Если я буду умолять и плакать

      На следующий день Хосок совершенно забывает о том, что под его окном стоял какой-то неизвестный ему ранее человек. Ему сегодня в студию, а потому все его мысли заняты только предстоящим занятием. Когда Чон отдёргивает штору в сторону, впуская в комнату яркие лучи приветливого солнца, он вдруг на секунду вспоминает о произошедшем накануне вечером, но под окном никого нет, так что Хосоку кажется, что ему это только приснилось, как это обычно бывает во время его кошмаров. Он совершенно расслабляется и включает какой-то плейлист для пробуждения, составленный крутым диджеем. Музыка стучит битом в наушниках, а Хосок пританцовывает, пока кладет высушенные вещи Тэхёна в шкаф. Он на секунду останавливается, а потом достает какую-то толстовку своего парня, которую тот почему-то не положил в стирку, и прислоняет к лицу: в нос бьет запах любимого парфюма, и становится очень тепло и по-домашнему.       Хосок на работу заявляется не сразу: не может удержаться от чашечки кофе в знакомом месте. Ноги несут его туда снова, почему-то заранее, чтобы никуда не торопиться и, наверное, не пить кофе на ходу. Снова знакомый звук колокольчика, снова Хосок и снова немного молчаливый бариста по имени Юнги. Но в отличие от вчерашнего дня, сегодня Чон не спешит, а потому вполне может поболтать с Юнги, пока тот готовит кофе. Кофейня на удивление пустует: кроме Хосока и Мина в ней никого нет, даже обычные завсегдатаи ещё не появились, что Чон объясняет сам себе ранним временем и, почему-то, четвергом. Хосок подходит к скучающему работнику и радостно здоровается, Юнги даже слегка улыбается на это, потому что невозможно устоять перед этим парнем, буквально заражающим оптимизмом. — Что будешь? — интересуется бариста, поднимая взгляд на посетителя. Юнги в какой-то степени второй Чимин. Потому что ситуация в общении до боли похожа на ситуацию с Чимином, только Мин знает о Чоне ещё меньше, чем Пак. Однако, как бы это было не странно, он второй по близости к Хосоку человек после Пака (если говорить о чисто дружеских отношениях, потому что Ким Тэхён не в счёт, он ведь сначала вторая половина Чона, а потом уже лучший друг). В итоге, Хосок с Юнги тоже не то, чтобы друзья, но приятели: болтают, когда первому некуда спешить, а у второго нет наплыва посетителей. Общаются, в основном, на сторонние темы, редко говоря о своей жизни. Чону как-то неловко говорить о себе и о том, что лежит на сердце, а Юнги как будто и не интересно. Хосок о работнике любимой кофейни ничего толком-то и не знает: вроде учился в университете искусств, как и сам Хосок и его коллега Чимин, но на другом факультете (кажется, что-то связанное с музыкой?); пишет музыку, а зарабатывает на жизнь в кофейне, потому что с музыкой как-то не выгорает от слова совсем. Особенно в последнее время. Вот, собственно, и вся информация. Юнги о Хосоке знает не больше: только то, что тот работает неподалеку и увлекается танцами. Как правило, они говорят о музыке, но иногда обсуждают и какие-то другие события вроде нового фильма, сериала или чего-нибудь эдакого. Приятное знакомство, не более того, но Хосоку нравится. — Обычный капучино, — снова улыбается Хосок и протягивает деньги, а Юнги одобрительно кивает головой. Пока он готовит кофе, они перекидываются парой фраз. Чон спрашивает, как продвигается музыкальная карьера Юнги, на что тот лишь вздыхает и говорит, что как-то застопорилась. Хотя в последнее время он, вроде как, нашел новый источник вдохновения в каком-то фильме, а потому, возможно, будет переносить свои смены, подгоняя так, чтобы было удобно работать. Хосок отвечает, что очень рад, а потом бросается в рассуждение о недавно вышедшем фильме, который ему очень понравился. Вскоре он получает свой кофе, но беседа не заканчивается: Чон присаживается за стойку и спокойно продолжает пить свой напиток, пока разговор идёт своим чередом. Обоим просто приятно немного отдохнуть от рутины, однако вскоре колокольчик на двери оповещает о посетителе, и Юнги вынужден оторваться от интересной беседы, потому что он всё ещё на работе. Хосок смотрит на вошедшего посетителя, а потом поглядывает на часы и спохватывается: ещё чуть-чуть и он совсем опоздает на работу. Он отставляет чашку, спешно прощается с приятелем и покидает кофейню, направляясь к танцевальной студии.       Занятие с группой проходит обычно: очередные танцевальные па, веселые лица и громкая музыка. Чимина не видно, но Хосоку он и не нужен для работы – он, всё-таки, профессионал. Спустя полтора часа Чон кажется довольно уставшим, но все равно не уходит по окончании занятия. Сначала он болтает с двумя очаровательными девушками примерно его возраста, которые задают вопросы по поводу хореографии, просят советов относительно растяжки и рекомендаций по поводу танцевальной обуви. На расспросы Хосок отвечает довольно подробно, все разжёвывая, потом они вместе говорят о новой хореографии, и в целом он ещё долго бы мог проговорить, но из двери звучит выразительное «кхм-кхм», а в зал входит Пак Чимин собственной персоной. Он представляется и даже поигрывает мышцами, отвлекая внимание девушек на себя, а потом начинает приглашать их на свои занятия. Чону это кажется просто возмутительным: «Не отбирай у меня группу!» — восклицает он, чем вызывает смех этих двух учениц. Чимин шутливо переругивается с Хосоком, а потом говорит, что они сейчас устроят танцевальный баттл за них. Девушки снова смеются, а потом ретируются, оставляя учителей самих разбираться в своих проблемах. Хосок не злится: он знает, что это очередной фарс от его друга. Они давно привыкли к таким вещам, а потому постоянно подшучивают друг над другом. Обоих парней девушки мало интересуют: Чимин влюблен в работу, а Хосок в Тэхёна. Чон знает расписание Пака и поэтому также знает, что вечер у младшего абсолютно свободный. Оба по негласной договорённости остаются в танцевальном зале и начинают работать над хореографиями. Каждый трудится над своей: Чимин продумывает движения руками, а Хосок все ещё пытается придумать что-то под ту песню, что начал вчера. Через полчаса они начинают показывать друг другу то, что у них уже есть в готовом виде. Таким образом Хосок узнает, что песня Чимина называется «That’s what I like», а также то, что Пак застопорился на одном моменте. Он совершенно не знает, что делать на бридже, прямо перед припевом, когда поют про некую девушку, а потому просто двигается в такт и не делает ничего. Хосок смотрит то, что есть, целиком, а потом просит поставить момент, где нет танца, ещё раз. А потом и ещё. Движения как-то рождаются сами по себе, и Хосок просто придумывает на пустую часть нужные движения. Чимин смотрит, а потом просит станцевать несколько раз и повторяет за Чоном, глядя в зеркало. Такое иногда происходит: помогать друг другу с хореографией для них в порядке вещей, они всё-таки друзья, которые вместе работают. Когда с этим покончено, Хосок показывает, что именно придумал он вчера, а Чимин одобрительно качает головой в такт, потому что песня у этого Шона Мэндеса ну очень заедает. Чону помощь не нужна: он использует только короткий отрывок песни, но Чимин всё равно в восторге. Он делает старшему комплимент и говорит, что и песня, и сама хореография очень в репертуаре и стиле Хосока.       Когда парни выдыхаются, из обычного танцевального «совещания» (как их иногда в шутку называет Чимин) всё превращается в посиделку с драйвовой музыкой, которую по очереди ставят два тренера. Иногда они немного импровизируют, иногда просто подпевают, а под одну из них устраивают небольшой баттл – после того, как немного восстанавливают силы. У них такого давно не было: Хосок обычно спешит домой, чтобы поскорее увидеться с Тэхёном, а одному Паку оставаться в студии иногда лишний раз не хочется, так что в последний раз они вот так собирались несколько месяцев назад. Хосок иногда забывает, каково это – иметь друга, который полностью разделяет твои увлечения. Они расходятся, когда на часах уже полседьмого и оба вспоминают, что еду в последний раз видели только утром. Пак даже предлагает Хосоку забежать в какую-нибудь кафешку, но Чон отказывается, потому что устал и хочет побыстрее добраться до своей кровати. Ещё в планах приготовить что-нибудь вкусненькое на ближайшие несколько дней, что парень и спешит сделать. Друзья прощаются на выходе из студии: младший собирается пройтись ещё раз по студии и проверить, не оставил ли кто вещей после занятия, а также выключен ли свет. Уборщица ушла полчаса назад, но он всё-таки хочет быть уверенным. Хосок улыбается такому рвению Чимина, потому что он всегда был чересчур ответственным, и уходит.       На улице уже стемнело: путь до дома освещают только фонари. Народу становится значительно меньше; когда Хосок сворачивает в переулок, через который ему до дома идти на пять минут быстрым шагом, он остается вообще один среди стоящих близко домов. Чон идёт не спеша, размеренно (после танцев с Чимином он не может по-другому); он проходит несколько шагов, как в переулок за ним сворачивает ещё один человек. Он идёт в десяти шагах от Хосока, и Чон даже радуется: наверное, они с ним живут в одном районе (идти домой вместе приятнее, чем идти в одиночестве). Хоби поднимает глаза и видит полную луну – на душе становится совсем умиротворённо.       Им действительно оказывается по пути: незнакомец не отстаёт от Хосока и следует за ним по пятам, хотя из переулка они вышли несколько минут назад. Чону становится интересно, кто же сегодня совпал с ним маршрутом; он оборачивается и видит, что это явно не офисный работник. Парень, а он именно парень, судя по телосложению, одет во всё чёрное; лица различить невозможно из-за надвинутой кепки. Таких в Сеуле больше половины, если не восемьдесят процентов. Хосок доходит до дома и, на ходу достав ключ и открыв дверь, заходит внутрь. Поднявшись на второй этаж, он отпирает неприметную тёмную дверь их с Тэхёном квартиры и заходит, вешая ключи на крючок при входе. Закрыв дверь за собой, он сразу идёт в гостиную, дабы прикрыть открытую форточку: по ночам в городе становится достаточно холодно, а он замерзать точно не собирается. Когда Хосок подходит к окну, он несколько секунд любуется луной ещё раз, а потом закрывает форточку. Перед тем, как идти на кухню, дабы всё-таки приготовить что-нибудь, он окидывает взором улицу. Он по ней почти не ходит: путь на работу находится с другой стороны дома, выход из подъезда там же. Взгляд скользит по людям, проходящим мимо, и натыкается на идущего парня. Он выглядит точно так же, как и тот, что шел за Чоном, и сначала Хосок удивляется, как иногда люди похожи. Но когда незнакомец останавливается и поднимает голову, глядя прямо в окно Хоби, у Чона сердце пропускает несколько ударов. Он не может разглядеть, кто это: кепка скрывает и цвет волос, и всю верхнюю часть лица. Но в одном он уверен точно: странный парень смотрит прямо в это окно. Хосок вспоминает, что вчера в его окно во время разговора с Тэхёном тоже кто-то смотрел. Он дёргает плечами и вновь зашторивает окно: он не то, чтобы испугался, но так правда спокойнее. Сейчас он не может сказать, что ему померещилось; хотя, может, этот парень почувствовал его пристальный взгляд и потому остановился? Ну, такое же может быть? Хосок надеется, что да, а потому в очередной раз списывает всё на воображение.

***

      Воображение Хосока разыгрывается не на шутку: ему кажется, что за ним следят. В интернете кто-то умный пишет, что это, кажется, называется манией преследования, и Чону кажется, что он сходит с ума. Это же по одиночке происходит, ведь так? Он перестаёт задерживаться на работе допоздна, а шторы на его окне в гостиной вечно опущены. Хосок ходит только по большим и освещённым улицам. Тэхён бы сказал, что он чересчур нервничает и придаёт всему слишком большое значение, а потому Хосок ничего ему не сообщает. Ему кажется это немного глупым, поэтому он молчит, просто продолжая сходить с ума и отсчитывая дни до приезда Тэхёна. Кошмары возвращаются, и Хосок иногда просыпается посреди ночи в холодном поту. После душа он уснуть не может, в связи с чем коротает время, до утра смотря сериалы или фильмы по телевизору. За пятницу и субботу он успевает передумать всё, что можно, а в воскресенье решает вообще не выходить из дома. Устраивает себе спа-день: нежится в ванне вместе с любимыми бомбочками, занимается кожей, даже делает маски для всех частей тела. Он слушает музыку; листает книгу рецептов, которую как-то привез Тэхён от своей бабушки, (она написана от руки и вообще является скорее «тетрадкой рецептов», нежели настоящей книгой, но Хосоку без разницы); перемывает всю посуду и даже сидит на сайте мебельного магазина, листая онлайн-каталог. Хосок делает всё, чтобы отдохнуть по-настоящему. Будь с ним Тэхён, они бы просто лежали в обнимку полдня в кровати, а потом бы пошли обедать в какое-нибудь милое и уютное кафе. С Кимом воскресенье обычно пролетало незаметно, а тут Хосок на стенку лезет от того, что не знает чем себя занять. Он забрасывает Тэхёна сообщениями в KakaoTalk и они даже созваниваются по скайпу, где говорят полтора часа. Обоим ещё есть что сказать, но Тэхёну опять надо на какую-то встречу, и приходится вешать трубку. Напоследок Тэхён обещает, что всё будет в порядке: он приезжает уже во вторник вечером и всё снова будет замечательно. А ещё Ким зачем-то добавляет про то, что в отеле ужасно неудобные подушки, и Хосок не может сдержать смеха: почему у него такой ворчливый парень?

***

      В понедельник Хосок еле заставляет себя выйти из дома, но всё-таки делает это: он успокаивает себя тем фактом, что во вторник он уже будет не один, да и выходить Чону не надо, потому что у него выходной. Он просто думает о том, что мания прекратится вместе с приездом Тэхёна, значит, осталось недолго. Хосок сам не свой: ему об этом говорит Юнги, когда парень привычно покупает кофе в излюбленном месте, но на дальнейшие расспросы Чон отмахивается, говоря, что просто ночью допоздна смотрел ужастики; то же самое повторяет Чимин, когда сталкивается с Хосоком в студии прямо перед занятием. Хосок разбит: он то и дело ошибается в связках, а потом и вовсе отпускает группу раньше, потому что понимает, что в таком состоянии он просто не может танцевать и преподавать. Он долго извиняется перед классом, но те, видя состояние тренера, обеспокоенно советуют ему отдохнуть. Хосок благодарит их и убеждает в том, что волноваться нечего: у него вообще-то завтра выходной. Тот парень, у которого, по словам Чимина, краш на Хосока, даже предлагает подвезти до дома, и в любое другое время Чон бы с радостью согласился, потому что он просто не может идти, но последние дни выбили его из колеи окончательно, в связи с чем он с подозрением относится ко всем и всему. Хоби отказывается, мотивируя тем, что живёт не очень далёко, а потом собирается и уходит домой.       Когда он заходит домой, он не сразу замечает, что что-то не так. Усталость и забитость мешают вообще думать о чём-то кроме горячей ванны и долгого сна, так что Хосок сразу направляется в ванную и открывает кран, набирая себе воду для настоящего отдыха. Ему даже кажется, что он заболел, потому что с другой стороны зеркала на него смотрит осунувшийся и бледный парень, но умом Чон понимает, что это просто нервы, усталость и отсутствие должного сна, ведь несмотря на весь вчерашний отдых, он опять проснулся весь в поту и с мокрой от слёз подушкой. Бросив любимую бомбочку и выйдя из ванной, Хосок направляется на кухню, но, проходя через гостиную, он ненароком замечает, что шторы не опущены, как он их оставлял, а открыты. Ему становится резко неприятно, Чон нервно сглатывает, а потом понимает, что это, возможно, всё ветер. Он задёргивает шторы, после чего всё-таки заходит на кухню и открывает холодильник, откуда достаёт шоколадный батончик. Закрыв холодильник, Хосок натыкается на их общую с Тэхёном фотографию из зоопарка: Чон стоит с мороженым ярко-синего цвета в руках и показывает такой же синий язык, а у Кима в руках сладкая вата. Хоби не может не улыбнуться, ведь фотография сделана на одном из их первых свиданий, кажется, через две недели после знакомства. Он вспоминает, как испугался змей, а ещё как на Тэхёна плюнула одна из обезьян, после чего он сказал, что на них он больше смотреть не пойдёт. Хосок разрывает упаковку и откусывает немного от шоколадного батончика, поворачиваясь, чтобы убрать стоящую с утра посуду, но вместо этого видит букет жёлтых тюльпанов, стоящих на столе в вазе. Всё сразу встает на свои места: Тэхён приехал пораньше, чтобы его обрадовать. Хосок радостно подпрыгивает и бежит в спальню, но Кима там нет. Хосок смотрит под кровать: безрезультатно. Он решает, что Тэхён отъехал в офис, дабы уладить дела. Поэтому он достаёт телефон и пишет парню сообщение в KakaoTalk: «Тэ, когда тебя ждать домой?». Рука сама тянется к излюбленным смайликам-поцелуйчикам, и Хосок добавляет три из них, а потом отправляет сообщение. Пока Тэхён не отвечает, Чон идёт обратно в кухню, набирая ещё одно сообщение «Спасибо за цветочки», но не успевает его отправить, потому что приходит ответ Тэхёна. Хосок замирает в дверях, когда глаза видят «завтра вечером, сладкий», а потом переводит взгляд на цветы. Это шутка? Он жмёт на «вызов» и ждёт ответа. — Тэхён, ты шутишь? — спрашивает Хосок, когда слышит «алло» после гудков. Он не отрывает взгляда от жёлтых тюльпанов. — Ты о чём? — удивленно спрашивает Ким, и Хосок не понимает: он сейчас что ли правда прикалывается? — Ты же в Сеуле, что за шутки? — уверенно заявляет Чон, все ещё стоя в дверях и не заходя в кухню. Он точно уверен в том, что это очередная шутка Кима, а потому уже мысленно считает секунды до его заливистого смеха и поворота ключа в двери. — Я завтра возвращаюсь, малыш, — смеётся Тэхён, а потом добавляет: — А что, совсем соскучился? Потерпи денёчек. — Завтра? Тэ, я вижу, что ты заходил в квартиру, — заявляет Хосок, окончательно устав от шуток младшего. Он морально выдохся за сегодня, чтобы играть с Тэхёном в его глупые игры. На той стороне провода только молчание. Хосок добавляет: — Спасибо за цветочки, конечно, но когда ты правда будешь? — Какие цветочки? — Чон слышит искреннее удивление собеседника и ему становится не по себе. Он в неверии трёт глаза, думая, что это глюк больного воображения, но стоящие в его, Хосоковой вазе, купленной год назад, тюльпаны никуда не исчезают. — Хосок, я в Японии, о каких цветах ты говоришь? Что происходит? — Жёлтые тюльпаны, — неуверенно протягивает Чон, оттягивая ворот футболки и поёживаясь. Тэхёну бы лучше перестать над ним издеваться. — Ты хочешь сказать, что это не ты пришел и поставил их в вазу, которую достал из шкафа?       Несколько секунд оба собеседника молчат, а потом Ким произносит тихое «нет», и Чон знает, что Тэхён сейчас точно не шутит. Теперь Хосоку по-настоящему страшно. Он подходит к цветам поближе и видит небольшую записку. Трясущимися пальцами он разворачивает её и видит распечатанное «Не люблю, когда ты зашториваешь окно, Хосок». Он сглатывает, и с его губ срывается тихое «твою мать». Он совсем забывает, что Тэхён с ним всё ещё говорит, однако уже через секунду он слышит обеспокоенный голос парня: «Хоби, что происходит? В чём дело? Откуда эти цветы?». Хосока трясёт уже серьёзно, он отвечает, что понятия не имеет, а рука сама тянется к цветам, и он выкидывает их в мусорное ведро. Следом за ними летит ваза. А потом записка. Хосоку очень страшно, и Тэхён слышит это. Ким говорит, что прямо сейчас едет в аэропорт и берёт билет на ближайший самолет до Сеула, убеждает, что через несколько часов уже будет дома, просит Чона не бояться и просто дождаться его. Их прерывает звук льющейся воды: Хосок совершенно забыл о ванне. Когда он достигает ванной, вода уже льётся через край, что Чону приходится выдёргивать пробку и собирать воду вещами, валяющимися под рукой. Он ставит Тэхёна на громкую связь и просит не класть трубку. И Тэхён не кладет.