Частные уроки

— Ну ты и придумала нам проблемы, — раздражённо сказала Рей, примеряя очередное платье для предстоящей вечеринки. — Но вы же любите меня, я знаю, — Усаги повисла на шее подруги, рукой придерживая пышные юбки. — Но, если ты выберешь это платье, я перестану это делать, — ответила Хино, критично осматривая ярко-розовое платье. — Я, конечно, понимаю, что ты любишь этот цвет. Но знай край, особенно когда у тебя есть возможность надеть что-то получше. — В том то и дело, что нет чего-то другого, подходящего для бала, — горестно пробубнила Усаги, «утопая» в пышных складках юбки. — Господи, Усаги, ты не обязана надевать что-то длинное, пышное и навороченное. Ещё и одна такая будешь, как позорище.       Усаги смотрела на Рей, подперев подбородок кулачком. Так получилось, что со сборами могла помочь только мико, а с остальными девочками они смогут увидеться уже только вечером. Они с Рей возились в шкафу Усаги добрых полтора часа. Правда большая часть времени ушла на восторженные возгласы Цукино насчёт её новой встречи с Мамору. — Он так бережно держал меня в своих объятиях, будто я самое главное в его жизни, — рассказывала девушка, мечтательно прикрыв веки. — Ты сильно преувеличиваешь, дорогая, — качала головой Рей, критично осматривая содержимое шкафа. — Ты слишком приземлённая, — махнула на неё рукой блондинка, продолжая вспоминать вчерашние события.       Попросить помощи у Мамору было идеей Ами, хоть та и не очень одобряла, что это произойдет вместо должных занятий. Но ради любви можно и пропустить пару раз. И эта затея очень пришлась Усаги по душе — заниматься не надо, и она впервые побывает в объятиях его сильных рук. Как она и думала, мгновенно же появилось чувство защищённости и уюта. И просьба позаниматься ещё чуть-чуть была больше из соображений​ побывать дольше в его руках, а не для закрепления выученного материала. А когда он включил одну из её любимых диснеевских песен, она тут же нашла во всём скрытый смысл, понятный только ей. Потому что ситуация Авроры и Филиппа каким-то образом напомнила её собственную, особенно — снами. Усаги не могла наверняка знать, снилась ли она Мамору, но он ей почти всегда. И пусть этот сон действительно никогда не сбудется, в тот момент его глаза на какой-то миг излучали особую нежность. Ей даже показалось, что он готов был её поцеловать, если бы не звонок Мотоки. Усаги была благодарна ему за помощь, но тогда он только навредил. — Усаги, перестань витать в облаках, — Рей хотела было дёрнуть девушку за хвостик, но подруга быстро увернулась, едва не упав. — Глянь, что я нашла в недрах твоего шкафа.       Брюнетка встряхнула чем-то черным, наверняка обтягивающим и довольно коротким. Усаги признала в этом нечто своё платье, купленное пару лет назад. И никогда не ношенное. — Почему я никогда не видела это великолепие? — восхищённо спросила Рей, осматривая наряд. — Потому что у него голая спина, а у меня были прыщи… И есть. Даже не думай, я не надену его — не обладаю соответствующей фигурой. — Кто тебе это сказал? — Моё отражение в зеркале, — парировала Уса, выбираясь из складок юбки. — Прекращай заниматься самобичеванием, давно уже пора полюбить себя такой, какая ты есть. Тем более, у тебя отличная для твоего роста комплекция фигуры, а любые недостатки, вроде твоих прыщей, всегда можно убрать. Меньше бы ленилась, меньше бы было таких проблем. — Я не ленюсь, — возразила Усаги, нахмурив брови. — Ага, сказочки будешь рассказывать кому-то другому. Раздевайся! Будем примерять на тебе эту прелесть.       С этими словами Рей подлетела к подруге словно фурия, помогая избавиться от тяжёлого бального платья. Шарики оданго зацепились за корсет платья, и едва там и не остались, когда Хино со всей силы дёргала платье. — Ты хочешь оставить меня без волос?! — прозвучал приглушённый голос Усаги. — Ой, прости, — Рей тут же освободила волосы подруги из коварного плена одежды и смогла нормально стянуть платье.       Усаги слегка поёжилась от прохлады: тело покрылось множеством мурашек. Она инстинктивно обняла себя руками, но не только от холода, скорее от смущения. Несмотря на то, что они с Рей знакомы довольно давно, Усаги всё равно продолжала стесняться, как и при остальных девочках. — Тебе необходимо снять лифчик, — добавила Хино, всё также любуясь платьем. — Что? — пискнула девушка, округлив глаза. — Опять ты за своё, — закатила глаза брюнетка. — Не будешь же ты с открытым видом на свой розовый лифчик ходить. — Точно, — вздохнула Уса, развернувшись к подруге спиной. Быстро избавившись от сейчас ненужной детали, девушка протянула руку, чтобы взять платье. — А как соски скрыть? — Тут же чашечки вставные, — успокоила Рей и помогла залезть в платье, которое в бёдрах стало чуть узковато. Расправив все складки, поправив длинные рукава, подруга развернула Усаги к зеркалу. — Оно идеально на тебе сидит.       Платье действительно неимоверно шло Усаги, подчёркивая все прелести её фигуры. Особенно хорошо смотрелись бёдра, по которым она провела руками, любуясь собой. — Надеюсь, хотя бы попой своего Мамору приворожишь. — Рей! — Усаги тут же покраснела, гневно смотря на отражение подруги. — Было бы чем. — Хорошая у тебя попа, успокойся, — сказала Хино и, в подтверждении своих слов, шлёпнула Усаги. Блондинка смутилась от этого жеста, но больше не стала спорить.       Рей ворковала вокруг неё ещё час, наводя марафет. Усаги всё-таки согласилась на косметику, но с условием, что это не будет выглядеть так, будто она жертва маньяка-визажиста. И даже согласилась распустить волосы и накрутить их. В конечном счёте Усаги выглядела больше, чем великолепно, но в то же время оставалась собой. — Ну, если не Чиба, то кто-то обязательно на тебя обратит внимание, зайка, — улыбнулась Рей, не смея отвести от подруги взгляд. — Надо сделать Минако фото! Попозируй мне. Не сжимайся так, расслабься.       Усаги неуверенно смотрела на Рей, не понимая необходимости в фото, если Аино сможет в скором времени лично узреть её внешний вид. Но под грозным взглядом мико всё же сдалась, пытаясь встать в более привлекательную позу. — Отлично, — прокомментировала Рей, листая фото. Усаги почти моментально подскочила к ней, заглядывая в экран телефона. — Это точно я? — глупо переспросила Усаги. — Точно, дурочка. Теперь надо и меня собрать. Минако и девочки уже готовы, они через час будут на месте. Ты звонила Мотоки?       Усаги мысленно ударила себя по лицу, понимая, что они не обговорили с Мотоки, когда смогут забрать пригласительные. — Секунду, — пискнула девушка и, схватив свой телефон, бросилась в коридор, оставив Рей готовиться. Быстро набрав номер, она с нетерпением прижала трубку в уху. — Мотоки? — Привет, Усаги-чан! Что-то случилось? — Да, случилось: мы не забрали билеты же. А ты наверняка пойдешь туда с Мамору, и мы не сможем подойти забрать… — кажется, Усаги была на грани истерики. — Усаги-чан, всё будет нормально. Я минутами ранее звонил ему, он опоздает. Так что мы спокойно сможем встретиться перед началом, чтобы отдать билеты, — успокоил её Мотоки. — Правда? Тогда ладно, спасибо большое, — выдохнула девушка. — Не опаздывайте, — с этими словами они завершили разговор.       Усаги вошла обратно в комнату, где Рей заканчивала последние приготовления. Девушка подводила губы ярко-красной помадой, прям под цвет своего платья. — Ну что там? — не оборачиваясь, спросила Хино. — Всё в порядке, заберём перед самым началом, — ответила Усаги, прижавшись затылком к двери. — Ну и хорошо, собирайся дальше.       Усаги со вздохом оторвалась от стенки, подходя к своей сумочке. Бережно отцепив от неё любимую игрушку, она начала складывать туда всякую мелочь, вроде нескольких заколок, расчёски, пудреницы и помады. Телефон Рей зазвонил как раз тогда, когда они уже надевали туфли. — Девочки уже приехали, — объяснила Рей, накидывая на плечи пиджак.       Они спустились вниз, и Усаги мысленно ликовала от того, что мамы сейчас не было дома. Она предупредила её, что вернётся поздно, и не стоит переживать. Закрыв дверь на ключ, Усаги обернулась к стоящей у дороги машины. — Ты такая красивая! — восхищённо пропела Минако, подскочив к Усаги. Она несколько раз обернула её, рассматривая со всех сторон. — А я, значит, не красивая, — фыркнула Рей, отвернувшись от подруг. — Садись уже в машину, некрасивая, — закатила глаза блондинка, толкая Усаги к заднему сидению. Усадив подругу, она села к ней на колени. — Привет, — Усаги обернулась к остальным своим подругам, которые также одобрительно смотрели на неё. — Рей-чан, ты просто мастер, — прокомментировала Ами, изучая лицо подруги.       Цукино сжалась под оценивающими взглядами подруг, будто она какой-то подопытный кролик. Хотелось выйти из машины и сбежать, чем терпеть это. Но Минако обхватила её шею руками и заговорила. — Что ты планируешь делать, моя принцесса? — от Минако пахло чем-то едким, резким, от чего Усаги хотелось скорее прикрыть нос. — Ты что, пила? — озвучила она свою догадку, широко раскрыв глаза. — Совсем немного, — виновато улыбнулась Мина. — А я ведь говорила, что не стоит, — вздохнула Ами, и Усаги повернула голову к ней. Лицо подруги обрамляли длинные пряди, придавая ей нежный образ нимфы. — Не будь занудой, Минако всего лишь хочется повеселиться, — рассмеялась Мако. — Усаги бы тоже не помешало, — добавила Рей. — Хватит говорить, что мне делать, я не маленькая, — разозлилась Цукино, пытаясь убрать руку Минако со своей шеи. — Если ты не маленькая и исполнишь задуманное, то тебе может пригодиться это, — в руках Минако сверкнул серебристый квадратик. Усаги на автомате взяла его в руки. А когда до неё дошло, что это именно, тут же с визгом выронила из рук. В машине раздался заливистый смех подруг. — Мина-чан, ты не должна так говорить, их отношения далеки от подобного, — кажется, только Ами сохраняла в данной ситуации здравый смысл. — Ами права, — раздался голос Рей с переднего сидения, Усаги даже успела успокоиться, но подруга продолжила, — их отношения ещё далеки от того момента, когда Усаги сама может приносить подобное — всё на совести Мамору.       Девушке хотелось сейчас просто исчезнуть, чем сидеть в душном салоне автомобиля и выслушивать эти пошлые шуточки. Ещё и при постороннем. Но, кажется, водителя только забавляла их компания молоденьких глупых девиц. Которые предстали не в самом лучшем ключе. — Меня сейчас стошнит, — после нескольких минут молчания пролепетала Минако, но в тишине её слова прозвучали довольно громко. — Пить меньше надо, — ухмыльнулась Макото, открывая окно возле себя. Аино благодарно улыбнулась и облокотилась плечом на стекло сзади себя. Усаги вздохнула, смотря на невинное лицо подруги и всё-таки обняла её за талию, чтобы та не падала. Что бы не происходило, она в любом случае её любила и готова была простить каждую глупость. — Приехали, — оповестил водитель и девочки потихоньку начали выползать из машины, стараясь не испортить ни идеально выглаженное платье, ни укладки.       Усаги пришлось выходить самой последней. На свежем воздухе ей стало гораздо легче, даже морально. Только сейчас до неё стал доходить смысл происходящего более яро. Её мысли начали одолевать сомнения, как и в тот день, когда она шла соблазнить Мамору. Данная ситуация практически ничем не отличалась — цель та же. Она с некой опаской осматривалась вокруг, всматриваясь в толпу красиво наряженных людей. На каждом была маска и Усаги мысленно чертыхнулась, вспомнив, что о своей маске даже не позаботилась. То, что её собирают подруги, совсем заставило Усаги перестать думать. — Усаги, — девушка обернулась к зовущей её Макото. Подруга протянула ей черную маску с небольшими перьями на уголках. — Это тебе. — А как ты узнала? — недоуменно спросила Усаги, принимая маску в руки. — Какая именно нужна? Ну, Рей же отправляла для Минако фото. Хотя знаешь, я уже заготавливала для тебя нечто розовое и пушистое, — призналась Макото. — Неужели я настолько предсказуемая? — обиженно спросила девушка, неосознанно сжав работу подруги. — Не совсем. Да и предсказуемость не всегда плохо, — пожала плечами Кино, высвободив из цепкой хватки Усаги маску. — Давай помогу. У тебя очень красивые глаза, можно было ещё подводкой подвести, конечно, для пущего эффекта. — Она и так прекрасна, — вставила Минако, уже нацепив свой маскарадный атрибут. — Идём искать Мотоки и покорять Мамору! — Да что же ты постоянно кричишь, неугомонная, — зашипела на неё Рей, пытаясь закрыть девушке рот.       Ами, глядя на всё это безобразие, только покачала головой, тихо причитая о том, что они кучка бескультурных девиц. Усаги же, не обращая внимание на вопли подруг, пыталась высмотреть Мотоки. Когда она уже потянулась к сумочке, где лежал телефон, её окликнул знакомый голос. — Усаги-чан! — она резко обернулась на звук. Неподалёку от них стоял Фурухата вместе с Рейкой. Девушка тут же приободрилась и направилась к приятелю, призывая девочек следовать с ней. — Привет! — она широко улыбнулась, радуясь, что всё пока ещё не идёт наперекосяк. — У тебя очень красивое платье, — улыбнулась Рейка, от чего Усаги моментально смутилась. — Спасибо, у тебя тоже, — ответила девушка, любуясь самим образом парочки. Они оба выглядели блестяще в прямом смысле этого слова: у Рейки серебристое платье, а у Мотоки — бабочка. И такие же сверкающие маски. — Я не знаю, когда он придёт, но обязательно явится, это его натура, — сказал Мотоки, будто прочёл мысли Усаги, потому что она действительно переживала насчёт этого. Он вручил и ей билеты и слегка виновато улыбнулся. — Ну, тогда нет смысла тут стоять, идём внутрь, — Минако схватила подругу за руку и быстро потащила её внутрь, протискиваясь сквозь толпу. — Не знаю, как вы, но я хочу танцевать. — Спорим, что сегодня она выйдет отсюда под ручку с каким-нибудь пупсиком, — добавила сзади шедшая Рей. Усаги посмотрела с улыбкой на Минако, которая, кажется, совершенно не обращала ни на кого внимание. — Смотри, как бы ты не вышла, — засмеялась Макото. — Ей потом Ючиро выйдет по первое число, — прокомментировала Ами, на что Хино зыркнула на неё взглядом «предатель года».       Когда они всё-таки вошли внутрь, Усаги не смогла сдержать восхищённого взгляда. Вокруг было поистине волшебно, будто и не люди сделали. По залу лилась трогательная мелодия, которая в самый раз подошла бы для нежного танца. Также бросалось в поле зрения множество ярких платьев, что у девушки даже зарябило в глазах. — Как-то организовано всё тупо, — прокомментировала Кино, критично осматриваясь кругом. — В каком плане? — спросила Ами. Кажется, что её вполне всё устраивало. — Музыка нудная. — Так это же бал, — покачала головой Ами, высматривая место, где можно было бы присесть. — Именно поэтому ты взяла с собой книгу, — съязвила Макото. — Мы здесь не для веселья, а для того, чтобы поддержать Усаги-чан, — возразила Мизуно. — А ещё ради мальчиков! — добавила Минако, почти крича. На них обернулось несколько людей и Усаги сразу же начала испытывать стыд за свою подругу. — Никто не запрещает нам всё это совмещать, так что вперёд, — Рей демонстративно закатила глаза.       Но чтобы пройти спокойно в центр, им необходим был партнёр. В конце концов, это не обычная школьная вечеринка. Поэтому девочки просто остались на месте, наблюдая за танцующими. Усаги завистливо смотрела на кружащие парочки, вспоминая её танцы с Мамору. При воспоминании о нём, внутри разливалось тёплое чувство, а сердце пропускало удар. Посмотрев на своих подруг, понимающих перспективы вечера, Усаги заметно погрустнела, понимая, что обещала более весёлый вечер. — А вы ещё спрашивали, зачем я взяла книгу. Пойдем, надо найти какие-то сидячие места, иначе наши ноги попросту не выдержат такой многочасовой нагрузки.       Девочки неохотно поплелись за ней, но Усаги всё время оборачивалась ко входу, надеясь увидеть того, ради кого она сюда собственно и явилась. Ами почти моментально нашла свободный столик, но на четверых. Минако вызвалась добровольцем постоять, но тут же куда-то упорхала, пообещав, что в скором времени вернётся. — Боюсь, что она нас покинула навсегда, — загробным голосом прокомментировала Рей, снимая маску. Усаги издала неверный смешок, постукивая ноготками по столешнице. Мако резко схватила её ладонь и успокаивающе сжала. Девушка благодарно улыбалась, но от этого ей лучше не стало.       Минако вернулась минутами десятью позже с четырьмя стаканчиками чего-то. Усаги недоуменно переводила взгляд то на них, то на саму подругу, которая уже пошатывалась гораздо серьёзнее. Как она ничего не пролила, оставалось загадкой. — Мина-чан, только не говори, что это то, что я думаю, — перепугано спросила Ами, оторвавшись от книги. — А откуда я знаю, что ты думаешь? Я похожа на телевизора? — Телепата, Мина, а не телевизора, — исправила её Мизуно. — И не нужно уметь читать мысли — достаточно владеть обонянием, чтобы понять, что находится в этих стаканах. — Ами, прошу, не будь занудой, здесь и так тошно, — Минако чуть сморщила свой маленький носик и продолжила: — Всем необходимо расслабиться.       С этими словами она вручила каждой подруге по стаканчику. Ами тут же отставила его на край стола, вновь углубившись в чтение. Усаги же с недоверием осматривала содержимое, раздумывая, стоит ли расслабляться таким образом. Ей никогда не нравился алкоголь в чистом виде, только всевозможные коктейли, в которых больше преобладал сладостный вкус, нежели горьковатый привкус. — Минако, это какая-то дрянь, — возмутилась Макото, на что Рей согласно кивнула. — Другого не было, — она пожала плечами. Взяв стаканчик Ами, она повернулась к Усаги. — А ты чего отсиживаешься? Давай.       Усаги с неохотой поднесла стакан к губам. Тяжело вздохнув, она всё же слегка отпила содержимое. На вкус это было слишком ужасно, что ей хотелось пойти проблеваться. Кажется, через несколько часов её желудок так и сделает, если она продолжит. Поэтому она отставила свой напиток в сторону, виновата глядя на Минако. Благо ещё маска закрывала значительную часть лица. — Да ну вас, я ушла танцевать, — заявила девушка и развернулась на каблуках, снова следуя куда-то в толпу. — А я же говорила, что сделано всё глупо. Какой идиот притащил алкоголь на бал?! Это же не какая-то тупая вечеринка. А, вроде как, должен был быть культурный вечер, — негодовала Макото, а Рей, словно китайский болванчик, продолжала кивать каждому её слову. — Усаги, а почему ты сидишь на месте, вместо того, чтобы искать Мамору? — спросила Хино. — Ну, — Усаги моментально впала в ступор. — Я стесняюсь. — Иди уже, стеснительная! Иначе, если ты хоть танец не станцуешь с Мамору, я тебя расчленю и скормлю по кусочкам Фобосу и Деймосу!       Усаги в ужасе округлила глаза, а Ами с громким «ой!» выронила свою книгу. Рей же сидела с самодовольным видом, откинувшись на спинку своего стула. Она пригрозила подруге кулаком, и Цукино всё-таки поднялась со своего места. Макото ей подбадривающе улыбнулась, жестом указывая куда-то в толпу.       Усаги помнила, что Мамору человек более домашний, нежели социальный. И по сути его надо искать в обществе Фурухата. Но девушка не знала, где и того можно отыскать. Она пробивалась сквозь толпу, иногда даже наступая на подол длинных платьев. Девушки гневно оборачивались ей вслед и даже сквозь щелки масок было видно их гневный взгляд. Усаги бродила около двадцати минут, но так и не смогла никого найти. За это время её успели пригласить несколько молодых людей, но она тактично отказывалась, продолжая искать своего принца. Когда она уже полностью выдохлась и набила себе не малое количество синяков на плечах, девушка решила уже взять подруг и отправиться домой. Снова хотелось расплакаться от того, что она напридумывала очередную сказку, которой не суждено сбыться. Когда столики были найдены, Усаги впала в ступор, не найдя там ни одной из своих подруг. Сразу всплыла мысль о том, что, вероятнее всего, их попросту пригласили на танец. Но тогда должна была остаться хотя бы Ами, которая категорично отзывалась о танцах. А её Усаги так и не нашла. И позвонить никак не удастся, ведь она оставила сумочку на попечение подругам. Девушка начала слегка паниковать, оставшись наедине со своими бредовыми мыслями. Вдруг стало невероятно душно, ей необходим был свежий воздух. Заметив двери, ведущие наружу, она поспешила к ним. Но на конце пути запнулась об чьи-то ноги. Усаги уже приготовилась к поцелую с полом, но кто-то подхватил её, не позволяя упасть. — Спасибо, — пискнула девушка, не отрывая взгляда​ от носков своих туфель. — Будь аккуратнее​, — прозвучал над головой знакомый голос, которому так не хватало сейчас ещё добавить «Оданго». Усаги резко вскинула голову вверх, не веря своей удачи. В который раз неуклюжесть сталкивает её вместе с ним. Лицо Мамору прикрывала простая белая маска, почти ничего не скрывая, в частности — его сияющие синие глаза. Он её поставил твердо на ноги, и все ещё продолжал держать за талию. — Ты в порядке? — Да, спасибо, — ещё раз поблагодарила девушка, пытаясь выровнять сбившиеся дыхание. Парень как-то странно на неё смотрел, видимо, пытаясь понять, кто стоит перед ним. Хотя Усаги казалось, что она довольна узнаваема. — Не хочешь потанцевать? — спросил он, кивая в сторону круга. Усаги кивнула в ответ, стараясь скрыть своё волнение.       Они прошли в самый центр, некоторые на них оборачивались, о чем-то перешептываясь. Но Усаги сейчас не обращала внимание, полностью погрузившись в ту атмосферу, что сейчас нарастала между ними. Он положил одну её руку себе на плечо, второй обхватил ладонь. «Как вчера» — пронеслось в голове, когда он начал её кружить. Усаги думала, что он обо всём догадался, но после первого танца парень к ней наклонился, обдав горячим дыханием её шею: — Кто же ты, принцесса? — Усаги в миг погрустнела, особенно когда до её нюха дошёл едкий запах алкоголя. Значит, он не узнал её и вообще пьяный. Хотелось его тут же оттолкнуть, но он продолжил. — Знаешь, ты мне сегодня снилась, и я даже не надеялся увидеть тебя. Наверное, это судьба. — Наверное, — улыбнулась Усаги. — Ты мне тоже снился. — И что я там делал? — Мамору прижал её к себе ещё плотнее. — Ничего, прости, мне надо подышать, — Усаги отстранилась от него, пытаясь найти те самые двери, к которым направлялась до танца.       Осматриваясь быстро кругом, она заметила ошеломлённые взгляды своих подруг, которые наверняка не понимали, почему девушка вдруг решила бежать. И ещё Усаги поняла, почему не смогла их отыскать — попала на другую сторону залы. Быстро растолкав всех присутствующих, даже не извиняясь, она выбежала в небольшой садик. Отыскав в небольшом лабиринте высоких кустов свободную лавочку, Усаги присела, пытаясь совладать своими чувствами. Сорвав с себя маску, она откинула её в сторону, стараясь не заплакать. Она несколько раз глубоко вздохнула и быстро проморгала, чтобы жгучие слёзы не пролились. — Усако? — девушка обернулась на удивленный оклик Мамору. Он смотрел на неё, слегка нахмурив брови, всматриваясь в её лицо. — Вы меня с кем-то путаете, — огрызнулась девушка, отворачиваясь от него. — Я не мог спутать, ты пахнешь особенно, — сказал он слегка заплетённым языком. Усаги стало мерзко от него, вся симпатия тут же улетучилась. Неужели она настолько ужасна, противна ему, что он пытался с ней заигрывать только не в трезвом состоянии? — Ясно, — ответила девушка, намереваясь пройти мимо него обратно в здание, но Мамору схватил её за локоть. — Что ты​ делаешь? — Усаги, почему ты от меня убежала? Я думал, тебе нравится, — прошептал парень, свободной рукой убирая прядь волос. — Ты пьян, ничего не соображаешь. А ещё меня сейчас стошнит от одного запаха, который исходит от тебя! — Усаги с остервенением пыталась оттолкнула его от себя, но он продолжал её держать. — Усако, прошу, давай поговорим нормально, не нервничай, — Усаги недоверчиво на него посмотрела, но всё-таки перестала вырываться. — Если я пьян, это не значит, что я не отвечаю за свои слова, произнесенные тебе. Пойдем ко мне, здесь неподходящее место. — Уже поздно, я не могу оставить своих подруг тем более, — девушка сама удивилась собственным словам, потому что при других обстоятельствах она бы согласилась без каких-либо сомнений, даже не задумываясь. — Я проведу тебя домой, — пообещал Мамору. — Так мы идём? — Идём, — выдохнула Усаги после длительного зрительного контакта. Мамору вызвал такси, переместив свою ладонь с её локтя ниже, переплетая их пальцы. Неосознанно сжав его ладонь сильнее, Усаги почувствовала, как по её щекам начинают стекать маленькие капли слёз. Это не её Мамору, не её.       Когда такси подъехало, парень забрался в салон, не отпуская её руки. Назвав адрес, он замолчал до конца пути. Усаги облокотилась на окно, наблюдая за дорогой. Кажется, начался дождь, будто отображая её собственное состояние. Когда они приехали, он так и не закончился. Расплатившись, парень вышел первый, снимая пиджак. Усаги вышла следом и Мамору тут же подошёл к ней почти вплотную, укрывая от холодных капель. Они аккуратно передвигались, обходя лужицы, которые встречались почти на каждом шагу.       Войдя в лифт, Усаги с досадой отметила, что Мамору и не думает вновь взять её за руку. Даже кажется, он протрезвел слегка, пока они ехали. Открыв дверь, он пропустил Усаги вперёд. Девушка сняла туфли и только сейчас почувствовала, как чертовски устали её ноги. Мамору, обогнув её, прошёл внутрь и включил свет в гостиной. Обернувшись, он нахмурился, подходя к ней. — Иди умойся, — сказал Чиба, проведя большим пальцем по её щеке.       Усаги кивнула, направляясь в ванную. Первым делом она посмотрела на своё отражение, где сейчас на неё смотрела девушка с растрёпанными волосами и поплывшим макияжем. Увидев всё это, Усаги снова начала плакать, прикрыв глаза — не могла смотреть на своё лицо и дальше. Из груди вырывались громкие всхлипы, которые она пыталась подавить, прикрыв рот ладонью. Почему все снова складывается совсем не так, как она надеялась? Даже если бы он так и не пришел, она бы меньше расстроилась. Зачем она вообще сюда пришла? О чём они будут говорить? Целый поток мыслей сейчас омывал её сознание. Усаги была готова завыть волком: девушка сместила ладонь с лица, запустив пальцы в волосы, путая их ещё больше. Раньше она никогда бы не лила слёзы из-за мальчиков, как бы они серьезно ей не нравились. Она опустилась на холодный пол, обхватив себя руками. — Мамочка, забери меня, пожалуйста, — и больше всего сейчас Усаги хотелось оказаться в объятиях именно мамы. Чтобы она обняла, поцеловала и сказала, что всё будет хорошо. Это так странно, ведь они ещё даже ни о чем не поговорили, а она уже напридумывала себе. Придумала, что сейчас она выйдет и он ей выскажет всё, что думает.       Обдумывая все, Усаги потеряла счёт времени. Быстро смыв остатки косметики, она вышла из ванной. Вернувшись в гостиную, она обнаружила Мамору, спящего на диване. Видимо, парень ждал её довольно долго и уснул в итоге. Или же сразу, Усаги не могла знать точно, ведь алкоголь его нехило мог сморить. Он, как и все люди, во сне выглядел милее ангелочков. Темные волосы разметались по подушке дивана, красивые губы изогнулись в лёгкой полуулыбке. Усаги мечтала к ним прикоснуться, хотя бы в невесомом поцелуе. Но ещё больше она желала, чтобы эти самые губы сами проявили инициативу. Это бы сделало её самой счастливой девушкой на свете.       Ещё раз окинув взглядом спящего принца, Усаги потушила свет в гостиной и направилась к коридору. Надев туфли, она хотела было потянуться к сумочке, но тут её осенило, что та осталась вместе с подругами, которых она всё-таки бросила и даже не предупредила. — Блин, — прошипела Усаги, вновь снимая обувь.       Она тихо пробралась в гостиную, не включая свет. Надо хотя бы найти телефон Мамору. Свет фонарей на улице слабо освещал помещение, чтобы поиски прошли быстрее. Усаги даже не могла предположить, где парень оставил свой мобильник. Обшарив диван и ближайшие поверхности, она уже готова была отчаяться — предмет поиска не желал быть найденым. Оставались только карманы пиджака и брюк. К последнему Усаги не хотела бы прикасаться, чтобы не разбудить парня. А вот пиджак услужливо висел на подлокотнике кресла. Девушка не любила подобного рода занятия, но сейчас обстоятельства были против неё. Запустив ладошку в левый карман, она победно улыбнулась, нащупав металлический​ каркас телефона. Ей очень повезло, что такой скрытный человек, как Мамору, не поставил пароль на своём устройстве. Сняв блокировку, Усаги увидела, что ему несколько раз звонил Мотоки и ещё один номер, похожий на Рей, и оба оставили несколько сообщений. Она открыла то, которое, как она думала, было от подруги. И не ошиблась — Хино и девочки очень переживали, когда они с Мамору резко скрылись с поля зрения. И ей было велено оставаться у него ночевать, так как девочки уже предупредили её маму, что она останется у Мако. — Просто великолепно, — съязвила Усаги, набирая сообщение для подруги:       «Хорошо, спасибо, завтра всё расскажу. Усаги». Нажав на отправку, девушка задумчиво уставилась на ночной Токио. Вид в квартире Мамору был поистине замечательный, особенно с такой высоты. Прозвучала недолгая мелодия, оповещая хозяина о новом смс.       «Надеюсь, что у вас всё в порядке». Ответила Рей. Усаги решила ничего не отвечать, стирая всю переписку с телефона начисто. Ещё не хватало, чтобы завтра Мамору узрел этот диалог. Хотя бы потому, что обращение Рей вначале было адресовано именно ему. Закончив, девушка положила телефон на журнальный столик, но не попала и он полетел на пол. Мамору дёрнулся, но всё-таки не проснулся. По всей видимости, Усаги сегодня ночует в его спальне.       Конечно, она могла бы действительно поехать к Макото, но у неё не было с собой ни средства связи, ни денег на проезд. Тем более, уже довольно поздно, и всё говорило о том, что ей придется остаться. Она ещё никогда не бывала в комнате у Мамору, так получалось, что он постоянно её отгораживал от нее. Она, конечно, могла бы разбудить парня, но боялась, что тот может отправить её домой, и они так ничего и не выяснят. Поэтому, отбросив, все сомнения, она открыла дверь, заходя вовнутрь. Усаги решила не включать свет, и на ощупь отыскать кровать. Просто лечь и уснуть, в надежде, что сможет проснуться гораздо раньше Мамору.       Усаги аккуратно прилегла на небольшую кровать. Обхватив руками подушку Мамору, она уткнулась в неё носом, вдыхая его привычный запах: цитрусового шампуня и одеколона. Едва прикрыв глаза, девушка заснула.       Ей снился бал, но не вчерашний точно, более официальный и красивый. Где вокруг дамы были облачены в шлейфа длинных, но изящных платьев; мужчины своим одеянием походили на рыцарей. А сама Усаги кружилась в белом платье, в крепких объятиях сильных рук. Но стоило ей поднять голову на своего спутника, как всё вокруг тут же исчезало, уступая место кромешной тьме.       Усаги с неохотой открыла глаза и повернулась в сторону большого окна. Теперь, при солнечном свете, она может рассмотреть комнату Мамору лучше. Небольших размеров, но удивительно вмещала в себе всё самое необходимое: кровать, шкаф и рабочий стол. Светло-серые тона обоев, постельного, чёрные шторы и шкаф. Её учитель явно не любитель ярких цветов. В отличие от неё.       Приподнявшись, девушка опустила босые ноги на пушистый белый ковёр. Собрав до кучи свои длинные волосы, oна закрутила их в узел. Наверное, сейчас у неё уж точно непрезентабельный вид. Но, если её ещё не разбудили, то она проснулась всё-таки первая. Тихо, чтобы не разбудить Мамору, Усаги вышла из комнаты, не прикрывая за собой дверь — так может наделать ещё больше шума. Парень, кажется, даже и не менял позы, продолжая посапывать. Девушка также бесшумно проскользнула в ванную, плотно закрывая за собой дверь. Она хотела только умыться, но её отражение кричало о душе. Да и она провела в одном платье большое количество часов и ей точно не помешало бы освежиться. Усаги подумала, что ничего страшного не случится, если она слегка злоупотребит гостеприимством Мамору, о котором он даже не знает. Все же это будет лучше, чем она пристанет перед ним не в самом лучшем виде.       Девушка залезла вовнутрь ванной и тут же покрылась гусиной кожей от холода. Настроив поток горячей воды на более приемлемый градус, она начала смывать с себя вчерашний день. Горячая вода успокаивала, снимала усталость да и просто придавала ей умиротворение. Не хотелось вылазить ещё несколько часов, но ей нужно было уже отправляться домой. Едва закрыв кран, дверь в ванную комнату отворилась и Усаги встретилась глазами с Мамору…       Она тут же почувствовала лёгкий холод, исходивший из коридора. Румянец смущения наверняка покрыл её лицо, но оно и так горело из-за температуры​ внутри. Усаги понимала, что самая настоящая лажа это не случай с листом контрольной, и не случай с юбкой. Настоящая лажа это, что происходило сейчас. Девушка не могла и на секунду шевельнуться. Сейчас ситуация походила на бомбу замедленного действия — ещё немного, и будет бум. Он и случился, когда Усаги поняла, куда переместился взгляд синих глаз. И тогда стыд наконец взял своё и она смогла от него отвернуться. Она не оборачивалась до тех пор, как не услышала хлопок двери и не убедилась, что Мамору здесь больше нет. — Он видел меня голой… — прошептала Усаги, обнимая себя за плечи. — Боже!       Девушка не знала, что делать дальше. На его месте она давно бы подумала, что она какая-то извращенка, которая пытается его соблазнить. Натягивая платье на влажное тело, Усаги поняла, что она и есть извращенка. А то, что она действительно пытается его соблазнить, доказывают её собственные мысли и действия. Она понимала это и раньше, но сейчас ситуация играла совершенно другими красками, выставляя всё не в лучшем виде. Схватившись за ручку двери, девушка стояла ещё несколько минут, судорожно её сжимая. Но прятаться тут вечно она не могла и когда-нибудь ей придется выйти.       Усаги вышла в коридор, тихо закрывая за собой дверь. На её шум тут же отреагировал Мамору: дернулся, но не повернулся, продолжая сидеть к ней спиной, запустив пальцы в волосы. Девушка глубоко вздохнула и заговорила первая: — Мамо-чан, — прошептала девушка, но в тишине её голос показался достаточно громким. — Уса, прости меня, хоть я и не понимаю, как ты тут оказалась, — ответил Мамору, подняв голову на окно. — Ты сам меня позвал, — Усаги сцепила руки перед собой, продолжая смотреть на его широкую спину. — Совсем ничего не помнишь? — Я помню много, но сейчас пока мозг судорожно пытается обработать воспоминания. Но хоть убей, не помню, что привело к тому, что ты здесь очутилась. — Ты хотел со мной о чём-то поговорить​, — Усаги начинала злиться, ей хотелось треснуть Мамору за подобные слова и тон. Парень наконец к ней обернулся и судорожно выдохнул, когда посмотрел на неё. Ей казалось, что он даже покраснел. — Я тебе ничего не сделал? — она вопросительно на него посмотрела. — Девушек обычно приглашают к себе домой так поздно только для одного.       Усаги вспыхнула, опустив глаза в пол. Мамору наконец поднялся и подошёл к ней. Остановился совсем рядом и несмело обнял. Девушка неуверенно потянула к нему руки и тогда он прижал её к себе крепче. Усаги почувствовала, как вновь в краешках глаз собираются слёзы. — Всё в порядке? — парень отстранился и посмотрел на неё слегка виновато улыбаясь. — Да, — Усаги улыбнулась уголками губ, отводя взгляд. — А у тебя нет случайно расчёски? А ещё большого зеркала. — Идём, — он двинулся в сторону спальни и девушка несмело двинулась следом. Отыскав расчёску, Мамору открыл дверцу шкафа, где с внутренней стороны висело зеркало. — Оданги будешь заплетать? — Нет, у меня нет с собой шпилек, но расчесать же надо, — Усаги приняла из рук Мамору расчёску и принялась распутывать волосы. Он присел на кровать, не отрывая взгляд от неё. — Так вот для чего ты училась танцевать, — вдруг заявил он, на что Усаги вздрогнула. — Ну, я не могла предположить, что ты будешь там, не видела смысла говорить. — Я не с осуждением — в конце концов, это твоя личная жизнь, я не имею право туда совать нос. Ноги не отдавила, спасибо. — Ты вспомнил? — Усаги обернулась на него, продолжая расправлять пряди золотистых волос. — Немного, но то, что сам тебя сюда пригласил, вспомнил, зачем — нет. У тебя очень красивое платье. — Спасибо, — поблагодарила девушка, закончив дело.       Она отошла к столу, чтобы оставить там расчёску. Но, как всегда, та упала с глухим стуком и Усаги наклонилась, чтобы поднять её. Краем глаза она заметила странное фото, валяющиеся совсем рядом. Она подняла и его, вглядываясь в изображение. Там был Мамору, с какой-то очень красивой девушкой нестандартной для неё внешности. Парень выглядел вполне счастливым, обнимая эту девушку за талию. Высокая, стройная, безумно привлекательная и наверняка очень умная. Идеал для Мамору. В отличие от неё. — Зачем ты всё это делал? — спросила Усаги срывающимся голосом, поднимаясь на ноги. — Ты о чём? — Мамору недоуменно на неё посмотрел, а потом перевёл внимание на снимок. — Всё это, что происходило между нами. Уделял мне внимание чуть больше, чем просто ученице, давал какие-то надежды. А вчера… — Усаги уже не могла контролировать свою речь и поток слёз всё-таки хлынул. — Вчера привёл сюда явно не для того, чтобы на следующий день начать заниматься математикой. Зачем? Я уже ничего не понимаю. — Я должен был догадаться раньше, что ты относишься ко мне больше, чем просто к другу. Не говоря уже о том, что у нас должны были изначально сложиться чисто рабочие отношения, — он встал и подошёл к ней, аккуратно пытаясь вытащить снимок из дрожащих рук. — Друзья не ведут себя так, не ведут! — Усаги начала кричать, сжав кулачки. — Друзья не шепчут друг другу соблазнительные слова, имеющие двойные смыслы. Они… — Усаги, — перебил её Мамору, но она продолжила. — Нет, не называй меня Усаги, мы ведь договорились, что я только Усако. И я хочу быть ею для тебя. — Хорошо, Усако, я ведь тоже хочу оставаться для тебя Мамо-чаном. Но ты всё себе придумала, нашла скрытый смысл там, где его и подавно не было, — от этих слов грудь девушки сдавливалась от боли внутри. Будто кто-то пытается вырвать сердце и раздавить его. Или уже. — Придумала? — пролепетала Цукино, наконец поднимая на Мамору взгляд. Парень смотрел на снимок, сжимающих в руках. — Ты ещё любишь её? — Кого? — переспросил парень, оторвав взгляд от снимка. — Её. Ты ещё любишь эту девушку? — повторила Усаги, кивая головой на изображение. — Усаги, перестань, — устало вздохнул Мамору, кидая фото в мусорку. — Моя любовь к Мелоди уже давно прошла. Но это не значит, что она появилась к тебе. Ты красивая девушка: я уверен, что многие мальчики обращают внимание на тебя. Может быть, ты мне немного и симпатизируешь, но ты — моя ученица. Если бы не нужда в работе, мы бы с тобой так никогда и не пересеклись.       Усаги слушала всё это молча, даже без слёз — кажется, они уже попросту закончились. Она просто устала, ей хотелось сейчас же покинуть эту квартиру и никогда больше не возвращаться, не пересекаться с Мамору Чиба. С парнем, который только что разбил ей сердце. — Я тебя поняла, — ответила Усаги, когда он закончил говорить. — Прости, что влезла в твою жизнь со своими чувствами. Видимо, я действительно такая глупая, как тебе и говорила моя мама. Потому что сразу нужно было понять, что такому как ты, нечего делать рядом с такой, как я. Прости ещё раз, я больше не побеспокою тебя.       С этими словами девушка тут же бросилась к коридору, намереваясь как можно скорее покинуть это место. Парень незамедлительно отправился за ней вслед. — Усаги, нельзя останавливаться заниматься, — возразил парень, наблюдая за тем, как она обувает свои туфли. — Мне всё можно, ты мне не указ, — огрызнулась девушка, поднимаясь. — А тебе только одно важно — твоя работа, какой же ты меркантильный. — Я о тебе в первую очередь думаю, идиотка, хватит строить из себя невесть что, — Мамору тоже начинал злиться, так, что Усаги вздрогнула от его слов. Он никогда ещё не позволял себе её оскорблять. На её лице, по всей видимости, отобразилась вселенская обида и парень тут же начал извиняться: — Усако, прости. Не знаю, что на меня сейчас нашло, но я не желаю тебе зла — я действительно хочу тебе только помочь. — Спасибо, помог, — усмехнулась девушка, откидывая волосы за спину. — Прощайте, Чиба-сенсей.        Усаги вылетела с квартиры Мамору, она бежала так быстро, насколько ей позволяли каблуки. Обернувшись у лифта, она надеялась, что парень бросится вслед за ней и, может, это что-то бы и изменило. Но из дверей так никто и не вышел.       Едва очутившись на улице, Усаги глубоко вздохнула, прикрыв веки. Ей ничего не хотелось, только прийти домой и забраться под одеяло, будто оно было решением всех её проблем. Добравшись до дома, как в тумане, она позвонила в дверь. Сейчас мама увидит, в каком она состоянии, и непременно завалит вопросами.       Но когда миссис Цукино открыла дверь, глядя на свою дочь, она не произнесла ни слова. Быстро затащив её вовнутрь, она вопросительно глянула на Усаги. Женщина не отпускала её руки, нежно поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем. Девушка не могла отвести взгляда от матери, в глазах которой виднелось что-то на на грани понимания. Мама не давила, не настраивала, просто продолжала молча на неё смотреть и Усаги не выдержала. — Мамору, — всхлипнула она, бросаясь в объятия матери.       Икуко гладила её по волосам, нашёптывая успокаивающие слова, но девушке не становилось от этого легче. Она только продолжала плакать все громче. Женщина провела их в гостиную, где усадила дочь к себе на колени и начала укачивать. Усаги всё не могла перестать плакать — все воспоминания, связанные с ним, наглухо засели в её памяти и сейчас одно за другим прокручивались в голове.       Кажется, прошло больше получаса, прежде чем Усаги смогла успокоиться. Она оторвала заплаканное лицо от плеча матери. Та смотрела на неё печальной улыбкой, убирая влажные пряди с лица. Она не кричала, не злилась, молча продолжая разглядывать её лицо. — Мам, ты на меня не будешь ругаться? — тихо спросила Усаги, присаживаясь рядом с женщиной на диване. — Почему я должна ругаться? — Ну, что скрывала от тебя свои чувства к Мамору. — Я догадывалась о них. Я, в конце концов, мама и сама же когда-то была такой же как ты. Впервые влюбленной девочкой со своими розовыми мечтами. Думала, что говорить маме о них вовсе необязательно, потому что уже совсем большая. Ты поменялась, после вашего первого занятия. Не внешне, твой маскарад это совсем другое. — Я боялась, что ты запретишь мне с ним после этого общаться, даже репетитора найдешь другого, — призналась Усаги. — Нет, дорогая, ты бы наоборот училась, чтобы угодить ему. Да и он же нашел к тебе какой-то особый подход, — возразила Икуко. — Скорее только первое. Его особый подход был в нём самом. Мне кажется, я его люблю. Так можно? Быстро влюбиться и будто тонуть в человеке? — прошептала девушка, кладя голову матери на плечо. — Всё можно, милая. У вас что-то случилось? Почему ты такая расстроенная? — спросила женщина. — К сожалению, он не ответил на мои чувства взаимностью. Я для него всего лишь работа, не больше. — Я думаю, ты утрируешь из-за своего подавленного настроения. Наверняка он выразился немного не так. — Ты что, его защищаешь? — спросила Усаги, оторвав голову от плеча мамы. — Нет, конечно. Я просто пытаюсь тебе объяснить ситуацию объективно. Ты сейчас зла и не хочешь думать рационально. — Возможно, — согласилась Усаги, пожимая плечами. — Но я больше к нему не пойду, пожалуйста​… Я буду заниматься сама, честно! Я сдам все экзамены выше среднего, обещаю. — Ты уверена? Мы можем найти другого преподавателя, в которого ты вряд ли влюбишься, — улыбнулась женщина, поднимаясь с дивана. — Ага, снова лысого и старого? — сморщила носик Усаги, но тоже широко улыбнулась. — А как иначе? Но если серьезно. Если ты уверена, что сможешь подготовиться самостоятельно, то занимайся. Я тебе доверяю. — Спасибо, — девушка подлетела к маме, заключая ту в объятия. — А ты знала, что у меня самая лучшая мама на свете? — И кто же она? — с притворным удивлением подыграла ей женщина. — Расскажу, если ты меня накормишь, — поставила условия Усаги, направляясь в сторону кухни.       Пусть сейчас она и улыбалась, но в душе у неё образовался тугой узел. Который ещё не скоро сможет распутаться и отпустить все обиды, таившиеся в ней.