Ты в моей власти!

      Распростертая по кровати девушка со спутанными волосами выглядела более, чем привлекательно. Нуар облизнулся, но все же резко отошел от кровати. Она хотела этого, сама хотела…       А воспоминания пьянили не хуже крепкого вина. Вдруг стало жарко, смешно и страшно. Что будет? Ему хочется бежать. Куда угодно. Неважно, совсем неважно зачем. Важно. Он получил, что хотел. Нужно идти. Внимательно смотрит. Каждая чёрточка её великолепного лица. Какого черта он стоит и пялится на неё? Какого черта?!       Теперь она совсем другая.       Ночь… Лучшая в его жизни. Нет, он так не думает. Не ври себе, Нуар. Ложь — худшее, что ты можешь сейчас позволить. Она хрупка, мила и невинна. Что ты сделал с ней?       Черт, черт, черт! Слишком много ты себе позволил… А она улыбается. Что же ей снится? Глупые, глупые мысли. Они не нужны тебе, Нуар. Проблема, сейчас, ты должен думать о ней. Почему Маринетт, почему именно она?       Слишком поздно. О чём ты думал? О чём ты думал, парень, когда целовал её губы?! Это бред. Просто бред. Ты использовал её. Грубо, жестко… Нет, нет! Всё было не так. Ты ведь никогда не поверишь в это, правда?       Нуар…       Темно… Слишком темно, чтобы разглядеть его. Куда подевался свет? Он только шепчет: « Маринетт…» И это заводит её. Так сильно, что хочется не отпускать его ни на секунду. Только, пожалуйста… Мысли разом ушли. Голова пуста. В ней только его образ.       Шею жжёт нещадно, плевать. Его поцелуи… Больно от мыслей, идите прочь. Пожалуйста…       Его губы на ключице. — Принцесса…       Выгнувшись навстречу, Маринетт коснулась его груди. Пальцы пробежались по скользкому материалу. Достигнув шеи, они тихо скользнули под ткань.       Холодные. Такие холодные. Он вздрогнул. Вихри. В голове сейчас. Плевать, уже плевать.       Он обхватил её талию, крепко прижав к стулу. Еще ближе стремясь к нему. — Сколько можно! — его восклицание режет слух словно ножом. — Я не могу, больше не могу!       Не отвечая, Маринетт лишь притянула его к губам. Сердце распадалось на молекулы, стуча все чаще. Почти невозможно. Всё нереально.       Волосы. Гладкие, ровные. — Я так хочу… — он не дает ей закончить, возобновляя поцелуй. Кислорода в легких почти не осталось. Она задыхается, а он продолжает её целовать…       Прикусил до крови. Язык по тонким губам. Больно… Дрожь по копчику. Узел в животе…       Она пытается вспомнить что-то про кристаллическую решетку, чтобы совсем не потерять сознание. Он несёт ее куда-то. Шея…       Его губы… Трясет. Волосы, его волосы… Дыхание обжигает шею.       Теряя сознание, хватая воздух, она хотела только одного. Крепче, сильнее. Она тихо застонала.       Он прикусил мочку её уха… Невозможно…       Тёплая кожа на его шее. Он легонько потянул её за волосы. Все ниже.       Оставляя красные следы на белоснежной ключице. Она выгнулась навстречу. Его рука сильнее сжимает её талию.       Хриплое дыхание из его груди. Желание… Больше нельзя!       Жарко. Вдруг пересохло в горле. Он целует всё ниже. Всё ближе.       С трудом выдыхает воздух из легких.       Легкий стон с её губ. Спина совершила изгиб. Сколько прошло времени? Минуты, секунды?       Скользкие простыни больше не нужны. По телу расползлось наслаждение.       Ему жарко. Он задыхается. Её шея. Её глаза…       Больше нельзя… А она лишь шепчет: — Пожалуйста… — и это сводит его с ума.       Его прошлое, её будущее. Будь это правдой, они бы знали, что неправильно. Всё вымышлено. Здесь можно. Сейчас это единственное, что имеет смысл. Больше нельзя, но так хочется, просто так. Плевать. Плевать на всё. Ненужная одежда полетела на пол.       Его губы на её груди. Нежно. Стон. Её стон, который значит для него больше, чем всё остальное.       Только не останавливайся. Её мольба крутится в голове. Стон. Сладкий, исполненный желания. — Пожалуйста…       Крепче, ближе, касаясь губами её живота. Слезы по щекам. Узел в животе, затягивающийся у основания. К горлу подкатывают хрипы, стоны и щемящее чувство в груди.       Его пальцы пробежались по внутренней стороне бедра, вырвав стон из её груди. Сжавшись, она сомкнула ноги. — Принцесса, я люблю тебя… — выдохнул он ей в живот. Глупость. Еще одна глупость.       Растворившись в желании, она не понимала, что происходит. Бездна, в которую она упала, сомкнулась над ее головой. Тягучее чувство заполнило всё существо.       Пальцы пробежались по всей длине, вырывая вздох. Целует её плоский живот.       Кровь стучит в ушах. Жарко. Слёзы по щекам. — Пожалуйста, пожалуйста, Нуар! — почти кричит она и тянет его за волосы.       Сердце без ударов. — Коснись меня, коснись, — на выдохе хрипло просит он и замирает.       Глаза блестят в слабом лунном свете. Почти чёрные. Зрачки закрывают радужку. Ладонь в его волосы. Ближе к себе. На полувыдохе. Она ближе. Солёные губы. Она целует сильнее, проникая в рот.       Резко, быстро он входит в неё. Боль, он не дает думать о ней. Мысли лишь о его руках, скользящих по её груди. Ближе к бедру, пальцы вдоль живота. Сердце гремит, пропуская тысячи ударов. Дыхание спёрто.       Он двигается в ней. Медленно, надрывно, позволяя выбирать самой. Выгибается сильнее. Она просит, умоляет. Её затуманенный взгляд сводит его с ума, заставляя сердце биться чаще, быстрее, сильнее.       Стон с её губ. Дрожь от позвоночника до кончиков пальцев. Медленно, будто растягивая наслаждение. Он часто дышал. Стараясь не сорваться, он чуть ли не душил её поцелуем. Стон, еще один. Толчок, толчок…       Он сильнее сжал её бедра. До крови закусывая губу…       Контроль, эмоции... Разум полетел к черту.       Быстрее, чаще, сильнее. Она стонала. Уже громко, почти крича. Его губы накрыли её.       Выдохи, снова её стоны. И его сдавленное рычание, переходящее в хрип.       Жарко. Жарко. Душно. Он рядом. Лежит рядом на её кровати. Это невозможно. Его рука на её плече.       Ощущения сладкой истомы заполняют тело и хочется кричать. Кричать громче. Он рядом, так близко, что она может коснутся его.       А счастье заполняет голову легким дурманом, превращая мозг в дымку.       Плевать, на всё плевать.