Наш лифт

— Ох, Олежка, что же тебе так не везёт? Опять застрял, да ещё и с девушкой! — Услышал я знакомый голос. Открыл глаза и снова закрыл от яркого света. Нарочинская сидевшая у меня на ногах тоже зашевелилась. — Баба Тоня, а время-то сколько? — Зевая, поинтересовался я. — Так одиннадцать уже, Олеж. — Ответила старушка. — Сколько? — Подала голос Нарочинская, садясь ровнее. — Слушайте, вы выходить будете? Нам работать надо. — Подал голос лифтёр. — Марина, подъём. — Я помог Нарочинской подняться на ноги, которая так и не смогла открыть глаза от яркого света, встал сам, собрал наши вещи и мы вышли из лифта. — Так, Нарочинская нам надо преодолеть пять этажей. Просыпайся уже. — Потормошил я Нарочинскую. — Хочу спать. — Пробормотала Марина. Баба Тоня заинтересованно на нас посмотрела. — Это же вы, сколько в лифте-то просидели, Олеж? — С одиннадцати вечера, Баба Тонь. Пойдём мы. Нам ещё на работу собираться. — Я подтолкнул Нарочинскую в сторону лестницы. — Давай, Марина Владимировна, переставляй ножки. — Придерживая сонную Нарочинскую, мы начали подниматься по лестнице. — Боже, как же я хочу спать. — Проговорила Марина, шагая по ступенькам. — Может, не поедешь на работу? — Спросил я, идя рядом. — Позвони Зименской, объясни, она поймёт. — Ну, да, конечно! Второй день работаю и уже отпрашиваюсь. — Посмотрела на меня Марина. — Сейчас переоденусь и поеду. — Как знаешь. — Пожал я плечами. — На машине поедешь? — Нет, на такси. Машину надо будет в ремонт отвезти. — Поехали вместе. — Предложил я. Нарочинская остановилась и подняла на меня глаза. — Хорошо. — Кивнула она, после молчаливого рассматривания меня. — Тогда жди меня дома, я соберусь и зайду. — Мы поднялись на наш этаж, и каждый подошёл к своей квартире. Перед тем, как зайти домой, я обернулся на Марину, а она обернулась на меня. Слегка улыбнулась и зашла в квартиру, закрывая дверь. Я быстро принял душ, переоделся и вышел из квартиры. Подойдя к двери Нарочинской, нажал на звонок. Марина не открывала, поэтому я ещё несколько раз нажал на звонок. После третьего звонка дверь открылась. Нарочинская стояла на пороге в махровом халате и с мокрыми волосами, с которых стекали капельки воды. — Проходи, я сейчас. — Марина ушла вглубь квартиры, откуда вскоре послышался шум фена. Я огляделся, квартира выглядела довольно-таки мило. Прошёл на кухню и сел на стул около стола. На столе лежал заряжавшийся телефон Нарочинской. Стоило мне на него обратить внимание, как он начал звонить. На экране высветился номер приёмного отделения. — Марин, там у тебя тел… — Я подошёл к комнате и застыл на пороге. Марина стояла у шкафа полуобнажённая. — Долго ты так стоять будешь? — Не поворачиваясь ко мне, спросила Марина. Надела кофту и только тогда развернулась ко мне. — Ты что-то хотел? — Снова спросила она. — А…да. Там телефон звонил у тебя. — Блин, забыла, что он там. — Она прошла на кухню и взяла телефон в руки. — Не знаю, что это за номер. — Нахмурилась Марина. — Нинка, наверное, звонила. Телефон приёмного отделения это. — Да? — Переспросила Марина. — Тебе она тоже звонила? — Я свой не заряжал ещё. Поехали? — Поехали. — Улыбнулась Марина.

***

— Брагин, ты опять? — Когда я вошёл в Склиф, набросилась на меня Нина. — Что опять я сделал не так? — Удивился я. — Опаздываешь опять! Раз ты Зименскую не боишься, я всё Нарочинской расскажу! Может, хоть она вправит тебе мозги! — Злилась Нина. — Что вы мне расскажите, Нина? — К стойке подошла Марина, которую задержали на входе хирурги. — Брагин, систематически опаздывает на работу! — С вызовом глянув на меня, проговорила подруга. — Я знаю, Нина. — Улыбнулась Марина, переводя взгляд на меня. У Нины брови на лоб полезли от удивления. Нарочинская ещё раз улыбнулась нам с Ниной и ушла, оставляя нас вдвоём. — Откуда она знает? — Спросила меня Нина. — И вообще, чего это вы оба опоздали? — В лифте застряли. — Ответил я. — Опять? Брагин, не пора ли тебе ходить пешком? — Засмеялась подруга. — Знаешь, в этот раз в лифте было намного приятнее сидеть, хотя бы просто, потому, что было с кем поговорить. — В смысле? Ты с кем-то застрял? Не с Нарочинской ли? — Усмехнулась Нина. — С ней. Мы просто соседи! — Добавил я, увидев осуждающий взгляд подруги. — Понятно всё с тобой. Иди уже работать. — Махнула на меня Нина и принялась разбирать принесённые карточки.

***

Вечером, когда отработавшие хирурги расходились домой, я сидел на стойке регистратуры и болтал с Ниной. Мимо нас прошла Нарочинская, попрощалась и пошла дальше к выходу. — Марин, — позвал я, — подожди. — Марина остановилась около дверей, обернувшись на меня. — Брагин, давай хотя бы на работе ты будешь обращаться ко мне, как следует, хорошо? — Ага. — Быстро проговорил я. — Ты домой? — С чего вдруг я должна отвечать на этот вопрос? — Прищурившись, спросила она. — Тебе сложно ответить? — Домой. — Не отводя глаз, ответила она. — А на чём поедешь? — Машину поймаю. Брагин, к чему эти вопросы? — Недовольно спросила Нарочинская. — Возьми мою машину. — Я достал из кармана ключи и протянул ей. — Зачем? — Удивилась она. Но через несколько минут ключи всё-таки взяла. — А ты как домой поедешь завтра? — Ну, ты же приедешь завтра на работу… — У меня завтра выходной. — Перебила меня Марина и обратно протянула ключи. — Нарочинская, поезжай домой уже! Только в лифте не застрянь. — Ты так и не ответил, как ты поедешь домой?! — Начальственным тоном спросила Марина. — На метро. Поезжай. — Я слегка подтолкнул её к выходу. — Спасибо. — Марина улыбнулась и вышла из больницы, сжимая в руке ключи от моей машины. — О чём разговаривали? — Спросила Нина, когда я вернулся к ней. — Да так. — Махнул я рукой. — Пойду, посплю, пока тихо тут. — Нина кивнула, и я ушёл в ординаторскую.

***

На следующее утро, выйдя из больницы и только достав сигарету из пачки, взглядом прошёлся по машинам и заметил, что моя машина стоит на своём месте. Хотя ночью выходя на улицу, видел, что машины не было. Убрав сигарету обратно в пачку, спустился по ступенькам и подошёл к машине. Постучал по стеклу со стороны водителя. Окошко немного опустилось. — Ну, привет. — Улыбнулся я. — Чего приехала? — Машину тебе возвращаю. — Улыбнулась в ответ Марина. Закрыла окно и вышла из машины. — Спасибо. — Она обошла машину и снова села в неё. — Брагин, поехали! — Не выходя из машины, прокричала Марина. Я, засмеявшись, сел за руль и взглянув на Марину, выехал в сторону дома. — Чего это ты решила приехать? — По дороге снова спросил я. — Соскучилась? — Улыбнулся я. — Ещё чего! — Возразила Марина. — Ну, и ладно. В лифте не застряла? — На светофоре, повернулся я к ней. — Я больше в этот лифт никогда в жизни не войду. Ну, или до тех пор, пока его окончательно не починят или заменят! Буду ходить пешком. Дольше, зато меньше нервов. — Почему ты боишься темноты? — Серьёзно спросил я. — Не знаю. Просто с детства боюсь и всё. Вот ты чего-нибудь боишься? Почему? — Не знаю. — Задумался я. — Я ничего не боюсь. — После недолгого молчания, добавил я. — Не бывает так. — Возразила Марина. — Все чего-нибудь да боятся. — Может быть. — Согласился я, пожимая плечами. Доехав до дома, мы вышли из машины и вместе вошли в подъезд. — Ну, что на лифте? — Усмехнулся я. — Никогда. Ты, как хочешь, Брагин, а я пешком. — Она закончила фразу, уже начиная подниматься по лестнице. — Ну, пешком, так пешком. — Я догнал Марину, и мы вместе начали подниматься на наш этаж. Между пятым и шестым этажом нам пришлось остановиться посреди лестницы, пропуская ворчащую старушку, которая возмущалась, что лифт опять не работает. Марина в этот момент стоявшая на ступеньку выше слегка пошатнулась, когда старушка её задела большой сумкой, я обнял её за талию, прижимая к себе, чтобы уж точно не упала. Старушка прошла, а я всё не спешил отпускать Нарочинскую. Марина развернулась ко мне лицом и слегка улыбнулась. — Брагин, отпускай уже. — Попыталась она убрать мои руки. — Не хочу. — Прошептал я. Встал на одну с ней ступень и притянул к себе, целуя. Марина не сразу, но ответила. — Слушай, Брагин, — отстранившись, начала Марина, — ты не смей ко мне больше домогаться. Ты меня понял? — Больно надо. — Улыбаясь, проговорил я. Марина засмеялась. — Кто кого ещё домогается. — Отвёл я взгляд в сторону. Руки мои по-прежнему лежали на талии Нарочинской. — Брагин, я серьёзно. — С лёгкой полуулыбкой проговорила Марина. — Поцеловались случайно и больше никогда! — Никогда! Никогда на свете! Вот чтобы провалиться мне на этом месте. — Серьёзно посмотрел я на неё. — Оп! — Резко присел я. — Господи, дурак! — Засмеялась Марина, слегка вздрогнув, и хлопнула меня по плечу. Скинула мои руки и пошла вверх по лестнице. — Ты чего там стоишь? — Дойдя до площадки, оглянулась она на меня. — Идёшь? — Иду, иду. — Бросил я, поднимаясь следом за ней. Хорошее настроение, которое было с самого утра, вмиг куда-то улетучилось. Стало как-то паршиво на душе. Дойдя до этажа, мы разошлись по своим квартирам, распрощавшись до завтра.

***

На утро, выходя из подъезда, я заметил, что Нарочинская снова стоит около своей машины. Пару раз дёрнула дверь и она, наконец, открылась. Сев в машину, она стала заводить её, но машина и не думала работать. — Что же это такое-то, а?! — Со злости она ударила руками по рулю. — Я сдам тебя на металлолом, если ты сейчас же не заведёшься! — Возмущаясь, она пыталась завести машину. Но её угроз машина не испугалась и отказалась заводиться. — Гадство! Гадство! Гадство! — Била Марина по рулю. — Ну, давай, заводись! — Нарочинская снова попыталась завести машину, бесполезно. — Работаешь через раз! — Выбралась из машины и захлопнула дверь. — Что снова не заводиться? — Спросил я, подходя к Марине. — Что? — Обернулась она ко мне. — Привет. Да, снова. — Кивнула она, доставая из сумки телефон. — Садись. — Кивнул на свою машину. Марина несколько минут постояла, потом засунула телефон обратно в сумку и села рядом со мной. — Ты теперь всегда меня возить будешь? — Спросила Марина, смотря на меня. — Только пока ты не отремонтируешь свою машину. — Ответил я, не отрывая взгляда от дороги. Оставшуюся дорогу до Склифа мы ехали молча. — Доброе утро, Олег Михайлович. — Улыбнулась мимо проходящая молоденькая медсестра, когда я вышел из машины. — Здравствуйте, Марина Владимировна. — С удивлением поздоровалась она, когда из машины вышла и Марина. Она переводила взгляд с меня на Нарочинскую и обратно, поднимаясь по ступеням, она ещё несколько раз на нас обернулась, после чего скрылась за дверьми. — Идём? — Взглянул я на Нарочинскую, которая провожала недовольным взглядом медсестру. Нарочинская ничего не ответив, молча пошла к больнице, даже не взглянув на меня. — Нормально? — Пробубнил я себе под нос и пошёл следом за Мариной. — Доброе утро, Олег. — Подошла ко мне у стойки медсестра. — Привет, Яночка. — Улыбнулся я девушке. — Как дела твои? — Хорошо. Может, встретимся после работы? Давно не виделись. — Она широко улыбнулась и подошла чуть ближе. — Может, и встретимся. — Ответил я ей с улыбкой. Мимо меня пронеслась Нарочинская, до этого стоявшая рядом. Я лишь проводил её удаляющуюся спину заинтересованным взглядом.