Lady Rose: Бал в Королевстве Фейри

Иной Мир, Королевство Сид, Долина Шальных Ветров. 14 июля 1563 года. 23:17.

— Господи, да ну, сколько же вас здесь?! — жалобно проговорила Бриттани, врезав одному Слуа ногой в живот, отпихнув его на расстояние. И как только королева смогла подчинить себе этих злобных Неупокоиных мертвецов? Лучше бы она весь Неблагой Двор с цепи спустила. Хорошо, что они водятся только в Шотландии, ибо Бриттани отказывалась туда ехать в последнее время. Ужасной правдой оказалось то, что Слуа не знают усталости, зато её знала Бриттани. Они наступали на неё со всех сторон. — Ну, всё, — объявила Бриттани, — вы мне уже надоели! Напоследок, дам вам один совет: никогда не злите девушку и не нападайте на неё – вдруг она окажется вейлой и ведьмой в одном лице! Девушка сложила руки на груди и выпустила из себя яркий свет, отбросив Слуа на несколько миль. Из-за сильного выброса своей магии, Бриттани рухнула на колени. — Это так выматывает! — устало произнесла она и взглянула на небо. — Всевышний, скажи мне: оно того стоит? Ночь опустилась на Иной Мир. Звёзды заблистали ярче, чем на Земле, а луна, казалось, вот-вот упадёт. Она была так огромна! А вот и замок правителей Сида. Он был так близко, но до него ей ещё идти и идти. Если она пробудет здесь ещё немного, то проход закроется, и она навсегда останется здесь. — Не знаю, что там скажет Финварра, но я убью эту гадюку! — пригрозилась Бриттани. Она уж было поднялась с земли, чтобы идти дальше, но вдруг в долине заиграла прекрасная мелодия. Какой-то ночной странник решил скрасить свой путь игрой на флейте. Бриттани тут же огляделась по сторонам. Из земли поднимались и распускались цветы колокольчика и анютиных глазок. Это сильно насторожило девушку. Она заметила, как из леса неподалёку вышел весьма представительный мужчина с кудрявыми чёрными волосами. На нём сидел модный колет с узкими рукавами и стоячим воротничком, камзол, штаны-буфы пёстрого цвета с вышивкой и драгоценными камнями. Он шел навстречу девушке, не прерывая своего занятия, а, когда завершил свою мелодию, то достал из рукава короткую трубку и, невесть как, закурил её. — Ну, вот! Дело сделано! — довольно произнёс он, глядя на Бриттани. От его слов девушка тут же пришла в себя. — Ха! Ганконер, какая встреча! — сказала сладко она. — Всё так же дурманишь своею игрой мысли девушек да в терновник заводишь? Мужчина опешил. — Прошу прощенья? — осторожно спросил он. — Как же мне не нравится ваш мир, фейри! — простонала девушка. — И хватит из себя невесть что строить! Лучше скажи, как там граф Феникс. — Это ты – его невеста? — спросил мужчина. — Я – Бриттани Коридж и я найду его! Из-под земли достану! Он сбежал в этот мир, даже не расторгнув свадьбу со мной! — вспылила Бриттани. — Королева держит его, хочет выйти за него. Он говорит, что любит вас, но Её Величеству все равно. Он пришёлся ей по нраву. — Если Феликса я достану из-под земли, то вашу королеву закопаю! — гневно бросила девушка. — Кого ещё королева послала убить меня? — Пока что меня. — Как тебя зовут? — Леофвайн, — немного растерянно проговорил Ганконер. — Славно-славно! — улыбнулась Бриттани. — А теперь, прости. И она со всей силы дала ему по голове. Тот упал как мешок картошки без сознания. Отряхнув руки, девушка подняла с земли свой серебряный кинжал и заткнула его за ремень на бедре.

Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, пригород Лондона, Поместье Картеров «Хрустальная Роза». 12 июля 2011 года. 17:20.

Когда Ленни нажал на паузу, то Цветик растерянно смотрела на застывшее изображение на экране. — Я – на кухню за попкорном, — крикнула Ким, вскочив с дивана. — Прихвати и мороженое! — бросила вдогонку Стелла и закинула руки за голову. — Ну, как начало? — Зачем спрашиваешь? Мы же не видели весь фильм, — с раздражением ответил Ленни. — Пока не знаю, — ответила Акия. — Чем-то напоминает старый миф о Розанде, вам так не кажется? Девушка посмотрела поочерёдно на своих родственников, но взгляд остановила на своей троюродной сестре, хозяйке этого поместья, этой комнаты. Роза с задумчивым видом смотрела на пластиковую коробку из-под DVD-диска. Её пальцы водили по столбику актёрского состава по возрастанию: Фея Солнечных Лучиков – Стелла Филипс, Келпи – Стив Маилс, Ганконер – Браин Джон Мофат, Король Финварра – Сирил Локвуд, Эразмус/Граф Феликс Феникс – Дориме Джонос, Розабелл/Бриттани – Сара Каллен, Королева Данилина – Лола Голд. Два из этих имён Роза слышала уже и раньше. Неужели среди гостей будут такие важные персоны? На экране застыл актёр, играющий Эразмуса. Красивый парень с растрёпанными серыми волосами и карими глазами в одежде викинга. Шлем с рогами ему очень даже шёл. — Эй, а почему первый помощник принца там и так одет? — внезапно спросила Цветик, сидевшая возле Розы у Сандры на коленях. — Кто-кто, прости? — спросила в ответ Стелла. — Ну, Дориме Джонос – первый помощник принца Арбары Э… Ой! — воскликнула девочка, когда повалилась едва ли не на пол. — Кочка, — весело произнесла Сандра, помогая девочке подняться. — Этот парень на Земле актёр, а там помощник. Чего непонятного? — А я играла с ним! — воскликнула Стелла, разведя руками. — А ты уже хотела с ним амур? — хохотнул Ленни, едва ли не свалившись с письменного стола, на котором сидел. — Ну, ты и олух! — и Стелла бросила в него подушку-думку. На весь разгоревшийся бедлам Роза не обращала внимания. Она почему-то вспомнила выставку камней в Бангладеш. Когда она зашла в холл, то там было полно греческих статуй, и одна из них являлась точной копией беломраморной скульптуры Антонио Кановы под громким названием «Психея, разбуженная поцелуем Амура». Выточена из камня девушка, лёжа протянула руки к склонившемуся над ней юноше с огромными крыльями. Тогда Эрик рассказал ей миф о любви Амура и Психеи, но тогда он назвал Амура Эросом. По легенде Психея была самой прекрасной из трёх дочерей одного царя. Её почитали вместо Афродиты, а та, разгневавшись, и послала своего сына Эроса убить девушку, но юноша влюбился в свою жертву, забрал в свой дворец и сделал своей женой. Психея не видела его лица, а завистливые сестры нашептали, что это зверь и он съест её. Девушка послушалась их и едва не убила Эроса, а тот улетел от неё, сказав, без веры нет любви. Психея согласилась исполнять все приказы Афродиты ради Эроса, а та давала ей самые суровые и невыполнимые. Девушка справилась, любимый вернулся, и теперь она ещё одно божество. Имя Психеи значит «душа», а Эроса – «любовь», а из этого выходит «Душа, пленённая Любовью». Тогда-то Роза заметила, что имя «Эрик» созвучно с именем «Эрос», а тут ещё и какой-то Эразмус! Но в тот момент Эрик сказал, что её имя с арабского означает «дух». «Роза» означает «дух». Абсурд! Слава Богиням, что его имя «благородный предводитель». Хотя если прочитать его фамилию не так, то выходит «благородный предводитель дев». Одно другого хуже! По древней легенде магического мира жила на свете Розанда. Она отказала Творцу, он приставил к ней двух рыцарей, оба в неё влюбились, один сошёл с ума и захватил мир, а другой получил от девушки взаимность, и умерла его любовь у него на руках. С тех пор того сумасшедшего зовут Белый Демон, а того любимого – Чёрный Ангел. Только каким здесь боком эта легенда?! Откуда здесь королева фейри Данилина?! Почему Белого Демона Дугласа в этом фильме зовут Дуан, Чёрного Ангела Эндрю – Эразмус, а Богиню Розанду – Розабелл?! Какого Совета Старейшин здесь викинги, если всё произошло в пятнадцатом-шестнадцатом веке, или, как сказал мистер Соврен, это ещё одно перерождение той девушки? Он так же сказал, что Роза тоже перерождение Розанды. В разные времена жила девушка и окружали её мудрец, любимый и друг, но всегда все заканчивалось плачевно. Что же знает об этом Эрик Мейдон? Фильм закончился тем, что в самом конце королева пришла к наследнику, но можно считать финал открытым. Все разошлись по своим комнатам, морально готовя себя к завтрашнему празднику. Сама Роза сидела на балконе, в спальне, в плетёном кресле с чашкой ароматного чая «Дарджилинг», именуемым «чайным шампанским», поскольку на настоящий алкоголь у девушки была сильная и весьма редкая аллергия. Отставив фарфоровую чашку на плетёный столик со стеклянной столешницей, Роза с головой ушла в чтение комедии Пьера Бомарше «Безумный день, или женитьба Фигаро», хихикнув, когда главный герой вновь «обставил» своего хозяина. На балконе появилась Цветик с красным вязаным пледом в руках. Она немного постояла у порога, но всё же подошла к Розе. — Ах! Как же здесь красиво! — не выдержала Цветик. Роза оторвалась от чтения и взглянула поверх балюстрады на французские сады и английские газоны пёстро-изумрудного цвета. Вьюнки обычных роз и «породистых» чисто-английских создавали на фоне заката прекрасную симфонию запахов. Девушка сразу распознала сорт «Принцесса Александра Кентская» с лимонными нотками и нотками чёрной смородины, а так же и «Летний Песни», чей аромат вперемешку с запахом бананов заменял весь магазин цветов. В тени вьюнков Роза глубоко вдохнула все эти запахи. В этом «оркестре» присутствовал и чай с мускатным ароматом, но почему-то откуда-то ветер принёс нотку приятного парфюма и корицы. — А что это за цветы? — вдруг спросила Цветик, указывая на вьющуюся «Леди Хиллингдон».* Девушка немного удивилась. — Это розы, — просто ответила она. На лице Цветика было лёгкое замешательство. — Их назвали в вашу честь? — удивилась она. — Это меня назвали в их честь, — поправила её Роза, но немного замешкалась, — хотя, если быть точнее, то не именно в эти. Она указала на цветы. — А тот красив? — Ну как тебе сказать? — вздохнула Роза. — Он похож на ком из сухих веток и живёт в пустыне, но, опустив в воду, он, так сказать, «распускается». — Это, наверно, очень красиво? — и Цветик заглянула в глаза. — Я ни разу не видела, — пожала плечами Роза. — Он так и называется? — не унималась девочка. — Иерихонская роза. Когда-то моего отца этот цветок вернул к жизни после смерти, а назвал он меня так после смерти моей мамы. Он её очень любил… — печально ответила Роза. — Простите, я не знала, — прошептала Цветик. — Название этого цветка переводиться как «воскрешённый», — продолжала Роза, — поэтому все твердят, что это именно я вернула отцу желание жить дальше. Не сказав ни слова больше, девочка протянула ей плед, но Роза жестом пригласила её посидеть с ней. Цветик сделала реверанс и осторожно села в точно такое же плетёное кресло напротив. Девушка отложила книгу в сторону и налила ей чай. — Держи, — сказала она, — не интересно пить в одиночестве. Девочка с опаской взяла в руки фарфоровую чашку, немного отпила и сказала: — Я заметила, миледи, что вы выглядите так же, как и некоторые придворные дамы, тайно вздыхающие по принцу Арбесскому. Не судите строго, миледи, я вовсе не хотела вас обидеть. Я просто не могла подобрать нужных слов. — А разве принц Арбесский настолько красив? — слукавила Роза. — Само собой, Ваше Сиятельство! — воскликнула она. — В этом человеке с харизмой переплетаются не только незаурядный ум и чёткий глаз на нужные и смелые идеи, но и большая физическая сила с весьма привлекательной внешностью. Именно за эти качества его уважают мужчины, гордятся советники и любят женщины. — Хороший набор для того, в чьей жизни все гладко и предрешено, — сухо заметила Роза. Цветик отставила чашку. — Вовсе нет! Его Высочество только в последнее время стал присутствовать на собраниях и активно проявлять себя в делах короны, — с нотками гордости сообщила она. — Получается, принц Огненной Равнины – бездельник, — хихикнула Роза. — Я же сказала, что он, так сказать, взялся за ум! — возмутилась Цветик. — Я просто пошутила, — успокоила её девушка. — Мне говорили, что вы особа весьма вспыльчивая и немного вольная, но сейчас, миледи, вы проявляете все задатки настоящей придворной леди, — слегка смутившись, произнесла Цветик. Роза издала весьма высокомерный смешок. — Это просто ты меня ещё плохо знаешь, — ответила она. Когда опустилась ночь, то один за другим сверчки завели свою трель в саду. Ветер принёс прохладу и свежесть из леса. Роза, вздохнув, не смогла смириться с упорством своей камеристки и разрешила ей помочь убрать с балкона сервиз, а потом и приготовиться ко сну. Девочка так высоко взяла свои обязанности, что едва не зашла вместе с хозяйкой в ванну, но здесь Роза взяла себя в руки и сказала, что сама справится. Хотя, напоследок Цветик всё-таки вручила ей склянку с целебным раствором для волос с Флоренции. Ополоснув раствором волосы, Роза после душа в зелёном махровом халате, выйдя из ванны, снова столкнулась с камеристкой. За полчаса та успела взбить подушки, выбрать Розе на утро туалет, навести порядок на столике трюмо, убраться в приёмной, а так же разобрать весь завал в гардеробной, и только после этого, пожелав «Доброй ночи!», она отправилась к себе. Превозмогая усталость, Роза высушила и заплела волосы, скинув халат и надев короткую ночную сорочку, забралась под одеяло и выключила свет. На пологе с обратной стороны, как раз лицом к Розе, зажёгся плафон звёздного неба. Долго рассматривая созвездия и одинокие звёзды, девушка уснула. Добравшись до поместья семьи Картер «Хрустальная Роза», Эрик осторожно пробрался через сад-лабиринт и поблагодарил Богинь за то, что они проявили милосердие и подарили знакомый голос с балкона, а не как в прошлый раз в Тартаре на Тибете – оборотня. По-правде, он сначала не узнал кому принадлежит голос, пока не нашёл в нём знакомую манеру речи. Этот голос стал более мелодичным и спокойным. Он даже не узнал Розу. Может ли человек всего лишь за полгода так измениться? Может. Она может. Ведь именно он попросил её стать настоящей леди! Возможно ли, что она изменилась и внешне? Кошмар! Как же ему мешала камеристка! Он не мог попасться ей на глаза, поскольку знал, что в семье-правителе Флоренции обе дочери королевы – и Цветана и Флоретта – владеют магией, а спалить половину дома или разрушить половину спальни перед праздником как-то не хотелось. Тем более, что Роза лично оторвёт ему голову, а за побег из дворца Алиона ещё его на пару с Катриной по стенке размажет. Пробравшись в комнату, Эрик усмехнулся: и она ещё удивляется, как это он попадает сюда? Тогда пусть и дальше оставляет двери балкона открытыми. Прокравшись к кровати, он заглянул за бархатный балдахин. Она изменилась! Среди белого хлопка на постели спала смуглая девушка. Каштановые волосы она всё так же заплетала в косу, хотя пара прядей ото лба, как и раньше, выбивались, обрамляя красивое чистое личико. Пусть она не прожигает его солнечным взглядом, но зато он прекрасно видит её пышные ресницы, тонкие брови и полураскрытые нежные губы. Интересно, а они такие же, со вкусом вишни? Эрик очень осторожно присел на край кровати и дотронулся до её щеки. Всё такая же гладкая и нежная – его-то руки огрубели ещё сильнее за время тренировок на мечах и верховой езды. Слишком-то он старался выкинуть из головы эту девушку. — Как же ты прекрасна!.. — прошептал он.

Иной Мир, Королевство Сид, Замок короля и королевы Фейри. 12 июля 2011 года. 23:58.

В который раз королева Данилина взглянула в зеркало. Её лицо покраснело от ярости. — Да как такое возможно?! — закричала она. — Прошло от силы пять веков! Она не могла выжить! Она погибла! Я сама это видела! Себастьян, будь проклята твоя душа, неужели ты что-то напутал?! А зеркало повторяло снова и снова: Королева правду хочет знать? Тогда я не смею молчать: Светлый ум подарила Земля, Солнце – ясные глаза, День – улыбку доброты, Смерть – решимость и бои, Звук – тот голос соловья, Ветер – те движения, А Огонь – огонь в груди, Ночь чернит ей волосы, А Вода – ей чистота, Тишина – ей голоса, Кожи свет её – Луна, Жизнь дала природа. У неё душа чиста, А мечты нет у тебя! Королева отошла на несколько шагов к окнам и вдохнула свежий воздух, наполненный ароматом цветов. Задумалась. Вышла на балкон и закричала: — Леофвайн! Её голос эхом пронёсся над долиной.

Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, близь деревни Маленький Ангел, Зачарованный лес. 13 июля 2011 года. 00:01.

В самой чаще леса на берегу Сонного озера прямо у самой воды, собрав большую публику, на поваленном дереве двое мужчин спокойно играли в кости. Банши возле мужчины с мокрыми тёмными волосами в зелёной рубашке наизнанку наблюдала красными глазами за его действиями и вновь разревелась. — О, любезнейшая Блэйр, — начал мужчина напротив весьма представительного вида с короткой трубкой в зубах, — чем же мы вас обидели? Все присутствующие обернулись в сторону молодой прекрасной женщины с длинными белокурыми волосами в длинном белом плаще с капюшоном, надетым поверх длинной сорочки. Несмотря на холод она стояла на сырой земле босиком, и это ничуть никого не смущало. — Просто один из моего рода скоро умрёт, — проговорила она дрожащим и скрипучим голосом, а все вокруг зашептались. — И надо ли сопли разводить? — небрежно бросил сидящей рядом. — Это же только предоставленная тебе семья: никто тебе из них не родственник. Так надо ли убиваться по этому поводу? Умрёт ещё один смертный, ну и что? Сколько ещё в том роде осталось? Если не ошибаюсь, то за последние семнадцать лет ты только и делаешь, что оплакиваешь каждого покойника. — Не спорю, в семье Маклейн случилось много несчастий, и вы, господа, знаете о них. Вы знаете, кто умер первым, и чью смерть я не оплакала, — развела руками Блэйр. — Жасмин Маклейн, видите ли, оказалась Богиней! А потом ещё и её дочь Клео туда же. Вот надо было напасть вампиру на Томаса, а затем, для «компании» отправить к нему ещё и его жену Элизабет и его брата Джерри?! Вот теперь, сижу и жду жену этого брата уже как полгода. Ну, ничего, к ней уже явился в полночь Анку**. Правда, не на днях, но месяц совсем скоро истечёт. Мужчина в зелёной рубашке только хлопнул в ладоши, громко сказав: — Ха, банши,вы всегда такие… возмущённые? — А вы, Благородная Водяная Лошадка, всё так же язвительны, — упрекнула его Блэйр. — Ни вас ли смогли взять да оседлать сразу две женщины? Куда подевалась Бриттани? Да! Покинула она мир смертных, сгорая в огне своего же деверя! А куда делась Клео Маклейн? Как могла эта женщина, разрушав планы нашего же короля и сбежав от него со своим женихом, родить дочь и уйти к Богиням?! Где справедливость так долго спала?! Ох уж эти вейлы! Никогда не показывают свои слёзы. Бедный ребёнок сколького перетерпел в своей жизни, что должен был все слёзы выплакать. Бедняжка. Маленькая принцесса, неужели её ждёт та же участь? — Ну хватит-хватит, — прервал её мужчина напротив. — К тому же мы же не… — и заметил, как маленькие огоньки вытаскивают из деревянного стакана игральные кости и утаскивают их куда-то в сторону леса. Он закричал: — Эй, вы, мелочи некрещёные, немедленно верните то, что украли! Но суровый взгляд Блэйр заставил его замолчать. — Не стоит, Леофвайн. В последнее время пикси помогают мне на кладбище ухаживать за покинутыми этот мир членами семьи, — объяснила она. — А как же брауни? — спросил келпи. — Ну, брауни нужны в деревне, а не на кладбище, — развела руками Блэйр. — Поблагодарите Всевышнего, что королева ещё ничего не знает о нашем сговоре с Богинями. Но едва она успела договорить, как раздался оглушительный крик: — Леофвайн! Все мигом узнали голос королевы и съёжились. Сам «Ласковый Любовник» выглядел весьма обескураженным. — Ну, что, мой друг, очаровал девушек, так очаруй теперь и королеву, — хихикнул келпи. — Спасибо, друг! — буркнул Леофвайн, поднимаясь с места, в то же мгновение исчез. Появился он уже во дворце своих правителей – короля Финварры и королевы Данилины. Оказавшись прямо в покоях королевы, Леофвайн принялся оглядываться, словно никогда не видел зеркальную комнату. Королева вошла в комнату и захлопнула дверь. Она сурово взглянула на Ганконера. — Объясни мне, почему моё зеркало говорит, что другая девушка затмевает меня? — сурово спросила она. — Ваше Величество, я не знаю, — ответил «Ласковый Любовник». Королева силой впихнула ему в руки богато украшенное Зеркало Венеры. Данилина использовала его рукоятку вместо посоха. Леофвайн посмотрел в холодную гладь. Там отражалось лицо королевы, а её губ шептали: …Кожи свет её – Луна, Жизнь дала природа. У неё душа чиста, А мечты нет у тебя! Ганконер обернулся к настоящей королеве. — Оно показывало Вам эту девушку? — осторожно спросил он. — Нет, но постоянно твердит о ней! — бросила королева. — А Себастьян мне клялся, что предал огню Бриттани! Леофвайн сделал задумчивый вид. — Это однозначно другая девушка, — проговорил он. — Да! Она – другая! Но почему я не вижу её?! На ней что, защитные чары?! — метала гром и молнии Данилина, мечась по комнате, как львица по клетке. — Может быть, Кинебил знает? — предположил Леофвайн. Королева вопросительно подняла бровь, а потом, выйдя на балкон, прокричала: — Кинебил! Тот явился мигом. — Что стряслось, Ваше Величество? — спросил он. Вернувшись с балкона, королева вырвала из рук Леофвайна зеркало и сунула его в руки Кинебила. Зеркало повторило то же самое, что и Леофвайну. Тот покачал головой. — Дела плохи, Ваше Величество, — проговорил он. — Если об этом узнает ваш супруг, то история повторится. Эта нахалка Клео смогла сбежать на Вашу радость, но что же будет с этой? Вдруг королева резко остановилась посреди комнаты. Она с ужасом перевела на своих подданных холодный взгляд. — В кои-то веки ты прав: если Финварра узнает о ней, то непременно разыщет. Вы должны найти её первыми и убить! — Смею перечить, Ваше Величество, но её найти в мире смертных практически невозможно! — возразил Кинебил. — Да-да! — поддержал его Леофвайн. — Сейчас очень много общепризнанных красоток. Как нам её найти? И Вы дадите мне новую флейту? — Это может быть только одна девчонка, — ответила Данилина. — Дочь Двенадцатой Великой Богини Жизни, именуемой «Душой Сердца». А с твоей флейтой что случилось? Ганконер вытащил из кармана разломанный на две части музыкальный инструмент и протянул его королеве. Та отстранилась. — И кто же с тобой так поступил? — удивилась она. — Госпожа Сандра Дубмон, — ответил Леофвайн. Вдруг Кинебил вздрогнул. — Король идёт! — воскликнул он. Данилина нахмурилась, сказав: — Тогда ничего не говорите о ней! Вам ясно? Друзья кивнули. Королева изобразила блаженный вид и стала кружиться у зеркал. Потом подошла к зеркалу на другой стене и откинула длинные волнистые пряди золотых волос назад, рассматривая своё дорогое платье. В забытье, она снова спросила Зеркало Венеры, и улыбка сошла с её лица, когда она вновь услышала ненавистный ответ. Данилина вскипела. Схватив первое, что попалось под руку, она разбила одно из зеркал на стене вдребезги. На это Леофвайн покачал головой, выдохнув густой дым. — Ваше Величество, это же не повод рушить весь замок, — сказал он. — А я разрушу весь мир! — ответила королева. — Я же уничтожила всех! ВСЕХ! Как могло случиться, что одна из них всё-таки выжила? — Вы недосчитались при ревизии, — хохотнул Кинебил. — Хватит вам валять дурака! — зарычала Данилина. — Вам же велено найти её и убить! Сколько можно терроризировать меня своими шуточками, а? Ответь мне, Кинебил! А ты, Леофвайн, горе-любовник?! Тут в комнату вошёл толстый низенький мужчина лет пятидесяти с длинной бородой и весьма не привлекательной внешности. Своими яркими светло-зелёными глазами он оглядел разрушения и захохотал брезгливо. — Не уж-то ли, моя дорогая Дана, отыскалась тебе соперница в красоте? — хихикнул он. — Нет! — воскликнула Данилина. — Я по-прежнему единственна! Скажи же это, Зеркало! Но зеркало завело старую пластинку. На это король Финварра засмеялся ещё громче. — Вот как ты говоришь! Знай, если такая девушка есть, то она – моя!

И он был так прекрасен, И горделив, умён, В сражениях опасен, И на руку силён! И опьянев от слов, Она сказала: «Он, Ко мне пришёл же не из снов, Хотя и сам как сон…»

*«Принцесса Александра Кентская», «Летняя Песня», «Леди Хиллингдон» – сорта роз Великобритании. **Банши — фигура ирландского фольклора, женщина, которая, согласно поверьям, является возле дома обречённого на смерть человека и своими характерными стонами и рыданиями оповещает, что час его кончины близок. Анку — образ смерти в бретонской мифологии. Согласно легенде, тот, кто встретит Анку, умрёт через два года; человек, встретивший Анку в полночь, умрёт в течение месяца.