Ты в моей власти!

      Маринетт очнулась, в голове был туман, перед глазами все расплывалось… Девушка попыталась встать, но кости ужасно ломило, боль была невыносимой. Кот склонился над Маринетт и сказал: — Ну, как ты, Принцесса? — Если честно… Ужасно, — Нуар улыбнулся обезоруживающей улыбкой. — Ты просто прекрасно держишься, — сказал Нуар. — Другие воспринимают все еще более серьезно. — Более серьезно?! — Вызывают полицию, к примеру… А когда полиция никого не обнаруживает, кроме девушки, бьющейся в мандраже, все заканчивается очень и очень печально, а ведь я всегда предупреждаю, что боятся меня не нужно. Я понимаю, сколько мыслей сейчас у тебя в голове… — Нет, совершенно не представляешь, — Маринетт слегка приподнялась на локте. — Для начала, — уголки его губ приподнялись, — представлюсь. Я Кот Нуар, а вообще у меня много имен, но ты должна знать только это… Сразу говорю, я не ангел и не Бог, и не что-то в этом роде… — Кому могла придти в голову такая мысль? — перебила его Маринетт. Глаза Кота улыбались, но тон оставался подчеркнуто серьезным. — А что, не похож? — он сделал исключительно важное лицо. Тут настала очередь Маринетт смеяться.       Этот смех… Заливистый, не такой громкий, и от того более приятный. Внутренне Нуар смеялся вместе с ней, но лицо все же оставил за маской равнодушия. Кот, справедливости ради сказать, безумно наслаждался этим моментом, ведь пройдет пара минут, и… — Маринетт, ты с самого рождения принадлежишь мне, я выбрал тебя… — Я не понимаю, о чем ты говоришь, Нуар, — Маринетт все еще продолжала улыбаться, и Кот решил оттянуть этот момент… — У тебя чудесные эскизы, Принцесса, — он повернулся к стене. Лицо Кота сразу стало немного грустным, а глаза померкли. Если бы Маринетт посмотрела в этот миг на него… Но она видела лишь спину в черном костюме и длинный извивающийся хвост. — Маринетт, — его глаза снова приняли то лукавое выражение.       Маринетт было так хорошо… То чувство покоя, удаленности от тревог, безопасности… Девушка вновь почувствовала это, впервые за долгие, долгие годы. Она знала, что с ней ничего не случится, что ничего плохого не произойдет, и жизнь вольется в общее русло, стоит только этого захотеть… — Да… — лениво произнесла Маринетт, расплывшись в глупой улыбке. — Ты теперь моя, Принцесса, — произнес Кот мягко, но в то же время властно. — Нуар, ты вечно повторяешь это, но смысл слов своих не объясняешь! — Маринетт еще витала в мыслях о прекрасном прошлом и спокойном будущем… — Хорошо, Принцесса! Если ты просишь… — Нуар вдруг подскочил к кровати и, взяв Маринетт за руки, помог ей встать. Он посмотрел в ее глаза, в такие чистые и красивые, небесно-голубые глаза… — То, что произошло… Все это я… Это моя фантазия, и ты, повинуясь мне, сделала все, что я приказал тебе.       Маринетт не могла поверить в это. Ведь эти чувства были так реальны, он не мог просто взять и заставить ее. Это невозможно! — Ты не можешь приказать мне! Это полный абсурд, — девушка изо всех сил пыталась не потерять самообладание. — Не хочу тебя разочаровывать, Куколка, — Нуар ехидно усмехнулся. — Но с этим ничего не поделаешь. Ты в моей власти! Полностью и абсолютно! Навсегда!       Он предвинулся ближе, но Маринетт была в такой ярости, что не видела ничего перед собой. И понемногу до нее стал доходить смысл слов Нуара, и, с прискорбием, в голову девушки начали закрадываться мысли о его правдивости… — Так кто же ты? — спросила Маринетт и взглянула в его зеленые кошачьи глаза, поблескивавшие при свете. — Неужели это твой главный вопрос, Маринетт? — и, подмигнув девушке, Нуар, в мгновенье ока добравшийся до окна, спрыгнул с подоконника, исчезнув в ночи.