В погоне за счастьем

      Проснулась девушка ближе к полудню. Теперь в ее положении ориентироваться во времени было куда проще чем в темном подвале. Солнышко, что в самом зените яркими лучами освещало комнату дарило и без того бежевым обоям еще больше света и уюта. Вся комната словно излучала тепло, будто кто-то включил отопительный сезон. Потянувшись на кровати, попутно разминая затекшие конечности, Сакура отметила про себя довольно бодрое состояние и полноту сил. Все же нынешнее место заточения можно было сравнить с местечком в раю. До вливающегося в работу разума постепенно начало доходить осознание того, что Харуно снова заснула в одежде. Да и тело явно требовало как минимум принятия ванны. Не спеша поднявшись, девушка побрела в уборную, что была так любезно выделена в ее пользование. Не плохо было бы и переодеться, но это не пятизвездочный отель, в котором она пребывала раннее, вряд ли их «заботливые» похитители позаботятся о такой мелочи, как сменная одежда. Сейчас нужно быть благодарной хотя бы за те удобства, которыми она могла распоряжаться.       Зайдя в уборную, Сакура с удивлением пристально рассматривала аккуратно сложенное полотенце на краю ванны. Прекрасно помня из вчерашней небольшой экскурсии полное отсутствие каких-либо признаков подобных предметов, она смирилась с мыслью, что в одиночестве поспать ей не дали. Что ж, теперь, как и раньше, ничего не меняется. Пока она спит, какой-то маньяк-убийца шарит по комнате, притаскивая ей вещи. Куда в этот момент делась вся сноровка шиноби, что крепким сном спала на пару с девушкой? Иногда ей казалось, что случись что-то серьезное, потоп или пожар. Почему бы и нет? Она и этого бы не заметила. Проспала.       Следом за полотенцем взгляд упал на другой угол ванны, на котором расположился свиток с предполагаемой одеждой. Такое напускное дружелюбие и забота настораживали все сильнее. Словно ее старались таким образом загнать в клетку должников, чтобы она чувствовала себя обязанной похитителям за столь радушный прием. Но вот только это никак не работало. Харуно, находясь в состояния постоянно проявляющейся неконтролируемой ярости, лишь сильнее и красочнее представляла смерть похитителей от ее рук.       Сложно было в последнее время оценивать свое физическое состояние логически. С появлением Саске весь ее привычный мир рухнул, приобретая более красочные и неординарные оттенки жизни. Но в тот же момент, постепенно осаживаясь пониманием своей беспомощности, Сакура, словно вернулась во времена академии. Все постоянно ее защищают, в то время как она ожидает покорно своей участи, надеясь на более благоприятный исход. Слабачка, что только и может прятаться за чужими спинами.       Резко схватив сверток с одеждой, Сакура со всей силы отшвырнула его в стену, словно он был тем сгустком негатива, причиняющим ей столько страданий. Боль, злоба, обида и отчаяние, все словно объединилось в одно мгновение, вымещаясь на спасительном свертке с чистой одеждой, любезно предоставленной розоволосой в пользование. Слез уже не было, осталась лишь обида. Обида на себя саму. Она так и не смогла ничего исправить, и теперь этот, только заживший спокойно, мир, снова погрузится во тьму, наполненную страданиями, причиной которых: ее неразумность.       Решив, что нужно успокоиться пока в стену не полетел еще какой-нибудь атрибут интерьера, Сакура все же смогла принять душ. Преступив через небольшой бортик, она настроила как можно более бодрящую водичку, что сверху крошечными брызгами покрывала все тело девушки. Одной рукой облокотившись о кафельную стену, Сакура, погруженная в себя, стояла под потоками прохладной воды. Капельки стекали маленькими ручейками по всему телу розоволосой. Стекая с волос, попадая на опущенное вниз лицо, проходя маленькими тропинками по оголенным плечам девушки, по опущенной вниз вдоль ее тела руке, путешествуя словно по притяжению к земле по всем изгибам ее тела, после чело волчком закручиваясь терялись где-то в небольшом отверстии на керамической поверхности поддона.       Словно отойдя ото сна Сакура в один из моментов оживилась от непонятных, только ей известных мыслей в своей голове. Будто кто-то невидимый разбудил ее, и она судорожно пыталась понять, что делает в душе, да еще под струями холодной воды. Рука, что до этого безвольно, будто не ее, висела вдоль тела потянулась к прибитой на стене полке. Взяв оттуда первый попавшийся флакончик Сакура перестала подпирать кафельную стену, налив в другую, уже обводившуюся от предназначения опоры, руку, наливая в нее полупрозрачную жидкость. Сразу же по всей комнате раздался приятный запах миндаля и корицы. Слишком сладкий и приторный, но в то же время манящий приятный и успокаивающий аромат. Сакуре сейчас было абсолютно все равно, что за жидкость она втирала себе в волосы, стараясь размылить появившуюся пену. Может это был яд, и все равно. Пусть даже яд. Плевать, если он так вкусно пахнет.       После того как с водными процедурами было закончено Сакура подумала о том, что неплохо бы заняться восстановлением свой ежедневной одежды, что снова явно требовала как минимум стирки. Кроме того чистый и приободренный разум не покидало любопытство по поводу ее новой одежды, любезно предоставленной в ее пользование. Похитители так сильно заморачивались по поводу ее содержания, но медика из Конохи это ничуть не коробило. В конце концов, как она считала, если бы ее не похищали, то и не пришлось бы претерпевать все эти мучения и дополнительные заботы.       Насухо вытерев свое тело от стекающих уже теплых от температуры ее организма капель воды, Сакура просушила волосы все тем же махровым полотенцем настолько, насколько это было возможным, все это время не сводя взгляда с одиноко лежащего на полу маленького свертка. Она понимала, что одежда здесь явно не причем, но в момент неконтролируемой ярости это был самый лучший вариант, чтобы выпустить пар.       Потянувшись одной рукой, Харуно с долей страха и паники принялась к распаковыванию вещей, в надежде на благоразумность и хотя бы крошечную адекватность ее врагов. Все сомнения оказались необоснованными как только в руки медика попала часть нижнего белья, приятного кремового цвета с небольшими кружевными вставками, так идеально подходящим по размеру всего ее тела. Создавалось ощущение, что она действительно находилась в плену психа, что маниакально точно изучил ее тело настолько, что позволяет ему без проблем подбирать на глаз подходящую одежду. Одним из вариантов может быть и то, что во время ее крепкого сна были сняты все мерки, что остались полностью незамеченными нам протяжении всего процесса. От этого становилось лишь противнее. Одна мысль о том, что к ней мог кто-то прикасаться вызывало дрожащее отвращение, словно ей в руки кто-то вложил жирную жабу с бородавками. От этой мысли Сакура поморщилась еще сильнее, помотав головой из стороны в сторону, стараясь избавиться от нахлынувшего воображения, приступив к дальнейшему изучению своего нового гардероба.       Следующее, что попало в руки девушки: черные короткие шорты из приятного мягкого материала. Внешне они были похожи на те вещицы, что носят спортивные девушки, следящие постоянно за фигурой и подкрадывающимися незаметно калориями. После того, как шорты нашли свое место на теле Сакуры, в ход пошла и просторная бежевая приталенная футболка с V-образным вырезом. Сейчас Харуно выглядела как в своей домашней одежде, теперь она как будто недостающая частичка уюта нового места обитания, что с ее появлением стало полностью завершенной идиллией. В конце концов, все могло быть гораздо хуже. К примеру, настолько плохо, как у Саске. Только сейчас до розоволосой дошло понимание, что с прошлой ночи в ее голове не было ни одной мысли о чернооком брюнете, что по меньшей мере в ее организме приравнивалось к болезненному состоянию. Ведь именно мысли о нем были последними приободряющими мотивами ее жизни, которые она преодолевала не смотря ни на что.       Что случилось с Учихой она не знала, ровно как и то, что спросить о нем тоже было не у кого. Лишь судьба, что на мгновение решила смилостивиться над и без того измученным сознанием девушки. В какой-то момент до слуха донесся звук щелчков, от проворачиваемого в замочной скважине ключа, что характерным скрипом подтвердила открывающаяся в комнату дверь, пропуская в свои просторы пепельноволосого медика.       - Доброе утро, Сакура, я смотрю, одежда подошла тебе по размеру. Сакура смотрела на вошедшего гостя взглядом полным гнева и презрения, словно бык на красную тряпицу, готовая наброситься в любой удобный момент. Желание видеть его не было абсолютно, что уж стоит говорить о желании общаться, которое даже не рассматривалось возможным в мыслительных процессах.       - Я понимаю, - все так же в привычной манере поправляя очки, проговорил Кабуто, - что у тебя нет желания со мной общаться, но в свое оправдание скажу, если ты постараешься хоть немножко мне доверять, то я тоже стану сговорчивее и, как знать, может случайно проговорюсь о том, как там поживает Саске-кун.       Последние слова вызвали в девушке неподдельный интерес наполненный надеждой, что блондин прочитал по ее светящимся изумрудным глазам, говорящим сейчас куда намного яснее, чем если бы она использовала слова.       - Я продолжу, - Якуши присел рядом с Сакурой на край ее кровати, не забыв при этом поставить на, материализовавшийся за ночь возле кровати, небольшой чайный столик поднос с очень вкусным на вид завтраком, что только одним запахом заставлял желудок издавать молящие звуки. – Как тебе спалось?       - Ты сказал, что расскажешь о Саске? – пытливый взор девушки сейчас выдерживал напор змеевидных янтарных глаз. Словно между ними завязалась игра в гляделки, которую никто не в праве проиграть под угрозой потери чего-то важного.       - Я сказал, что тебе нужно быть чуточку общительней и доверчивее, чтобы поддерживать беседу.       - Нормально мне спалось, учитывая мое положение! – голос был пропитан нотками неподдельной злобы и сарказмом. Тем единственным оружием, что в полной мере было в ее распоряжении, не смотря на беззащитность положения.       - Что ж, это хорошо, а теперь, если ты не возражаешь, мне необходимо провести осмотр.       - Нет! – Резко прервав Кабуто на полуслове, Сакура моментально подскочила с кровати, выставляя перед собой руки в знак дополнительно протеста, выраженного только что начинающему свое приближение блондину.       - Сакура пойми, этого не избежать. Я не желаю тебе зла, поверь, и со своей стороны могу заверить, что больно тоже не будет. Пойми, если ты не будешь слушать мои советы, к тебе приставят другого медика и тогда вопрос о твоей безопасности попадет под сомнение.       - К чему все это? – Харуно капитулировала после пламенного изречения Якуши, все же он, как известная для нее личность, был куда лучшим вариантом нежели какой-то медик, от которого не известно что стоит ожидать. А учитывая последнее поведение Кабуто, появлялась мысль о возможном дальнейшем сотрудничестве и, как знать, может она сможет переубедить его принять сторону хороших людей. – Сейки до последнего будет искать способ отобрать у меня эту чертову чакру!?       - По факту, так есть. Ему нужна только эта чакра, до тебя ему нет дела.       - И ты ему в этом помогаешь. Что за цель ты преследуешь в этот раз?       - Это слишком личное, чтобы я смог рассказать тебе об этом сейчас. Просто в свое время он мне сильно помог, а я очень не люблю оставаться должником.       - И все таки ты странная девушка, - закончив плановый осмотр Кабуто повернул голову в сторону дверного проема дабы избежать прожигающего непониманием взгляда изумрудных глаз, который плотно ощущался всем телом, благодаря тому минимальному расстоянию, что было сейчас между ними. Поняв, что ответа не избежать, решил продолжить, - Ты же хотела про Саске-куна узнать, а интересуешься моими целями в жизни.       - Я спрашиваю лишь то, что мне в дальнейшем может пригодиться. – Сакура выпрямилась из лежачего положения, которое теперь было бесполезно, учитывая что все медицинские процедуры связанные с осмотром Кабуто уже провел, и так же как и приспешник Орочимару присела на край кровати.       - Что ж, тогда обязательно позавтракай, обед и ужин будут приносить приставленные к тебе охранники, а не я. Сейки будет отсутствовать в течение месяца, поэтому вся ответственность за тебя лежит на моих плечах, будь хорошей девочкой, - ехидная улыбка с которой Кабуто проговорил свое заключение пугала и лишала всякого желания сопротивляться.       Дойдя до двери, Якуши, уже положив руку на заветный механизм для открывания дверей, повернул голову в сторону понурой Сакуры, словно вспомнив, что не сказал какую-то важную истину, перед тем как окончательно покинуть девушку, передавая ее в лапы одиночества.       - А завтрак тебе каждое утро буду приносить я, с последующим осмотром.