Становясь ближе

До тренировочного полигона Эрвин дошел лишь к вечеру. Воздух был пропитан пряным ароматом сухой листвы и осеннего солнца. По обыкновению, в октябре за окном бесчинствовали проливные дожди да заунывные ветра, но в этом году конец месяца выдался на удивление теплым. Завидев издалека стремительно парящие в небе фигуры, что легко скользили между макетами гигантов на тросах, командир остановился. Хотелось незаметно понаблюдать за тренировкой элитного отряда и для себя определить степень их готовности к приближающейся экспедиции. Эрвин поднес правую руку к лицу, прикрывая ею глаза от слепящего закатного солнца. — Эрд, слишком медленно, — донесся до командира холодный голос Леви. — Оруо, ты расходуешь много газа. Если бы мы были за Стенами, ты уже застрял бы навечно на каком-нибудь чертовом дереве. — Затем некоторое время слышался лишь зловещий скрежет металлических тросов. Все неутомимо выполняли заданные маневры. — Ханна, что ты делаешь с клинками? Можешь взять их нормально, они не кусаются. — С этими словами Леви птицей взмыл в воздух и, приземлившись на толстой ветке дерева, начал что-то втолковывать новенькой девушке. Губы Эрвина изогнулись в подобии слабой улыбки. Еще два с половиной года назад, когда капитан только вступил в ряды Легиона Разведки, допроситься у него объяснить, как он делает тот или иной тренировочный элемент, было практически невозможно. Смеряя всех хмурым взглядом, он отшивал коротким и исчерпывающим: «Я самоучка. Нельзя просто так взять и научить этому других». На этом обычно разговор заканчивался. Однако не прошло и несколько месяцев, как Эрвин как-то увидел из окна своего кабинета Леви вместе Ханджи на тренировочном поле. Капитан могла растормошить даже мертвого, так что, надо полагать, Леви тоже бесславно сдался под действием ее бесконечных, надоедливых уговоров. Теперь же в профессионализме капитана, как бойца, не приходилось сомневаться. Одни стремились попасть под его командование, другие — избегали, боясь чересчур усиленных тренировок и его требовательного нрава. Леви тем временем снова спикировал на землю и проницательно наблюдал за тренировкой. Сегодня на нем не было формы. Возможно, тот отдал ее в стирку, так что одет он был в повседневные черные брюки и темно-бежевую кофту. — Гюнтер, не открывай Петру, выходя на позицию. Даже когда идешь на гиганта. В этой схеме передний ряд всегда должен быть прикрыт, — спокойно пояснил Леви и принялся неторопливо закатывать рукава. Эрвин заметил, как пропитавшаяся потом ткань прилипла к спине капитана. — Как вы себе это представляете? — озадаченно спросил Гюнтер и развел руками. — Мы с ней идем как бы параллельно… — Нихера. Если «параллельно», то в этой комбинации нет никакого толка, — бесцветно ответил Леви. — Все по местам. Начинаем по новой! Еще пятнадцать минут элитный отряд отрабатывал двухсторонний захват гиганта, что был представлен в виде ростового макета. Леви кружил в воздухе наравне с рядовыми, прикрикивал, когда кто-то невольно сбивался или путал сторону, а затем единожды хлопал в ладоши, обозначая этим смену расстановки сил. Эрвин откровенно любовался им. Тем, как с завидной легкостью он летал над полем на тросах, словно на крыльях, как пристально следил за рядовыми, и как крепкие, рельефные мышцы перекатывались на спине под тонкой тканью кофты… Слабо верилось, что только этим утром они проснулись вместе. То, что они делили как постель, так и вечера друг с другом, в ярком и обличительном свете дня казалось другой реальностью, отделенной от Эрвина Стенами потолще Марии, Розы и Сины. — Добрый вечер, командир, — громко отрапортовал кто-то позади него. Эрвин обернулся. Это был обычный рядовой, один из новичков. Его звали Саймон. — Добрый, — негромко ответил Эрвин и кивнул. — Капитан еще не закончил? — Как видишь. А в чем дело? — У меня просто ключи от склада. Думал, как они закончат и сдадут снаряжение, я закрою и пойду на ужин. Но раз так, придется ждать, — невесело вздохнул Саймон и тоже начал наблюдать за полетами элитного отряда. Одному из импровизированных гигантов на полигоне как раз вспороли шею. — Можешь отдать мне. Я сам закрою, — сказал Эрвин и протянул руку. В следующую секунду на ладонь опустилась связка ключей на ржавом металлическом кольце. — Вот этот… Спасибо большое, командир! И караулу потом отдадите? — неуверенно поинтересовался рядовой, неловко сковырнув землю каблуком ботфорта. — Да. Вольно. — Так точно. Слушаюсь! — по форме ответил Саймон и, отдав честь, вприпрыжку пошел прочь. Видно, перспектива вовремя попасть на ужин его несказанно обрадовала. — Что ты тут делаешь, Эрвин? — Леви бесшумно подошел сзади, со стороны поля. — Наблюдаю за ходом тренировки. — Добрый вечер, командир, — по очереди приветствовали его члены Элитного Отряда, проходя мимо. — Добрый вечер… — Оставьте снаряжение на складе и можете быть свободны, — отдал капитан последнее распоряжение, после чего обернулся к командиру и пытливо спросил: — Ну и как? — Хорошая работа. Хотя кое-кого я бы поменял местами, — деловито заметил Эрвин. — И кого же? — Леви вытер лоб тыльной стороной ладони и смахнул с глаз влажные волосы. — Думаю, Гюнтера было бы практичнее поставить во внешнюю линию защиты… Обсуждая тренировку и возможное изменение в позициях рядовых на поле боя, они вошли в смежный с конюшней склад. Члены Элитного Отряда уже сдали снаряжение и, громко переговариваясь между собой, ушли на добрый десяток метров вперед. Все спешили на ужин. — У меня нет ключа, — сообщил Леви и одним ловким, отчасти дразнящим движением расстегнул пряжку нагрудного ремня. — Саймон передал его мне. Закроем. — Эрвин невольно поймал себя на том, что жадно разглядывает капитана: выступающие ключицы, что были видны в вырезе кофты, жилистые, опоясанные четкими венами руки, пальцы, что сноровисто расправлялись с ремнями. Отчего-то вид вымотанного после тренировки Леви невообразимо заводил его. Оглушительными ударами рынды желание звенело в голове, призывно зудело под кожей.  — Так и будешь стоять истуканом? — спросил капитан, что уже успел стянуть с себя все составляющие снаряжения. То, как на несколько секунд «завис» Эрвин, его не удивило. С тем часто такое бывало. — Идем? А то Ханджи как обычно все со стола сметет. — Да, — кивнул командир, отгоняя от себя, как мух, все непотребные мысли. Сейчас уж точно не время. Пусть они и одни на складе, когда все остальные на ужине, и в ближайшие полчаса сюда точно никто не сунется… — Запирай, — приказал Леви. Замок склада уныло щелкнул два раза. Теперь оставалось выйти из конюшни. Лошади, стоявшие в стойлах, переминались с ноги на ногу, любопытно провожали их большими, остеклевшими глазами и недовольно фыркали. — Кстати говоря, когда ты отправляешься в столицу? — Леви сбавил шаг и повернулся вполоборота к идущему позади него Эрвину. В полумраке помещения его лица не было видно. — Если я дам тебе деньги, не смог бы ты купить кое-что для меня? Тогда я нашел у одного старика неплохое… Эй, ты вообще меня слушаешь? — В следующую секунду командир неожиданно подался вперед и, крепко схватив капитана чуть выше локтя, дернул в сторону сеновала, что находился в узком пространстве между двумя стойлами. Одна из лошадей коротко и испугано заржала. — Какого хера?.. — зашипел Леви, пытаясь вырваться. Тщетно. Иногда он забывал, что Эрвин был так же силен, как и он. — Что происходит? — Тише, — негромко попросил командир и для образности приложил указательный палец к его губам. — Ответь сейчас же, что творится в твоей тупой башке. — Об иллюзии субординации было тут же забыто. — Разве мы не шли на ужин? — Позже, — быстро ответил Эрвин и толкнул капитана на жесткую солому. — Ублюдок. — Леви действительно уже приготовился к реальному нападению — чем черт не шутит, — но то, что Эрвин вытворил потом, поистине не лезло ни в какие ворота. Тот опустился сверху, пригвождая капитана весом своего тела к хрустящему сену, и наклонился в попытке поцеловать. Леви видел, как инстинктивно закрылись глаза и приоткрылись сухие губы. — С ума сошел? Забыл, где мы находимся? — Капитан протестующе отвернулся, так что к досадному разочарованию Эрвина поцелуя не вышло. — Тут никого нет. — И что? Мы в чертовой конюшне, куда в любое время может кто-нибудь сунуться. — Мы услышим. — Пораженный примитивным, животным желанием Эрвин сейчас нашел бы аргумент на любое — даже на самое здравомыслящее — возражение. Нет, Леви вполне мог врезать командиру, отрезвив того одним точным ударом ребром ладони по сонной артерии, но так было и до настоящего конфликта недалеко. И что теперь? От возмущения у Леви даже сбилось дыхание. — Так хочу тебя, — шепотом выдал Эрвин очередную скабрезность и распаленно начал слизывать соленый пот с шеи капитана. — Ты животное, Эрвин, — мстительно и жестко сообщил Леви. — Да, — просто ответил тот и сомкнул губы на кадыке капитана. Горячие же пальцы судорожно забирались под кофту, оглаживая бока и живот. Давненько сексуальное возбуждение не накрывало его такой исполинской волной, что на своем пути готова была снести все, в том числе и благоразумие. — Я тебя предупреждаю, мы не будем трахаться в конюшне, — ультимативно сказал Леви, несильно — чтобы не порвать шнурок — дергая Эрвина за боло на себя. Тот, наконец, поднял на капитана шальные, блестящие глаза. Зрачки расширены. Леви знал этот сумасшедший взгляд: командира уже ничто не остановит. И, наверное, была определённая прелесть в том, чтобы отдаться похоти и Эрвину в таком месте. От соблазнительности этой мысли сердце в груди забилось быстрее. Но… В этой ситуации было слишком много «но». Хотя бы блядская, сухая солома, что так больно впивалась в тело, да тяжелый запах навоза - хуже не придумаешь. — Я просто отсосу тебе, не против? — Леви напоказ облизнул губы и, немного спихнув Эрвина с себя, уверенно положил руку на его пах. Сильная эрекция выразительно проступала под тканью форменных брюк, так что это должно было быть крайне неудобно и, возможно, даже больно. — Нет, — шумно дыша, оборвал его Эрвин и быстро расстегнул ширинку. — Хочу взять тебя. Повернись. — Ты оглох? — Леви уперся руками в крепкую грудь и недобро блеснул глазами. Это все заходило слишком далеко. — Во-первых, мы не в постели, во-вторых, я не был в душе, а в-третьих, черт тебя дери, у меня нет с собой смазки… — Ты был в душе до обеда. Еще и полдня не прошло, — парировал Эрвин, умудрившись ловко взять руки капитана в захват. Как ни крути, а от адреналина были свои преимущества. — Идиот, я весь потный, — продолжал настаивать Леви, гипнотизируя злым взглядом. — И здесь воняет. Тебя это все заводит?.. Я ведь сейчас реально тебе врежу, Эрвин. — Пожалуйста, — тихо попросил командир и, не выпуская рук лежащего под ним любовника, прислонился своим лбом к его. Заглянул в глаза. — Дай мне пятнадцать минут. — Черт с тобой… — сдался Леви. Вопрос, почему Эрвин мог уломать его на любую свою глупую прихоть или блажь, оставался открытым. На него капитан ответит позже, потому что сосредоточиться на чем-либо еще, кроме мокрого, горячего языка командира, что, несмотря на все протесты, бесстыдно вылизывал его сзади, было чудовищно трудно. Леви не верил в Бога, но, выходя из конюшни, все же мысленно поблагодарил абстрактного Всевышнего за то, что их никто не застукал. Для себя он решил, что Эрвину дорого обойдется эта придурь. И приговор не смягчит даже то, что в итоге у них вышел по-настоящему безумный секс на сеновале, как в каких-нибудь пошлых кривотолках да сальных анекдотах, которые частенько гадко травили в тавернах. — Что на тебя вообще нашло? — негромко спросил Леви, когда они вдвоем уже направлялись пролеском в сторону Штаба. Сухие, пыльные листья хрустели под ногами, а глаза безотчетно жмурились от ярких, прямых лучей солнца. Уставшее, но довольное лицо Эрвина было похоже на сморщенный персик. — Нам же не по пятнадцать, чтобы трахаться где попало. — А в пятнадцать ты трахался где попало? — поинтересовался Эрвин, прекрасно зная, что капитана разозлит этот словесный выпад. — Ясно. — Леви не поддался на провокацию. Все тело приятно ломило, а где-то в висках зарождалась сонливая тяжесть. Возможно, он сегодня даже сможет заснуть до полуночи, как нормальные люди. — Ты что-то говорил о деньгах, — посерьезнел командир. — О каких деньгах? — Прежде чем… — Прежде чем ты набросился на меня? — Леви вопросительно вскинул брови. — Да. — Я хотел попросить тебя об одолжении. Сможешь купить для меня одно чистящее средство? Оно на основе соляной кислоты. Видел такое только в столице тогда, — с расстановкой выложил Леви. — Я собираюсь отмыть ту ванну, что для командного состава, а затем отмыть и четырехглазую. От нее ведь иногда реально несет. — Хорошо, — усмехнулся Эрвин, думая о том, как убедить Леви поехать с ним. Вот только он пока не догадывался, что одного лишь «пожалуйста» будет более, чем достаточно.