Моё отражение

      Её дыхание учащалось, ноги заплетались, но бегство продолжалось. Сзади слышались крики и её имя. Она бежала. Бежала как можно дальше. Бегство стало её именем, её сутью. Она бежала и… проснулась.       — Мая!       Большой крик маленькой женщины вдарил по барабанным перепонкам.       — Мая, вставай!       Вспомнив все лики святых, девушка с хрустом потянулась и свесила ноги.       — Да не ори ты! Кто умер? — Тихий скрип с лестницы известил о её прибытии раньше слов.       — Типун тебе на язык. К счастью, все живы и здоровы. Тётя твоя звонила. Сказала, что завтра приедет к нам погостить на несколько дней.       Мая вздрогнула, услышав новость.       — Ещё больше людей… Эх… — Еле слышно проговорила она, проскальзывая в ванную комнату.       — Что ты там бормочешь под нос?       — Говорю, я очень рада такой великой новости!       Зубная паста мягко ложилась на щётку. Довольно редко у неё получалось сделать как в рекламе.       — Ты должна будешь помочь мне с подготовлениями к её приезду.       Вафельное полотенце неприятно царапнуло нежную кожу кистей.       — Она что, Королева Великобритании, чтобы ей тут красную дорожку выстилать?       Дверь скрипнула одновременно с чужими зубами.       — Она твоя тетя. И сейчас у неё горе. Прояви хоть каплю сочувствия.       — Ммм, мне сегодня нужно к Асе. У нас урок анатомии рук. Все очень серьёзно.       Она поднялась обратно к себе, перескакивая через ступеньку.       — Мая!       — Я знаю, как звучит моё тупое имя, можешь не напоминать мне об этом.       Одевшись, она присела на стул и, приоткрыв ноутбук, тут же захлопнула его обратно.       — Не ломай технику.       Слабая улыбка коснулась морщинистого лица.       — Мам, я помогу тебе, не парься. К Асе вечером пойду.       — Тогда пойдём по магазинам?       Почти незаметный кивок и легкие шаги до двери. Глаза болезненно зажмурились от все ещё летнего солнца. Протянутые солнцезащитные очки стали спасением. Небо приобрело темно-золотистый оттенок, радуя глаз чистым полотном без единого облака.       — Ну, чего застыла?       — Мам, разве небо — не самое красивое, что есть на свете?       — Хмм, наверное. Я не умею оценивать пейзажи. Может, есть на свете какой-нибудь цветок, который красивее. Да и цветы ближе.       Золотисто-синее полотно прикрылось чернотой век.       — Цветы. Их легко сломать, испортить.       Мама потянула её за руку.       — Сейчас и небо легко испоганить, милая. Что купим? Говядину, баранину или свинину?       Быстрые шаги мешали полноценно обдумывать, выбирать ответ.       — Да плевать, вообще.       — Надо будет накрыть сытный стол. Тётя приедет на автобусе прямо в разгар дня и будет голодной, как волк.       — Надеюсь, она не съест меня, одевшись в твою сорочку.       — Ну, сперва она съест меня, а я сойду за месячный рацион, так что у тебя будет много времени, чтобы сбежать.       Мая не сдержала смех, который был подхвачен мягкой женщиной, крепко держащей её руку.       Время побежало, как испуганный заяц, стоило им зайти на рынок. То тут, то там слышались крики людей, желающих заработать денег и тех, кто не хотел их терять. Эта славная карусель шума толпы, красок и запаха закружила до тошноты, и, в конечном итоге, выплеснула два еле стоящих памятника усталости с огромными сумками на горбу.       Стоило им зайти в дом, как тот заполнился грохотом. Доставив все к месту сражения, Мая благополучно отошла, сперва в свою комнату, переодеться и взять необходимые вещи, а потом из дому к ждущей её Асе, которая будет подробно объяснять ей, как рисовать руки. Её веснушчатые тонкие руки.