Предчувствие любви или дело об "Огненном сердце"

      Войдя в гостиничный номер, Лариса Дмитриевна отбросила шляпку в сторону и, посмотрев на себя в зеркало, ужаснулась. Белила, которыми она с утра намазала лицо, чтобы идти к Штольману, почти исчезли. Остались лишь неравномерные пятна, собравшиеся вокруг морщин. Из-за этого она превратилась в страшную маску.       - О, ужас! - воскликнула женщина и плюхнулась на стул. — Я не переживу этого! – и, сложив руки на подзеркальнике, уронила на них голову, зарыдала. Крупные слезы покатились по её щекам, размазывая остатки краски. — Зачем я потворствовала мужу? Почему не остановила его, а вместе с ним приехала в этот проклятый город? - рыдала она.       - Мадам, извините, - неожиданно Лариса Дмитриевна услышала робкий мужской голос. — Я стучал, но вы не ответили, а вам тут просили срочно передать.       - Оставьте на столе, - не поднимая головы, проговорила она и, дождавшись, когда посыльный выйдет из номера, выпрямилась. Не спеша, утерев глаза платком, она подошла к столу и, развернув записку, прочла. "Мадам, - гласило письмо. — Я невольно узнал о причине вашего горя и волей судеб могу вам помочь. Если вы соизволите спуститься в ресторан, то мы сможем обговорить все обстоятельства. Пётр Иванович Миронов".       - О чём мог узнать этот человек? – обеспокоенно подумала Лариса Дмитриевна и искоса глянула на себя в зеркало. — О смерти моего мужа или обо мне? Ладно, спущусь, и все выясню, - умывшись, она вновь нанесла белила. Ей казалось, что так меньше будет видно морщины. Затем, взяв шляпу с густой вуалью, вышла из номера. Спустилась в ресторан и, зайдя внутрь заведения, завертела головой, ища автора послания.       - Мадам, - совсем рядом произнёс с ней мужчина, подымаясь со стула. — Я — Пётр Иванович Миронов и, надеюсь, вы та, кому было адресовано моё письмо?       - Что вам известно обо мне и чем вы можете помочь? – без предисловия начала Лариса Дмитриевна, присаживаясь за стол.       - Может, вина? - галантно осведомился младший Миронов, садясь. — Или вы желаете отужинать?       - Ничего не надо, - отклонила Аминова. — Лучше давайте сразу к делу. Я слушаю вас.       - Мадам, прошу прощения, не знаю вашего имени, - начал Пётр Иванович, стараясь разглядеть лицо под вуалью. — Но мои босые осведомители, - он усмехнулся, вспоминая, как пытался местной шпане объяснить то, что ему нужно. — Смогли рассказать мне только, где я могу вас найти, но не более, - и он замолчал, надеясь услышать от неё имя. Но та лишь качнула головой, давая понять, что это неважно. — Тогда я приступаю к сути. Моя племянница Анна Викторовна — медиум, и она может вызвать дух вашего покойного мужа. А он сам расскажет вам о месте нахождения своего тела. Я слышал, вы именно за этим приходили к Штольману.       - Слышали? Откуда? – быстро спросила графиня, опасаясь за своё инкогнито. — Неужели в этом городе у полиции столь длинный язык?       - О, нет, - постарался успокоить Миронов собеседницу. — Яков Платонович и его помощник далеко не из болтливых. Но вы не учли пронырливость местной прессы и жандармскую скуку. Мужики, прошу простить меня за столь вульгарное слово, охочие поболтать.       - Да, я имела глупость обратиться к Штольману за помощью, - вздохнула Лариса Дмитриевна. — Но это не повод, чтобы вы явились ко мне, господин Миронов, и предлагали Dieu sait ce que?       - Почему бог знает что? - удивился Пётр Иванович. — Совершенно реальный спиритический сеанс.       - Во-первых, я не знаю ни вас, ни вашей племянницы, - и Лариса Дмитриевна почувствовала, как у неё запершило в горле. — Эй, любезный, - обратилась она к официанту, крутившемуся рядом. — Принеси воды.       - Сию минуту-с, - поклонившись, парень исчез и через пару минут перед ней стоял бокал, наполненный водой.       - И поэтому ни при каких обстоятельствах не доверилась бы незнакомым мне людям, - слегка приподняв вуаль, она сделала глоток. — А во-вторых, я знаю, что люди, называющие себя медиумами, шарлатаны. Всего доброго, господин Миронов, - и Аминова, резко встав, неожиданно на кого-то натолкнулась. Отчего, не устояв на ногах, упала на пол, и шляпка тут же слетела с её головы.       - Лариса Дмитриевна?! Вы?!       Этот женский возглас заставил Аминову посмотреть вверх и ужаснуться. Она никак не ожидала, что здесь можно встретить знакомых, а Нежинскую -меньше всего.       - Нина Аркадьевна, - принимая помощь господина Миронова, подскочившего к ней, недовольно произнесла она. — Какими судьбами? – оправившись, спросила она. — Я думала, вы где-нибудь в Баден-Баден отдыхаете. Спасибо, - кивнула она Петру Ивановичу и надела шляпу. — Ну что же, рада была свидеться, - и попыталась уйти, но Нежинской преградила ей путь.       - Ну, что вы, там сейчас такая скука, - отозвалась Нина Аркадьевна, будто не замечая попытки Аминовой уйти. — Сейчас самое интересное происходит в провинции. А, кстати, где Григорий Артемиевич? - спросила она, заранее зная ответ. Весть о смерти графа Аминова им с князем стала известна, как только Лариса Дмитриевна рассказала об этом Штольману. Так как шпионы Кирилла Владимировича не зря ели свой хлеб. — И что с вашим лицом?       - Мой муж умер, - зло проговорила Лариса Дмитриевна. — А остальное - не ваше дело, Нина Аркадьевна.       - Тогда вполне объяснимо присутствие господина Миронова в вашем обществе, графиня, - мило улыбнувшись, произнесла Нежинская, пропуская мимо ушей грубость. — Наверняка он уговаривает вас воспользоваться услугами своей племянницы. Не правда ли? - и Нина Аркадьевна посмотрела на Миронова, стоявшего рядом с ними.       Пётр Иванович кивнул, не понимая, куда клонит эта особа.       - Очень советую воспользоваться, - продолжила Нежинская, внутренне радуясь такому стечению обстоятельств. Она давно мечтала найти доказательства никчёмности Анны Викторовны. Ей хотелось уверить князя, что она шарлатанка, и не стоит ей восторгаться. А ещё больше — Штольмана, хоть он и не склонен верить мистике, но почему-то тоже пребывает в неком admiration от этой девицы. Это проявлялось в его глазах и голосе, когда он её видел. А фиаско, которое Анна потерпит на глазах князя, заставит его отвернуться от неё. А уж Штольману она все сама обстоятельно обскажет. — Да и князь Разумовский не откажется присутствовать на сеансе, - продолжила Нина Аркадьевна. — Он сам хотел отдать должное способностям Анны Викторовны, - вновь улыбнулась она Миронову. — И сам выразит это желание, как только, покончив с делами, присоединится к нам. А вот и Кирилл Владимирович, - воскликнула Нежинская, видя, как Разумовский входит в зал. — Идите к нам, - махнула Нина Аркадьевна рукой.       Князь приветствовал кивком всю компанию. — Пётр Иванович, милостивая государыня.       - Представляете, Кирилл Владимирович, Лариса Дмитриевна уговаривается с Петром Ивановичем о спиритическом сеансе. У неё погиб муж, и она хочет вызвать его, чтобы пообщаться с ним через Анну Викторовну, - Нежинская притворно вздохнула. — А вы ведь давно хотели поговорить с вашим дядей, не правда ли? – и она внимательно посмотрела в глаза князю, надеясь, что тот правильно поймёт её посыл.       - Право слово, не отказался бы, коль представилась такая occasion, - разгадав уловку Нины, произнёс Разумовский. — Надеюсь, это будет возможным, Лариса Дмитриевна? - и князь, взяв руку Аминовой, поцеловал её пальцы.       Не смея отказать столь знатной особе, Лариса Дмитриевна кивнула, мысленно проклиная все на свете. - Вот и чудно, - чуть не захлопала в ладоши Нежинская. Она уже предчувствовала свой триумф.       - Прошу прощения, но боюсь, это невозможно, - произнёс Миронов, понимая, что если эти двое появятся на сеансе, то пари конец. Они никогда не потерпят в своём обществе простую цыганку. А без неё Игнатов ни за что не раскошелится. — На этот вечер уже состоялся уговор с определённым количеством человек.       - И что же, вы не найдёте, куда поставить ещё пару стульев? – недовольно произнесла Нежинская. — Это, по крайней мере, ne komil\'fo, господин Миронов. Или вы опасаетесь, что у Анны Викторовны прибавится работы?       - Я боюсь, мадам, что вам с князем будет претить общество, в котором вы окажетесь. Так как помимо моей племянницы, там ещё будет простая балаганная цыганка, которую приведёт Игнатов. Она наравне с Анной Викторовной участвует в сеансе.       - Ух ты, цыгане! – оживился Разумовский. — Значит, это вдвойне интересно. Прошу вас, Пётр Иванович, не тревожьтесь о моем и Нины Аркадьевны душевном состоянии, мы вполне либерально относимся к людям. И если это единственное препятствие, то думаю, оно решено?       - А…, - открыл рот младший Миронов, чтобы привести ещё один довод.       - Господин Миронов, Пётр Иванович, - перебил его князь. — Я хорошо отношусь ко всем жителям этого города и, чтобы доказать это, предлагаю сегодняшнее soir перенести ко мне в усадьбу. Во сколько он должен состояться?       - В десять, - окончательно сдался Миронов.       - Вот и прекрасно. Зовите всех ко мне. До встречи, - и князь, взяв под руку Нежинскую, пошёл с ней к выходу. — И зачем вы все это устроили? - садясь в коляску, хмурясь, спросил он. — Какая тут для вас выгода?       - Не для меня, а для вас, - возразила Нина Аркадьевна. — Вы же сожалели, что со смертью Аминова «ниточка оборвалась». А тут такая возможность узнать все из первых уст, - и она хмыкнула своей шутке.       - Признаться, я подумал, что вы желали уронить престиж Анны Викторовны в моих глазах. Ведь вы так долго хотели внушить мне, что она la trompeuse.       - Ну что вы, Кирилл Владимирович, - повела она плечами. — Какая уж тут обманщица! Скольким людям она помогла!       - Ну, ну, - скептически протянул Разумовский и тростью коснулся кучера. — Трогай.