Можно выйти, мистер Роджерс?

Полгода назад. 14 февраля, 08:39, Школа, стадион.

Лиам и Джордан вместе висят на турнике. Джордан выдавливает из себя последние подтягивания под томные вздохи Эйприл, а Лиам уже просто надеется не свалиться. Голди в спешке доделывает геометрию. Джордан (соскакивая вниз): Ну все, я все равно уже тебя уделал. Лиам спрыгивает и встряхивает руками. Лиам: Зато я держался достойно. Джордан: Ага, особенно когда в тебя шишка с другого конца стадиона прилетела. Лиам: Я принял эту шишку с мужеством! Парни смеются и пожимают друг другу руки. Голди: Между прочим, Лиам действительно красиво висел. Если бы я умела рисовать — была бы просто картина маслом. Джордан: Зовите ЭмДжей. Эйприл: Мишель такой фигней не занимается. Лиам: Тем не менее, я невероятно сильный и храбрый. Джордан: Да что ты. В каком это месте? Эйприл: В самом неожиданном. Лиам (подмигивая Джордану): Смотри, че могу. Лиам демонстративно подсаживается к Голди и пафосно приобнимает ее. Лиам: Девушка, не дадите свой телефончик? Голди: Придурок, у тебя уже шесть лет есть мой номер. Лиам: Тогда, может, сходим как-нибудь вечерком в кино? Джордан (смеясь): Тоже мне, смельчак нашелся. Голди в кино пригласить — много ума не надо. Голди: Я вообще-то здесь, если что. Джордан:…а вот кое-кого другого (целует Эйприл в макушку) — это нужно еще изловчиться. Но у меня прекрасно выходит. Эйприл: Джордан, испортишь прическу — верну все твои записки. Джордан моментально отстраняется. Подходят Питер и Нед, на ходу натягивая куртки. Нед: Класс, мы идем в кино! Лиам: Эээ, не то, чтобы вас звали… Джордан: Нам с лузерами куда-то ходить — не айс, извините. Лиам: И тебя, Джордан, тоже. Эйприл: Мы можем позвать Мэтта и Райана. Они из 11-го. С ними стыдно не будет. Голди: Маклин, когда ты успела стать такой стервой? Эйприл: Ими все рано или поздно становятся. Когда понимают, в каком именно мире живут. Лиам: Как шаблонно-то, господи. Голди: Простите, ребята, я пас. Лиам гневно смотрит в сторону Эйприл. К ребятам подбегает дрожащая Оливия. Оливия: Брр. Зима выдалась теплой, но мне все равно холодно. Голди снимает с себя широкий шарф и кидает в лицо Оливии. Оливия: Но… Голди: Да брось, мне не холодно. Оливия с благодарностью в глазах смотрит на Голди и кутается в шарф, словно в шаль. Оливия: Мистер Морган просил передать, что у нас в классе невыносимо грязно. Лиам: И нам нужно прибраться? Оливия: Ну, уже нет. Питер: Вот спасибо. Серьезно, Лив, никогда не забудем. Оливия (неловко улыбаясь): Вообще-то, я пришла нагло отобрать у вас Голди. Голди: Детка, я вся твоя. Лиам: Жаль. Голди: Что? Лиам: Ничего. Оливия берет Голди за руку, и они вместе выходят со стадиона. Огибают школу и встают у заднего крыльца, где обычно курят их одноклассники (никто никогда не видел, чтобы крыльцо использовалось для каких-то иных целей). Оливия встает поближе к двери, от которой веет жаром помещения. Из столовой доносится запах булочек. Голди: Что, тебе наконец-то прислали валентинку? Оливия: Нет. Голди: Впрочем, ничего нового. Оливия: Да хватит, это важно! Голди садится на перила, свешивая ноги вниз. Оливия встает рядом. Оливия: Кажется, у меня проблемы. Голди: В чем дело? Оливия: Ты мне не поверишь. Голди: Да брось. На кой черт я тебе нужна, если я не буду тебе верить? Оливия: Ты же помнишь, что мистер Морган никогда не соглашается сказать оценки заранее? Голди: Ну да. Оливия: Он только что мне сказал. Голди: О боже. Вызывайте ФБР. Оливия хватает Голди за предплечье и испуганно смотрит на нее. Голди вмиг становится серьезнее и мягко кладет ладонь на замерзшую руку Оливии. Оливия: Вчера я узнала, что мама подарит мне на день рождения. Она никогда не говорит. Но тут я просто попросила ее и все! (Оглядывается, проверяя, что рядом никого нет. Переходит на шепот.) Голди, мне сложно это объяснить, но я уверена, что смогу узнать все, что захочу, у любого прохожего. Голди (глядя руку Оливии): Так, подожди. Не торопись. Ты уверена? Оливия: Абсолютно. Голди: С чего ты все это взяла? Оливия отходит назад, в страхе мотая головой. Оливия: Я не знаю. Я просто чувствую это, и все. Голди оглядывается. Заметив неподалеку одинокого восьмиклассника, она зовет его к себе. Голди: Хей, чувак! Не поможешь нам? Оливия (шепотом): Ты чего, не надо! Вдруг что-то пойдет не так? Голди: Да все норм будет. Не парься. Мальчик подходит к крыльцу. Оливия сходит вниз. Оливия: Привет. Как тебя зовут? Сэм: Сэм. А что? Оливия: Ты из восьмого класса, верно? Сэм: Да. Оливия улыбается. Сэм завороженно смотрит на нее и начинает улыбаться в ответ. Оливия: Сегодня особенный день, да? Все такие красивые. Сэм: Точно. Оливия: Есть девочка, которую ты считаешь особенно красивой? Сэм: Нет. Оливия: Что, совсем? Голди спрыгивает с крыльца. Голди: Может, это особенно красивый мальчик? Сэм (раздраженно): Я не педик там какой-нибудь! Оливия осуждающе смотрит на Голди. Голди с лицом «нуачо» пожимает плечами. Оливия (осторожно, тихим, ровным голосом): Пожалуйста, скажи мне. Ты влюблен в какого-нибудь мальчика? Сэм (спокойно): Да. Оливия: Хорошо. Я не буду спрашивать, кто это, это не мое дело. Что ты чувствуешь из-за этого? Сэм: Я чувствую, что со мной что-то пошло не так. Знаешь, как будто все, что я делаю, неправильно. Люди так не делают. Оливия: Ты не должен так думать. Послушай. Все в порядке. Ты перестанешь быть человеком, когда перестанешь чувствовать. Сэм вдруг кидается в объятия Оливии и крепко прижимается к ее груди. Оливия обнимает его в ответ, шепча на ухо успокаивающие слова. Голди кашляет. Сэм отстраняется уже с широкой светлой улыбкой на лице. Сэм: Кажется, мне нужно написать валентинку! Оливия кивает. Сэм поднимается на крыльцо и заходит в школу. Еще с минуту Голди и Оливия стоят молча. Оливия: Теперь ты видишь? Голди: Превосходно у меня гейрадар работает, да? Оливия: Ты веришь мне? Голди: Как будто у меня есть выбор. Звенит звонок. Девушки не трогаются с места. Голди: Впервые хочешь прогулять урок? Оливия: Мне не до физики. Голди: Не, ну ты прикольную штуку делать умеешь. Оливия: Это было жестоко. Голди: Да посмотри на него, он был счастлив! Оливия: Мистер Морган был счастлив сообщить о моей четверке. Мама была счастлива рассказать о подарке. Голди: Ты делаешь людей счастливыми, как это негуманно. Оливия молчит, засовывая руки в карманы куртки. Голди: Сделаешь то же самое со мной? Оливия: Нет. Голди: Почему? Оливия: Если у тебя есть от меня секреты, то на то есть причина. Голди: А если я не хочу иметь от тебя секретов? Оливия: Тогда скажешь и без моей помощи. Голди (почесывая затылок): Ну, не то, чтобы у меня они были. Оливия (улыбаясь): Да не притворяйся. Я теперь вижу. Голди: Тогда теперь уж ты точно обязана. Оливия нехотя вытаскивает руки из карманов и берет теплую ладонь Голди. Закрывает глаза. Оливия: Тут должно быть что-то? Заклинание? Какие-то пафосные слова? Ну типа… просто скажи мне. Голди: Я не знаю, что должна сказать. Оливия: Сейчас узнаешь. Оливия выдыхает, и из ее рта выплывает теплый поток пара. Оливия: Говори, что ты чувствуешь, ладно? Если уж мы эксперементируем, то давай хоть соберем все результаты. Голди: Я чувствую тепло. В груди. И оно расползается по всему телу. Но это не физическое тепло, тут по-прежнему адский дубак. Мне просто… хорошо? И я так много хочу объяснить тебе. (Улыбается. Оливия открывает глаза и ободряюще смотрит на Голди.) Мне кажется, что я ошибалась в Эйприл. Или она меняется. Меня беспокоит, что я стала уделять ей куда больше времени, чем тебе, но в итоге поняла, что очень сильно ошибалась. Я не хочу терять тебя и надеюсь, что смогу вернуть нашу дружбу. Оливия: Не беспокойся, наша дружба никуда не девалась. Я от тебя еще долго не отстану. Голди (облегченно выдыхая): Эйприл внутри такая… не знаю, темная, что ли. Скользкая. Противная. И она меня ни во что не ставит. Оливия: Это волнует тебя? Голди: Нет. Оливия: Почему? Голди: У меня есть ты. Оливия отпускает руку Голди и немного отходит назад. Голди улыбается. Оливия: Как ощущения? Голди: Ты хочешь красноречивый эпитет или сравнение, которое будет не в тему? Оливия: Второе у тебя обычно выходит лучше. Голди: Помнишь, как я в первый раз вино попробовала? Оливия (хмыкая): Забудешь еще такое. Голди: Я почти не опьянела! Оливия: Ты позвонила в модельное агентство и начала втирать им про дискриминацию низких людей. Голди: Ой, еще скажи, что ее не существует. (Садится на ступеньку.) В общем, тут почти то же самое. Сразу так… легко. Оливия: То есть благодаря мне ты почувствовала себя, как будто только что набухалась в хлам? Голди: Не то, чтобы в хлам, но смысл тот же. Шикарно же, да? Оливия: Я не хочу никого заставлять ничего говорить. Голди: Правду говорить легко и приятно.* Оливия: Когда ты говоришь ее сам. Голди: Ты не понимаешь. В том-то и дело — я хотела говорить. Я не чувствовала ни что меня заставляют, ни что я должна. Я просто очень хотела поделиться этим с тобой. Оливия подсаживается рядом. Оливия: Я все равно не хочу. Голди: Значит просто не делай этого. Проблем-то. Оливия: Мне так нравится, что для тебя все просто. Голди: Да потому что все просто. Нужно париться поменьше. Рассказывать кому-нибудь будешь? Оливия (качая головой): Нет. Точно нет. Голди: Боишься? Оливия: Скорее хочу придать себе важности и значимости тем, что храню в себе огромную тайну. Голди: Неплохо. Прям сериальчик разворачивается. Мистер Морган: Да не то слово. Девушки резко оборачиваются. У двери, подпирая косяк, стоит историк. Мистер Морган: Значит теперь учиться нам уже не надо. Я, конечно, все понимаю, великий день и бла-бла-бла, но приберегите свои отношения лучше для внеурочного времени. Оливия: Что, простите? Голди: Мы не встречаемся! Мистер Морган: Как жаль, что мне все равно. А теперь — быстро в класс. И после уроков — ко мне. Голди нехотя поднимается по лестнице. Оливия встречается с изучающим взглядом мистера Моргана и тут же отводит глаза. Они обе понимают, что проведут день Святого Валентина совсем не так, как им хотелось бы, но все равно обе чувствуют небывалую легкость внутри.