Моя жизнь - правдивая история, рассказанная собакой

СПУСТЯ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ

Наконец-то я снова встретилась с Боссом. Мы гуляли до самого вечера, пока небо не начало окрашиваться в нежные лиловые тона. Воздух становился прохладнее, но мне было тепло от его присутствия. Он извинился за тот день, когда бегал по пятам за той незнакомкой — сказал, что был слепым и глупым щенком, и поклялся, что такого больше никогда не повторится. Как я могла не простить его? Мое сердце растаяло, как кусочек летнего льда на горячем асфальте, и все снова встало на свои места. Мы говорили без умолку, рассказывая друг другу о себе — такие простые вещи, но как же они важны, когда хочешь узнать душу другого. И мы немного помечтали о будущем. Я уже видела его в наших общих щенках. — Я родился у мамы и отца на улице, — начал Босс, и его обычно уверенный голос дрогнул. — У нас даже был дом в виде картонной коробки, нас часто подкармливали Двуногие... но внезапно умерли мои родители. Они по ошибке съели что-то лежавшее на траве, я так понял, отравились и ушли жить на небеса. — Он замолчал, и его темные глаза поднялись к медленно гаснущему небу, словно ища там их силуэты. — А позже меня подобрала Наташа, и с тех пор я живу у неё и в принципе счастлив. По крайней мере, у меня есть теплая и сухая квартира, лежак, миски с едой и водой, и любовь. Но теперь я вдвойне счастлив, так как повстречал тебя. Я люблю тебя и буду всегда с тобой. — Он повернулся ко мне, и его улыбка была такой искренней, что у меня защемило сердце. — И я люблю тебя, Боссик, — Лиля улыбнулась в ответ и, поддавшись порыву, лизнула его в щёку, чувствуя под языком мягкую шёрстку. — Но если честно, мне тебя очень жаль, потому что ты родился на улице, в отличие от той же меня. Я родилась в квартире, у меня также были родители, но отец умер, когда я была маленькой, и у нас даже были хозяева. Потом меня забрала моя хозяйка и её родители, и в принципе я тоже счастлива с ними. Но с другой стороны... я до сих пор очень скучаю по маме. Мне интересно, помнит ли она обо мне, как она поживает вообще, и где находится. — Голос сам собой стал тише. Главная героиня отвела взгляд, разглядывая трещинку в асфальте, чтобы он не увидел внезапную влагу в моих глазах. — Не расстраивайся и не грусти, зай, всё же хорошо, а что было — то прошло. Не стоит думать и вспоминать о том, что было раньше, тем более о плохом, — его слова прозвучали мягко, а подмигивание заставило меня снова улыбнуться. — А про твою маму хочу сказать, верней, я чувствую и думаю, что она помнит о тебе, ты же её дочь, как никак. Да, это было давно, и всё же... Родители никогда не забывают о своих детях. И я чувствую, что у неё всё хорошо. — Откуда такая уверенность? — удивлённо поинтересовалась Лиля, невольно приподняв одну бровь. — Говорю же, думаю и чувствую. У нас же от природы с детства появляются разные способности, — скромно заявил Босс, прижимая уши, словно немного смутившись собственной уверенности. — Понятно, — просто ответила Лиля, погружаясь в свои мысли. А что, если он прав? — Что-то не так? — забеспокоился Босс, его мордочка приблизилась к моей, и я почувствовала его теплое дыхание. — Нет, всё уже хорошо, — снова озарила улыбка главную героиню, и она вновь лизнула его в щёку, желая передать это ощущение полного покоя. — Кстати, опять возвращаясь к теме твоей мамы. Ты вообще не помнишь, где жила, когда родилась у неё? — неожиданно поинтересовался он. — В том-то и дело, что не помню, даже примерно, — Голос Лили снова стал печальным, а уши предательски прижались к голове. — Ничего страшного, ещё вспомнишь. Просто постарайся, и всё получится, — Босс снова подмигнул, и его ободряющий язык снова коснулся моей щеки. — Хорошо, но не сейчас и не сегодня. Потому что я хочу гулять с тобой и говорить о нас, — заявила Лиля, весело виляя хвостом, который выбивал дробь по воздуху. — Как скажешь, любимая, — улыбнулся Босс в ответ, прикрыв глаза от удовольствия. — Я люблю тебя. — А я люблю тебя, — прошептала главная героиня, чувствуя, как по щекам разливается знакомое тепло. — Насколько сильно ты меня любишь? — с внезапной игривостью поинтересовался он. — Настолько, насколько это возможно, — пошло улыбнулась Лиля и хихикнула, закатив глаза. — Рад это слышать, — ухмыльнулся Босс и усмехнулся, после чего лизнул меня прямо в нос. От неожиданности я фыркнула, а потом рассмеялась, и снова покраснела. Вот так мы и гуляли до самого вечера, пока нас не позвали домой наши хозяева. А перед тем, как разойтись по своим квартирам, Босс, сияя как тысяча солнц, пообещал, что через несколько дней меня ждет сюрприз. От одной этой мысли хвост начал вилять сам собой.

СПУСТЯ НЕДЕЛЮ

Босс пригласил меня на свидание! Представляете? На настоящее, подготовленное свидание! И оно проходило прямо на улице, перед нашим домом. Лера с Наташей расстелили на травке старое, но чистое и мягкое одеяло. Мы улеглись на него рядышком, плечом к плечу, и смотрели на просыпающиеся в темнеющем небе звезды. Они казались такими близкими, будто их можно было достать лапой. Рядом, как настоящие джентльмены, стояли две миски с прохладной водой и тарелка, полная разных собачьих лакомств, от которых сводило нос. — Я самый счастливый пёс на свете! Спасибо, что появилась в моей жизни, любимая, — сказал Босс, и его взгляд был таким теплым, что мне стало жарко. Он лизнул меня в щёку, и его гладкий язык показался мне самым нежным на свете. — Я тоже самая счастливая на свете, — подтвердила я, чувствуя, как по всему телу разливается блаженство. — Это тебе спасибо, что появился в моей жизни, — добавила Лиля, глядя в его преданные глаза и снова покраснев. — Я тут кое-что сочинил, — признался Босс, таинственно понизив голос. — Пост, который посвящён тебе. И я хочу, чтобы ты его услышала. — Ух ты, как мило! Я с радостью послушаю, рассказывай, — обрадовалась главная героиня, устроившись поудобнее и приготовив уши. — Я люблю одну тебя, милая моя. И запомни навсегда, что ты одна мне нужна в этом мире одиноком. Я за тебя жизнь отдам, за тебя порву любого. Ты моя и навсегда! Ты красивая, милая, прекрасная, весёлая, верная и добрая. Ты моя малышка, моя зайка. Я буду лишь с тобой, и в радость, и в грусть, и в мороз, и в зной. Ты будешь счастлива со мной — клянусь! А я буду счастлив с тобой — я верю. Мы будем жить долго и счастливо, а пока, запомни навсегда. Я люблю одну тебя, и ты одна мне нужна. Он говорил это так искренне и уверенно, глядя мне прямо в душу, а в конце на его глазах блеснули слезинки. Моё собственное сердце сжалось в комок от переполнявших его чувств. Предательские слезы счастья выкатились и из моих глаз, я покраснела так, будто меня ошпарили, и прижала уши от нахлынувшей волны нежности. Мой возлюбленный это заметил и, не говоря ни слова, смело обнял меня передней лапой. — Мне... мне так понравилось, — прошептала Лиля, запинаясь. — У меня даже слов не хватает, чтобы описать, насколько... Но одно я точно могу сказать... Я очень сильно тебя люблю. И я наконец поняла, кто мне нужен в этом мире по-настоящему. И это ты. Босс нежно приложил лапу к моей щеке, его уши прижались, а на морде расцвела такая улыбка, от которой у меня перехватило дыхание. Я удивлённо посмотрела ему в глаза, чувствуя, как горит всё лицо. — Я люблю тебя, солнышко, — улыбнулся Босс, и сам покраснел. — А я люблю тебя, дорогой, — подтвердила Лиля, и моя улыбка стала ответной. Мы обняли друг друга, и так и лежали, прижавшись друг к другу, слушая, как бьются в унисон наши сердца. Спустя какое-то время вода была выпита, а лакомства бесследно исчезли. Мы с Боссом все так же лежали, прижавшись друг к другу. Я закрыла глаза, купаясь в океане собственного счастья, как вдруг почувствовала, как он кладет свою переднюю лапу поверх моей. Я открыла глаза, посмотрела на наши лапы, а потом перевела взгляд на него. Он смотрел на меня и улыбался. По этой улыбке я поняла — он безмерно счастлив. И тут он начал медленно приближаться ко мне. Я сразу поняла, что он хочет сделать, и сердце заколотилось где-то в горле. Я не стала сопротивляться, а наоборот, сама потянулась ему навстречу. Ещё мгновение... и наши морды встретились. Наш первый поцелуй. Такой же незабываемый, как и всё это свидание. Мы, конечно, не умели целоваться, не знали, как это правильно делается. Но этот неловкий, нежный и искренний поцелуй был самым лучшим на свете. В нем была вся наша любовь.