Кровь с золотом

      Дез чувствовал себя ребенком, приехавшим в гости в далекую страну, где много приветливых местных жителей. Как оживленно было в этом сером поместье сейчас и как оно преобразилось, что казалось самым уютным местом на земле. Парадры в раз оккупировали все комнаты. Кто-то селился компаниями, кто-то парочками, кто-то оставался в одиночестве или со своим зверем. Дез был искренне поражен тем, насколько вместительно оно было и насколько много здесь комнат, раз поместилась целая армия.       Сайр тут же оккупировал кухню и быстро распределил каких-никаких поваров на рабочие места и начал учить своим лучшим рецептам. Корос взял под свою опеку омег и поселил одиночек отдельно поближе к себе, после чего начал тренировать их боевым навыкам. Дамор и Марк с генералом ушли в рабочий кабинет и не высовывали оттуда носа целыми днями. Лемар же принялся обучать Полкана местному оружию, а также римаж начал учить его алхимическим хитростям. Вернес периодически посещал их, но каждый раз появлялся Кресрод, и колдун в тот же миг уходил и пропадал часами неизвестно где. Аламэдас же много времени проводил на крыше. И день и ночь он стоял на ней с закрытыми глазами, недвижимый, словно заснул стоя или находится сейчас где-то далеко. Затем он шел к Дамору, и тогда они по часу что-то обсуждали, а после этого демон возвращался на крышу. К Дезу он не проявлял никакого интереса все это время, будто и не доставал его каждую ночь раньше.       В какой-то момент бета вдруг почувствовал себя одиноким в этом обитаемом доме, но он упорно не позволял своим мыслям затащить его в пучину самобичевания и грусти. Каждый раз, чувствуя одиночество, он шел на улицу и часами тренировался, вспоминая, чему учили его ранее товарищи. Иногда он заходил к Дамору, и его никто не прогонял оттуда, но и внимания не обращали, а Дез совершенно не понимал, о чем они разговаривают и что обсуждают. Иногда он выходил на крышу с какой-то тайной надеждой привлечь внимание хотя бы демона, чего сам от себя не ожидал, но тот тоже не замечал присутствие молодого беты. Тогда Дез просто садился на крыше неподалеку и долго смотрел в небо, вспоминая свою прошлую жизнь. Остальные жители поместья относились к нему с уважением, звали Фениксом и даже уступали дорогу, когда это было необходимо, но никто с ним не пытался начать общение, а Дезу было отчего-то неловко начинать его первым.       Так шли дни. Привыкший к одиночеству Дез, уже не обращая внимания, чем заняты его друзья, либо занимался тренировками, либо сидел часами в библиотеке, изучая книги, планы зданий, пробуя найти в них закономерности и похожие черты, либо сидел на крыше, вглядываясь в звездное или голубое, в зависимости от времени, небо, пока не надоест сие занятие.       — Почему ты все еще сидишь здесь? — вдруг заговорил Аламэдас, и Дез с удивлением обнаружил его перед собой.       «Как долго он здесь стоит?»       Пришло в голову бете. И тогда он понял, что, видимо, слишком глубоко на этот раз ушел в свои мысли и не заметил, что демон уже вышел из транса. Но обычно, даже выходя из этого состояния, он уходил, не обращая внимания на Деза. Так почему сейчас заговорил?       — Да так, думаю. Я сейчас уже уходить собирался, — быстро ответил бета и начал было подниматься, но демон вдруг остановил его.       Дез недоумевающе посмотрел на него и сел обратно.       — Ты часто сидишь здесь, но сегодня особенно задумчивый. Тебя что-то тревожит, мой Нитур? — присев напротив, спросил Король демонов, и Дез окончательно потерял дар речи.       «С чего вдруг он решил в психотерапевта поиграть?»       — С чего бы мне тревожиться? Все хорошо, — нахмурился Дез. — Просто устал сегодня больше обычного.       — Но ты сегодня не тренировался, и в библиотеке я тебя не видел. Расскажи мне о своих тревогах. Они сами собою не уйдут.       — Даже если меня что-то тревожит, почему я должен тебе это рассказывать? — фыркнул недовольно Дез и нахмурился еще больше.       — Ты приходишь сюда каждый раз с тех пор. Не здесь ли ты надеялся найти утешение? — подняв одну бровь, спросил Аламэдас, и Дез покраснел, осознав, что его все же раскусили. Заметив это, демон продолжил: — Нет ничего страшного в том, чтобы раскрыть свои тревоги мне.       — Как сказать, — тихо ответил Дейзи. И оба они замолчали.       Тишина не была давящей, но находиться в ней было отчего-то неловко. В голове кружились несказанные слова, которые давно хотели выпорхнуть из нее и получить либо опровержение, либо подтверждение. Дезу так искренне хотелось рассказать хоть кому-то о его тревогах.       «Раз он в моей голове побывал, то высказать то, что там накопилось, думаю, не самая плохая мысль?»       Подумал Дез, опасаясь своих же мыслей. Молчание продлилось еще немного, пока его наконец-то не разорвали тихие слова Деза.       — Мне немного одиноко.       Аламэдас молча продолжал смотреть на молодого человека, стараясь не спугнуть настрой того, а потому выглядел сейчас больше похожим на статую.       — Все заняты революцией. А я не знаю, что мне делать. Я никогда не видел ее. И я ничего не понимаю ни в стратегиях, ни в науках, ни в других областях. Я совершенно бесполезный для революции, ведь ничего не могу и не знаю. Дамору пришлось потратить драгоценное время на мое обучение, чтобы я хотя бы не доставлял ему неприятности. И то я умудрился собрать их целый букет.       — Разве ты ничего не можешь? — вдруг тихо спросил Аламэдас. — Но народ верит в тебя. Разве это не награда за достойные заслуги? Они оценили тебя по твоим делам.       — Какие там заслуги! — цокнул Дез, чувствуя, как все, что собралось в душе, полезло наружу, и теперь это не остановить. Все же демон оказался неплохим собеседником для излияния души. — Что я сделал? Попал в неприятности и чуть не помер в них. Да и выжил-то только благодаря тебе, Коросу и Дамору. Я даже тех близнецов потом не поймал. Я не заслужил это имя и получил его случайно, попадая в неприятности. А теперь на деле оказалось, что я ничем не оправдываю его! Хотя я и не отсюда и должен был, как и другие, принести что-то важное и полезное в этот мир, но на деле я ничего не принес. Я не обладаю никакой особенностью, кроме как приносить беды себе и окружающим. Со мной только нянчатся, как с ребенком, и самое большое, что я могу — это не мешаться под ногами. Честно сказать, вообще не понимаю, почему меня забрали сюда! — не сдерживая эмоций, раздосадованно воскликнул Дез и тут же будто проснулся от собственного голоса. — Вот черт, уже истерю по любому поводу. Не обращай внимания, я сказал лишнего.       Демон молча взирал на неосознанно свернувшегося в ком юношу и вдруг взял его за руку.       — Пойдем, я покажу тебе кое-что.       — Знаешь, обычно после такой фразы от подобных тебе ничего хорошего ждать не стоит, — нервно засмеялся Дез, пытаясь скрыть за язвительным тоном смущение и переживания, но демон с легкостью поднял его на ноги и повел к краю крыши. — Э нет, я не готов. Может, я и ною, но такая жизнь меня все еще вполне устраивает.       — Нет, не об этом, — сказал Демон и, остановив на краю крыши, встал позади и положил руки на плечи молодому человеку. — Ты не демон, а потому я могу переместить лишь твое сознание. Будь осторожен там. Закрой глаза и не думай ни о чем.       — А это обязательно делать на краю крыши? — нервно усмехнулся Дез.       — Почувствуй последний шаг, — шепнул демон, опаляя дыханием висок беты.       Дез нахмурился, но деваться было некуда. Только если с крыши сигануть. А потому молодой бета закрыл глаза и постарался расслабиться, чтобы освободиться от мыслей, но это вышло у него с трудом. Вдруг голова закружилась, и мужчина, перестав ощущать пространство, упал на колени. Вспомнив про край, Дез вскрикнул и невольно открыл глаза. Но перед ним был не край крыши, а старинная каменная кладка, в которой уже давно проросли сочные зеленые пучки травы.       «Что?»       Пронеслось в голове мужчины, и он тут же принялся осматриваться. Аламэдаса нигде не было, а место оказалось так похоже на древний, давно разрушенный богами и временем город, от которого остались лишь осколки когда-то величественных стен, напоминающие постройки инков. Дез сидел на входе в какой-то зал. Круглый, выложенный бежевыми камнями пол, который почти скрылся за густой травой. Пара колонн позади и арка с мощной каменной дверью впереди, от которой отходили причудливые цельные каменные стены, давно разрушенные, а потому едва ли достигающие высотой головы Деза. А дальше возвышались полуразрушенные колонны, размеренно расставленные по всему периметру. Все это великолепие также давно заросло густой зеленью, за которой не было видно ничего дальше места, где находился Дез. Но вот что было удивительным, что стены те шли не вокруг места, где сидел Дез, а в обратную сторону, будто он сидел у парадного входа в какое-то еще более великолепное древнее место.       — Надо торопиться, — вдруг услышал Дез голос Дамора и удивленно посмотрел в его сторону.       — Только молчите. Нам надо проскочить в следующую дверь незаметно, — сказал Лемар.       — Главное, не разбудить его, — добавил Марк. — Действовать надо быстро.       — Дез, чего расселся? Поторопись, — добавил Корос.       Дез посмотрел на друзей ошарашенно, ведь они буквально появились из неоткуда за спиной и стремительно пошли вперед к двери. Марк и Дамор отворили их, и отчего-то в тот же миг сердце Деза болезненно сжалось.       — Не надо, — заговорил он и машинально пошел за друзьями, забыв обо всем на свете.       Но его никто не слышал или не слушал. Четверка зашла внутрь и скрылась в желтоватом солнечном свете. Дез в пару шагов преодолел расстояние, отделяющее его от двери, и, войдя в нее, обнаружил большой круглый зал, разрушенный временем и превратившийся в воспоминание своего величия. Это было круглое каменное помещение, открытое всем и закрытое от всего одновременно. Оно было все разбито, озарено блеклым желтым сиянием и сонно, словно являлось гробницей или усыпальницей чего-то. И верным было именно второе, ведь посмотрев чуть в сторону, Дез с ужасом обнаружил, как на огромном камне, когда-то, возможно, бывшем жертвенным столом, разлеглось и мерно посапывало черное чудовище, напоминающее большую обезьяну, но при этом вместо мягких лап оно имело когти. Вокруг его ложа на небольших камнях и выступах разлеглось с два десятка небольших рыжих «обезьянок», которые так же мерно дремали, будто усыпленные какой-то невидимой силой. Вокруг них же, как и по всему «помещению», прямо в воздухе парили валуны размером с две головы Деза. Вокруг же самого алтаря был мелкий по щиколотку глубиной бассейн, который бы Дез перешел в два шага, и камни с глухим звуком еле-еле касались зацветшей воды в нем.       Дез был одновременно восхищен и напуган странным зрелищем. Этот зверь пугал его особенно сильно, будто он знал, что это и насколько это опасно, но никак не мог вспомнить почему. Вдруг послышался совсем тихий звук, и Дез увидел неподалеку, в десяти-пятнадцати шагах возле еще одной каменной двери своих друзей, которые пытались ее отворить. Недолго думая, он тут же сделал несколько шагов им на встречу, но вдруг будто из ниоткуда перед ним возник мужчина, одетый в черные ткани, при этом открывающие мужественный торс. На голове его была надета черная драгоценная каменная маска, которая плотно прилегала к его глазам и носу, но в то же время принимала форму животного черепа. Дальше от ушей из странного камня росли золотые рога, по-бараньи закрученные и украшенные золотой цепью с черными камнями. Дез был готов закричать от неожиданности, но мужчина в тот же миг приложил к своим губам тонкий с черным ногтем палец в знак молчания. Дез нахмурился и замер, а затем посмотрел на своих друзей впереди и по какой-то неведомой причине попытался их окликнуть, но мужчина приложил к его губам свои холодные пальцы, и молодой человек не посмел издать ни звука. Тогда Дез вдруг заметил второго такого же мужчину, будто близнеца, но если у первого волосы были черные, то у этого красные. Он медленно, почти невесомо ходил между спящих зверей, и, стоило камню опуститься слишком низко, касался его нижней стороны, из-за чего камень с глухим, будто в утробе, звуком вновь взмывал на уровень головы или груди. Второй же уже отошел от Деза и также продолжал поднимать камни.       — ~ Эти гости могут погибнуть, ~ — вдруг заговорил один. Но так странно, ведь его губы не шевелились.       — ~ Их мысли слишком шумные, ~ — ответил ему незримо второй.       — ~ Мы научились мыслить тихо, ~ — продолжил первый, и теперь оба они стояли среди зверей и смотрели на Деза через свои каменные «шлемы».       — ~ Но гости не умеют так же. ~       — ~ Они слишком шумные, ~ — закончил первый и посмотрел в сторону друзей Деза.       Дез невольно проследил за его взглядом. Компания старалась вести себя тихо, но каждый, очевидно, думал о своем и пытался «перешептать» другого, пытаясь открыть дверь. Дез вдруг побледнел от осознания, что пытались сказать ему таинственные мужчины, и быстрым шагом пошел к своим друзьям. Их надо было срочно убедить убежать. Но те уже открыли двери и были настроены идти вперед. Но Дез точно знал, что единственное безопасное место не за этими воротами, а значит, друзей нужно срочно уводить. Когда Дез уже дошел до двери, он вдруг услышал еле заметный шум за спиной. Внутри все похолодело, и молодой человек увидел, что монстр поднимается на лапы и уже смотрит в их сторону.       — ~ Провал! ~ — произнес вдруг тот, что с черными волосами.       — ~ Вы нарушили заветную тишину, созданную веками! ~ — ответил ему второй.       После его слов черный зверь сорвался с места и кинулся к чужакам.       — Бежим! — закричал отчаянно Дез, и вся компания метнулась в открывшуюся дверь, но все уже было предрешено.       Зверь был значительно быстрее. В одно мгновение он нагнал Короса и разорвал его спину, всадив в нее когти до полного основания, а затем так же быстро разорвал Лемара. У них не было даже шанса убежать. Монстр в одно мгновение с легкостью разорвал Марка, отбросив его назад, и в следующий миг настиг Дамора, с такой же легкостью разрывая и его тело. Дез успел лишь увидеть, как споткнулся и начал падать. И в следующий миг наступила чернота, он вдруг ощутил легкую прохладу ветра и траву, щекочущую лицо. Боясь увидеть что-то ужасное, но все же осмелившись, Дез открыл глаза и осознал, что он вновь на входе в то страшное место, словно и не заходил в него. Молодой человек тут же вскочил на ноги и обнаружил перед собой компанию, живую и невредимую. На сердце молодого человека тут же потеплело, и счастливая улыбка появилась на лице, пока он не увидел, что те направились к двери.       — Нет! Стойте! — закричал Дез, вскочив на ноги и в один миг преградив им путь. — Туда нельзя идти! Либо мы должны уйти, либо идти поодиночке!       Товарищи переглянулись, и Дамор посмотрел на Деза вновь.       — Хорошо. Мы уйдем, — сказал он. И вся четверка пошла в другую сторону.       Голова мужчины вдруг закружилась, но он не потерял равновесия и вдруг перед собой вместо товарищей увидел двух мужчин в драгоценных каменных масках, тех самых, что охраняли сон зверя.       — ~ Когда-то мы были учеными, ~ — начал черноволосый незнакомец.       — ~ Мы нашли от «них» средство для спасения, ~ — продолжил второй.       — ~ Абсолютную тишину. ~       — ~ Ради этого мы пожертвовали собственными голосами. ~       — ~ Мы замолчали даже в собственных мыслях. ~       — ~ Тишина должна быть нетронутой, ~ — закончил один из хранителей, и оба скрылись за каменной дверью. Та медленно захлопнулась с глухим звуком, создав внутри себя нетронутую утробу, в которой вечно был обречен спать таинственный зверь, и сон его охранять будут стражи.       Резкое головокружение вновь охватило Деза, но на этот раз он чуть было не упал в темноту, если бы не руки Аламэдаса, крепко держащие его.       — Они показали тебе это, — сказал демон, прижав к себе ослабшее такими перемещениями тело. — Значит, они нашли в этом смысл. Ведь они редко это делают, чтобы ни в коем случае не нарушить заветную тишину.       — Что… это было за место? — тихо, все еще боясь произнести громко слова, спросил Дез, чувствуя сильное головокружение, словно разум еще не полностью вернулся в тело.       — Твоя сила. Ты можешь взывать к силам этого мира, и он дарует тебе наставления. Ты умен, мой Нитур, — ответил ему Король демонов. — Ты сможешь разгадать его глас. А пока спи.       После последних слов демона колени беты предательски подкосились, а разум в тот же миг отправил его в забытье, оставив обмякшее тело на попечение того.             

***

      На этот раз Дез спал непривычно спокойно. Никаких снов об убийствах, да и демон также не навещал его сознание. Снилась же ему всякая житейская ерунда. Сайр на кухне, Дамор позвал потренироваться, Полкан снова дурачится. Но отчего-то сон начал тончать, и Дез ощутил странный, но приятный дискомфорт в нижней части тела. Плавно из-за этого дискомфорта он очнулся от забытья и увидел, что находится в своей комнате, окутанной ночным мраком и легкой дымкой лунного света. Тело было таким слабым, будто его лишили воли, и горячим, будто молнии отчего-то проснулись и сейчас свободно гуляли по венам. Разум еще частично находился на периферии сна, и потому в голове не было ни одной мысли. Дез скомкал и подмял под себя одеяло, обняв его руками и ногами. Было жарко и хотелось избавится от одежды, но в конечном итоге он лишь вновь провалился в глубокий сон.             

***

      Утро было добрым. Солнце уже заглядывало в окно Деза и ненавязчиво будило сонного молодого человека. Дез обнаружил себя обнимающим одеяло. Это удивило его, ведь такой привычки за собой он никогда не замечал. Но, списав на беспокойный сон, решил не заострять внимания. По обыкновению, он встал, сразу же по привычке заправив кровать, и принялся переодеваться, как вдруг ощутил от себя еле уловимый запах.       «Что за?»       Подумал Дез и принюхался еще раз. Запах возник вновь. Он не был противным или неприятным, как запах пота, но при этом был специфичным и совершенно незнакомым.       «Точно. Мне же стало жарко ночью».       Вспомнил вдруг мужчина и нахмурился, обдумывая сложившуюся ситуацию.       «Может, снова молнии? Надо бы спросить на всякий случай рецепт той воды».       Подумал Дез и постарался как можно скорее посетить ванную комнату и смыть странный запах.