В погоне за счастьем

      Пробуждение розоволосой было на удивление приятным. Несмотря на ранние часы, о чем свидетельствовали только что появляющиеся в проеме между стен солнечные красные лучики рассвета, предвещая прекрасную погоду после страшной бури. Приняв сидячее положение девушка отметила про себя, что организм полон сил и напрочь отсутствуют болевые ощущения, несмотря на то, что кроватью ей служила лишь голая земля с плащом. Учитывая, что на своей накидке она лежала, то недолго в сознании прорисовался образ человека, одолжившего ей такую же вещь в качестве согревающего «пледа». Разум начал заполняться вчерашними воспоминаниями, что рандомно небольшими порциями проявлялись мутными картинками перед глазами.       Чувство сомнения, что клокотало в глубине души не давало понять причину раздвоенности мыслей. Словно по крупицам воспоминаний, как маленькие частички пазла, розоволосой девушке все уже удалось собрать воедино сюжет минувшей ночи. Скользкий холодок прошелся вдоль всего позвоночника, с головой окуная в омут отрешенности. Неприятно. Противно. Не понятно. На теле нет абсолютно ни одного следа минувшего соития. Даже использование медицинской техники лишь подтвердило эту догадку. Зеленое свечение, исходящее из дрожащих ладоней девушки, что блуждали по всему телу, уделяя особое внимание тем участкам, что вчера больше всего должны были пострадать, Сакура констатировала факт отсутствия какого-либо физического контакта с ней. Еще одним дополнительным подтверждением этой мысли являлась ее одежда, что в абсолютной целости и невредимости дарила заветное тепло своей хозяйке, не смотря на то, что у последней в голове и в ушах стоял звук рвущейся на куски ткани, словно это была не прочная материя, а тонкий лист бумаги, что в крепких мужских руках не имела никакого противостояния.       Глаза лихорадочно округлялись по мере того, как до разума начал доходить весь смысл предшествующего действия. Иллюзия. Одно слово, что крутилось в голове, порой слетая с искусанных губ девушки. Это единственное, что пострадало в ее теле, но не благодаря стараниям Учихи, а лишь потому, что девушка уже пять минут переосмысливая сегменты своей жизни совершенно не замечала о тех болезненных последствиях, что сама же себе и доставляла. Искусанные губы, что лишний раз доказывали волнение, крепко сжатые кулачки, где острые ноготочки до боли впивались в мягкую кожу рук, держа сознание на тонкой грани между реальностью и небытием.       Горечь от того, что она вовремя не смогла распознать обман лишь сильнее добивалась мыслями о причинах такого поступка со стороны Саске. Зачем было показывать ей такое ужасное событие, словно он хотел от нее избавиться. Но если так, то зачем было показывать такие ужасы, можно было просто дать похитить ее каким-нибудь разбойникам и назойливая проблема в лице Харуно испарится навсегда. Но нет! Он рьяно старается защитить от других. И в последнее время появлялось чувство, что и от себя он оградить тоже хочет. Зачем? Что он хочет этим добиться? Снова вопросы и никаких ответов. А что если проблема не в том, что Учиха не хочет к себе никого подпускать, а суть в том, что он не хочет подпускать к себе определенных людей. И Сакура каким-то образом смогла оказаться в его черном списке. Что если он уже нашел себе другую, и он не видит своё будущее с Сакурой, но давнее чувство заботы, то же что и у Наруто, не дает ему право просто растоптать и унизить человека прямым отказом. Это точно разбило бы душу девушки на миллиарды маленьких осколков. Типично женская логика, сама придумала, сама поверила, сама обиделась. Но скорее не обида, а больше злоба, снова злость, прожигающая и всепоглощающая, благодаря которой оставалось полностью незамеченным присутствие брюнета, минут пять как подпиравшего одну из стен своей спиной.       С утра пораньше Учиха решил восполнить запасы сухих веток, использованные вчера и добродушно предоставленные другими путниками, переживающими, возможно, такую же стихию в этом относительно уютном месте. Принеся довольно большую копну сухих, учитывая вчерашний водяной потоп, веток, Саске обратил взор на девушку, что словно перегружающийся робот сидела неподвижно, полностью игнорируя все происходящее в округе.       Саске понимал весь водоворот ее мыслей. Она далеко не глупая девушка, поэтому ей хватит пары секунд, чтобы уличить ложь и мнимость вчерашнего происшествия. Оставалось надеяться, что она примет правильное решение в своих мыслях, поверит его иллюзии и решит держаться от него на безопасном расстоянии. Это не значит, что Учихе было ее нисколько не жаль, наоборот, он тоже прекрасно помнил, как причинял ей боль, и речь идет не только о минувшем событии. Он и сам понимал, какой сволочью, относительно нее был и есть. Но Сакура словно смотря через призму розовых очков упорно не замечала в нем никаких изъянов, раз за разом прощая любую его погрешность в прохождении жизненного цикла.       - Знаешь, - Сакура, обратив внимание Учихи на себя слегка хрипловатым от долгого сна, голосом, все также, не отрываясь смотря на края черной накидки, что не только служило ей покрывалом ночью, но и сейчас выполняло роль громоотвода, которое розоволосая куноичи с силой сжимала и отпускала, постоянно рисуя только себе понятные узоры, - Ответ на твой вчерашний вопрос.       Харуно подняла взгляд, полный решимости, вверх с вызовом пристально смотря в упор на ничего не понимающего брюнета. Огонек озорства, смешанный с толикой стальной вольности говорил о втором раунде их негласной войны, которая, не смотря на хитрые происки противоборствующей стороны были не приняты в качестве поражения.       Интригующий момент перед ее ответом словно заставлял сердце биться быстрей, намекая, что девушка до последнего взвешивает все за и против своего решения, боясь испортить тонкую идиллию, что она годами выстраивала в своем сознании. Словно она до последнего момента решала, что ей ответить. Заинтересованность брюнета в ее диалоге лишь добавляла дрожи в коленях, от чего бледное лицо преобразовывалось, благодаря легкому румянцу на щеках.       - ДА! – громкий точный голос эхом отразился от каменистых холодных стен, просачиваясь наружу, оповещая всех рядом находящихся о своем важном принятом решении, - Я готова терпеть и твое долгое отсутствие, и те мучения, что мне раз за разом нужно переносить, если это сделает тебя счастливым!       Слез уже не было, казалось, сухость глаз наносила нестерпимый дискомфорт, сопровождаемый ужасным жжением, отчего смотреть на стоящего с понурой головой брюнета становилось все тяжелее. В голове, словно от отбойного молотка, раздавались удары от взволнованного сердца, что вот-вот должно выпрыгнуть из груди и покинуть аварийно работающий организм. Все что работало в теле девушки четко и решительно, так это голова. Почему-то именно сейчас ее постигла идея о правильности принятия такого решения. Словно детские мечты в одно мгновение превратились не просто в мечты, а вполне осмысленные взрослые цели, подпитывающие под собой некую вразумительную основу, заставляющую держаться ранее установленных принципов.       - Неужели ты думаешь, что после твоей иллюзии я откажусь от тебя. – Губы девушки тронула легкая усмешка, которая обычно свойственна именно Учихе, что стоял сейчас с понурой головой, полностью скрывая свое лицо, дабы не дать возможности розоволосой прочитать его эмоции, что не смотря на все холодность и безразличие маленькими паутинками сомнений разрослись по ледяной маске самоконтроля.       - Я была верна тебе, когда ты покинул деревню. Я осталась верна после того как ты, убив Орочимару, погнался мстить Итачи. Да даже после того, как ты чуть не убил меня там на мосту! Я все равно верила тебе и буду верить, не смотря ни на что. Как я и говорила, я готова все стерпеть и быть с тобой рядом, чтобы сделать тебя счастливым! В ответ я спрошу у тебя только одно. Меня ли ты видишь рядом с собой в своей жизни?       Тишина, что повисла вакуумом в их маленьком убежище давила на органы слуха словно они находились глубоко на дне океана. Ветер, бушующий до этого за пределами каменных стен, стих в одно мгновения, словно в унисон с замиранием сердца девушки ожидал окончательного ответа от наследника клана. Сам Учиха наконец-то перестал подпирать спиной холодную каменную толщу, постепенно приближаясь неспешливыми шагами к сжавшейся от нахлынувших проблем девушке.       Не такой реакции он ожидал. Не это он хотел видеть утром. Он был готов выслушивать ее дикие крики о том, какой он моральный урод, сволочь и в конце концов то, что она его теперь ненавидит. А вместо этого, Сакура говорит, что готова все это терпеть, если ему это действительно нравится. То есть теперь он в ее глазах предстал как обычный маньяк извращенец со странными наклонностями. Все что грело душу, так это осознание в верности. В том что Наруто его лучший друг, что он не предаст, младший из Учих убедился еще на войне и теперь с каждым годом, когда дружба укреплялась временем на и без того прочной основе Саске чувствовал себя не так одиноко. Что касательно Харуно, он понимал, что она ему намного ближе, чем любая другая девушка, намного выше, чем те подстилки, снимаемые на одну ночь. Нельзя сказать, что его голову не раз не посещала мысль, где в красочном цвете представлялись моменты его собственной семьи и дома, где его, помимо оравы детишек, ждала бы любящая жена. И сколько бы раз в мыслях не возникали такие моменты, эпицентром видений была именно эта розоволосая макушка, что сейчас своим изумрудным взглядом прожигала насквозь, словно для нее сейчас решается вопрос не с кем жить, а жить ли вообще.       Вчерашнее решение подвергнуть Сакуру иллюзии было слишком спонтанным, просто поругались, просто дал волю эмоциям. И всего лишь за долю секунды смог пленить в свое видение девушку, что за всем порывом гнева так и не заметила черного узора в алеющем глазу, который подобно молнии на черном небе проявился лишь на крохотную крупицу времени, принося после себя невообразимые последствия. Ему было очень жаль ее. Он понимал, что все это тяжело перенести, ведь в своей иллюзии, где он царь и бог, сделал все, что только мог придумать ужасного, дабы совсем не растоптать и не унизить ее самомнение. Всего лишь простая попытка оградить ее от себя. Ведь стоит только Харуно принять титул Учихи, как она станет и без чакры Кагуи слишком лакомым кусочком, дополнительным рычагом в управлении Учихой. Любой, кто осмелится и сможет ее похить и потребовать выполнения каких-либо целей от наследника клана для сохранения жизни девушки и он пойдет на это. Пойдет даже в ущерб своей жизни. А то, что на нее начнут охотиться сомнений и быть не могло. Глаза Учихи тоже слишком соблазнительный трофей даже не смотря на наступившее перемирие.       Саске присел перед Сакурой, осторожно словно невесомо, он прикоснулся рукой к ее щеке, большим пальцем проводя еле заметную линию по ее искусанным припухшим губам. Взгляд испуганных изумрудных глаз неотрывно наблюдал за каждым изменением на лице брюнета. Все тело будто окаменело как только Сакура почувствовала его холодную руку так близко рядом с собой. Щека, что уж вовсю алела, казалась огненной, а оттого контраст между ледяным касанием Учихи и ее горячей натурой казалось борьбой стихий. Мысли Саске уже давно рисовали в сознании картину страстного поцелуя. Где он со всей жадностью впивается в эти слегка приоткрытые вишеневые губы, сминая их при этом, покусывая, терзая до тех пор, когда она мычанием не начнет просить дать ей доступ к спасительному кислороду. Сакура это делала настолько не принужденно и естественно, что ещё больше порывало желание ее поцеловать. Ее томное учащенное дыхание, от резко нахлынувшего на нее жара из-за сердца, что бешенным ритмом отдавало дрожью в груди, дурманило сознание.       Учиха допустил ошибку, подойдя к ней на столь незащищенное расстояние. Слишком поздно это стало понятно. Но в отголосках сознания еще были силы держаться. Он понимал, что как только коснется ее губ своими, то сам собственноручно положит начало ее новым, разрушающим ее же, надеждам. Сам лично убьет в ней возможность на более счастливую, но уже без него, жизнь. Ее глаза, что искрились толикой надежды, сейчас ожидали ответа, что решит ее судьбу. Ответа, что ей, пока что, давать никто не собирался.       - Глупая, - бархат его голоса словно эхом пронесся в ее сознании. Она максимально сосредоточилась и напрягла все органы чувств дабы не упустить ни малейшего шанса понять Учиху, и все же его ответ добавил лишь больше неразберихи в ее омут хаоса. Брюнет так же не спеша направился к выходу из временного убежища, давая понять, что разговор окончен и все, что их ожидает, это суточное путешествие до дома, после чего, скорее всего, она его уже более не увидит.       - Пойдем, у нас мало времени, до Конохи еще сутки пути, мы можем подвергнуться нападению, а твоя защита теперь полностью стала моей заботой.       - А как же Наруто и Хината? – теперь стало понятно, что разговор по душам нашел свое завершение, так и не разрешив не одной назревшей проблемы. То, как моментально Учиха перевел тему разговора в другое русло лишний раз подтверждало эту теорию. Все что она могла услышать от него, так это строгие указания, касательно проведения их миссии.       - Они получили срочное задание от Хокаге, теперь у них свое задание, а у меня свое… Идем! –тоном не терпящим сомнений брюнет покинул холодные каменные стены, делая последний рывок на пути к дому.