Волшебница и Король

В начале четвёртого месяца я поняла, что скоро нужно будет прощаться. Тёплое лето, когда я появилась здесь, постепенно сменялось осенью. Но, когда я заикнулась об окончательном уходе из Шира, хоббит замахал на меня руками, как на непоседливое насекомое: — Джин, ты что! — за месяцы, проведённые под одной крышей и за одним столом, все «мистеры», «леди» и обращение на «Вы» были выкорчеваны с корнем. — Первый торговый караван в Бри пойдёт ранней весной, советую дождаться его. Многие одинокие путники, не успевшие дойти до Могильных холмов, пропадают без вести в лесах, пытаясь отыскать там укрытия от бушующей непогоды. Монолог хоббита заставил меня задуматься. И вправду, куда я торопилась? Не знаю. Но я чувствовала: слишком засиживаться не стоит, как хорошо бы ни было в Шире. Какое-то то ли шестое, то ли двадцать шестое чувство начинало паниковать: «Пора убираться отсюда, пока не стало поздно!». Поэтому я потихоньку начала готовиться к отъезду. Так, чтобы хоббит не заметил. Когда Бильбо не было дома, я уходила в сосновый лес на границе Хоббитона, против течения Брендивайна, пытаясь колдовать с помощью палочки. Да что уж с этим колдовством. Я пыталась понять, осталась ли вообще магия в моей крови в этом мире. Меча или лука мне в Хоббитоне не раздобыть, да и пользоваться ими я не умею. А надо же было как-то защищаться. В походе в одиночку ты и швец, и жнец, и на дуде игрец, и задницу из передряг спасать тоже самому придётся. Никто не поможет. Вечерами я пропадала в библиотеке, долистывая последние тома. Читала я наискосок, чтобы успеть хотя бы без подробностей узнать о большем числе событий. Вряд ли мне где-то ещё попадётся такая роскошная коллекция книг да ещё и с добродушным владельцем. И в один прекрасный день я поняла, что ещё хоть день и мне конец. Да и не только мне, но и всему поселению, как минимум. На вечер глядя Бильбо куда-то резво засобирался вместо того, чтобы ложиться спать: — Джин, меня не будет до послезавтра, я ухожу к Адалгриму Туку. Говорят, он привёз бочонок лонгботтомского табака. Такое пропустить нельзя! — и через несколько секунд входная дверь закрылась с мягким хлопком. Теперь ясно. Ради такого удовольствия можно и пожертвовать сном. Я припала к окну, дожидаясь, пока Бильбо скроется из виду. Ничто так не привлекательно для хоббита, как хороший табак. Накинув на себя походный плащ, едва доходивший мне до щиколоток, я взяла палочку и выскользнула из дома. Пока я шла через луг к кромке вечнозелёного леса, в тысячный раз повторяя все основные заклинания и движения палочкой по школьной программе и вне её, чувство, что скоро всё изменится, не покидало меня. Солнце уже перестало греть, и время от времени я поёживалась. — Вингардиум Левиоса! Эванеско! Инсендио! И никакая, Балгог меня задери, классическая магия здесь не работала. Тут меня осенило попробовать кое-что ещё. Я уже не по одному десятку раз перепробовала все защитные, созидающие, люминисцирующие и прочие заклинания. Но до этого момента я не думала о Непростительных заклятьях. Попробовать я решила относительно простое: — Империус! Вообще, согласно задумке, проползавший мимо маленький ужик должен был заползти на дерево. Но да, ага, сейчас, разбежался. Потревоженная змейка поспешила скрыться из поля моего зрения. Что же, ладно. Извините, ничего не вышло. Разочарованная, я села на землю прямо там, где стояла. Меня впервые в жизни подводили собственные знания. Всё, что я выучила в Хогвартсе, здесь было попросту бесполезно. От грустных мыслей меня отвлёк громкий треск ветки, эхом разнёсшийся по лесу, заставил меня насторожиться. В этих местах не должно быть абсолютно никого, все идут по Восточному Тракту. Единственное место, заставлявшее обитателей Хоббитона держаться подальше от лесов было в десятках, а то и сотнях лиг к северу отсюда. Там, в Северных холмах, располагалась заброшенная крепость — Форност. Согласно книгам, она была оставлена народом людей больше тысячи лет назад, и сейчас там не было ни единой живой души. Звук повторился уже ближе. Чем бы оно ни было, оно приближалось, а бежать было поздно. Я почти дошла до своего обычного места. Это была довольно странная ель: с северной стороны ветви начинали расти высоко, с южной — на уровне моих плеч. При необходимости они могли служить хорошим навесом от дождя, а при особом желании по ним можно было залезть на дерево. Хоббиту не под силу было бы забраться на него, но мне это удавалось. Я бросила палочку на землю, припорошив листьями, чтобы она ненароком не выпала, и забралась на деревце, где замерла, обратившись в слух. Тот, кто так неосторожно наступил на ветку, уже должен был быть совсем рядом. А спряталась я вовремя. На сколько хватало взгляда, под деревьями появились орки. Некоторые пешие, некоторые верхом на огромных волках. Здравствуйте, варги, не рада знакомству. Группа тварей была на голову выше прочих. Похоже, это Урук-хаи. Чудно. А я сижу на дереве над морем смерти. — Shara igemum darthaat, — прошипел один из самых крупных орков. Существо стояло аккурат под деревом, где я пряталась. Затаив дыхание, я прижалась к шершавой ветке, чтобы случайно не свалиться вниз. Некоторые иголки на этом дереве пожелтели, и от любого неосторожного движения могли дождиком посыпаться на голову оркам. Сердце в груди отбивало чечётку настолько громко, что я боялась быть услышанной. — Uk inbaub. Mabas. Gru handathuurz agh fauthuurz, — оправдывалась худенькая тварь, вжимая голову в плечи. — Lat remut abesyrn. Ilt naut esse et hosse, ilt neen nin, — в голосе послышалась нешуточная угроза. — Lat nar snaga. Shara nar dush. Lat matub tar za. Раздался тоненький визг, оборвавшийся через мгновение. Что-то мешком упало на землю. Я вздрогнула. — Za matuurz duumpuurz. Shakh gimbatub te. Shara ash. Hash gabiur Fornothumishi.* Орк вскочил на варга, и сквозь иголки я смогла рассмотреть его голову чуть ближе. Прямо в кожу были врощены железные кривые и ржавые пластины. Удивительно, как он до сих пор не подхватил заражение крови. Хотя, по жилам там тёк наверняка не менее ядерный коктейль. Спрыгнув с дерева, я еле сдержала рвотный позыв. У моих ног лежало обезглавленное тело, одетое в кольчугу и латы, с ятаганом на поясе, залитое чёрной кровью. Факты книг полностью соответствовали действительности, что ужасало. С обрубка шеи свисала цепочка с металлической подвеской в форме раскрытой ладони. Сняв её, пытаясь не измазаться в крови, я, совершенно забыв о палочке, кинулась вон из леса. Скрежущий по ушам голос орка, выплёвывающий слова на языке, дико напоминающем парселтанг. Шипящие и грубые звуки эхом отдавались в ушах, не желая затихать. Из всей фразы этой твари я поняла только одно слово: Форност. Орки пришли из заброшенной крепости. Зелёный тракт небезопасен. А караван растерзали из-за меня. Они наверняка увидели меня рядом с их стоянкой и решили, что я еду с ними в Бри. Но мне повезло. А хоббитам, людям и тому гному — нет. Выезд из Шира был экстренно перенесён на завтра.

***

Потягивая пинту пива, сидя на скамейке на улице, Бильбо Бэггинс задумчиво выкуривал уже которую по счёту трубку. Адалгрим, так и не получив внятного ответа о теме его размышлений, ушёл спать, щедро разрешив докурить бочонок. Выдувая аккуратные колечки, хоббит не замечал ничего вокруг. Все мысли занимала странная девушка, Джин, жившая в его доме уже четвёртый месяц. Она глотала книги, которые Бэггинсу никогда не давались. Он предпочитал слушать легенды и баллады в исполнении местных и забредающих в наши края бардов. Даже сменив одежду на местную, она всё равно выделялась. Безусловно, рост играл свою роль, но здесь было что-то ещё. В первые часы она производила впечатление потерянной овечки, но как только получила обратно простую деревянную слегка кривоватую палочку, в глазах зажёгся огонёк. Скорее всего, эта деревяшка — единственное, что связывает её с прошлым. Неспроста она была единственной вещью, что хоббит нашёл рядом с бесчувственной девушкой, честно обшарив все прилежащие кусты. «Если она так много читает о магии и о магах, может, Джин была волшебницей в своей стране за Океаном? Но выглядит она относительно заурядно для человека: светлая кожа, каштановые волосы, средний рост... Но в таком случае, что она делает здесь, в Арде, в мире, полном опасностей и Зла, где всего лишь пятеро магов?» — этот вопрос давно не давал Бильбо покоя. «У этой девушки определённо есть секрет, которым она не спешит делиться», — решил он. Ну и пусть. Джин ещё ни разу не дала повода усомниться в себе. Неважно, какую цель она преследует, просиживая в библиотеке. «Я помогу ей, чего бы это ни стоило», — возможно, в этом решении были виноваты Туковские корни, но от себя не сбежишь. Твёрдо убедившись в правильности последней мысли, хоббит собрался возвращаться домой, захватив бочонок с остатками табака. Но уже на подходе к норе он почувствовал, что что-то не так. Закрыв за собой входную дверь, Бэггинс не заметил изменений в обстановке. Но с кухни тянуло табаком далеко не первого сорта. Зайдя туда, он встал как вкопанный: Джин сидела и курила, закинув ноги на стол. — Бильбо, я должна тебе кое-что рассказать...

***

Едва оказавшись в черте селения, я перешла на шаг. На улицах не было ни души, отчего мне становилось не по себе даже в относительной безопасности. Из каждого угла мне мерещилась отрубленная голова и шипящий голос. Нервы сдали, и я снова побежала. Как говорят, «мой дом — моя крепость». С одной небольшой ремаркой: сейчас крепостью был дом Бэггинса. Погружённая в далеко не радужные мысли об отъезде из полюбившегося уголка навстречу суровому и жестокому миру, я забыла закрыть калитку и, не снимая обуви, на что очень ругался Бильбо, прошла в кладовую. Поскольку ничего крепче чая в доме не водилось, а даже если и водилось, то я не знала где, то мне срочно нужно было закурить. Нужно было привести мысли в порядок и наконец продумать план действий на ближайшее будущее. «Ну не может же порядочный хоббит не иметь заначки?» — подумала я, принимаясь искать табак по всевозможным баночкам, мисочкам и горшкам. Около двух дюжин листочков табака нашлось под слоем сушёного укропа в неприметном горшочке на одной из верхних полок. Я реквизировала трубку Бильбо, так вовремя подвернувшуюся под руки, и, набив её, я озаботилась поиском огонька, чтобы поджечь табак. Я принялась рыться в ящике для всякой мелочовки, оставив трубку на столе, чтобы не мешалась. Человеческих обычных спичек в этом мире, к сожалению, не было, что ужасно огорчало. «Как только осяду в каком-то крупном людском городе, обязательно изобрету их заново для этого мира. Стоп! Я что, уже думаю, что буду делать, если у меня не получится вернуться? Ну уж нет. Раз есть вход, значит, есть и выход, и я найду его, — за такие мысли я разозлилась сама на себя. — Чёрт бы побрал эту человеческую черту приспосабливаться к новым условиям жизни!» В этот момент меня бесило всё. Попадись мне кто сейчас под руку — прибила бы, не задумываясь. Оставив наконец несчастный ящик в полнейшем беспорядке, я перешла к полке над потухшим камином. — Балрога тебе в родственники, да где же в этом доме найти огонь?! — наорала я на ни в чём неповинный подсвечник. — Nin boa talw tint!** — выпалила я, глядя на уже ненавистную набитую трубку и резко замолкла, неверяще уставившись на неё. От листьев поднимался вполне себе бодрый дымок, но я могла поклясться, что пару мгновений назад его не было. Да и появиться он сам по себе никак не мог. Просто никак. В радиусе пары ярдов не было ничего, что могло бы с расстояния поджечь табак. Это шло вразрез со всеми законами физики, химии и прочими естественными науками что этого, что моего родного мира. Единственным более-менее приемлемым объяснением для Средиземья стала бы… Магия. — Значит, она всё-таки реальна, — ошеломлённо прошептала я, до сих пор не решившись подойти к столу и взять вожделенную трубку. Значит, моя магия никуда не делась, но ведь сколько месяцев я пыталась отыскать её внутри себя. Сколько ни рыскала по самым дальним закуткам сознания, я не смогла наткнуться даже на отзвуки того радостного чувства, которое возникало всегда, когда я колдовала в Хогвартсе. И тут на тебе. Ни в одной из десятка книг об искусстве магии не было ни слова о том, как именно колдуют маги; о том, что они чувствуют и испытывают, создавая что-либо: от дуновения ветерка до боевых щитов из чистой светлой энергии. Перебивая волны эмоций, из памяти стали вылезать на поверхность факты о внешних проявлениях, цитаты из дневников очевидцев, видевших мага, создающего что-то воистину великое. Везде упоминался синдарин — древнее наречие эльфов, на котором говорят и по сей день высшие из остроухого народа. Даже если предположить, что я только что сказала что-то на синдарине, которого я не могла знать в принципе, то где гарантии, что именно в простом знании языка, смешанном с эмоциями, кроется секрет магии? Эльфы никогда поголовно не были волшебниками. Тяжёлое осознание, что в одиночку мне не справиться с этим миром, что мне нужна помощь, свалилось на меня в тот же момент, как я взяла в руки трубку и затянулась, впервые не закашлявшись. Но это «достижение» не имело сейчас никакого смысла. Теперь, когда я убедилась, что магия не покинула меня, ещё острее встал вопрос обучения владению этой самой магией. За много лет я привыкла к тому, что «грязнокровке» неоткуда ждать помощи, и со всеми своими проблемами старалась справляться сама. Выпустив из лёгких на волю струйку тёмно-серого дыма, я всё-таки поморщилась: я начинала привыкать к прежде до одури противным действиям. Повинуясь внутреннему голоску, увещевавшему вдохнуть ещё дыма, я села за стол и закинула на него ноги, время от времени затягиваясь. Всё, что происходило, отчаянно требовало осмысления. Если раньше я накачивала себя информацией об этом мире, то теперь пришло время использовать её. Первым на повестку дня выполз вопрос об отъезде. Следом за ним потянулись и сопутствующие. Если я уеду, то куда? На какие деньги я буду жить? На длительные скитания того, что у меня скопилось за полгода, явно не хватало. На чём я поеду? Несмотря на уроки верховой езды, я не была уверена, что выдержу по десять часов в седле. Что пригодится в путешествии, а что — нет? Отсутствие лишнего скарба давало плюс к скорости перемещения, а его наличие — в корне облегчало походные будни. Как мне защитить себя в пути? Я не умела фехтовать, да и меча у меня не было. И лука тоже не было. Да и стрелять меня никто не учил. Если на меня нападут орки, мне не выжить. Они зарезали целый караван, я им вообще на один зуб. Вторым со своими «приспешниками» появился вопрос о магии. Как пробудить ту силу, что раньше появлялась по первому зову? Как колдовать, не опираясь на эмоции? Ответ: мне нужен наставник. Как ни прискорбно было это признавать, я не справлюсь сама. Мне нужен маг, хоть какой-нибудь. Но даже это утверждение породило массу тёмных углов. Где найти мага? Согласится ли он помочь? Чем мне придётся расплачиваться за помощь? Узорчатая скатерть, которую я с усердием разглядывала, увы, не могла мне ответить. И я должна довериться хоть кому-то. К примеру, Бильбо. Полурослик ещё ни разу не дал повода усомниться в своей надёжности. «А стоит ли рассказывать? Стоит ли подвергать Бильбо опасности?» — опять послышался голосок сомнений. — Он, конечно, заслужил знать, — ответила я ему почему-то вслух. — Но, с другой стороны, как только орки узнают, что я сбегаю у них из-под носа, они погонятся за мной, зачем им хоббит, который вряд ли что-то знает? «Или нет. Или они просто дождутся, когда ты уснёшь, и убьют тебя во сне, — парировал голос. — В конце концов, когда-нибудь, рано или поздно, ты всё равно попадёшься. Не в Бри, так в Эдорасе. Не в Эдорасе, так в Минас-Тирите. Невозможно всё время быть настороже. Они настигнут тебя в любом случае. Можно либо трусливо ждать удара в спину, либо развернуться и с достоинством получить его в грудь». Пока что у меня было всего две ниточки, которые, возможно, дают шанс распутать клубок вопросов. Первая — подвеска орка, вторая — как ни странно, всплеск магии, тот огонёк, который помогал моим лёгким всё больше и больше отравляться с каждой затяжкой. Я услышала, как в прихожей открылась дверь. Значит, Бильбо решил вернуться домой раньше времени. Что ж, он бы всё равно когда-нибудь вернулся, но сейчас я предпочла бы побыть одной, ещё поспорить с самой собой. Лишний раз убедиться, что авантюра, которую я затеваю, обойдётся чёртовой куче народа проблемами, но это и вправду необходимо. Я хотела, чтобы кто-то подтвердил правильность моего выбора, но спросить было не у кого. На пороге кухни появился пресловутый Бэггинс, удивлённый по самое «не хочу». Ещё бы, примерная девочка сидит и курит, закинув ноги на стол. То ещё зрелище. Решив не тянуть кота за хвост, я начала: — Бильбо, я должна тебе кое-что рассказать… — и запнулась. Действительно, снова спросила я себя, а стоит ли втягивать милого и гостеприимного хоббита в разборки с орками и прочими страшными вещами, если я сама не уверена, что без этого не обойтись? Решение, правильность которого я доказала самой себе ещё пять минут назад, трещало по всем имеющимся швам. Бильбо всё ещё недоуменно смотрел на меня, пытаясь угадать по моему лицу, о чём я хочу поговорить. — Так что же? — забросил он удочку на уплывавшую рыбку, одновременно забирая у меня трубку. Что же, была не была. Если поможет — хорошо, не станет помогать — его право. Набрав воздуха в лёгкие, я осторожно начала: — Ну, начнём с того, что там, за Морем, я волшебница, — ух ты, похоже, это совсем не удивило Бэггинса, будто он уже догадывался о чём-то подобном, а сейчас я лишь подтвердила его предположения. — Дальше? — хоббит на удивление быстро переварил новость. — Ещё, как только ты выходил за порог, следом я уходила в лес по правому берегу Брендивайна, пытаясь колдовать, — ещё на слове «лес» глаза Бильбо округлились. — Сегодня там меня чуть не засёк отряд орков. Они говорили на непонятном, ужасно грубом языке. Одного из них убили. С него я сняла это. Я протянула Бильбо цепочку — единственное вещественное доказательство того, что всё, что я видела, происходило на самом деле. Хоббит растерянно повертел её в руках, зачем-то понюхал. Хотя сейчас я не особо удивилась бы, даже если он попробовал её на зуб. — Ты знаешь, что это за символ? В книгах, что я успела прочитать, я не встречала его. Хоббит отрицательно помотал головой. Жаль. А я так надеялась на тебя, Бильбо. Что же, теперь придётся искать другого доверенного человека, эльфа ли, гнома ли, кому я смогу показать цепочку. Только ею не следует светить: в эти времена, пусть и спокойные, но всё же чем меньше людей знают о ней, тем лучше. — В таком случае, я должна покинуть Шир. И чем скорее, тем лучше для меня и для всех вас. Неизвестно, на что способны орки в погоне за мной, — подвела я итог тоном, не терпящим возражений. На лице Бильбо промелькнула тень сожаления, ведь он предупреждал меня, чем чреваты несвоевременные путешествия. Но медлить было нельзя. Нельзя подвергать Хоббитон опасности, даже несмотря на то, что антикварные кинжалы до сих пор висят в домах. Итак, решив, что скорость передвижения — более ценное преимущество перед комфортом, было решено ехать налегке, чтобы в случае столкновения с неприятелем скарб не пришлось бросать где-то по дороге и быть с орками хотя бы на равных в скорости, не мечтая уже о преимуществе. Буквально на следующее утро мы с Бильбо устроили нашествие на торговые лавки, экстренно закупая фляги, плащи, кремень, приправы и всё то, что могло бы в нужный момент понадобиться. Напоследок мы выкупили с конюшни моего Алфрида. По поводу одежды и столовых принадлежностей разгорелся нешуточный спор. Бильбо упорно пытался найти «золотую середину» между полным комфортом и адскими лишениями, утверждая, что мне обязательно нужны одеяла и простыни, запасной плащ в плюс к тому, что будет на мне, котелки (как минимум два), поварёшки и серебряные ложки. Если с последними я и с горем пополам согласилась, про себя отметив, что если они и вправду серебряные, то их можно будет продать, то от всего остального я активно отмахивалась. — Ну сам подумай, если я навешу всё это на несчастную лошадь, то что, чёрт возьми, мне делать, если придётся бежать от орков? — спросила я в ответ на предложение хоббита взять домашние платья. — То, что ты поедешь налегке, абсолютно не означает отсутствие хоть каких-то сносных условий существования! Не будешь же ты спать на голой земле зимой? Дорога до Бри по пустынному в это время года Тракту займёт полторы недели, если не спешить! — Так вот, я как раз-таки спешу! Спешу убраться в такой безопасный уголок, где меня никакие орки не достанут — их порубают ещё на подступах. Не буду же я носиться по всему Средиземью в поисках мага? Я вполне себе знаю, где живёт парочка домоседов: Саруман Белый и Радагаст Бурый. На кой Мордор мне этот Гэндальф? Тем более, когда я без понятия, где его сейчас носит! Может, он в Синих горах, может в Эсгароте, а может, вообще в Дол-Амроте***? Эру его знает! В итоге я стоически отбила предложения увезти с собой запасной плащ, поварёшки и ещё пару ненужных мелочей типа носовых платков, на что Бильбо страшно ругался. К утру всё было готово. Седельные сумки повешены на Алфрида, а он сам напоен. Я сменила платье на джинсы, пообещав себе при случае купить новые штаны. Кажется, даже погода не особо была рада моему отъезду. С самого утра небо было затянуто серыми тучами, долина Хоббитона скрылась в тумане. Выведя пони на Тракт, Бильбо в нерешительности замер. Пришло время прощаться. И, возможно, навсегда. Он просто обнял меня. — Будь осторожна, — серьёзно сказал хоббит. Я была благодарна Бильбо за всё, что он сделал для меня. Он заслуживал памятника «Самый дружелюбный к попаданцам хоббит». Вскочив в седло, подаренное нам на конюшне, я помахала полурослику на прощание. — Мы ещё увидимся, Бильбо Бэггинс из Шира, я обещаю, — сказала я и, тронув поводья, поехала вперёд, навстречу миру. Передо мной лежали лиги и лиги пути, но вряд ли судьба ещё раз приведёт меня в Шир.

***

В миле от Восточного Тракта уже давно сидел в засаде высокий орк. Он не знал, почему его и его варга оставили следить за осенней дорогой, где то и дело проезжали запоздалые путники, в основном люди из близлежащих селений, спешащие в Синие горы или обратно, и пускать слюни на их костры. Пока не появилась рыжая девушка в серо-зелёном плаще на пятнистом чёрно-белом пони. Её что-то тревожило, и она постоянно оглядывалась по сторонам. Ему было приказано доложить о ней, когда она поедет по тракту. Эх, будь девчонка хоть немного умнее, поехала бы лесом. Тракт теперь небезопасен. Но она наверняка думает наоборот. Оскалившись, орк умчался на север. В свете солнца на грудине блеснула подвеска в виде ладони. Девушка на тракте, будто почувствовав скрытую в этих лесах угрозу, послала коня рысью, стремясь как можно скорее покинуть эти места.