Painkiller

Все взрослые люди для чего-то претворяются. Одни — чтобы победить, другие — чтобы не проиграть. © Олег Рой.

Могут ли хорошие люди стать плохими? Конечно, да. Вопрос только, зачем? Для этого должен быть веский повод. Причина, которая по своей силе будет превосходить доброту сердца. Которая затмит прошлую жизнь, не оставив шанса на возращение. Которая уничтожит чистоту и невинность, и даст вместо них ненависть и бесчеловечность. Глупость, что плохим людям лучше живется, чем хорошим лапочкам, которые пьют молочко по вечерам и ложатся спать не позже десяти часов вечера. Это не правда. Кто-то, может,и не согласится, но все-таки, это так. «Плохие» люди это не те, кому разрешается вседозволенность, пофигизм, равнодушие и наглость. На самом деле, это одиночки, которым больно от своей природы. Просто у них в жизни никогда не было людей, которым можно было довериться и открыться. Признаться в своих слабостях и желаниях, думая, что так они сильнее. Бред! От этого они еще слабее. Отсутствие понимания приводит к агрессии и нервным срывам. К неконтролируемому поведению и чрезмерному количеству потребляемого алкоголя. Это не вседозволенность. Это непритворное горе, которое ничто не может усмирить. Обезболивающее от этого не купишь, а ЛСД и амфитамины не помогут стать чуточку счастливей. Неужели выхода нет и помочь ничем нельзя, даже если так хотелось? Методы до сих пор не открыты, но в этом не самая большая проблема. «Плохие» никогда не признаются сами, что хотят стать хорошими, даже если хотят… Они просто знают. Что ничего не удастся. Все попытки будут бесполезны, и от этого станет больнее. Хотя если не попробуешь — никогда не узнаешь Кэролайн медленно поднялась с пола, вытерла слезы и подошла к высокому шкафу, в котором, по словам Клауса, хранилась одежда. Девушка открыла дверцу и заметила там много разнообразных вещей из бутиков, которые наперебой кричали о принадлежности к известным брендам. Форбс невольно улыбнулась, увидев очень красивые платья, юбки и кофты, которые аккуратно висели на плечиках. Понимание того факта, что Николаус давно готовился к ее «переезду», возмутило сознание блондинки. Он абсолютно осознанно притащил ее сюда, внушил ей полюбить его и понакупил дорогих подарков, думая, что это поможет. Ярость и гнев расходились от самого сердца. Казалось, еще секунда и девушка закричит в голос от переполняющих ее эмоций. Но вместо этого она дошла до кровати, и обессилено опустилась на нее, вспоминая события этого утра. Глупый, наивный Никлаус думал, что Кэр спала и видела розовых слоников, а она всю ночь не могла заснуть, обдумывая план действий. Ее метод был очень прост. Вести себя так, будто у Него получилось все, что Он хотел. Стать для него незаменимой, чтобы он влюбился до беспамятства, а потом уничтожить — как в физическом, так и в моральном плане. Месть началась с того момента, когда Ник зашел в комнату. Он правда верил, что она спит? Глупец! В его самодовольной голове даже не промелькнула мысль, что план провалился, так и не начавшись. Девушка чувствовала на себе пристальный взгляд. Она боялась разоблачить себя и дрогнувшим веком показать, что не спит. Благо, солнце ослепило ее лицо, и она решила, что пора открывать глазки. Все время, пока Кэр разыгрывала комедию, Первородный смотрел на нее не отрываясь. Приподнявшись на кровати, она, как будто случайно, встретилась с ним глазами. Это он подумал, что случайно… На секунду девушка почувствовала, что не может контролировать положение, но потом взяла себя в руки и придала глазам выражение полной покорности и спокойствия. Так, еще совсем маленькой девочкой, Кэролайн смотрела на своего папу. На лице Ника читались абсолютно непередаваемые эмоции — жалость вперемешку с радостью; отчаянье, помешанное на надежде. «Что бы я сделала, если бы любила его»? — задалась вопросом Кэр. Ответ пришел сам собой. Девушка встала с кровати, подошла к парню и обняла его. Это было сделать не сложно — как вздохнуть. Сначала гибрид стоял в полном шоке, не зная, как себя вести, а Кэр хотела убедить его, что внушение подействовало. Только и всего. Через пару секунд он все-таки прижал ее к грудной клетке. Еще никто в этом мире не слышал, чтобы у Майклсона так билось сердце. Казалось, еще мгновение и оно разорвется от переполняющей радости. «Вот подонок. Счастлив, что у него все получилось», — с отвращением подумала Форбс и решила нарушить тишину. — Доброе утро, Клаус, — девушка и сама испугалась своего искреннего тона. — Доброе утро, Кэрри, — ответил гибрид. Что? Какая она ему Кэрри? Он совсем обезумел! — Я скучала. Думала, что ты придешь. Кстати, я очень голодная. Может, позавтракаем? Эта фраза единственная пришла в голову. «Какой бред», — с ужасом подумала Форбс, анализируя свою реплику. Кажется, она переигрывала. — Да, конечно, любовь моя! Я все устрою, — отозвался мужчина. «Еще бы он не устроил! Лицемер! Только о себе и думает», — про себя отозвалась девушка. — Это же великолепно! А потом можно прогуляться в саду, — предложила Кэролайн. Она с ужасом подумала, что этот хам может поцеловать ее. «А что? Это не такая плохая идея. Надо самой проявить инициативу. Надо развеять все его подозрения», — подумала девушка. — Естественно, — ответил Майклсон на ее вопрос. «Тянуть нельзя. Сейчас или никогда», — решила Форбс. Она подошла вплотную к Первородному и притянула его лицо к себе, так и не решаясь поцеловать. Он сдался первым. Какой слабый. Всего лишь пара слов делают из него мальчишку. Двое стояли посередине этой комнаты и целовались. И как бы Кэролайн не хотела этого признавать, она не чувствовала ненависти или отвращения в эти секунды. Он отстранился от нее и посмотрел извиняющимся взглядом. Где он так научился? Он же врет! Ему не за что просить у нее прощения. Разве только… Может он раскаивается? «Нет! Это же Клаус. Для него люди — вещи, которыми он пользуется», — раздраженно подумала Кэр. Он сказал, чтобы она одевалась. Он ее ждет. Они теперь как парень и девушка будут? Ходить за ручку и петь серенады про любовь? Нет, такого не произойдет. Выбрав бежевое платье и одев его, девушка подошла к входной двери и глубоко вздохнула. Бой в спальне она выиграла. Счет 1:0 в ее пользу. Губы Кэролайн дрогнули в полуулыбке. Черт возьми, она была собой довольна! Этот гибрид сам вырвет свое сердце для нее и бросит его под ноги роковой блондинке. Она блестящая актриса и притворяться умеет. А самое главное она уже сделала — убедила себя, что любит Ника.