Наш лифт

— Брагин, где? — Сидя в ординаторской, услышал я крик Марины. — Срочно УЗИ в операционную и сразу начинаем. — Сказала она, когда я вышел. — Давайте, давайте, ну что тормозим-то? — Подгоняла она санитаров. — Э-э парень, туда нельзя. — Остановил я около операционной парня, который был с девушкой. — Ты чего ранен что ли? — Нет, это её кровь, Машкина кровь. — Ну, чего там произошло? — У Машки сегодня день рождения и мы поехали в ресторан… — Как тебя зовут? — Гоша. — Гоша, коротенечко и тезисно! — Олег, а можно побыстрее? — Нарочинская выглянула из операционной, недовольно на меня смотря. Я лишь глянул на неё, и снова повернулся к парню. — Потом в караоке, — продолжил Гоша, — а там стеклянная перегородка в холле, Машка быстро шла, обернулась ко мне, стекло не заметила и прямо в него врубилась, а оно сразу на куски разлетелось. А Машка стала вперёд падать, прямо на все эти осколки. И вот самый большой в живот! Доктор, что делать? — Сиди здесь и не дёргайся, — я пошёл к двери операционной, но остановился, — да, слушай Гоша, ты случайно не знаешь, какая у неё группа крови? — Взглянул я на парня. — Вторая…положительная! — Вот какой ты молодец! — Сказал я и зашёл в операционную, закрывая за собой дверь. — Оля, вторую положительную закажи! — Моясь, попросил я медсестру. — Трансфузиолог есть у нас? — Спросила Марина. — Уже идёт, через пять минут у нас будет. — Ответила медсестра Яна. — Да, хрен с ним. — Бросил я Марине. — Я без него начинать не буду. — Нарочинская даже не посмотрела в мою сторону. — А я буду. — Ну, допустим. — Согласилась она. — А без сосудистого оперировать опасно. — Ну, что теперь? До ночи его ждать что ли? — Что у вас? — В операционную зашёл Пастухов. — Вот тебе сосудистый! — Развернулся я к ней. — Может тебе ещё специалиста по вышиванию крестиком вызвать? — Разозлился я. — Идиот! — Всё так же, не смотря на меня, проговорила Марина. — Что? — Подняла на меня глаза. — Простите, пожалуйста, вырвалось! — Нарочинская перевела взгляд с меня на Пастухова и обратно. — Начинать можем? — Бросила она и ушла одеваться. Я стоял и пытался понять поведение Марины.

***

— Есть, вижу. Шьём. — Сказал Петя, протягивая руку за инструментом. — Яна, лоб. — Я повернулся к медсестре, чтобы она протёрла мокрый лоб. — Ребят, руки осторожно, пришью. — Я искоса наблюдал, что делает Пастухов. — Э-э, ну что вы делаете? Тихо. Ребят, Марин, внимательнее! Там же осколок ещё, сейчас бы зашили бы девку со стеклом. Я, конечно, идиот, но я не слепой. — Поднял я глаза на Марину. — Я тоже не слепая! — Марина посмотрела мне в глаза, а потом перевела взгляд на Яну.

***

Парень, узнав результаты операции, убежал, обещав зайти вечером, а я остался сидеть на скамейке. Мимо прошла Марина, я поймал её за руку и усадил рядом с собой на стул. — Господи. — Возмутилась Марина, садясь рядом. — Ну-ка, сядь, поговорим. — Покоя от тебя нет. — Чего ты кидаешься, а? — Посмотрел я на Марину. — Чего я тебе сделал? — Марина молчала, смотря в сторону. — Ну, чего ты, ну? Я же ведь тебе не хамил, не унижал, — взглянул я на неё, — не врал. — Марина резко повернулась ко мне. — Чего ты налетела на меня в операционной? — Марина смотрела на меня с едва заметной улыбкой. — Прости. — Заглядывая мне в глаза, проговорила она. — Я не обиделся. — Бросил я, отворачиваясь. — Ну, я извинилась, всё? — Она попыталась встать, но я снова придержал её за руку. — Ты скажи, чего ты от меня хочешь? Чтобы я соответствовал твоим стандартам. — Марина широко заулыбалась. — Честно? — Заглянула она мне в глаза, улыбаясь. — Ничего не хочу, ничего. — Понятно. — Усмехаясь, отвернулся я от неё. — Хотя нет, есть один вопрос! — Я снова поднял на неё глаза, Марина долго и пристально смотрела на меня. — Да не, лучше не надо. — Покачала она головой и, поднявшись со скамейки, ушла.

***

— Михалыч, вот чего ты тут сидишь? Иди домой уже. — Уже во второй раз попыталась выгнать меня Нина. — Слушай, Нинка, а Нарочинская сегодня не дежурит? — Взглянул я на подругу. — Нет, сегодня нет. — Ну, и где она тогда? — Посмотрел я на часы. — Да уже дома, наверное. Она час назад уехала. — А чего я не видел? — Удивился я. — Ты на операции был. Олег, иди домой. Дай мне от тебя отдохнуть хоть немного. — Ну, пока. — Махнул я, идя к выходу. — Олег, — я уже собирался садиться в машину, когда подошла Яна, — ты свободен? — Улыбнулась она. — Конечно! — Улыбнулся я. — Для тебя, Яночка, я всегда свободен. Садись. — Кивнул я, Яна села в машину, и мы поехали ко мне домой. Когда приехали к дому, я заметил, что машины Нарочинской нет на месте. Машинально поднял глаза и увидел, что в её окнах горит свет. Дома значит. — Олег, пойдём. Холодно. — Идём, идём. Сейчас будем греться. — Улыбнулся, обнимая девушку за талию. Ещё раз взглянул на окна Нарочинской и пошёл к подъезду. — Почему пешком? — Спросила Яна, когда мы прошли пятый этаж. — Потому что лифт часто ломается, а снова застрять в нём на свою ночь мне не хочется! Да и полезно пешком ходить. — Понятно. — До девятого этажа мы шли молча. Я уже открывал дверь, когда сзади послышался щелчок замка и дверь Нарочинской открылась. — Здравствуйте, Марина Владимировна. — Первая заговорила Яна. Мы же, с Мариной молча, смотрели друг на друга. — Вы с Олегом соседи? — Улыбнулась она. — Мда… Соседи. — Тихо ответила Марина, закрыла дверь и пошла вниз по лестнице. На середине лестницы обернулась на меня, но когда я поднял на неё глаза, быстро отвернулась и пошла дальше. — Проходи. — Открыв дверь, пропустил девушку вперёд и зашёл сам. Настроение стало ещё хуже.

***

В следующие несколько недель мы с Нарочинской практически не пересекали, лишь на работе, да и то редко. Не знаю, как так у нас получалось, может она специально меня избегала, но вне больницы мы вообще, ни разу не встретились. Марина практически свела на нет наше общение даже во время операций, лишь изредка отпуская колкие замечания в мой адрес. Первое время я пытался понять в чём дело, даже домой к ней заходил, но она не то что разговаривать не стала, даже дверь не открыла. Потом мне это надоело, и я перестал пытаться понять её и её действия.

***

Я стоял на крыльце больницы и курил, когда к входу подъехал огромный джип и оттуда вышел лысый мужик. Оббежав машину, он открыл дверцу и подал руку тому, кто собирался выйти. Какого же было моё удивление, когда из этого джипа вышла Нарочинская. Поцеловавшись с лысым, она повернулась к лестнице и на несколько секунд замерла. — Привет, Марина Владимировна. — Не отрывая от неё взгляда, поздоровался я. — Привет, Брагин. — Улыбающаяся Нарочинская прошла мимо меня, не задерживаясь ни на секунду. Выкинув начатую сигарету, зашёл следом за Мариной Владимировной. — Нина, привет! — Не переставая улыбаться, кивнула она Нине. — Чего это ты такая радостная? — Спросила Нина, поглядывая на меня. — Утро хорошее, Нин. — Нарочинская ушла, я лишь недовольно посмотрел ей вслед. — Чего это с ней? — Спросила у меня Нина. — Не знаю. — Кинул я и ушёл от подруги. — Ну, и кто это? — Войдя без стука в кабинет Нарочинской, спросил я, садясь напротив Марины за стол. — Брагин, стучаться не учили? — Недовольно глянула она на меня. — И вообще тебя моя личная жизнь не касается! — Она снова опустила глаза в бумаги, которые просматривала до этого. — Личная жизнь? С этим лысым? — Чуть повысил я голос. — Да. С ним. И вообще, — Марина посмотрела мне в глаза, — я замуж выхожу. За серьёзного, адекватного человека. — В этот момент я невольно пробежался взглядом по её рукам и глаза зацепились за колечко на безымянном пальце правой руки. — Замуж, значит? Ну-ну! — Бросил я, поднялся с места и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.