Предчувствие любви или дело об "Огненном сердце"

      Выполняя поручения Якова Платоновича, Коробейников в спускавшихся сумерках катил по дороге велосипед Анны Викторовны. Ездить он на нем не умел, но мысль «А вдруг получится?» появилась в голове, как только он взялся за руль. "А, была не была, - решил Антон. — Вдруг получится".       Остановившись, Антон перекинул ногу через раму. Затем, приподнявшись на цыпочки, сел на сидение. Немного поёрзав, отважился на остальное. Поднял левую ногу, поставил её на педаль. И через секунду проделал то же самое с правой. Но велосипед, как норовистая лошадь, завилял под ним, и Антону пришлось соскочить, чтоб не навернуться. Тогда Коробейников решил действовать иначе. Подтащив велосипед к дереву, Антон вновь сел в седло и оперся о ствол. Почувствовав уверенность, он поставил ноги на педали и свободной рукой схватился за руль. Велосипед оставался на месте. Это обрадовало его, и Антон отважно крутанул педали, отпуская опору. Но чуда не произошло. Велосипед тут же ухнул на землю.       - Вот же дьявольская конструкция! – выругался Коробейников, выбираясь из-под него. — Как только Анна Викторовна ездит на нем?! – и в сердцах пнув велосипед, стал оттирать грязь с плаща.       - Позолоти ручку. Все скажу: что было, что будет, чем сердце успокоится, - протянул женский голос. — Обманывать не стану.       Антон, выпрямившись, увидел перед собой двух цыганок, одетых в яркий наряд с побрякушками на шеи. Обе были молоды и довольно интересные.       - За медный грошик большую тайну узнаешь, красавец, - подхватила вторая цыганка. — Не жалей денег на счастье. Все равно с богатым приданым вернется.       - Да откуда ты это можешь знать? – спросил Коробейников недоверчиво.       - Такой красавец, как ты, любую сразит, - произнесла она и без разрешения схватила его за руку. — Да вот и твоя ладонь вторит моим словам. Смотри сам, - и она пальцем провела по ней. — Видишь, какие чёткие и прямые тропки у твоей судьбы?       Антон кивнул, хотя совсем ничего не понимал. На его взгляд, неясная паутина, нарисованная складками на ладони, не могла ни о чем таком говорить. Но тем не менее спросил: - И что?       - Не пожалей монетки, - широко улыбнулась женщина. — Всё расскажу, ничего не утаю.       Коробейников полез за кошельком во внутренний карман сюртука, хмуро разглядывая цыганку. И его взгляд наткнулся на печатку, висевшую на цепочки среди остальных украшений на её груди. Антон мгновенно узнал рисунок. Он был в точности таким же, как на перстне цыгана, выловленного у плотины.       - Послушай, красавица, - проговорил Коробейников. — А откуда у тебя перстенёк столь занятный?       - Много будешь знать - быстро состаришься, - бросила она в ответ, и, ударив его в грудь, выхватила кошелёк. — Ротозей, - и они обе бросились бежать, когда Антон упал навзничь.       - Стой! – крикнул он, поднимаясь. Но куда там, эти мошенницы уже скрылись за поворотом. — Ничего, встретимся ещё, - буркнул он и, подняв велосипед, зашагал по дороге.       Миновав оставшееся расстояние до усадьбы Мироновых, Коробейников пристроил возле стены дома стального коня и улыбнулся. Из дверей показались Анна Викторовна и Пётр Иванович.        - Вот, доставил, - проговорил он после приветствия. — Яков Платонович распорядился.       - Спасибо, - сказала Анна. — Как продвигаются дела с расследованием?       - В кармане цыгана нашли банковский чек на такую сумму, - присвистнул Антон. — Только беда, вода подпись почти смыла. Лишь загогулина от заглавной буквы осталась, но и её не разобрать. То ли п, то ли а, то ли р.       - Занятно, - произнёс Пётр Иванович, садясь в поданную коляску. — И что же Штольман собирается делать с такой уликой?       - Яков Платонович пока разумеет над личностью этого цыгана, - произнёс Коробейников. — Если установим её, то и на держателя чека выйдем, - повторил он слова Штольмана.       - А чего-то красного при нём не находили? – поинтересовалась Анна, устраиваясь рядом с дядей на сиденье. — Камня, например, какого-нибудь?       - Нет. Кроме чека и серебряных часов, в карманах у него ничего не было.       - Ну, удачи, Антон Андреевич, - проговорил Миронов, приподнимая шляпу.       - До свидания и спасибо вам за велосипед, - произнесла Анна.       - Не за что, - отмахнулся Коробейников и зашагал к воротам.        - Поехали, - и Пётр Иванович дёрнул кучера за плечо.       Тот тронул поводья, и лошадь побежала по парковой дорожке.       - Аннет, ты что такая молчаливая? – повернулся он к племяннице. — За весь вечер слова не сказала.       - Дядя, я видела дух этого цыгана, - выговорила Анна, не желая выдавать истинной причины своей грусти: Штольман опять от неё отмахнулся. — Он держал в руках камень, а вокруг него летали странные символы. Как ты думаешь, что это может означать?       - Какие знаки? Ты запомнила их, сможешь изобразить?       Анна чуть-чуть задумалась, а потом качнула головой.       - Не все. Их было слишком много, и они быстро сменяли друг друга.       - Понимаешь, - протянул Пётр Иванович. — Знаков немало, и они означают все что угодно. От тривиального обозначения самого минерала до…, - и он, не найдя примера, взмахнул рукой. — Нужна конкретика или привязка к чему-либо. А сам камень можешь описать?       - Пожалуй, - согласилась девушка. - Цвет у него красно-коричневый и по форме напоминал сердце.       - Знаешь, существует одна сказка, - задумчиво произнёс Пётр Иванович. — Она как раз связана с рубином в форме сердца. Её я услышал давно от старого еврея.       - Расскажи, - живо попросила Анна. Девушка очень любила истории, рассказанные дядей. Это повелось ещё с детства, когда она была ребёнком.       - Ну, слушай, - улыбнулся Пётр Иванович. — Один воришка как-то попал в чужой город. Он долго бродил по его окрестностям, присматриваясь к тому, что плохо лежит. И, незаметно заблудившись, оказался в глухой его части. Оглядевшись по сторонам, он увидел диво. Возле самой кромки леса стояла небольшая хижина, она была объята пламенем. Но этот огонь пылал сам по себе, не затрагивая постройки. Сухая трава и бревна, из которых она была сооружена, оставались целыми.       Воришка с опаской подошёл к ней ближе, но, не почувствовав жара, скользнул внутрь. Там он увидел каменное идолище. Оно сидело возле очага и смотрело на пламя, танцевавшее на поверхности красно-коричневого рубина формой, похожей на сердце. Недолго думая, парень схватил камень и, выбежав из хижины, стремглав помчался прочь. А ночью, когда он плыл на корабле к своим берегам, ему приснился сон. Что стоит он возле той же хижины, но уже утратившей чудо-пламя, и слышит голос.       - Ты осмелился украсть само «Сердце огня»! – вещал он. — И теперь знай: в твоих руках то, что дарует магические познания, могущество и молодость. Это достаётся тем, кто касается камня честными дланями. А кто получает его недобросовестно, у него он забирает жизнь. Те же, кто покрывает вора, лишаются её, медленно расставаясь с ней по часам. Прибыв на родину, первым делом воришка постарался избавиться от рубина. Он не на шутку испугался пророчества из сна. Но этим лишь приблизил жизненный конец. Жадный ювелир, не желая платить, зарезал вора.       - Интересно, - протянула Анна, когда дядя замолчал. — И много ты небылиц знаешь?       - Предостаточно, mon ange, - с улыбкой ответил Пётр Иванович. — Только рассказывать их некому, ты уже выросла.       - Ой, дядя, а давай устроим литературный вечер, - плеснула Анна руками. — Соберём людей и ты дядя, как чаровник, будешь сказки сказывать.       - Уволь меня от этого, Аннет, - нахмурился Миронов, которому совсем не понравилась эта идея. — Тебе сказочку рассказать это ещё ладно, но других развлекать, - он покачал головой. — Уволь.       - Анна Викторовна! Пётр Иванович, - голос князя заставил их осознать, что они прибыли в усадьбу Разумовского. — Добро пожаловать.       - Благодарю вас, ваше сиятельство, за приглашение, - церемонно произнесла Анна, принимая его руку и спрыгивая вниз из коляски.       - Анна Викторовна, мы же условились, - с укором посмотрел на неё Разумовский. — Кирилл Владимирович, - поднеся её руку к губам, поцеловав пальцы, проговорил он. - Очень рад, что вы приехали.       - А Игнатов со спутницей уже здесь? - нетерпеливо осведомился Миронов, сходя вниз. - Да. Все здесь. Ждём только вас, - заверил его князь и повёл их к гостям, которых собрал в малой гостиной.       - Добрый вечер, - произнесла Анна после того, как дядя обменялся рукопожатиям со всеми мужчинами, присутствующими в комнате, куда привёл их Разумовский. И сразу заметила среди собравшихся Нежинскую. Как назло, возле неё остался свободный стул после того, как дядя с князем заняли места за столом. От этого обстоятельства у девушки неприятно засосало под ложечкой. Но она решила не обращать на это внимания и поспешила занять его.       - Господа, - произнёс Кирилл Владимирович. — Сегодня мы с вами будем свидетелями удивительных событий. — И надеюсь, этот аспект не оставит пресса? – князь посмотрел на Ребушинского, который, ничего не замечая, строчил в блокноте карандашом.       - Это будет лишнее, ваше сиятельство, - недовольно проговорила дама под вуалью. — Я не хочу, чтобы моё имя где-нибудь упоминалось.       - Вы не хотите, а для Рады это будет незаменимой рекламой, - возразил ей Игнатов, приобняв молодую цыганку в светских одеждах. — Широкая publicité - это гарантия привлечение денег. Кстати, о деньгах, Миронов, вы готовы, тряхнуть мошной? – поправил он и без того безупречную причёску.       - Мы ещё посмотрим, кто тут раскошелится, - буркнул Пётр Иванович, взглянув на племянницу.       - Господа, давайте не ссориться, - вытерев широкий лоб платком от страха, произнёс Куницын. — И так не по себе, вы тут ещё сумятицу наводите своими спорами. - Уважаемое собрание, - вновь взял слово Разумовский. — Давайте начнём, если, конечно, Анна Викторовна готова?       Анна кивнула.       Слуга, стоявший возле двери, тут же убрал со стола канделябр и унес его. Комната погрузилась во мрак, и все присутствующие схватились за руку соседа, образуя тем самым замкнутый круг.       - Кого будем вызывать? – спросила Анна, еле различая бледные лица в тусклом свете луны, льющемся из окна.       - Моего мужа Григория Артемьевича, - неестественно звонко прозвучал женский голос в тишине.       - Хорошо, - согласилась Анна и закрыла глаза. — Дух Григория Артемьевича, появись, - произнесла она. — Дух Григория Артемьевича, явись нам.       - Лара, - вдруг услышала Нежинская, как заговорил хриплый голос справа от неё.       - Господи! - тут же вздрогнула она, так как прекрасно знала, что там сидит Анна Викторовна, а не Аминов. - Она вправду медиум! – пронеслось у Нины Аркадьевны в голове. — Ну что же, тогда — alager com alager, - и Нежинская отколола от платья булавку. Высвободила её острее и нацелилась на руку Анны. Стала выжидать удобный момент.       — Лара, - меж тем продолжал голос. — Молю тебя, найди моё тело, иначе я никогда не обрету покоя. Оно лежит зарытым в подвале дома. И также успей позаботиться о наших детях. Твоё время неумолимо истекает. Ох, - тяжёлый вздох пронёсся по гостиной. — Все этот проклятущий камень. Если бы я только мог знать, то ни за что не решился на эту аферу с его покупкой. И тебе, Лара, не дал бы на него смотреть. Князь, - голос приобрёл стальной окрас. — Ведь вы погуби…, - и тут Нина Аркадьевна вонзила острие булавки в тело Анны.       Девушка, вскрикнув, без чувств упала на пол.