Можно выйти, мистер Роджерс?

19 октября, 09:01, Школа, спортзал.

Физрук отчаянно пытается построить десятиклассников в шеренгу. Голди висит на канате, и ее, сидя на вершине шведской стенки, раскачивает Лиам. Джордан и Гейб стоят на головах, соревнуясь, кто из них продержится дольше. Нед увлеченно рассказывает Мие, в чем разница между ситхами и джедаями. Питер гордо восседает на турнике, наблюдая за происходящим. Мистер Уилсон (свистнув в свисток): А ну встали все нормально! Сколько уже можно! Алекс: Мы еще не проснулись даже, почему нам физ-ру первым всегда ставят? Мэгги: Вообще-то, считается, что зарядка — залог продуктивного дня… Мария: Давай ты хоть тут помолчишь, а? И так постоянно в классе умничаешь, а тут — наша территория. Мэгги: Ну конечно, сила есть, ума не надо. Мистер Уилсон всплескивает руками. Мистер Уилсон: Так, хватит тут ругаться. И вообще, почему вас так мало? Где опять Маклин? Флэш (вставая со скамейки): Эйприл просила передать, что она у врача. Мистер Уилсон: У какого такого врача? Флэш: Она кровь сдает. Мистер Уилсон: Она там литрами ее качает что ли? А то как физкультура первым уроком, так Маклин сдает кровь. Алекс: Кто ж столько возьмет-то? ЭмДжей: Ее очередной Эдвард Каллен. Мистер Уилсон решает не дожидаться, когда все соизволят встать нормально, и начинает урок. Мистер Уилсон: Итак, сегодня у нас в программе волейбол. Вам нужно разбиться по парам… Питер (драматично): Если ЭмДжей будет не со мной, то разобьется мое сердце! Нед: А меня тогда кто возьмет? Лиам: Куда ж я тебя возьму, Пенни, ты же не одета.* Голди: Так, Коллинз, никаких Пенни, ты уже взял меня. Мария (Гейбу): А что происходит? Кого нужно брать? Гейб: Вот и я не знаю, кого брать. Эй, а можно всех посмотреть? Мистер Уилсон от бессилия утыкается носом к классный журнал. Мистер Уилсон: Это волейбол, тут можно и мальчик с мальчиком. Джордан: Это Америка, тут вообще все можно! Будто по будильнику от слова «Америка» в зале появляется и сам ее капитан. Стив стоит возле входа в зал, подперев дверной косяк и скрестив руки на груди. В зале раздается знакомое всем «кхм», и ребята тут же оборачиваются к Стиву. Заметив его, все, кроме Питера, тут же соскакивают со своих мест, чтобы встать в строй. Питер же наоборот действует медленно, сохраняя невозмутимое выражения лица, будто надеясь, что Стив его не заметит. Мистер Уилсон: Может, мне тоже стоило просто кашлянуть, чтобы вы нормально встали? Стив: О нет, это долгие годы тренировок и преподавательский опыт. Мистер Уилсон: Вы работаете тут всего месяц, мистер Роджерс. Стив (усмехаясь): Значит, талант. Стив встает рядом с физруком и заглядывает в журнал, делая вид, что занят очень важным делом. Питер: Мистер Роджерс, зачем вы пялитесь на страницу, где ничего не написано? Стив (бросая на Питера скептичный взгляд): Вот явно не для того, чтобы ты сейчас спросил. (Обводит взглядом класс, останавливается на Оливии.) На самом деле мне нужна мисс Карпентер. Оливия бледнеет. Нервно вытирает руки об спортивные штаны. Оливия (дрожащим голосом): По какому поводу? Стив: Мне нужна твоя помощь в одном… деле. Не волнуйся. Там нужно просто… проверить тесты седьмого класса. Оливия: Почему бы вам не попросить Мэгги? Она справится с этим гораздо лучше. Мэгги воодушевленно кивает. Стив переходит на более строгий тон. Стив: Потому что ты сейчас пойдешь со мной. Если раньше было тихо, то сейчас становится слишком тихо. Оливия молча соглашается и идет вслед за Стивом. Вместе они выходят из спортзала и заходят в женскую раздевалку, насквозь пропахшую ароматизированными дезодорантами. Стив заходит за угол и садится на скамейку возле шкафчиков. Оливия присаживается на краешек точно такой же напротив. Стив подается вперед, упираясь ладонями в колени. Стив: Ты знаешь, почему я позвал тебя. Оливия (пытаясь сохранить невозмутимый вид): Не справляетесь с проверкой тетрадей? Стив: Ты не умеешь врать. Оливия: С чего вы взяли? Стив: Я и сам не особо силен в этом. Оливия (оглядываясь в сторону двери в зал): Значит, Питер рассказал. А я ведь просила этого не делать. Стив: Не злись на Питера. У него не было выбора. Оливия: Вы считаете, что можете диктовать ему, что делать, потому что вы учитель или потому что вы Капитан Америка? Стив: Это зависит не от меня. Ему просто приходится. Хотя, может и второе. Оливия кивает, плотно смыкая губы и не намереваясь больше ни о чем говорить. Стив пронзительно смотрит на нее. Оливия отводит взгляд на настенные часы. Стив (смягчаясь): Ты можешь не хотеть рассказывать все, но рано или поздно тебе придется. И ты должна понять, что я не могу откладывать это. Ради твоей же безопасности. Оливия: Или ради завершения этой важнейшей миссии. Стив: Я все чаще о ней забываю. Оливия нервно прячет прядь волос за ухо три раза подряд. Оливия: Что вы хотите узнать? Стив: Ты же можешь делать очень особенные вещи? (Пытается принять дружелюбный вид.) Расскажи мне, пожалуйста. Оливия: Значит, так Питер сказал. Какая честь. Стив: Он был не прав? Оливия: Я — та, за кем вы сюда пришли. Но я не особенная. Я не стоила всех ваших усилий, мистер Роджерс. Стив: Давай ты объяснишь все, а потом мы вместе решим, чего ты стоишь. Оливия огорченно вздыхает. Стив: Что-то не так? Оливия: Вы пытаетесь выглядеть дружелюбным и открытым, но мы оба все равно знаем, что вы в любом случае добьетесь своего. Это не разговор по душам, а допрос. Стив: Не надо, Оливия. Ты ведь не преступница. Оливия: Тогда почему вы меня искали с упорностью детектива? Стив: Так, без обид, но с тобой реально сложно. Не уходи от темы. Оливия закрывает глаза и вздыхает, набираясь сил перед важным решением. Затем открывает и начинает медленно и аккуратно говорить. Оливия: Я могу делать так, что люди говорят мне правду. Стив (хмурясь): То есть заставлять их? Оливия: Нет, это другое… я не знаю, как это объяснить. Тут нужно почувствовать. Я, скорее, делаю так, что людям вокруг меня становится комфортно. Они просто чувствуют себя хорошо и рассказывают все сами. Стив: Можешь показать? Оливия: На вас не работает. Стив (строго): Ты проверяла? Оливия (смущенно покраснев): В самый первый день. Я спросила, почему вы пришли к нам. Я не смогла добиться правды, но просто почувствовала, что вы лжете. Стив: Не лгу, а играю роль для операции. Оливия: Люди обычно именно так себя утешают. (Оба молчат несколько секунд.) Я, вообще-то, никогда этого не делаю. Могу по пальцам пересчитать, сколько раз воспользовалась своей способностью за эти полгода. Стив: Почему же? Оливия: Это же нечестно. Я могу узнать то, что другие не могут. Стив улыбается. Часы, кажется, тикают медленнее, чем обычно. Стив: Рад, что у тебя такие высокие моральные ценности. Оливия: Они не высокие. Стив: Ты думаешь? Оливия: Я, вообще-то, стараюсь не думать совсем. Но меня пугает, что люди считают нечто абсолютно нормальное и само собой разумеющееся высокими моральными ценностями. Стив: А может, тебе тоже скоро сто? Оливия (робко улыбаясь): Нет, я бы заметила, наверное. Стив стучит пальцами по колену. Оливия крутит на запястье браслет, подаренный Голди. Стив: Оливия, ты же умная девочка, да? (Оливия жестом показывает «так себе».) Ты ведь и сама видишь, что разведчик с твоими способностями просто бесценен. Люди много веков придумывают способы выбивать друг из друга правду. Сначала абсолютно бесчеловечные пытки, сейчас высокотехнологичные детекторы лжи. Но ни один способ никогда не был совершенным. А ты можешь просто просить людей, и они тут же раскалываются! Оливия: Не думаю, что для меня это очень важно. Стив: Но для многих из нас — да. Оливия: Что вы пытаетесь сделать? Стив: Предложить тебе пойти со мной в Щ.И.Т. Оливия: Предложить? Стив останавливается, тщательно все обдумывая. Стив: У меня есть четкий приказ по поводу того, что я должен сделать. Найти и привести студента со способностями. Но когда я в последний раз делал именно то, что мне говорят? (разводит руками) Вообще-то, вчера, но это не так важно. Ты не тот человек, которого необходимо срочно схватить и взять с собой, обращаясь при этом, как с буйным психом. Я верю в то, что ты и сама осознаешь свою значимость и понимаешь, как ты могла бы использовать свои умения во благо людям. Оливия: Там, где находится благо одних людей, обычно начинаются страдания других. Я не хочу быть частью ничего подобного. Стив: В Щ.И.Т.е заботятся о безопасности всех людей планеты. Ты не можешь никому навредить. Зато помочь восстановить мир и свободу — да. Ты можешь действовать во благо своей стране. Даже если не с нами, то просто в полиции. Пойми же, ты могла бы одними только словами спасать жизни! Ты просто не можешь позволить себе сидеть сложа руки. Оливия внезапно вскакивает, задев при этом дверцу шкафчика, которая после с грохотом захлопывается. Девушка пятится назад, пытаясь скрыть небывалое волнение. На глазах у нее уже выступают слезы, но она быстро смаргивает их, обещая себе не реветь прямо здесь. Оливия: Мистер Роджерс, ну хватит! Сколько уже можно?! (Хватается за голову.) Я не могу больше прикрываться этими идиотскими ценностями и переживаниями за других! Как вы не можете понять, что мне просто-напросто страшно?! Стив встает вслед за Оливией и немного подходит к ней, вытянув руку в успокаивающем жесте. Стив: Тише, тише. Все в порядке. Это нормально. Всем страшно поначалу, но потом ты увидишь, что великая цель оправдывает любые волнения, и… Оливия тихо качает головой. Она говорит медленно и устало, пытаясь подавить боль в голосе. Оливия: Вам не понять этого. Это вы всегда жили с мыслью о великой цели. Вы чувствовали, что были рождены для защиты людей. Вы таскались по всем военкоматам в надежде, что хоть где-то вам позволят сражаться за свои идеалы. У меня тоже есть идеалы. Но сражаться я не готова. Стив: Да мы же не отправляем тебя в эпицентр вооруженного конфликта! Это пока всего лишь проверка твоих способностей, выявление качеств. Оливия: Вам ли не знать, как это работает. (Отходит еще на шаг назад.) Если я соглашусь сейчас, пути назад для меня уже не будет. Сначала я соглашусь на тест. Потом еще на что-то. И вот я уже не тот человек, кем была раньше. Стив: В таком случае, ты меняешься к лучшему. Оливия: Но я не хочу, понимаете? Стив: Почему? Оливия: Потому что я просто не такая! Я не сильная. Не храбрая. И, кажется, теперь еще и эгоистка. Стив: Человек, который все это время заставлял людей чувствовать себя хорошо — это никак не эгоист. Оливия: Так не делайте его из меня. Стив: Я никого из тебя не делаю. Оливия: Тогда почему навязываете мне качества, которых у меня нет? Стив: Потому что тот, кто сидит наверху с волшебной палочкой и раздает способности, не направо и налево, между прочим, выбрал тебя. Теперь это — твой долг. Тем временем Оливия уже вплотную подбирается к душевым. Она быстро юркает в соседнее помещения, закрывая за собой дверь на защелку. Стив: Уходишь на свою территорию, значит? Оливия стоит возле двери, и сквозь полупрозрачное стекло видны размытые очертания ее силуэта. Оливия: Простите, мистер Роджерс. Я правда не могу. Стив яростно бьет кулаком в стену. Разворачивается и широкими шагами покидает раздевалку. Сквозь дверь до него доносятся тихие всхлипы Оливии.