Школьная любовь

      — Чего? — он встает с кровати, хмуря лоб и забывая про ожидаемый ответ на сообщение, — мне это послышалось?       — Нет, ты собираешь вещи и...       — ...уходишь, — Кихен кивает и выжидающе смотрит на отца.       — Уезжаешь, я тебя поправлю, — тот встает с кровати, кладя руку на плечо сына. — Это далеко.       — Далеко? Ты куда собрался меня отправить?       — Тебе не помешает дисциплина, которой ты совсем не верен. Ты хоть знаешь, что такое верность?       — И это ты у меня спрашиваешь? Это я изменяю своей жене? — парень толкает мужчину, который делает шаг назад и закипает от дерзости со стороны сына.       — Как ты смеешь так себя вести, щенок? — он делает шаг к Кихену, а он поступает аналогично. Их взгляды встречаются и кричат о ненависти. Мать Кихена стоит позади и наблюдает за своими мужчинами, которые совсем не видят ее присутствия. Она все слышала и понимала, но ждала других подробностей об измене мужа.       — А как ты смеешься изменять матери твоего ребенка? — кажется, счет сравнивается, и старшему сопернику нечего ответить. Не сдерживая гнева и не управляя силой, отец бьет сына по лицу, разбивая губу в кровь и заставляя его упасть на пол рядом с кроватью.       — Что ты делаешь? — мать срывается с места, подлетая к смеющемуся Кихену.       — И это все? Ты только и можешь побить того, кто младше? Ничтожество! Я жалею, что именно ты — мой отец, — вытирая кровь с губы, он не замечает женщину, взволнованную и почти плачущую от ужаса.       — Как ты смеешь такое говорить? — отец хватает за футболку парня и поднимает наз землей. — Сопляк, не пробовал жизнь на вкус, а еще упрекаешь меня в моей измене? — он кидает его на пол, злобно вытирая выступивший на лбу пот. — Ты будешь жалеть о своем поведении?       — А ты не будешь жалеть? — дрожащим голосом спрашивает женщина, вцепившаяся в кухонное полотенце, с которым она и пришла на шум в комнате сына. — Я думала, ты серьезно хочешь, чтобы Кихен стал военным, а ты...ты... — слезы стекают по ее щекам, и она не продолжает говорить, выходя из комнаты. Мужчина идет за ней, что-то говоря и объясняя. Кихен смотрит на них, сидя на полу комнаты, которая вся в голубом цвете с белой дверью и миллионами плакатов. На столе полнейший хаос, а на стуле множество вещей, чистых и грязных — настоящий беспорядок подростка или...гения?       Кихен бежит по ступенькам с сумкой, в которой необходимые вещи. На его голове темный капюшон, на ногах черные обтягивающие джинсы и конверсы, а в ушах наушники. Он не берет с собой ключи от дома, потому что не хочет возвращаться туда, пока там отец, которого он окончательно возненавидел.       — О чем ты думал, когда бил нашего сына? В чем виноват он? В том, что увидел, как ты трахаешь свою подчиненную? — Кихен ухмыляется, слыша твердый голос матери, и выходит из дома на темную улицу своего района. — Ты больше не поднимаешь руку на моего сына!       — Моего, вот это ты заговорила, — отец встает из-за стола, — твоего так твоего, я всегда думал, что ты родила не от меня. За тобой всегда тот ухлестывал... — парень сглатывает, и его ноги снова становятся на скейт, и он едет в неизвестном направлении, ведь он совершенно не знает, куда ему теперь деваться.       Начиная новый день, мы словно начинаем новую жизнь. Ты открываешь глаза и видишь тот же потолок, но уже по-иному. А кто-то видит другой потолок, но по-старому. Мы порой привязаны к месту, людям или ощущениям, которым остаемся верны или стараемся быть верными, но срываемся, как голодная собака с цепи, и мчимся на запах «свежей крови». Я верен своим принципам, а Кихен, например, верен скейту и старому другу, который встречает его в дверях своего дома и спрашивает, что же случилось. Лишь отмахиваясь, Кихен делает глоток колы и достает телефон.       Т/и, ты занята? — парень смотрит на сообщение и ждет. Минута молчания девушки заставила его смять пластиковую баночку.       Я помогаю маме с ужином, а ты? — она откладывает телефон и возвращается к вкусно пахнущим специям, улыбаясь маме и слушая ее рассказ о новой работе.       А я думаю о тебе, — Т/и читает сообщение, а сердце готово выпрыгнуть из груди и помчаться к парню. Она вдыхает черный перец и начинает чихать, нажимая случайно на буквы клавиатуры и «отправить».       Надеюсь, это значит, что ты не выкинешь меня завтра из окна и не закроешь в туалете, — парень улыбается сообщениям, находясь в полулежачем положении на кровати друга, который сидит за компьютерным столом и совсем не обращает внимания на Ю.       Это значит, что я и моя мама приглашаем тебя на ужин, — Кихен давится напитком, обливая свою белую футболку и капая на штаны, все никак не проглотив содержимое во рту, надувая щеки. Ставя баночку на пол, он встает с кровати. Кидая телефон на кровать Ынквана, того самого друга, у которого предположительно останется Кихен, он снимает футболку и кидает на спинку стула.       — Ынкван, как думаешь, — он наклоняется к другу, — мне идти на ужин к девушке, которая мне нравится?       — Определенно, идти, хен, это твой шанс! — не отрывая глаз от монитора, отвечает тот, — неужто сама Т/и позвала тебя?       — Ее мама, — улыбается тот и натягивает толстовку на голое тело.       — Кажется, ты попал, — они смеются, и Кихен покидает комнату, — не закрывай дверь, — постучавшись в окно друга, прошептал парень и подмигнул.       Нам ждать тебя? — Т/и прикусывает губу, уже сидя за столом.       Ждать, и я уже на пороге, — девушка вскакивает с места и летит к двери.       — Это тот самый паренек? — отец присаживается за стол, смотря на жену.       — Да, тот самый.       — Зачем ты решила его позвать?       — А ты имеешь что-то против? — они встречаются взглядами, вспоминая, как благодаря родителям помирились, ведь она, мать Т/и, хотела отменить свадьбу.       Девушка останавливается около зеркала, смотря на свою большую синюю футболку, конный хвост и белые домашние тапочки.       — Ну, — она обдумывает реакцию парня на такой прикид, но звонок в дверь отвлекает ее от своего внешнего вида. Открыв дверь, перед ней появился молодой парень в капюшоне темной толстовки и освещенный светом фонаря на пороге дома. Кихен держит в руках скейт и слизывает кровь с губы, со стыдом смотря на девушку.       — Добрый вечер, — говорит парень, а Т/и краснеет, отходя с прохода, запуская его в дом.