Проклятый

Юный казахстанец в самом расцвете сил и с серьезным лицом и глубоко мыслящими глазами сразу приглянулся местной головной боли шестнадцати лет, хулигану и заводиле - Юре Плисецкому. Несмотря на свой статус в стенах школы, Юра не имеет своей шайки или банды, как это обычно бывает. У представителей своего пола он вызывает лишь зависть и желание выбить эти белоснежные клычки из вечно ухмыляющейся пасти паршивца. На Плисецкого постоянно клеятся абсолютно все представители женского пола в радиусе двух метров (за исключением пары учительниц, которые либо "настоящие бабы с яйцами", как утверждает подросток, либо просто равнодушны к нему из-за его поведения). *** Но Юрий Плисецкий, несмотря на свой вызывающий и открытый вид, имеет при себе секретик - парень гей. Лютый. Он понял это еще в шестом классе, когда влюбился в мальчика из параллели. Он был красив по-своему, с прекрасным характером, но жуткий гомофоб. Юный Плисецкий слишком рано узнал значение этого слова, и теперь шарахается каждого парня в этой школе и терпит сопливых и слюнявых девочек, которых на дух не переносит. Однако ему больно видеть зависть и желание размазать его личико по стене или асфальту в глазах некоторых потенциальных партнеров. И тут как нельзя кстати появляется новенький красивый парень, который сразу заставил сердце юноши небезразлично застучать. Взгляд этих темных глаз врезался в душу, еле проглядывающие скулы на сильном и таком взрослом лице хотелось постоянно очерчивать пальцем, целовать и проводить по ним языком. Волосы в довольно нестандартной, но так идущей к его взгляду прическе, вызывали восторг. Широкие плечи и крепкая грудь заставляли колени трястись. Руки с проступающими венами и крупными, сильными ладонями, вызывали желание почувствовать прикосновения грубоватой и горячей кожи на себе. Юра невольно раздевал Отабека взглядом, пожирал его, словно тигр. На шее с проступающей жилкой хотелось оставить яркий след своих зубов, показать, что этот мужчина - собственность Плисецкого! Этот парень стал для местного хулиганья воплощением идеального мужчины во всех смыслах... *** "О чем я, черт возьми, думаю?!" - опешил подросток, осознав, что он все еще на скучном уроке алгебры. Они проходят какие-то графики, но Юре не интересно. Из его головы никак не выходил образ новенького. Вдруг у юноши сладко потянуло внизу живота, да так сильно, что он чуть не застонал в голос, но лишь шумно вдохнул. Согнувшись над партой, Плисецкий положил руку на место тяжести, спустился пониже и чуть было не завопил, обнаружив под рукой что-то твердое, крупное и горячее. Опустив туда взгляд, лицо девятиклассника залила краска, и он сглотнул вязкий комок слюны (благо он сидит за последней партой один): "У меня встал!?". "Нет-нет-нет! - буквально вопил на свой стояк Юра, все еще продолжая возбужденно краснеть. - Почему именно на алгебре и именно на него?!" - подросток сходил с ума, стараясь не думать о причине своего неловкого положения, но выходило плохо. Он просто молился, чтобы его не вызвали, постоянно судорожно шаря глазами по циферблату часов прямо над учительским столом, отсчитывая каждую секунду до конца своих мучений. Решив немного отвлечься от лишних мыслей темой урока, юноша посмотрел на исписанную и исчерченную какими-то кривыми линиями и формулами преимущественно из букв доску... и только обреченно взвыл, заглушив себя своим запястьем. Через долгие десять минут монотонной лекции от учителя, Юра продолжал изнывать от каменного стояка, чуть не уснув от скуки и бессилия прямо на парте, как его отвлек громкий и скрипучий голос учителя: - Плисецкий, к доске! - Ученик непринужденно отошел от сладкой дремы, проморгавшись и посмотрев на тихо тикающие своим механизмом часы. "Черт, не могла еще пять минут потерпеть? - выругался про себя молодой человек, глянув под парту и обнаружив ни капли не изменившийся бугорок на джинсах. - Блять..." - встав из-за стола после фразы "ясно, два", Плисецкий натянул толстовку пониже, старательно пряча свое положение. Кашлянув в кулак, прочищая горло, юноша вышел к доске, взял мел, посмотрел на класс раздраженным взглядом и удостоил учителя безразличным. - Юрий, реши нам эту систему графическим способом. - Бесстрастно проговорила математичка, указав на буквы, цифры и скобочки на доске около головы парня. Выдохнув последний посмотрел на часы: три минуты до звонка. Надо тянуть время. Плисецкий посмотрел на учителя, ухватился одной рукой за низ толстовки, чтобы та не задиралась, и начал что-то черкать на доске, улавливая тихий шепот своих одноклассников. - Нет-нет, Юра, что ты пишешь? Ты вообще слышал, о чем я сегодня рассказывала? - Потупив взглядом, Юрий, после минутных раздумий, отрицательно помотал головой. - Ясно. Что ж, садись, Юра. Два. - Неодобрительно посмотрев на мальчика, учительница вывела в журнале лебедя, а радостный парень уселся на свое место, облегченно выдыхая. Он чуть не попался. *** Все же химия для Отабека - довольно занудный и не особо интересный предмет. Все эти цепочки, элементы и реакции плохо усваивались в светлой голове и подлежали одной только усердной зубрежке. После урока юноша спустился на этаж ниже, на протяжении всего урока прокручивая в голове слова Юры. Подойдя к кабинету, в который шмыгнул парень, Алтын не увидел контрастирующего подростка. Недолго думая, новенький решил продолжить поиски в столовой, перед этим сходив в уборную. Зайдя в помещение, Отабек сразу услышал влажное хлюпанье, жаркие редкие стоны и тяжелое дыхание. Голос отчего-то юноше показался очень знакомым. На слух отыскав кабинку из которой доносились непонятные звуки, казахстанец без тени смущения тихо постучался в дверцу. - Извини... У тебя там все в порядке? - Звуки моментально стихли, даже тяжелое дыхание замерло. - Тебе... помочь? - Отабек растерялся в данной ситуации, не до конца понимая, что происходит. Юноша ни разу не слышал и не видел, как кто-либо дрочит в туалете, а тем более в школьном. - Уйди... - наконец-то донеслось из кабинки. Голос был хриповат и измучен. Похоже, парень сидит там довольно долго. - У тебя все х-... - Просто, черт тебя отдери, свали отсюда! - Прикрикнул на Алтына голос из кабинки. - Ладно-ладно, прости, - отстав от загадочной личности за дверцей, юноша вымыл руки и вышел в коридор, отправившись в столовую, по пути пытаясь вспомнить, где он мог слышать этот голос. Спустившись на первый этаж, Отабек обошел всю столовую, так и не найдя Юру. Взяв себе чай с булочкой, парня вдруг осенило. Тот голос стонал "Бека". Бекой его зовет один человек в этом учебном заведении. Всучив свой "завтрак" первому попавшемуся ученику, Алтын со скоростью света побежал на третий этаж, влетая в туалет. Голоса слышно не было. Открыв дверцу кабинки, Отабек убедился, что она пуста. Не осталось никаких следов пребывания кого-либо здесь. Выйдя в коридор, казахстанец горько пожалел, что не знает буквы, под которой учится Юрий. У девятых классов сразу у двух первым уроком была математика. *** Сбросив напряжение, Плисецкий как ошпаренный выбежал из туалета, отправившись на следующий урок, решив не появляться в столовой сегодня. Да и завтра, наверно. А может, он вообще больше не заглянет туда даже под страхом смерти. И дальше своих кабинетов уходить он тоже не будет. И будет заполнять все свои мысли учебой. Он не позволит чему-то такому повториться, а в глаза виновника ему просто-напросто стыдно смотреть. Особенно после того, как он чуть не застукал Юру за таким занятием. "Черт, а вдруг он гомофоб?! Он же мне голову оторвет..." - размышлял юноша, сидя на уроке, стараясь не отвлекаться от темы занятия. С последних двух уроков подросток просто сбежал, посчитав их "ненужными", и решил сходить в парк - развеяться. Погоняв голубей и загладив уличную кошку до дыр, парень надеялся, что в той кабинке никто не заметит следов его ногтей на старой краске и древесине, и что он нигде не оставил никаких намеков на то, чем занимался. Прогуляв примерно с полтора часа по полупустому парку, в котором через каждые два шага были лужи, оставшиеся после утреннего дождя, парень замер около выхода из парка. - Юра? - Дорогу Плисецкому пересекла крепкая фигура, выше его на голову, с широкими плечами и крепкими ногами. Руки были спрятаны в карманы осеннего пальто, а голос заставил сердце юноши на одно долгое мгновение остановиться. - Бека?..