Можно выйти, мистер Роджерс?

18 октября, 14:47, Школа, коридор.

Питер стоит возле двери в класс, поджидая ЭмДжей. В руках он нервно мнет тетрадь по химии, уже превратившуюся в то, что химичка обычно называет туалетной бумагой. Питер делает глубокий вдох и затем выдох, пытаясь успокоиться, вытирает рукавом толстовки пот со лба. Из класса выходит ЭмДжей, прижимая к груди точно такую же химию, только в несколько раз аккуратнее. Питер тут же беспардонно врывается в ее личное пространство, преграждая девушке путь. Питер: Мишель… ЭмДжей (невозмутимо): Ты же знаешь, что я предпочитаю другое имя. Питер озадаченно почесывает затылок. Питер: Да, разумеется, я знаю, но… тут нужно именно Мишель. Или нет. Даже не так. Мисс Джонс. ЭмДжей (смеясь): Тебя кто пикапу учил, Роджерс? Питер краснеет. ЭмДжей отходит к шкафчикам и открывает свой. Питер молча следует за ней. ЭмДжей (доставая с верхней полки книгу и пенал): Ты, кажется, что-то хотел? Питер: Хотел узнать, как ты относишься к школьным праздникам. ЭмДжей поворачивается к Питеру и смотрит на не него полным непонимания взглядом. ЭмДжей: Эээ… ты хоть раз вообще на нашей дискотеке был? Питер: Конечно. ЭмДжей: Тогда ты прекрасно понимаешь, как к этому можно относиться. Питер оглядывается по сторонам, надеясь на чью-нибудь помощь, но вспоминает, что он снова может рассчитывать только на себя. Питер: А как же прошлое Рождество? Было здорово. ЭмДжей: Когда мы свалили ту огромную елку? Ну да, весьма забавно. Питер: Выпускной был хорош. ЭмДжей: Просто ты не видел продолжения, когда Мария решила познакомиться с алкоголем. Питер: У нас отстойные вечеринки, да? ЭмДжей: На самом деле, не знаю. Просто я не фанат больших сборищ людей, всей этой безмозглой толпы, прыгающей под звуки, от которых кровь из ушей идет. Уверена, многие считают наш украшенный спортивный зал дискотекой века. ЭмДжей подходит к доске объявлений и внимательно изучает новое расписание. Питер, в свою очередь, не отрывает глаз от ЭмДжей. Питер: А я не умею танцевать. ЭмДжей: Ну и лузер. Питер (прочищая горло): Настолько лузер, что ты не согласилась бы пойти со мной на Хеллоуинский бал? ЭмДжей поворачивается к Питеру, и пронзительно смотрит на него, постукивая пальцами по стене коридора. ЭмДжей: Согласилась бы я ехать с тобой на самой обычной машине, в отличие от таких девушек, как Эйприл? Согласилась бы я делать неловкие фото в костюмах, когда ты за мной заедешь? Согласилась бы я смотреть, как королем и королевой бала объявляют кого-то другого? Слушать песни школьной рок-группы, состоящей из парней, у которых напрочь отсутствует музыкальный слух? Ловить на себе косые взгляды со стороны, потому что ты совершенно не умеешь двигаться под музыку? Делать вид, что я не знаю всех своих набухавшихся в хлам одноклассников? Разгонять запах никотина в классе, потому что какие-то умники решили покурить прямо там, а мистер Роджерс будет придираться ко всем? Слушать жалобы девочек, которых никто не пригласил? Согласилась бы я после всего этого кошмара с счастливой миной рассматривать фотографии с вечера и вообще продолжать общаться с тобой? Питер: Ясно. ЭмДжей: Конечно согласилась бы, что за вопросы. Глаза Питера тут же светлеют и наливаются счастьем. Его сердце начинает биться в темпе вальса, в котором он не раз представлял себя на балу с Мишель. Питер: Что, правда? ЭмДжей: Ну ты, главное, пригласи. Питер (озадаченно): Ну… я вроде как… приглашаю тебя. ЭмДжей (усмехаясь): Что ж, спасибо. Питер: Это значит «да»? ЭмДжей задумывается, слегка покусывая ручку. ЭмДжей: Только при двух условиях. Ты не уходишь смотреть порно вместе с Недом, и никаких стремных сочетающихся костюмов. Питер: Обещаю. ЭмДжей: Значит, договорились. (Настороженно оглядывается. Затем подходит ближе к Питеру и тихо шепчет ему на ухо.) Флэш устраивает вечеринку, у него как раз никого дома не будет. Так что с середины бала свалим на нормальную тусовку. Если они вообще бывают нормальными. Не дожидаясь ответа, ЭмДжей подмигивает на прощание, разворачивается на каблуках и уверенно идет к кабинету химии. Питер неловко машет рукой. Как только ЭмДжей скрывается за поворотом, он начинает радостно прыгать по коридору, беззвучно крича: «Я иду на бал с Мишель Джонс». Пару раз зацепившись за шкафчик, он сползает по стене и садится на пол. Заметив беспорядочное движение, подходит Оливия и садится на корточки рядом с Питером, поправив подол сарафана. Оливия: В чем дело, Ромео? Все-таки решился? Питер (не веря собственным словам): Кажется, я иду на пати. Оливия: На какой пати? Питер: Пати на хате. Оливия: У кого? Питер: У Флэша. Оливия: А тебя вообще пустят к нему после того, как ты сдал его мистеру Роджерсу? Питер: Да неважно. Зато с какой девушкой я иду! Оливия: С какой? Питер: С наипрекраснейшей. Оливия смеется. Встает и протягивает Питеру руку. Оливия: Я так рада за тебя! Пойдем, хоть костюм помогу выбрать, чтобы ты теперь не облажался. Питер берет Оливию за руку и встает.

18 октября, 14:40, Школа, кабинет истории.

Стив прикрепляет магнитами огромную карту штатов. Отходит назад, оценивающе смотрит на доску, а затем возвращается и двигает правый край чуть выше, чтобы карта висела идеально ровно. Раздается стук в дверь. В класс заходит Мэгги с ежедневником в руках. Ее кофта надета наизнанку, а под глазами красуются ярко выраженные синяки. Мэгги: Мистер Роджерс, я могу поговорить с вами по очень важному поводу? Стив (усмехаясь): Ну, если уж прямо по важному, то разумеется. Стив садится за свой стол. Мэгги по-хозяйски ставит стул рядом и садится, положив на стол ежедневник и раскрыв его на странице с закладкой. Весь лист исписан расписанием событий на ближайшие две недели. Мэгги: Так, в следующий четверг олимпиада по истории. Вы уже знаете, что на ней будет? Стив: Эээ… Полагаю, что задания по истории. Мэгги (удивленно): То есть вы не смотрели даже, какой там уровень сложности? Стив: Зная тебя, могу сказать, что это тот уровень, с которым ты абсолютно точно справишься. Мэгги непонимающе смотрит на Стива. Мэгги: Как-то вы очень безответственно ко всему относитесь. После такой претензии Стив даже не находит, что ответить: раньше шестнадцатилетние девочки не обвиняли его в безответственности. Стив: Ладно. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Мэгги: Мне нужны материалы олимпиад прошлых лет. Стив: Ну я, конечно же, решал их как раз вчера. Мэгги (вздыхая): Они все находятся в учительской в шкафу у окна. Там огромная коробка на верхней полке. Мне, к сожалению, нельзя брать ее самой. Стив: Конечно нельзя, не дай бог еще все перерешаешь там. Мэгги ставит галочку рядом со словом, понять которое может только она. Мэгги: Я просто ненавижу себя за то, что начала готовиться так поздно. Стив: Да ладно тебе, почти две недели впереди. Мэгги: Да, но все эти дни у меня другие олимпиады! (Переворачивает ежедневник так, чтобы весь этот распланированный ужас был виден Стиву.) Сначала литература, потом лингвистика, в среду физика, в субботу химия… В воскресенье я могла бы позаниматься, но уже иду на лекцию по молекулярной биологии. Стив внимательно изучает расписание, в которое аккуратно выведенные слова из-за недостатка места уже впихнуты между других строчек. Стив: А ты, похоже, не пытаешься ничего себе облегчить. Мэгги гордо поднимает голову. Мэгги: Я мыслю, следовательно, существую. Стив: Существование — это очень здорово, но жить ты когда будешь? Мэгги непонимающе смотрит на Стива. Мэгги: У меня прекрасная насыщенная событиями жизнь. Я же не виновата, что не хочу прокрастинировать, как все остальные. Стив: Да у тебя же ни одной свободной минуты нет. Мэгги: Это помогает мне держать себя в руках. Я же не могу позволить себе расслабиться. Стив: Сколько часов ты спала сегодня? Мэгги: Достаточно. Стив: Сколько? Мэгги: Ну, три. Может, четыре. Стив берет лежащую рядом красную ручку, перелистывает страницу ежедневника и на чистом листе выводит «поспать минимум 8 часов». Стив: Это обязательно. И только попробуй не сделать. Мэгги: Но мне хватило бы и шести! Стив: Нет, не хватило бы. Мэгги обреченно кивает, крутя вокруг пальцев ручку. Мэгги: Ладно. Еще я хотела спросить, известна ли дата первого этапа декатлона в этом году. Стив: Кажется, Паркер говорил что-то про первые числа ноября. Мэгги: О, это замечательно! В этом году у нас очень крутая команда. (Записывает примерные даты.) Вообще-то, наша школа всегда была очень сильной, одни только Мишель и Питер чего стоят. А в этом году еще и новенькие девятиклассники пришли. Мы просто обязаны победить. Стив: Но ты же помнишь, что это просто конкурс? Главное — это участие. Мэгги качает головой, произвольно чертя на странице гибкие каракули. Мэгги: Эту фразу придумали неудачники. Вы же не говорили на войне, что главное — участие. Декатлон — это наша маленькая война. Стив мгновенно становится серьезным. Стив: Не смей сравнивать декатлон с войной. Мэгги молчит. Часы медленно тикают. Стив: Слушай, я понимаю, что это важно для тебя, но… посмотри, у тебя уже руки трясутся от перенапряжения. Мэгги замечает, что линии на бумаге стали кривыми. Мэгги: Это не перенапряжение. Стив: То, что ты хочешь и можешь учиться — это прекрасно. Но твое психическое здоровье всегда было и будет важнее. Мэгги: Я не псих. Стив: Конечно, нет. Но ты берешь на себя больше, чем можешь принять. Мэгги: Но у меня есть цель, и я знаю, что с каждым шагом приближаюсь к ней. Стив: И она стоит всех твоих усилий. Но никак не твоего здоровья. Мэгги выдыхает. Из нее будто выходит все то, что копилось внутри неделями. Стив аккуратно кладет в ежедневник закладку и закрывает его. Стив: Узнаю, что ты не спишь нужное время — не разрешу писать олимпиаду по истории. Мэгги: Вы не сможете узнать. Стив: Да по твоему виду все прекрасно видно. Мэгги неловко улыбается. Встает, берет ежедневник и двигается к выходу. Уже приоткрыв дверь, она резко оборачивается к Стиву. Мэгги: Мистер Роджерс, я еще хочу писать исследовательскую работу по обществознанию. Стив: Мисс Андерсен, ну в самом деле! Мэгги: Ну пожалуйста! Стив (улыбаясь): Я посмотрю, что можно сделать. Мэгги улыбается в ответ и тихо выходит из кабинета. Не успевает дверь до конца закрыться, как ее тут же снова настежь распахивает запыхавшийся Питер. Он вбегает в класс и с испуганным выражением лица встает прямо напротив Стива, опершись на стол и пытаясь отдышаться. Питер: У нас проблемы. Огромные. Стив подается вперед. Стив: В чем дело? Питер: Ээ… кажется, я только что рассказал все Оливии. Стив бледнеет. Его рука непроизвольно сжимается в кулак, а лицо выражает смесь потрясения с опустошенностью. Стив: Повтори, что ты сделал? Питер (быстро тараторя): Нет-нет, не прямо все рассказал. (Стив облегченно вздыхает.) Только о том, зачем вы здесь. Стив: Ты упоминал хоть что-то, касающееся Человека-Паука? Питер: Только что он невероятно классный. Стив (закатывая глаза): Ну кто б сомневался. Оливия может что-то заподозрить? Питер: Нет. Стив: Рассказать кому-то? Питер: Не думаю. Стив встает и принимается мерить шагами пространство перед доской. Стив: Так, вот что мы сделаем. Мы попросим ее никому ни о чем не говорить. Возможно, у нее даже будет информация, о которой нам ничего не известно. (Поворачивается к Питеру.) Объясни мне, как ты умудрился расколоться перед этой девочкой? Питер: Ну, я просто… сказал. Стив: У меня слов нет. Агент от бога. Питер подходит ближе к Стиву. Питер: Вы не понимаете. Это не я сказал, это она попросила. Стив замирает в немом вопросе. Питер обреченно кивает. Питер: Она просто посмотрела на меня так… и мне сразу стало очень тепло. А потом она спросила, и я даже не раздумывал перед тем, как сказать. Стив: А ведь обычно ты думаешь перед тем, как говорить. Питер все еще так обескуражен, что и не замечает, что это один из самых милых комплиментов, что он когда-либо слышал от Стива. Стив: И ты хочешь сказать, что она заставила тебя? Питер: Что-то вроде того. Стив: И все это время мы искали кого-то исключительного, чтобы потом понять, что нам нужна Оливия Карпентер? Питер: Наверное. Стив: Та самая, которая каждый день протирала доску. Питер: А вы тоже агент от бога. Стив: Итак, у нас есть девочка, которая деликатно просит рассказать ей правду, и ей все рассказывают. Довольно мило. Питер: Какая-то отстойная способность. Стив: Кто бы говорил! Парень, ты насекомое. Питер (гордо): Я — членистоногое. Стив: Нам в любом случае нужно отвести ее в Щ.И.Т. Питер: Ну подождите, это же неинтересно! Я думал, она сможет летать, становиться невидимой или еще чего-нибудь. А тут… Я разочарован. Стив пустым взглядом смотрит в стену, соображая, что следует сделать теперь. Затем срывается с места по направлению к двери. Питер идет за ним. Стив: Мы должны выяснить, если она еще что-то может. Сейчас важно перехватить ее раньше, чем она вообще что-либо сделает. Внезапно раздается противный звук звонка. Путь Питеру и Стиву преграждает вваливающаяся в класс толпа учеников. Стив (Питеру): Так, сейчас последний урок, можно и по домам уже. Питер: Почему для того, чтобы уйти раньше нам нужен именно такой катострофический случай? В дверях появляется директор. Мистер Мейсон: Как хорошо, что все уже здесь. Мистер Роджерс, вы же не против, если я поприсутствую у вас на уроке? Питер: К сожалению, не все уже здесь. (Многозначительно смотрит на Стива.) Кажется, мисс Карпентер стало плохо, и ей пришлось уйти. Мистер Мейсон проходит в конец класса и садится за последнюю парту. Питер ложится на свою парту и закрывает глаза. Стив устало берет со стола указку и начинает урок.