Прощаться - значит отрицать разлуку.

Сингто видел брезгливость и жалость в ее глазах. И мог спокойно ей простить и понять, но сможет ли он пережить такой взгляд любимого?... Одна мысль об этом, мимолетный взгляд на свое обезображенное лицо и у него опускались руки... На проведение дальнейших операций у него не было ни денег, ни сил. Левая сторона почти стала прежней, но правую всё ещё "украшал" глубокий, кривой, уродливый шрам... Он, в очередной раз, глубоко вздохнул. " Я понимаю, почему ты не приехал...", ему очень хотелось продолжить жалеть себя, позвонить по знакомому номеру и забыться, после введенной дозы.... Медсестричка часто приходила и сама. Его пособия не хватало на нормальную жизнь и, часто вместо еды, он предпочитал укол. Маленькая, темная квартира, почти под крышей, плохо подходила калеке и хоть уже он обходился без коляски, очень редко ходил на прогулки. Лифт часто не работал, а одно поднятие на шестой этаж лишало его всех сил. Он понимал, что нельзя вечно сидеть на " уколах", к которым привык еще в больнице, тянул до последнего..., но трясущимися пальцами набирал знакомый номер и с жадностью ожидал ее прихода. Она прибегала радостная. Старалась сидеть с левой стороны. Колола ему, гладила волосы, спину и щебетала... Говорила, что и сейчас, у него удивительно красивые глаза, только грустные и несчастные... Все её тело предлагало себя, но его она не возбуждала. Даже ее доступность и готовность. "Наверное, любовь к Кристу, сделало из меня стопроцентного гея..." - он с грустью отводил взгляд, но отказаться от ее приходов, не мог. Но однажды она стала расспрашивать о прошлой жизни. Помнит ли он что-то?... Любил ли он когда-то?...Под воздействием наркотического вещества, бывший Прачая - заговорил. Рассказал то, что не смог рассказать психиатру, даже то, что не говорил самому себе... Вначале - мысленно. Захлебываясь настоящими слезами, а после отрыдавшись, коротко и сухо поведал, что любил одного молодого парня. Что несколько лет он был счастлив рядом с ним, а накануне катастрофы они расстались на несколько месяцев и он не знает, что с ним, и где сейчас бывший возлюбленный. Она сочувственно смотрела на него, обнимала и крепко прижималась. Шептала, какое прекрасное у него тело. Оседлала и отвернувшись к ногам, самозабвенно скакала на нем. Кричала и стонала за двоих, тряслась в оргазме. Продолжила долгим изнурительным минетом. Сингто кончил. И когда она ушла, он долго стоял под душем. С квартиры не съехал, но больше не звал и не пускал ее. Нашел надомную работу и стал подрабатывать переводами. Молодой врач, спасший не раз его жизнь, стал всё чаще захаживать в гости. Он часто просил его переехать в другое, более удобное место. Обещал помочь. Сингто не соглашался. Он сам не понимал почему, так упорно, цепляется за это место. Но, глубоко внутри, продолжал ждать и надеяться, что любимый приедет к нему... - Голландец, чего ты такой упрямый. Зачем так себя мучить. Давай, я устрою тебя на экспериментальную программу... мы и лицо твое подлатаем, - он осматривал раны с каким -то радостным предвкушением. Любовно поглаживая, как ученый гладит белую мышку, чтобы в следующее мгновение воткнуть в нее нож и проверить результаты эксперимента. - Анджей, - растягивая буквы, и глотая уважительный предлог, но все так и не избавившись от поклона, - я очень благодарен вам, но мне надо становиться на ноги самому. Я не могу вечно зависеть от больницы или соцслужб. - А от меня? От меня ты тоже не хочешь..., - озвучил давно мучивший его вопрос, доктор. Кристиан (Сингто) поднял на него изумленные глаза. Он совсем не думал о таком повороте событий. Ему была приятна компания, излечившего его, врача. Приятно проводить с ним время в общении и такие вечера скрашивали его одиночество... Самоуверенно, молодой мужчина, не стал дожидаться ответа, прижал к себе худощавое тело и наклонился поцеловать. Бывший Сингто уклонился. - Прости, Аджи, я еще не готов - укороченное имя, все же создало атмосферу близости. Хирург усмехнулся. Ухмылка не ускользнула от внимательного Прачаи и не понравилась. Он более уверенно добавил: - Отношения должны быть равные, а не из жалости. Но про операции я подумаю. Расскажешь, что можно сделать и сколько будет стоить. Развернувшись, он похромал к столу. Он не видел, как молодой доктор проводил его фигуру удивленным взглядом, в котором все больше сквозило уважение. Мозг Кристиана Дачмена заработал и стал обдумывать, как заработать больше денег. Ночью он написал первую новеллу.