Как в сказке 2

Очередной тихий денёк в Иаконе. Тёплый летний ветерок беззаботно блуждал по кошачьему кварталу, играясь с зелёной листвой и разнося по всей округе головокружительный цветочный аромат. Сидящая на толстой ветке дерева серая кошка, ещё не привыкшая к этому сильному запаху, поморщилась: — Чёртовы цветы! Похоже, у меня на них аллергия. — У тебя на них что? — переспросил чёрно-рыжий кот, что сидел рядом, на ветке пониже. Незнакомое слово удивило его. — Не важно, — пренебрежительно отмахнулась Арси. — Просто мне не нравится этот запах. Из-за него у меня пухнет и чешется нос. Скорей бы они отцвели. В ответ Ральф только тихо хмыкнул. В последнюю пару дней его подруга стала очень раздражённой. Такой он видел кошку лишь единожды, когда познакомился с ней в парке. Она тогда разозлилась на человека, своего бывшего хозяина, о котором, кстати, голубоглазая ничего не рассказывала. Интересно, почему она не ушла от того человека раньше? Кот снова посмотрел на Арси: ветер трепал её тёмно-серебристую шёрстку, острые коготки царапали шершавую древесную кору, а взгляд голубых глаз был направлен куда-то вдаль. Эта загадочная кошка, неожиданно появившаяся в его жизни, манила Ральфа к себе, и он был готов пойти за ней хоть в клетку с овчарками! Но она, несмотря на то, что они уже почти неделю провели вместе, не отвечала взаимностью на знаки внимания и с каждым днём становилась всё более отстранённой. Дёрнув ухом, голубоглазая чуть приподнялась — её заинтересовал какой-то шум под деревом. Но интерес кошки быстро погас — оказалось, что местная беспризорная собачонка, заприметив её и Ральфа, с хриплым тявканьем безуспешно попыталась вскарабкаться к ним. Арси устало прикрыла глаза. Ей здесь не нравилось. Очень не нравилось. Лай дворняжки медленно перерос в тупую головную боль. Ситуацию усугублял едкий ненатуральный запах цветов, что словно змей окутывал и душил кошку. Из-за этого у неё иногда возникали приступы удушья. Часто голубоглазой казалось, что здешние цветы — не цветы вовсе, а куски тухлого мяса, тошнотворно-сладковатая вонь которого уничтожала всех слабых и беспомощных живых существ вокруг. Не из-за этого ли в кошачьем квартале почти нет насекомых? Всё тут было враждебно к ней. Даже люди, обожающие котиков, гнали её от своих домов, будто чувствовали, что на самом деле она не та, за кого себя выдаёт. С усатым «сородичами» была почти та же история: за последние три дня, проведённые в кошачьем квартале, Арси ввязывалась в драки почти десять раз! И зачастую бродячие коты нападали на неё первыми. Голубоглазая видела в их глазах ненависть и потаённый в глубине сознания дикий первобытный страх перед чем-то «чужим», потусторонним, и знала, что не сможет долго здесь оставаться. Хотя некоторые представители кошачьего рода вели себя с ней более-менее дружелюбно, но и те сторонились её. Одна старая кошка, увидев её, воскликнула: «У кошек одна жизнь!» и ушла прочь в свой подвал. Ральф, единственный, кто был с ней в эти дни, объяснил, что старуха спутала её с недавно погибшей под колёсами автомобиля цыганской кошкой Изидой. Впрочем, Арси не удивилась, многие местные пугались её именно из-за схожести с умершей. Лай собаки на полминуты утих, но вскоре возобновился с ещё большей яростью. Из соседнего дома вышел мужчина и, подскочив к дворняжке, несильно пнул её в бок. Поджав хвост, она убежала в сторону перекрёстка, жалобно скуля. — Беги-беги! Ещё раз увижу, убью, — вслед собачонке бросил незнакомец и вернулся в дом. Краем глаза он заметил слишком резко шевельнувшуюся листву веток, на которых минутой ранее сидели Арси и Ральф. Но теперь их там не было. — Ты чего?! — зашипела кошка на разноглазого, что ни с того ни с сего затащил её на ветку повыше. — Это тот человек, который убил Изиду, мать Воробья и чуть не удушил меня, — часто дыша, прошептал Ральф. Шерсть на его хребте встала дыбом, а хвост напоминал теперь еловую ветвь. — Но их же сбила машина? — Его машина. Он ненавидит нас, кошек… Ушёл, спускаемся. В считанные секунды они оказались на асфальтированной дорожке и тут же бросились в кусты. Арси резко остановилась в зарослях. Она услышала какой-то шум. Ральф тоже притормозил и оглянулся. Тихо. Но… — Не думал, что эта псина когда-нибудь заткнётся. — Со стороны кирпичной стены дома послышался чей-то скрипучий ехидный голос. Голубоглазая и чёрно-рыжий обернулись. Страх сковал обоих. Сердце на миг остановило свой ритм и забилось с огромной скоростью, лапы стали какими-то ватными, а шерсть приняла вертикальное положение. Перед ними стояло существо, напоминавшее кота. Большие золотистые глаза, расположившиеся на безобразной морде, сверкали в полумраке зелёных теней. Худое вытянутое тело было покрыто взъерошенной серой шерстью, а большие уши были почти лишены растительности. Незнакомое неопознанное существо всем своим внешним видом внушало отвращение и ужас. — Изи?! Изида, это ты?! — воскликнул жуткого вида кот и сделал неуверенный шаг к Арси. — Стой! — рыкнул на него Ральф, загородив голубоглазую собой. — Изида, где ты была всё это время?! Мы думали, ты умерла… Симза скучала. — Незнакомец смотрел на кошку, казалось, не замечая разноглазого. — Я не Изида. — Арси стала рядом с чёрно-рыжим. — И я не знаю тебя. — Зэм. Меня зовут Зэм, помнишь? — ликой (Арси вспомнила, что когда-то читала об этой редкой породе кошек) не решился подойти ближе — Ральф зарычал громче. Его напряжённые лапы говорили о том, что он готов к прыжку. Вдруг послышался громкий хлопок где-то сверху. Все трое вздрогнули. Раздался треск ломающихся ветвей и шелест листвы. К ним что-то приближалось. Зэн и Ральф почти одновременно крикнули Арси «Беги!!!», и та резко рванулась глубже в кусты, которые заканчивались далеко на соседском участке. Показалась высокая человеческая фигура. Это был хозяин близлежащего дома, мужчина, ненавидевший кошек и всех остальных животных. Он замахнулся на котов бейсбольной битой. Зэн успел отскочить и помчался к Арси, а Ральф… Раздался хруст костей и душераздирающее предсмертное «Мяу!!!». Изумруд листвы окропился жгучим гранатом крови. Голубоглазая, вздрогнув, остановилась. В голове всплыла ядовитая фраза: «И у кошек всего одна жизнь».