Ледяное пламя

"Как шторм о скалы разбивает корабли, Так каждого его судьба настигнет..." Чан-Ёль

Нежные, почти невесомые блики солнца, крадучись и играя друг с другом, проникали в окна огромной спальни, где с самого рассвета тишину нарушали возня и копошение, перемежаемые с восторженными вздохами служанок и следовавшими за этими вздохами стыдливо-смущенными "ах, простите, Ваше Сиятельство". Сегодня должен был состояться бал в честь совершеннолетия Чондэ - старшего сына короны и наследника престола. Потому буквально с первыми лучами солнца весь замок зажужжал, словно огромный улей - в каждом его уголке все, начиная от незадачливых поварят на кухне, которые, подобно четверым озорным мышатам, постоянно куралесили и вытворяли глупости, и заканчивая самим королем Тан, усиленно готовились к предстоящей церемонии. - Будьте добры повернуться, Ваше Сиятельство, - послышался робкий голос хрупкой и изящной, словно нежный бутон жемчужно-белого ландыша, притаившегося в махровом травяном ковре, девушки, что поправляла одежду принца, придавая ей праздничный вид и добавляя все необходимые детали, чтобы образ будущего правителя был идеальным. Едва заметно кивнув, принц слегка повернулся и тут же смог краем глаза ухватить в огромном, обрамленном в витую золотую раму зеркале свое отражение. Оттуда, из потустороннего зеркального мира, на него смотрел безукоризненно разодетый юноша со светлыми, слегка небрежно, но от того еще более очаровательно лежащими волосами, с пронзительно-нежными, словно топазы, глазами и аристократически-бледной кожей. Он был худощав, но отнюдь не выглядел болезненно, напротив - образ его обладал холодной, остро чувствовавшейся силой, которая внушала в подданых покорность и прибавляла молодому принцу дополнительного шарма. Отведя взгляд от зеркала, Чондэ взглянул на служанку, что поправляла изящные алмазные запонки, которыми были украшены манжеты праздничной рубашки. Властным, но мягким жестом подняв руку, и тем самым остановив девушку, принц произнес: - Довольно. Вы достаточно помогли мне, можете быть свободны. Мягкий, с первого звука буквально обволакивающий голос принца всегда очень точно попадал в цель - хотя приказы в его исполнении звучали скорее как вежливые просьбы, тем не менее они всегда безукоризненно исполнялись. Услужливые девушки мгновенно прекратили работу и, реверансом высказав свое почтение к сиятельному наследнику престола, спешно удалились из покоев. Юноша наконец позволил себе немного расслабиться и тихо выдохнул. Преодолев пару мраморных ступеней невероятной красоты, что вели к зеркалу, принц ступил на выдраенный до блеска пол и забрал с постамента, увенчанного алой бархатной подушкой, корону принца, водрузив ее на голову. После он, сложив руки за спиной, медленным, величавым шагом прошел к огромному окну, вид из которого выходил в сад. Задумчиво провожая взглядом солнечные лучи, что скользили по сочным, ярко-зеленым листьям, Чондэ думал лишь о том, что сегодня все непоправимо изменится. Он и представить себе не мог, насколько оказался прав.

***

Громкий, звонкий и раскованный смех, радостные возгласы и песнопения в честь будущего короля - все это витало в воздухе над главной площадью города, где собрался весь честной народ столицы, чтобы отпраздновать как следует этот день и хорошенько повеселиться. Гул с площади заглушал даже трубы глашатаев - настолько возбуждены и взволнованы были подданные короля. Юный принц, на губах которого тоже играла улыбка, что немного рушило образ ледяного юноши, однако ничуть не портило образ будущего короля, приветствовал подданых, стоя рядом со своим отцом, который, расположившись в роскошном кресле с пурпурной обивкой, приветствовал собравшийся народ благосклонной улыбкой. Тысячи лет назад сложилась традиция, пронесенная сквозь века представителями королевской династии - сменить корону наследник престола непременно должен был на главной площади города, пред справедливым взором народа. Для этого здесь несколько веков назад была возведена внушительных размеров площадка из камня и мрамора, что сейчас была украшена соответственно случаю и очень хорошо просматривалась с каждого уголка площади. Она, судя по всему, была построена еще до Двухсотлетней войны, в мирные времена. После этого драматичного события коронации проводились исключительно во дворцах, дабы не подвергать опасности особ голубых кровей и упасти их от мести кровожадных драконов. Однако вот уже шестьсот лет не пропадали члены королевской семьи, и потому об ужасных чудовищах и кровавой дани, уплачиваемой королевским родом, все давно позабыли. Рядом с обитым алым бархатом креслом короля был установлен постамент, на котором покоилась внушительных размеров золотая корона (гораздо больше и богаче той, что украшала голову принца прямо сейчас), инкрустированная драгоценными камнями и являющаяся не только церемониальным атрибутом, но символом нового статуса - вместе с этой короной принц должен был получить и титул будущего короля. По окончании церемонии он вступал в права правителя и со смертью отца должен был занять его трон. Пока же на площади собирался народ, возбужденно обсуждая такое значимое для королевства событие. Казалось, ничто не могло омрачить этот день... В следующее мгновение гул голосов был нарушен мерным, глубоким звоном колокола, что был установлен у ворот города и должен был предупреждать его жителей об опасности. На пару секунд над площадью воцарилась тишина, лишь колокольный звон резал воздух, рождая в сердцах людей ужас пред надвигающейся бедой. Никто из присутствующих не мог себе представить, почему так надрывно звонит колокол в столь мирный день, однако спустя еще одно мгновение все стало ясно, как день - солнечный свет закрыла огромная смолянисто-черная крылатая тень, внезапно появившаяся над площадью и мгновенно окутавшая ее мраком. Тут же глухая тишина была нарушена первыми криками ужаса - паника охватила площадь. Люди, весело смеявшиеся еще пару ударов сердца назад, сейчас с леденящими душу криками пытались спасти свои жизни. Первобытный страх перед чешуйчатым монстром пробудился в душах людей и гнал их прочь с площади, призывая спрятаться, забиться в самый дальний уголок своего дома и молить о пощаде высшие силы. Дракон, сделав несколько кругов над открытым пространством, наконец заметил свою цель - наследника рода Ледяной Розы. Со всех сторон его окружили верные гвардейцы, готовые положить жизнь за будущего короля в отличие от разбежавшихся по углам, подобно крысам, "верноподданных". Он вели его прочь, под защиту каменных стен дворца. Издав леденящий кровь рев, дракон спикировал вниз, словно хищный сокол, преследующий куропатку. Несколько раз взмахнув черными кожистыми крыльями, он поднял невероятной силы ветер, что отбросил прочь короля и большую часть гвардейцев. Однако оставшихся это не остановило - один из храбрых воинов прицелился и метнул копье в спустившегося слишком низко монстра. Резкий, бьющий по ушам звон возвестил о столкновении железного наконечника копья и созданной самой природой брони чудовища. Следом за ним воздух на площади разорвал закладывающий уши рев разъяренного чудовища. Этот удар не причинил ему увечий, однако разжег где-то внутри пламя гнева, которое спустя секунду приняло материальные очертания и, вырвавшись из пасти черного, как сама тьма, дракона, неукротимой волной ударило по остаткам воинов, защищавших принца. Удар сердца - и наследник престола был схвачен цепкими когтистыми лапами, невзирая на слабое сопротивление все еще живых гвардейцев короны. Еще удар - и чудище взмыло высоко в небо, превращаясь в крохотное черное пятнышко среди белоснежных облаков... Мертвую тишину, воцарившуюся на площади, разрезал отчаянный крик короля.