Фетишисты.

Это непривычно — смотреть, как человек о чем-то говорит с камерой, а ты сидишь за кадром и наблюдаешь за этим, в то время, как люди по ту сторону экрана видят только человека, говорящего с камерой. Юлик всегда был либо первым вариантом, либо третьим. Говорить — смотреть. Особенно странно смотреть на Диму Ларина, который что-то говорит и смотрит в объектив, при этом активно жестикулируя. Еще страннее видеть его в домашних шортах и белой рубашке. На этом странности не заканчиваются. Вчерашний поцелуй. Нет, стоп, хватит. Просто друзья, ни Юлик, ни Дима, о большем и не думают. Поэтому следует перестать копаться в себе и начать следить за сценарием, что Юлик держит в руках. — ...Билайн делает лицом компании копрофила, пранкер становится миллионером из-за бухой провинциальной давалки, КВНщики подсаживают детей на пивную иглу, половозрелые мужики жрут на камеру черную плесень, деятель за бабки выгораживает банкира, который его же коллег считает зверьми. Список оксюморонов русскоязычного Ютуба можно продолжать бесконечно. Я к чему? Ни разу не удивлен появлению шоу Панина. Чем хуже – тем лучше. «Ларин против — шоу Алексея Панина». Юлик уже предвкушает яркую превьюшку, миллион просмотров и первое место в трендах Ютуба. Постепенно, минута за минутой, Юлик начинал успокаиваться. Пока не начал листать паблик о новостях видеоблогинга. «Сэлфи» это, «Жизнь Ютуб», или же «ВПШ» — он не помнил. Лишь кричащие строки: «Руслан СМН снова поссорился (?) с Анастасией Шпагиной, сказав, что она испортила ему жизнь. Блогер-миллионник отправил свою девушку бьюти-блогершу в Одессу со всеми ее вещами. Руслан заявил в Твиттере, что милое личико Шпагиной – обертка, за которой скрывается высокомерная с*ка, думающая лишь о себе. А также фотография, на которой изображена тыльная сторона ладони Тушенцова с буквой «Ю». Значит ли это, что Юлий Онешко является соулмейтом Руслана? Обо всем этом подробнее на нашем сайте». И ссылка со скриншотами. — Ди-и-им. — Что? — поняв, что кадр все равно испорчен, Дима нахмурил брови так, что его глаза было еле-еле видно. — Ну? Вместо ответа Юлик встал с пола и сунул в руки Ларина свой телефон. Тот быстро пробежался по строчкам на экране. С каждым прочитанным словом его брови поднимались выше и выше, пока он не перевел взгляд на стоящего рядом Юлика. — Думаешь, правда? Юлик молча кивнул, потерев пальцами подбородок, который уже покрылся щетиной. Если это правда, тогда стоит поговорить с Русланом. Наверное. Только Онешко хотел набрать номер Руслана, как на экране его телефона высветился входящий вызов от «Лиза». Пожав плечами, Юлик приложил телефон к уху. — Юлик, помнишь, у Руслана эпилепсия? Не поняв, к чему Лиза ведет, парень отстранил от себя телефон и включил громкую связь. — Ну. — А чем эпилепсия сопровождается? Ее голос был напуганным. Казалось, она вот-вот сорвется на крик, это-то обоих парней и настораживало. — Непереносимость лактозы, — вместо Юлика заговорил Дима, чем заставил Лизу напрячься. — Это может быть смертельно. — Тогда Руслан может умереть, — теперь Юлик понял, что имела в виду Неред. — Юлик, езжай домой. Скорее. Ударом поддых и воздухом из легких. Наспех одевается, пока Ларин обеспокоенно бегает по квартире в поисках вещей, которые Юлик мог забыть. Но нет, ничего. Отправляет друга домой со словами «Отзвонись, как сможешь» и закрывает дверь. Надо доснять видео, ни к чему беспокоиться. Да. Ни к чему. Все мы равны. Правда одних обожествляют за идею, другие наделены меньшим вниманием, но порой его достаточно, чтобы быть счастливым. Сегодня Юлик сошел с небес, выбрал между такси и маршруткой — последнее. Хотя, в принципе, был у него третий выбор — ноги. Но он и без того за день устал, а потому — да здравствует толкучка, хамство и вероятное шушуканье школоты за спиной. Соприкоснись с прекрасным, эстетика быдла и все в том же духе. За окном мчатся по дуновению ветра мелкие снежинки, и серое небо наталкивает на меланхолию. Он переживал депрессию дважды, и каждый раз, когда школьницы в метро, на улице или в автобусе, как сейчас, поднимают этот вопрос, хочется закричать, а может засмеяться. Сделать хоть что-то. Ведь ни одна из них не знает, что психологическое заболевание — это не романтично, не мило. А главное, что ни одна из них не переживает этот кошмар. Четыре колеса и металлический корпус с не самым мощным движком мчат его в сторону дома. Своего дома, где без сознания лежит Руслан, а после – в больницу. Одна из тех бесчетных бетонных коробок, где должен быть комфорт, а не желание броситься прочь. Девушка напротив хлопает нарощенными ресницами, но что-то не взлетает, как пели Братья Гримм. А все потому, что реальность и физика не позволяет. Улыбается ему и скромно опускает взгляд. А в голове вчерашнее утро. Секс, признание в измене, удар в чужое лицо и холодная квартира Ларина. Минута, вторая, третья. Ну вот и все. Привет. Спасет ли тебя музыка на этот раз, дружище?