О том, как я гостей принимала. (Ближе, чем кажется...)

Утро началось... нет, не с поцелуя, не с кофе и не с завтрака в постель... оно началось в шесть утра. И этим все сказано. А все потому что недальновидная я здесь типа за хозяйку, а поесть фигуристы любят. Тихо, что бы не будить мирно сопевшего рядом Юрчика, свалилась с кровати и, шепотом выматеревшись, поползла в строну шкафа. Там, раздобыв себе джинсы и кофту, ибо уже сейчас понятно, что погода сегодня будет мстить за вчерашнее тепло, на цыпочках вышла в коридор, а от туда уже в ванную. Позволю себе напомнить, что косметику я смыть с вечера забыла. Девушки, думаю, поймут какой пиздец-панда макияж на мне был. Наспех ополоснувшись, с унылым видом спустилась на первый этаж и выпустила своего откормыша на улицу, предварительно затискав его до умоляющего скулежа. - Иди уже, нетерпимый... - захлопнув входную дверь, отправилась на кухню, - Так-с, со вчера у нас остались салаты и колбаска. Отлично! Нажарив огроменную стопку блинчиков, поставила чайник. В дверь поскреблись. - Сам открывай! - буркнула я, не прекращая жевать на удивление вкусный блинчик со сметанкой и вареньем. Не прошло и пять минут, как на кухню, довольно цокая по паркету когтями, влетел Котик, а за ним с просто охеревшим взглядом приплелся Юри. Видимо, он застал феерическое открывание двери собакой. - Будешь? - я протянула ему тоненький блинок и подвинула ближе блюдца со сметаной и вареньем. - С добрым утром. Да, спасибо, - при виде еды, его взгляд приобрел чуть большую осмысленность. - Утречка, Юр. - я приветливо улыбнулась в ответ. Под ногами с мольбой расстелился ковриком Котик и голодным взглядом провожал каждый кусочек. Так и подавится недолго. - Ладно, - сжалилась я, - Вымогатель, - и положила блин ему на лоб. Мой взгляд невольно зацепился за картину "Японец и сметана". - У вас сметаны что ли в стране нет? - удивилась я, садясь за стол к Юре. - Не пробовал. А она не испортилась? - он пребывал в явных сомнениях на счет съедобности данного продукта. - Нет, - меня пробирал смех. Оторвав кусочек блинчика, я жирненько обмакнула его сначала в варенье, а потом и в подозрительную, по мнению японца, субстанцию. Передвижение продукта отследили сразу два взгляда. Собака явно оценил мое кулинарное творение и хотел еще. Вдохновившись чужим опытом, фигурист несмело зачерпнул сметанки и отправил себе в рот. - Фкуфно, - он с довольным видом показал мне большой палец. Наконец вспомнив, что еще есть салат и нарезка, я метнулась к холодильнику и выставила все оттуда на стол, предупредив предварительно парня, что черно-белую наглеж кормить нельзя - у него суп еще стоит. Спустя десяток минут заявился Виктор. Проводив его подозрительным взглядом, грустно вздохнула, ибо теперь мне и пытаться его соблазнить бесполезно. - Дашка, чудесные блины! - похвалил меня Никифоров. - Год уже таких не ел! - и стопка начала стремительно уменьшаться, как и сметана, и варенье, и салаты, и в особенности колбаска. - Может, вам чай, кофе заварить? - поинтересовалась я, синхронно с Котиком наблюдая за исчезновением еды в бездонном Викторе.  - Чай, - одновременно сказали парни и рассмеялись. Да, тут явно ничего уже не сделаешь. Пора бы Юрчику просыпаться, пока еда еще осталась. Помяни черта! Растрепанный Плисецкий, отчаянно позевая, заваливается на кухню. - Как спалось? - спрашиваю. - Ты меня четыре раза спихнула с кровати! - возмущенно констатировал он и присоединился к остальным. Салат приказал долго жить и канул в огромных желудках парней. Со спортсменами жить - бочками варить! Стопка блинов стала уменьшатся втрое быстрее. А к тому моменту, как заварился чай, все емкости были пусты и тщательно отполированы. И куда в них столько влазит? Словно в ответ на мой немой вопрос, парни синхронно икнули и поблагодарив меня, попросили уже наконец чай. - Есть еще печеньки... - неуверенно предложила я. - Тащи! - Плисецкий пришел последним и ему, видимо, досталось меньше остальных. Через несколько минут все счастливо откинулись на спинки стульев и мечтали скорее бы это все переварить. - Сегодня я планировала вытопить баню, вы не против? - спросила, подходя к Плисецкому, следуя его жесту. Он усадил меня на колени и крепко прижал к себе. - Конечно нет! - с радостью согласился Никифоров. Его темноволосый друг еще не знал на что подписывается... Баня вытопилась "по-черному". Ад - морозилка, по сравнению с этим местом. Юрчик с довольным видом поцеловал меня в щеку и явно имел что-то против японца. Охлаждаться мы обычно бегаем в речку, что недалеко отсюда. Переодевшись в купальники, мы засели в парилку. Баня у нас была настоящая - русская! С печью, полком и прочим. Не какая-то там сауна! Короче, сели на полок, потеем. Юрчик с безмятежным видом встал и поддал еще духа. Стало совсем жарко. Все красные, мокрые, но, суки, упертые, поэтому сидим. Пообвыкнув, встала и поддала еще. На лицах снежных принцесс начинала читаться ненавить и мольба! Прошло еще пять минут. Юри не стерпел и ушел в предбанник, а мы сиди-и-им. Никто не хочет уступать. Заметила, что им плохо скоро станет, и поддала еще! Парни ушли одновременно. Даа, я это дело практикую не первый год! А потому, выйдя из парилки, потащила парней в речку. Со стороны это выглядело примерно так: трое парней в плавках бегут от собаки за полуголой дымящейся девицей, после чего та с разбегу сигает в реку! Двое из парней за ней, третий, немного подумав, присоединяется. Собака не решается. Соседи это видят чуть ли не каждые две недели. Не то чтобы я постоянно по трое парней к себе водила, нет. Но бег от собаки всегда присутствует.