Легенды Бродяги

      Эдвард сквозь сон услышал, как его кто-то звал. Он открыл глаза.       — Сынок, вставай! Ты проспал всю работу, — это был Льюис. — Через десять минут причаливаем, Энн звала всех на перекличку.       Овербер встал. Голова чуть-чуть кружилась. Он поднялся на палубу, которая почти сверкала. Кровавой лужи не было, пушки сияли. Везде был гул, кто-то ловил рыбу, кто-то бухал, другие же просто обменивались матерщиной.       — Это все, — отрезал Джон, который был уже в порядке. Он подмигнул Эдварду с улыбкой.       Энн кивнула в ответ. Она спрыгнула с ящиков.       — Итак! Все вы должны сохранять спокойствие в городе. Не пейте, не деритесь, не трогайте девок, — воцарилась тишина. Никто не ожидал такого поворота. — ШУЧУ! ХА-ХА, ВИДЕЛИ БЫ ВЫ СВОИ ЛИЦА, МОРСКИЕ ЧЕРТИ! — смеялась девушка, — лапайте девок, бухайте, деритесь. Только завтра в десять вечера быть здесь!       Лью выдохнул и улыбнулся, перекинувшись смешком с Киром и другими пиратами. Джон до сих пор стоял в ступоре.       Пираты разбежались по разным сторонам острова. Скорее всего, многие просто пошли в кабак, но в этом городе они чувствовали себя страшно важными персонами. Некоторым сообщили, что тут живёт подруга Энн, Лилиат Аттвуд, которая, в случае чего, прикроет их. С чего они это взяли — непонятно.       Энн накинула сумку и, поручив Ваасу следить за кораблём, скрылась.       Она почти бежала. Заметив старого друга, Дарвина Олдриджа, Рэйс скрылась за углом. Она хотела поскорее увидеть Лили.       Дарвина она знает с детства, как и Лил. Семьи Аттвуд и Олдридж представляли собой две наиболее влиятельные семьи здесь, на Каймане. Мальчишка, избалованный отцом, имел много поклонниц, включая Лилиат. Вместе с дядей, другом отца Лил, Энн приезжала сюда на несколько недель каждый год. Девчонкам было очень весело проводить вместе время.       Энн знала, что подруга работает учителем в школе для девочек, но не знала, где находится эта школа. Всматриваясь в каждое окно, она путешествовала по улицам города. Энн понимала, что все дела нужно закончить в кратчайшие сроки, ведь повсюду рыскали шпионы Чёрной Бороды, да и Энн уже объявили в розыск.       Капитан Чёрная Борода пообещал тому, кто её поймает… Половину сокровища. Да-да, того самого, за которым сейчас охотилась команда Рэйс.       Она, конечно же, знала, что её искали уже два месяца. Они вообще не должны были высаживаться на какой-либо остров, но ничего не оставалось, ведь еда и снаряды на корабле заканчиваются, да и её ждала подруга.       В другой части острова спорили три пирата: Лью, Джон и Гарольд. Да-да, Гарольд уже нарывался на кулак Джона.       — Да я делаю всю работу! — орал Гарольд.       — Ты за словами следи, а то зубы будешь по всему Кайману собирать, — отрезал Джон.       — Да вы оба идиоты! Хватит спорить, все делают свою работу, — пытался успокоить их Льюис.       — Да он заебал ныть! — орал Джон.       — ДЕД, РОТ ПРИКРОЙ! — оборзевшему Гарольду в лицо прилетает кулак. Кулак Льюиса.       Одичавший парень, подумав, что это Джон, накидывается на него.       Мужчина, отбиваясь от сошедшего с ума Гарольда, вырубает того одним ударом и кидает тушу парня на стол каких-то пьяниц, разлив их выпивку. Они встают и кидаются в драку. Трактир превращается в поле боя.       Эдвард, одиноко сидевший за столиком в конце заведения, вскочил.       — ВЫ СОВСЕМ ТУПИЦЫ, НАХУЙ?! — возопил парень. Он пихнул тело Гарольда к мусоркам и, оттянув Джона, крикнул: — Хватит! Можете забрать мою выпивку!       Эдвард поставил две бутылки на стол алкашам. Кир принёс оставшиеся. В итоге, пять бутылок на столе у развеселившихся мужиков.       — Вы нахрена в драку влезли? — спросил Эдвард, который, оказывается, не пил, у Джона и Лью, — отдали мне бы этого придурка, я бы затащил его на корабль и кинул в трюм. Хотя, знаете, я так и сделаю! — кричал Эдвард и, взяв тушу Гарольда, по которой уже кто-то потоптался, потащил его к выходу. Кир пожал плечами.       Энн, тем временем обнаружив школу, вошла в неё. Наверное, это было самое чистое здание здесь. Высокие потолки и огромные люстры, которые, без сомнения, были куплены за деньги семейства Аттвуд.       Здесь было тихо. Видимо, шёл урок.       Рэйс поднялась по лестнице и услышала женский голос. Подойдя ближе, девушка стала различать, о чём он вещал. «Сначала выносят хлеб. Кушать надо аккуратно, не сморкаться и не есть с ножа. Это грубейшая ошибка, вас даже могут попросить уйти. Не выставляйте своего учителя в плохом свете!» — и тихий смех.       Блондинка без стука вошла в кабинет, из которого был слышен голос. Она увидела девушку, стоящую лицом к маленькой доске. Та рисовала на доске расположение тарелок, держа в руках кусочек мела. Тёмные, почти чёрные волосы были чуть ниже плеча, платье было чёрное, не очень пышное, украшенное белым кружевом. В классе было восемь девочек в белых школьных платьях. Они сидели ровно, словно клоны, не двигаясь и не болтая, пока учитель отвернулся. Да уж, обучение этикету — дело, требующее полной отдачи.       Все девочки, как один, повернулись на Энн и молча наблюдали, как та стоит в дверном проёме и, улыбаясь, наблюдает за Лилиат.       — Мисс Аттвуд, — несмело начала одна из девочек, обладательница больших карих глаз и веснушек.       — Да, Софи?       — Кажется, это к вам.       Девушка оглянулась и замерла. Она смотрела на Энн, словно увидела призрака. Мел из её рук выпал, и она понеслась к Рэйс. Накинувшись на неё, она звонко смеялась.       — Энн, где же ты была эти полтора года? Я уже думала, что ты меня забыла, — на глаза девушки наворачивались слёзы. Она отпустила подругу и, словно это было тайной, прошептала: — Я ведь замуж выхожу. За Дарвина, может, помнишь его? Олдридж Дарвин. А я так не хотела без тебя свадьбу устраивать…       — Помню его. Видела как раз сегодня, — задумчиво сказала Энн, — когда свадьба?       — Сегодня! — Лилиат смотрела в глаза Энн. Вблизи можно было заметить, что глаза Аттвуд были синими и глубокими.       Энн вскинула бровями. Хорошо, что они не останавливали корабль.       В класс вошёл Дарвин.       — Я услышал какие-то крики и подумал…       Он застыл, глядя на Энн.       — Ну здравствуй, корч, — блондинка посмеялась. Она часто дразнила Олдриджа, когда они были младше. Называла его «дрыщем», «корчем», «леди» и прочими обидными ругательствами. — Взял всё-таки Лили замуж? Я думала, никогда не дойдёт до тебя.       Дарвин радостно обнял её. Его глаза сияли.       — Где ты была, Энн? Мы думали, ты не приедешь на свадьбу.       — Отвечу на все вопросы потом, — Рэйс взяла подругу под руку и поспешно вывела из класса, бросая напоследок, — у меня сейчас крайне важное задание.       Девушки, болтая, прогулялись до более-менее приличного бара. Они сели за дальний столик, подальше ото всех. Энн подозвала бармена:       — Три бутылки рома для меня. И одна для леди, — заключила она, бармену, кинув горстку монет.       — Энн, я не пью, — замялась Лил.       — Почему? — удивилась Рэйс.       Лилиат выдержала паузу, после чего несмело сказав:       — Не все пираты, Энн.       Рэйс махнула рукой. Бармен принёс заказ. Второй человек нёс корзинку с булочками и чашку чая.       — Это от заведения. В честь свадьбы. Поздравляю, мисс Аттвуд. Уже завтра вы будете миссис, — весело сказал официант.       Лил только отвернулась, поморщившись. Девушки остались одни и Энн сделала три глотка.       — Что тебя беспокоит, Лилиат?       — Дело в том, что… У меня есть кое-что. М-м. Чего не должно быть, — темноволосая девушка оглядывалась по сторонам, будто боялась, что за ними следили.       — Лил, не волнуйся, никто нас не слышит. Что случилось? Скажи прямо, я совершенно не понимаю намёков.       — Послушай, Энн, а ты уже была… С мужчиной? — Аттвуд подняла глаза, смущённо. Ей было неловко говорить об этом.       — Ты забыла? У меня же муж есть, — блондинка посмотрела на Лил. — Меня ещё в шестнадцать с ним обвенчал дед, — Энн сделала глоток, — и никому не было дела, нравится мне это или нет. У тебя хоть выбор есть.       — У меня нет выбора, — выдохнула Лилиат, опустив голову, будто стыдливо.       — Лилиат! Энн! — окликнул их внезапно появившийся Дарвин, — вы можете не успеть, пожалуйста, пойдёмте.       Было такое чувство, что он всё это время был рядом. В его взгляде читалось что-то, что вызывало тревогу. Энн не могла разобрать, что это было.       Лилиат, как будто автоматически, встала, посмотрев на Энн, которая не собиралась вставать.       — Дай нам поговорить, — отрезала Рэйс. Она наблюдала за Олдриджем.       — Свадьба, — отрезал тот. Его взгляд был будто пустым.       Лилиат умоляюще посмотрела на Энн. Блондинка встала, захватив бутылки. Аттвуд поставила корзинку с выпечкой на стол каких-то стариков.       Жених шёл впереди. Лилиат, покорно, сзади. Энн это не нравилось. Она приостановила подругу, подождав, пока парень пройдёт дальше. Темноволосая начала разговор:       — Ты мне не рассказывала о своём муже, я точно это помню, — задумчиво сказала она.       — Ну, после того, как мне исполнилось шестнадцать, дед сразу же подсуетил мне мужа. С другого клана, чтобы… Якобы «связать» две семьи между собой. Ты же знаешь Марона, он все еще сидит в своих сказках о богах. До сих пор зовет меня Аллистерой, — прокривляла девушка, — ему плевать, какое имя дала мне мать. Словом, я возражать не стала. Точнее, возражала, — прикрикнула Энн, — но не долго. Он меня пытался нормально вырастить, всё же… Я чувствую, что обязана ему, хоть он тот еще сварливый старик, — после протяжного выдоха Рэйс продолжила, — к счастью, мое присутствие не обязательно при помолвке. Да и жить я с ним, как я считаю, не обязана. Я сразу же умчалась в океан, дабы сбежать от этого кошмара… Его звали Конан. И я не скажу, что он безмозглый урод. Вполне симпатичный и умный мужчина, однако, — блондинка перевела взгляд на подругу, которая внимала каждому слову, — не мое это, понимаешь? Не мое. Вся эта семейная жизнь, дети, романтика, драма… Я, пожалуй, буду спать на куче канатов между бочками на палубе СВОЕГО судна, чем в кровати с мужиком в его доме, для которого ты — вещь, и не более. Мне и так хватает забот на «Бродяге». Тот нос разбил, надо залатать. Там за последнюю бутылку подрались — надо усмирить. Кто-то еще затосковал, надо поговорить или вообще причалить к какому-нибудь городу… У одних — жена, у других — прочие заботы. Попробуй с каждым разберись. Словом, — она выдохнула, посмотрев Лилиат в глаза, — жизнь и без мужей тяжела, — заключила та и посмеялась.       — Не отставайте, — вмешался Дарвин.       — А ты можешь не лезть в разговор? Вдруг это секреты, о которых тебе не надо знать? По-моему, здесь работорговлей не занимаются, — разозлилась Рэйс, — так что дай нам спокойно пообщаться.       — Какие секреты? — усмехнуся Дарвин, — Лил, быстрее.       Темноволосая ускорила шаг. Энн уже хотела начать спор, но Лилиат снова взглянула на неё умоляющим взглядом. Рэйс нахмурилась.       Они вошли в большой дом. Отец Лилиат встретил Энн тёплыми объятиями.       — А где же главная хозяйка семейства? — улыбнулась Рэйс в поисках матери Лили.       — Она раздаёт указания поварам. Но если я скажу, что ты здесь, она быстро появится, — Уилл Аттвуд улыбнулся.       Темноволосая девушка взяла Рэйс за руку и повела на второй этаж. Служанки кружились вокруг девушек.       — Мисс Аттвуд, я приготовила платье, — провозгласила первая.       — Мисс Аттвуд, ваш букет уже собран, — отрезала вторая.       — Хорошо, дайте мне передохнуть, — устало сказала Лилиат.       Они остались одни. Лилиат раздвинула полки комода, на которых красовалась косметика.       — Поможешь?       — Конечно, сестра, — Энн села рядом.