Осколки

Планировку дома Лисаров Силь выучил быстро. Как только начал выходить из комнаты, так сразу и выучил. В первый же день спас служанку, которая, замечтавшись, свернула не туда, а потом стеснялась звать на помощь. Через неделю облазил все коридоры и нашёл один из тайных проходов в стене. Через месяц отыскал все остальные (по крайней мере, Силь надеялся, что все). Ему ничего не запрещали, ниоткуда не гоняли, не били, не грозились запереть в чулане и оставить без обеда. Наоборот, местная кухарка вечно страдала, что найдёныш слишком худой, и подкладывала ему на тарелку самые вкусные куски. Чаще всего их в итоге съедал Ракун, потому что в Силя столько просто не влезало. В общем, это была идеальная жизнь. Почти идеальная. За исключением одной проблемы. Совсем маленькой, незначительной. По крайней мере, Силь пытался считать её таковой. Днём иногда получалось. Ночью — не очень. Силь зевнул, поплескал в лицо водой и спустился на первый этаж. Второй он уже обошёл и не нашёл ничего интересного, даже Ракун куда-то удрал на ночь глядя. Опять, небось, к девчонкам побежал, иначе позвал бы с собой. Где он только их берёт, каждый раз новых? Алекс обнаружился в гостиной, в окружении конспектов и учебников: через пару дней ему предстоял экзамен по предмету, название которого постоянно вылетало из головы — что-то очень сложное, очень техническое, но важное. Отвлекать, наверное, не стоило, и Силь уже хотел выйти так же тихо, как и зашёл, но друг внезапно поднял голову от книги: — Ты чего не спишь? — Да так. — Силь пожал плечами. Жаловаться не хотелось. Уходить тоже. В гостиной было светло, уютно и как-то… по-домашнему, что ли. В отличие от библиотеки, где однообразные ряды книг (пусть даже и интересных) давили со всех сторон и навевали тоску. — Ничего, если я тут посижу? Мешать не буду, честно. Просто одному скучно — Ты мне никогда не мешаешь, — спокойно откликнулся Алекс и сдвинулся на край дивана, уступая место. Вообще-то Силь собирался устроиться в самом неудобном кресле, а ещё лучше — на столе или на подоконнике, но раз уж предлагают… Диванные подушки слегка промялись, подлокотник удобно лёг под руку, голова сама собой откинулась назад, мышцы расслабились… Силь прикрыл глаза и внезапно понял, что отключается, теряет связь с реальность. Нет, всё же плохая была идея! Так сидеть совершенно невозможно, подоконник подошёл бы лучше. А ещё лучше — какой-нибудь скат крыши, достаточно крутой, достаточно гладкий, и повыше. На городской ратуше, например. Или на старой башне — той, которая с колоколом. Чтобы даже в голову не пришло закрывать глаза и разжимать руки. Силь зевнул. Встряхнулся. Снова зевнул. — Малыш… — осторожно начал Алекс. И не закончил. Просто замолчал. Обращение он явно у деда подхватил, но если старший Лисар произносил его насмешливо и свысока, то у младшего слово звучало мягко, тепло и совсем не обидно. Да оно, в общем-то, и не несло в себе ничего обидного. Оно было просто… ну… правильным. Силь был младше всех вокруг, меньше всех вокруг, не любил свою фамилию, имя не любил тем более (и особенно не любил, когда на это имя откликается половина дома) — так почему бы и не «малыш»? Правда, сейчас это выглядело как вступление к порции нравоучений. Так и тянуло сбежать, пока не поздно. Но Алекс молчал, а сбегать от молчания особого смысла не было. Только пришёл, в конце концов. А диван мягкий, сидеть удобно. Главное — глаза не закрывать. — Не подумай, что я тебя прогоняю, — сформулировал наконец-то Алекс. — Но, может, ты всё-таки пойдёшь спать? Нельзя до утра шататься по дому. Или ты думаешь, что тут все слепые и не замечают ничего? — Я же тихонько. — Дело не в том, что ты кому-то мешаешь. Вообще нет. Но ты себя в зеркало видел? Если не можешь заснуть, так и скажи. Можно у деда какие-нибудь таблетки взять. Он тоже иногда пьёт, когда бессонница. В этом нет ничего стыдного. Силь знал, что у людей бывает бессонница. Теоретически. Бессонница — это когда не можешь заснуть. Но Силь мог. Он моментально засыпал, ложась в кровать, дремал сидя, или даже стоя, прислонившись к стенке. Иногда ему казалось, что он может вырубиться даже во время оживлённого разговора. Но он очень старался этого не делать. Очень. Не хотелось спустя несколько минут вскакивать с криком, а потом объяснять, что ничего страшного не случилось. Потому что, ну… Не случилось же. Это просто сны. Давно забыть пора. Только почему-то не получается. — Нет у меня никакой бессонницы, — буркнул Силь. — Просто снится всякая гадость, вот и всё. — Кошмары? — сочувственно спросил Алекс. Это было верное слово, но какое-то неправильное. Оно как будто не передавало всего. Всей реалистичности. Кошмары — это что-то, что исчезает, когда ты просыпаешься. А как назвать то, что остаётся на весь день? На всю жизнь? Как назвать то, что всегда с тобой, просто во сне ты не можешь это контролировать? — Просто гадость, — отмахнулся Силь. — Ты не обращай на меня внимания, учись дальше. Алекс покачал головой, но послушно уткнулся в книгу. Дальше они сидели молча. Сидеть молча было, честно говоря, скучновато. Силь поёрзал на диване, придвинулся поближе к другу, заглянул в учебник, надеясь хоть как-то отвлечься. Или, может, что-нибудь интересное узнать. Надежды не оправдались: книга была набита формулами, непонятными сокращениями и фрагментами чертежей. Силь различал из всего этого многообразия только предлоги, запятые и номера страниц. А вот Алекс читал увлечённо: иногда он бегло скользил взглядом по странице, иногда, наоборот, надолго задерживался на каком-то абзаце, водил пальцем по строчкам, отлистывал назад, хмурился, лез в сноски, бормотал что-то себе под нос. Алекс был такой… Ну, такой, как вся гостиная, или как старый диван — большой, уютный, надёжный, домашний. Алекс пах бензином, потому что опять полдня проторчал в мастерской. Алекс был тёплый, а от окна немного сквозило. Алекс был мягкий… Алекс...

* * *

Ракун застыл в дверях, обозревая открывшуюся картину, и попытался не заржать вслух, но звук всё же прорвался наружу каким-то невразумительным хрюканьем. Алекс флегматично поднял взгляд от учебника. Учебник лежал на Силе. Сам Силь лежал на коленях у Алекса. Не так, как эстетично лежат на картинках, используя чужие ноги в качестве подголовника, а каким-то немыслимым образом уместившись на них почти целиком, уткнувшись лицом Алексу в живот, уцепившись за его рубашку и свесив одну ногу с дивана. Так иногда ухитрялись спать кошки или марты, чудом сохраняя равновесие в самой невероятной позе; Ракун теоретически знал, что так же умеют маленькие дети, но вот видеть взрослого… ну, почти взрослого человека в таком положении, пока не доводилось. Силь что-то сонно пробормотал и свесил с дивана вторую ногу. Алекс вздохнул, наклонился и вернул обе на место. Судя по небрежности жеста, он уже успел стать привычным. Ракун снова хрюкнул. — Тихо, он спит, — прошипел Алекс. — Лучше я не буду комментировать, как это выглядит. — Ракун послушно перешёл на шёпот. — Мне плевать, как это выглядит, если он сможет наконец-то выспаться. — А сам ты сегодня спать не собираешься? Алекс многозначительно развёл руками. Потом перевёл взгляд на учебник. Вздохнул. — Ну, хотя бы эту тягомотину дочитаю. — Ага. Удачи, — хмыкнул Ракун и вышел из комнаты. Через несколько минут вернулся, скинул на диван плед и две подушки, молча указал на них Алексу и снова вышел.