Сыворотка правды

      Шла уже среда, а Кун нихуя не давал о себе знать, что казалось мне очень подозрительным и даже чуть напрягало. Может, реально подох? Обычно Кун так надолго не пропадает. Чтоб четвертый день от него ни звонка, ничего — это очень и очень странно. Даже в Сыпре не появлялся.       И мне, вроде бы, и похуй, но после произошедшего с ним на выходных чуть беспокойно. В какой-то мере, то, что Кун меня вечно доебывает — тоже моя обыденность, и не думать сейчас об этом просто не получается. Пожалуй, стоит поинтересоваться у пидора, вдруг он что знает.       Кстати, о пидоре.       Я очень сильно ошибся, когда думал, что парень будет избегать меня в универе. Этот вежливый пидорюга всегда здоровается со мной, когда видит. Я с ним нет, потому что нахуй тебя, пожалуйста. Но если бы он просто здоровался…       Этот пидор буквально сталкерит меня.       Вначале я подумал, что это совпадение. И в первый раз, и во второй. На третьем же разе я начал сомневаться.       В первую же перемену понедельника, когда я сидел на крышке унитаза и курил, я услышал знакомый голос.       — Почему ты куришь тут, а не в курилке?       Голос пидорка я узнал моментально, а сомнений, что вопрос был адресован именно мне, а не задан вне зависимости от того, кто находился в кабинке в данный момент, вообще не было.        — Тебя ебет? — отвечаю я, продолжая затягиваться сигаретой.       — Я просто задал вопрос, зачем сразу так грубо? Почему бы тебе не научиться нормально отвечать на вопросы людей? Не думаешь, что стоит попытаться поумерить свой пыл к окружающим? — парень произносил все с абсолютно спокойной интонацией, что ставило меня в тупик.       — Я думаю, лучше окружающим поумерить свой пыл, да перестать до меня доебываться, — говорю я, имея в виду под окружающими этого пидора.       Да что у него вообще на уме? Хули он лезет? Что ему, блять, надо? Я нихуя не понимаю его. Нихуя.       То он сам без причины орет мне: «Блять, да что тебе надо от меня?!», то сейчас поучает меня, что грубое поведение, видите ли, неприемлемо. Этот пидор в моей жизни — вот, что неприемлемо.       Сделав последнюю затяжку, бросаю окурок в унитаз, нажимаю на кнопку смыва, да открываю дверь кабинки.       Парень стоит прямо за ней, будто бы ждет меня. Но, тем не менее, ничего мне не говорит. Как и я ему. Я просто выхожу из туалета, не наблюдая, идет этот парень следом за мной или нет.       То же самое происходит и на следующей перемене. Выхожу из кабинки, а он там стоит с очередным вопросом.       — Почему на тебе очки?       — Че за дурацкие вопросы? — конкретно не понимаю я, не задерживаясь на разговор с парнем, а сразу направляюсь к выходу из туалета. — А почему, блять, по-твоему, люди их носят? — кричу я, уже открывая дверь. Благо, в туалете больше никого.       К слову, университет у нас большой, в нем восемь мужских туалетов, по одному на каждое крыло. И я всегда хожу курить в самый дальний на четвертом этаже, там редко кто бывает, за счет того, что в том крыле проходят только практические занятия.       И когда на следующий день на первой же перемене я снова слышу голос этого пидора, я просто сижу со знаками вопросов в голове.       — У тебя плохое зрение?       Я хмурюсь и цокаю, пытаясь лишь понять, что за хуйня происходит. Для него этот туалет — место, чтобы попиздеть со мной? А нахуя ему вообще пиздеть со мной? Что за тупые допросы с его стороны?       — Почему в Сыпре ты был без очков?       — Я был в линзах.       Мне хочется послать его нахуй, но я отвечаю, потому что мне становится искренне интересно, что он творит и зачем оно ему. Он не похож на того, кто хотел бы со мной подружиться. Все ситуации, при которых мы сталкивались ранее явно были неприятны ему. Так почему он пытается идти со мной на контакт, да еще настолько дебильным способом? Он же, блять, сталкерит меня в мужском туалете с откровенно тупыми вопросами.       — А почему в университет в линзах не ходишь? — спрашивает парень, когда я уже открываю дверь кабинки.       Я не отвечаю. Во-первых, чтобы не думал, что у меня есть желание идти с ним на контакт. Во-вторых, чтобы убедиться, что он придет снова.       И он приходит. Стоит мне открыть дверь мужского туалета на следующей перемене, он уже стоит там, у окошка и, блять, ждет меня. Он больной? Ему понравилась моя красивая мордочка, и он пытается меня запикапить? Какого черта? Что ему нужно от меня?       Я не обращаю внимания на парня и закрываюсь в кабинке. Помимо парня в туалете есть еще люди, возможно, поэтому он не вышел со мной на разговор, когда я вошел. Какой предусмотрительный. Он заговорил сразу после того, как я услышал, что дверь туалета в очередной раз хлопнула, а незнакомые голоса утихли.       — Так почему ты в универ ходишь в очках, а не в линзах?       — Что тебе нужно? — прямо спрашиваю я.       — Ничего, просто интересуюсь.       — Тебе правда интересно, почему я хожу в универ в очках?       — Ну, — парень тянет, после чего неуверенно говорит, — да.       — Не знаю, как ты не заметил, но я по бабам. Так что доебись до кого-нибудь другого.       Кстати, с Куном в школе ситуация примерно такая же была. Но у него хотя бы была причина ко мне цепляться — он бегал со мной курить. А этот просто по-дурацки ходит за мной и доебывается. И что у меня за аура такая, что ко мне китайцы липнут?       — О, не волнуйся, такие мудаки как ты не мой тип, — отвечает мне парень с какими-то грустными нотками в голосе.       — Тогда что тебе от меня надо? — спрашиваю я, рассчитывая наконец получить дельный ответ.       — Ничего, чистый интерес, — ну, точно. Либо я намазан хуй знает чем, что нравится китайцам, либо парень долбоеб. Других вариантов не вижу.       Я могу лишь недовольно цокнуть в ответ, нервно толкнуть дверь кабинки и выйти из туалета, даже не взглянув на парня. Я был спокоен, потому что скорее был удивлен, ибо этот парень не похож на того, кто может выкинуть подобное. Но он это делает. И уж не знаю, что это за приколы у него такие, почему он решил развлечь себя доебыванием до меня, но мне такое не по нраву. И в следующий раз я донесу до него это.       И следующий раз случается сегодня.       Из головы не уходит вопрос: «Хули тебе от меня надо?», а его вид начинает конкретно раздражать.       — Так ты мне так и не ответил, почему…       — Да потому что иди нахуй! — выпаливаю я, глядя на парня, что стоит у стены.       Заебал.       — Ты же вроде вчера говорил, что ты по бабам, — парень усмехается.       Да что с ним не так? Почему он то ведет себя как сыкло поганое, а потом вдруг набирается смелости и выпаливает глядя мне в глаза такие фразочки? Он же, блять, нарывается.        — А ты что, сука, — я подхожу ближе к парню, хватая его за шею и впечатывая в стену. Пристраиваю свои пальцы на болевых точках этого пидора, — хотел бы поскакать на моем хуе?       — А может быть и да, — его ответ и его лицо заставляют меня выпасть в шоке, но в то же время, люто злят меня.       Он смотрит на меня серьезно и капельку заворожено. Он не ухмыляется, но я как будто могу видеть его ухмылку. Он словно пытается подразнить меня, как то любит делать Кун. Но только к Куну я, блять, привык и в какой-то мере у него даже есть привилегии на это, но человек передо мной — какой-то абсолютно левый пидор, который меня сталкерит, доебываться до меня и который меня уже заебал. Он скоро доиграется.       Я начинаю давить на эти самые болевые точки на шее, отчего парень начал тут же сгибаться, ползя по стенке вниз. Я присаживаюсь на корточки, продолжая надавливать пальцами одной руки, а второй рукой беру парня за подбородок и заставляю посмотреть на себя. Его лицо скорчено от боли. Эта та боль, от которой хочется начать задыхаться, а я давлю достаточно сильно, чтобы парень уже начал скулить, странно, что он этого еще не делает.       — Отъебись от меня раз и навсегда, иначе, будь уверен, я тебе это устрою, — выпаливаю я, сквозь зубы, но в ответ я получаю улыбку, которая выдавлена через силу.       Это поражает и нервирует одновременно. Мне хочется пнуть этого уебка по яйцам, но я сдерживаю себя, потому что слышу, что дверь туалета открывается.       Я мгновенно отпускаю пидора и, не поворачиваясь в сторону вошедших, захожу в ближайшую кабинку туалета, после чего нервно достаю пачку сигарет.       «Да что с ним не так?!» — в очередной раз думаю я. Он точно долбоеб, не иначе. Как еще объяснить его поведение? Я не знаю. Не сталкивался еще с такими идиотами, как он. И лучше бы всю жизнь еще его не видел.       Из головы не выходила улыбка этого пидораса. Как будто он, блять, серьезно не против того, чтобы я его трахнул. Мерзота какая. Как же он меня бесит. Своим видом, своим поведением, которое я нихуя не понимаю, своим присутствием на этом свете вообще. Он кажется долбоебом похлеще Куна с такими выходками и фразочками. Наверное, за счет того, что пидор. Я против пидоров, опять же, ничего не имею, но этот — что-то, блять, с чем-то. Со своей дурацкой улыбкой, со своим смазливым детским лицом, с этими крашенными зализанными волосами. Противный до ужаса, видеть его, блять, не хочу больше никогда, сука.       И бесит он меня вдвойне от того, что вызывает во мне такую агрессию почти что из-за нихуя. Из-за того, что я не могу игнорировать это дурацкое поведение, из-за того, что я не могу забить на него хуй просто зная, что он сейчас, наверняка, еще стоит там, за этой кабинкой. Из-за того, что я не могу перестать думать, да с чего вдруг ему в голову пришло доебываться до меня? Может, я чего-то все же в нем не понимаю? Может, он ебаный черт, который в омуте водится? Не зря же он с Куном знаком.       Ладно. Да, я точно нихуя не понимаю в этом парне. Абсолютно. Но еще одно я знаю точно — не дай Бог он еще скажет мне хоть что, я вдарю ему по его смазливой роже, потому что язык за зубами надо было держать со мной изначально, блять.       «Бесит, бесит, бесит», — именно с такими мыслями я закуриваю уже вторую сигарету, игнорируя звонок на пару.

***

      Весь день я был на нервах из-за того, что вышел из себя утром. А придя в Сыпру, тут же пошел к бару, дабы купить себе выпить. Курить сегодня не хотелось, хотелось именно выпить, нужно было поднять себе настроение, нежели расслабиться.       Только в Сыпре я вспомнил о том, что изначально с утреца я хотел узнать у пидораса где, да и что вообще с Куном. На момент, когда я снова встретил пидорка, дел с ним иметь уже не хотелось никаких, так что я бы и не вспомнил об этом, если бы бармен у меня сам не спросил о Куне. Я ответил, что в душе не ебу и ни об одном из китайцев старался больше не вспоминать. В жопу китайцев.       Попивая у бара виски с колой, я раздумывал, выступать сегодня или не выступать. Мои выступления в Сыпре проходят чисто по моему желанию. Я тусуюсь здесь уже на протяжении нескольких лет, почему меня все и знают, и около года назад я столкнулся с барменом на фристайл-баттле в одном заведении, после которого он предложил мне выступать в Сыпре. Чисто ради удовольствия. И мне заебись, что народ меня слушает, и им заебись, потому что народу это нравится.       Тогда еще Сыпра не выглядела как наркопритон, а действительно походила на клуб, на хуевенький, но все же на клуб. Люди тогда приходили всякие, а не только нарики. Торговля наркотой уже началась, но знали об этом лишь некоторые; это было бонусом для избранных в меню. Но со временем все начало меняться. О наркоте в баре начало узнавать все больше людей. Кто-то приходил специально лишь ради нее, кто-то решал попробовать. Но, в конце концов, типаж людей которые посещали Сыпру свелся к одному — мерзкие люди.       Зато здесь все свои. Я, конечно, в душе не ебу кто все эти люди — ни их имен, ни что они из себя представляют. Но на лицо знаю тех, кто тут постоянно. Иногда бывает, что ты можешь себя почувствовать не в своей тарелке, если придешь, а в том уголке не стоит тот жирный чувак с длинными волосами и кружкой пива, ведь он всегда там.       И меня здесь все знают. Не только из-за выступлений. Из-за любви к траху еще, например. Я влипал тут во многие истории. Каждый, кажется, нашел причину невзлюбить меня, я даже всего не упомню. Вот бармен, например, смотрит на меня с неохотой именно из-за моего либидо. Я трахнул его телку. Как будто я, блять, знал. Да если бы знал, мне-то было бы похуй, но почему проблема-то во мне, если его бабе тоже срать было? К ней претензии бы и закатывал, что она у тебя шлюха, а не к моей челюсти, которая, в последствие, болела нихуево так.       Как бы то не было, несмотря на мои постоянные конфликты с окружающими, в которых я, между прочим, себя ни разу не виню, выступления мои все любят и выступать я продолжаю по сей день. Просто сейчас это происходит без какой-либо официальности, с какой пыталось быть по-началу. В углу зала всегда стоит микрофон для меня. Если я в настроении, я говорю бармену вырубать музыку и направляюсь к микрофону. Вот и все.       И сегодня я не мог определиться, есть ли у меня настроение. У меня есть новый текст, у меня есть желание, ибо я несколько дней уже не брал в руки микрофон, а я нуждаюсь в этом, это часть моего привычного рациона… Но только настроение у меня, блять, нестабильное из-за одного лишь всратого утра. Я понимаю, что если я с таким настроем пойду читать — я сам же буду недоволен своим выступлением. А лишь мое довольство и важно, а не то, понравится ли остальным. Им в любом случае понравится, ведь они нихуя не шарят в этом дерьме, и им всегда нравится то, что льется из моего рта, когда я держу в руках микрофон.       Я решил просто продолжить пить и расслабляться у барной стойки, не думая об этом. Припрет так припрет, нет — значит, в следующий раз.       Так и проходил мой вечер. За барной стойкой, со стаканом в руке. Пил, да пытался успокоить свои нервы. И все бы шло отлично, если бы не очередное желание всяких уебков доебаться до меня.       — Че, все? Запиваешь свой творческий кризис? — слышу я голос парня рядом со мной.       Этого уебка я могу узнать даже не по лицу, по одному лишь голосу. Тот самый, который все время что-то мне орет, когда я на сцене; тот самый, который просто неистово обожает повыебываться и которому везде надо сунуть свой нос.       «Наверное, стоило купить алкашку и пойти домой», — думаю я. Жаль, что я раньше не додумался до этого, рассчитывая, что зачитаю сегодня. Теперь уже поздно.       — Хули молчишь? — парень продолжает лезть, несмотря на мой игнор.       Именно такие меня и бесят больше всего. Ни мозгов, ни инстинкта самосохранения.       — А что ты хочешь, чтобы я сказал? — поворачиваюсь в сторону парня и угрюмо смотрю на него, показывая всем своим видом, что лучше бы ему отъебаться.       Парень выглядит, откровенно говоря, как мелкий пиздюк. Уверенный в себе взгляд, будто он всегда и везде правый, и уж не знаю, припухлость на лице или именно это детское поведение, но вид у него, будто он школьник.       — Да хоть что, а то знаешь, это не очень-то красиво — игнорировать людей. Ах да, забыл. Ты же хуйло, — изрек парень.       Внутри меня начали тикать часики; обратный отсчет. У парня оставалось совсем немного времени на заткнуться, а лучше сразу съебаться от меня далеко и надолго.       — О, даже не будешь противоречить этому?       Вот это вот называется доебывание. Самое настоящее. Да, может, игнорировать людей — не очень красиво, но если ты, блять, знаешь, что я хуйло, так зачем ты пытаешься от меня добиться другого поведения?       — Действительно, какое же ты хуйло.       Затем, что ему скучно. Ему, блять, просто скучно. Но, блять, даже тебе же это должно надоесть, зародыш ты эдакий. Я считаю, что если у человека есть хоть какие-то мозги, пора бы уже в этот момент развернуться и оставить меня. Просто потому что ему самому должно надоесть — стоять тут и пиздеть самому с собой, по поводу того, какое я хуйло. Очень весело, очень интересно. Прям завидую ему.       — А чего ты сегодня так слабенько, алкашку попиваешь? Боишься, что хуй не встанет, когда потом трахаться пойдешь? Ебать, как ты вообще этих мразот ебешь, самому не противно?       Да, и вот здесь я больше всего удивляюсь отсутствию инстинкта самосохранения. Парень должен быть явно отбитым, раз он продолжает, еще и усугубляя ситуацию в худшую для него сторону.       — Ну да, хуй под тебя нормальная баба ляжет. Бабы интеллигентов любят, а на такого куска дерьма, как ты…       Парень не успевает закончить, потому что его челюсть встречается с моим кулаком. Слушать и игнорировать сил больше не было, нервы начали вскипать.       Ударил я не сильно, но от неожиданности парень чуть пошатнулся назад и схватился за ушибленное место.       — Ну и сука же ты, — процедил он, после чего замахнулся на меня.       Не знаю, увернулся бы я от него на трезвую голову или нет, но сейчас, попытавшись это сделать, мне не удалось. Удар был сильным и, опять же, за счет подвыпившего состояния, ноги отказались меня держать. Я рухнул на пол, чувствуя, как горит моя скула.       Парень подошел ко мне, глядя сверху вниз, отчего я почувствовал себя довольно погано, а парня захотелось и вовсе убить.       — Все? Уже упал? — насмешливо произнес он, после чего пнул меня по ноге. Не сильно, но морально меня это очень задело.       Я начал подниматься, в полной готовности дать этому парню пизды так, чтоб он потом не смог ходить. В том, как дать пизды я шарил, отчего действовал быстро. Вначале пизданул парня ногой по колену, буквально толкнув его этим, от чего теперь упал он. Тут же сел на него сверху и начал бить кулаком правой руки по лицу.       — Уже упал? — фыркаю я, передразнивая парня.       Ударил один раз, ударил второй раз, ударил третий раз, бил я сильно и не глядя. Я мог бы пиздить его так еще долго, но смысла я в этом не видел. Парень уже нихуя не может мне сделать. Понятно уже, думаю, кто кого.       — Сука, — выдавил из себя парень и вдруг резко вцепился в меня, переворачивая. Я буквально полетел на пол, хотя сидел на нем. Я никак этого не ожидал. Более того, он оказался сильнее, чем я предположил. Когда он сел на меня сверху, я понял, что мне пиздец.       А затем удар по губе. Один. По челюсти. Два.       — Хэчан! — кричит какой-то мужик и буквально сталкивает парня с меня.       Больно. Он пиздецки сильно бьет.       Очень больно. Я буквально чувствую стертую кожу возле губы и как все горит в этом месте. Я дотрагиваюсь до ранения, конечно же, сочится кровь. Спасибо хоть, что зубы на месте.       — Он первый меня ударил! — словно в первом классе орет пацан в свое оправдание.       Оказывается, вокруг нас уже давно толпа людей, только никто не решался вмешаться. И если бы не этот мужик, то получил бы я еще не раз.       Я еле как поднимаюсь и окидываю взглядом этого уебка. Он выглядит не лучше — лицо заметно припухло, под носом кровь, под глазом такие же стертые ранения и уже виднеются новые оттенки.       — Ну и нахуй ты полез на него? — обращается ко мне тот самый мужик.       — Язык за зубами держать не умеет пацан, — я поднимаюсь, направляясь к выходу.       Теперь уже точно никакого выступления не будет, а настроение мне хуй кто поднимет. Все. Вечер окончен.