущего я готова переступить через свою гордость. — Ты что решила согласиться на эскорт? — Тихо, но со злостью в голосе спросил Като. Я возмущенно посмотрела на него и треснула его по предплечью. — Не неси чепухи. Я не настолько собираюсь переступить через свою гордость. Президент Сноу принял меня в своем кабинете, сидя за столом. — Рад видеть Вас, мисс Мейсон. — Он жутко ухмылялся, сложив руки в замок. — Слышал о беде, которая случилась с Вашими родными. Примите мои соболезнования. Я заскрипела зубы. — Давайте не будем об этом, президент Сноу. Учитывая, что Вы имеете к этому прямое отношение. — Не понимаю о чем Вы, дорогая. — Хватит! — Почти закричала я. — Насколько мне известно, Вы терпеть не можете ложь. Так вот: я тоже. Давайте договоримся: впредь не лгать друг другу. Сноу лишь ухмыльнулся и кивнул. — Я пришла к Вам по делу. — Я слушаю Вас. — Вы знаете, что Капитолий любит меня. «Дерзкая игрушка». Так ведь они меня прозвали? — «Дерзкая кукла». К чему Вы ведете, дорогая? — Вы только представьте какой фурор произведет мое привселюдное заявление о том, что президент Сноу убил мою семью. В Капитолии начнется мятеж. Вы ведь этого не хотите. Сноу немного напрягся. — Что Вам нужно? — Чтобы Вы дали отсрочку в участии в Играх Като Вердену на два года. Его хотят отправить на эти, 72-е Игры, не смотря на то, что ему еще нет восемнадцати. — Кто он и сколько ему лет? — Сноу пододвинул к себе лист бумаги и сделал на нем пометку. — Он из Второго дистрикта. Должен был вызваться добровольцем на эти игры. Ему 16. — Это тот молодой человек, с которым Вы встречаетесь, мисс Мейсон? — Сноу улыбнулся. — Не удивлена, что Вы знаете, президент Сноу. — Хорошо. У него будет отсрочка до 74-х Голодных Игр. Я кивнула и встала из-за стола. — Это все Ваши требования? — С неким удивлением и разочарованием в голосе спросил президент. Я задумалась. — Я хочу, чтобы мне выделили новый дом в 7-м дистрикте. Подальше от прежнего. — Уже сделано, дорогая. Я снова кивнула и пошла к выходу, обернувшись у двери. — И да… Не называйте меня больше «дорогая».