Unsteady

Утро в Бейкон-Хиллс снова встречало своих жителей шикарной погодой. Скотт никогда не замечал, в каком красивом городе он живет. Небольшие улочки, залитые солнечным светом, были будто из старых фильмов. Сегодня парень решил пройтись пешком до школы, чтобы запомнить свой город весь до мельчайших деталей: улицы, дома, жителей. Первым уроком была физкультура. Скотт искренне надеялся, что Эллисон все-таки придет на урок. Игр по лакроссу в этом сезоне больше не будет. Поэтому многие игроки решили не посещать сие занятие. Радости Скотта не было предела, когда из женской раздевалки показалась точеная фигурка его Эллисон, облаченная в белоснежную футболку и аккуратненькие розовые шорты. Арджент беседовала с Малией, когда к ним подошел Скотт. Лидии и Стайлза нигде нет. Видать, как всегда опаздывают. — Хейл, попрошу тебя скрыться. — хамским тоном проговорил парень, встревая в диалог подруг. Эллисон закатила глаза, а Малия поспешно удалилась. Арджент повернулась к парню и с укором посмотрела ему в глаза. — Эллисон, мне кажется, на тебе слишком много одежды. Девушка смущенно отвела взгляд, и тут же послышался свисток. Начало занятия. Пара элементов акробатики, разминка, тренажеры, а затем и игра в волейбол — все это заставило ребят немало попотеть, и вот, буквально через двадцать минут, Арджент неспешно подошла к тренеру, потирая лоб ладонью и тяжело дыша. — Можно выйти? — задыхаясь, она плавно провела ладонями по изящным изгибам талии, заставляя, уже довольно взмокшего Маккола, обратить на нее внимание. Он поспешно подошел, также обращаясь к преподавателю:  — И мне тоже, можно? — Финсток вопросительно вскинул брови, но одобрительно кивнул, продолжая наблюдать за учениками. Эллисон бросило в дрожь, когда она увидела плавно стекающие капельки пота по ключицам Скотта, представляла весь жар парня. Господи, от таких мыслей ей хотелось кануть под землю, но с подростковым желанием тяжело смириться, а уж тем более, пытаться подавить гормоны — бесполезно. Она потупила взгляд куда-то вниз, двинув кроссовками, поспешно направилась в уборную. Скотт лишь усмехнулся реакции Эллисон. Ведь она видела его абсолютно всего. Они шли молча по коридору, лишь парень искоса поглядывал на неё, мягко улыбаясь, когда их взгляды встречались. Она, пунцовея, шагала еще быстрее, и вот виднеется долгожданная цель! Жаль лишь, что вход в уборные общий. Брюнетка открывает дверь, мимолетно подлетая к умывальнику. Буквально через секунду льется ледяная вода. Она смотрит на нее, застывая, но затем протягивает ладони, набирая немного и опрыскивая лицо. Блаженство. Все смущение быстро уходит, девушка даже забывает про брюнета, но лишь на секунду, потому что буквально через минуту, она видит его обнаженный торс. Такой крепкий. Такой идеальный. Темноволосая отпрыгивает, невольно охая, и смотрит на него. На его широкую спину. На плавные изгибы, сильную шею. Почему Эллисон так смущена? Она ведь уже переспала с ним. Но тогда была ночь, она была словно зачарована озером, звездами и парнем. А сейчас они в школе средь бела дня. Одни. Кареглазый поглядывает на нее, самодовольно ухмыляясь, омывает лицо, намочив волосы, и берется за майку, покручивая ее, а затем уже так открыто поворачивается к ней. — Мне просто душно, — и беззаботно пожимает плечами, мол — ну, а что в этом такого постыдного? Однако Эллисон не до размышлений. Ей так хочется прикоснуться к нему. Почувствовать все тепло его тела, ощутить рельефность мышц. Что она и делает. Так плавно и осторожно, заставляя его застыть, наблюдая за действиями девушки. В её голове нет ни единой мысли, вся она погружена в него. Ведет ладошкой по прессу, касаясь изящными кончиками пальцев его ключиц, задевая ноготками его шею. И, о Боже, ему нравится! Безумно нравится. Скотт, конечно, не ожидал подобного от нее, но прекращать ему уж точно не хотелось. Он видел, что она вся, буквально утонула в его теле, и потому он плавно прикасается руками к её талии, водя по аккуратному изгибу, заставляя её вздрогнуть и вновь прийти в себя. Но на мгновение. Потому что её запястья уже обвиваются вокруг его шеи, притягивая парня к себе. Явно не ожидаемый им расклад, но все же — эта близость заставляет его сердце биться чаще. — Я хотел поговорить с тобой, — его твердый, но уже слегка смущенный и запнувшийся голос, заставляет её вернуться в реальность. И тут девушка понимает, что делает! Она отталкивается от него, но не сильно. — О чем? — неторопливо лепечет та, не в силах оторваться от его торса. — О нас, — брюнет нагибается к ней, обжигая дыханием её шею, а затем прильнул к её лицу. Такому нежному, красивому, разглядывая рыженькие веснушки на носу. Он потянулся к ее губам и лишь одним движением соприкоснулся с ними, закрывая глаза. Так плавно, нежно, окутывая её податливые губки, переминая их, заставляя её учащенно дышать, но не отталкивать его — наоборот, лишь прижимать к себе плотнее. Он целует её, вкушая сладкую и сочную вишню, ухмыляется — она даже не знает, как сильно парень хотел этого поцелуя, хотел этих ощущений. Он придерживает её за запястье, надвигаясь. А она вся тает, не в силах вымолвить и слова, даже не в силах вздохнуть. Маккол, через пару минут, отстраняясь, вжимает её в стену, разглядывая багряную от смущения Эллисон. Она даже не знает, что сказать и чувствует, как щеки пылают. Буквально горят. Она вновь тянется к нему за поцелуем, а парень исполняет ее, как ему кажется, скромную просьбу, обхватывая девушку за бедра, отчего та готова буквально провалиться в пол, и поднимает её, опуская её аккуратные худенькие ножки себе за спину. Он хочет её здесь и сейчас. Внутри всё заливается жаром, а внизу начинает неистово теплеть. И это приятное тепло расплывается по всему телу, заставляя парня закусывать губу от возбуждения. Он опускается к её шее, целуя и оставляя засосы — небольшие, но довольно неуместные в этой части тела, — окутывает горячим дыханием ключицы и плечи, заставляя мурашки по спине Эллисон пробежаться быстрым и большим потоком. Девушка закусывает губу, запрокидывая голову назад и закрывая глаза. Ей нравится, даже очень. Она гладит его растрепанные волосы цвета самого темного шоколада, а тот начинает постанывать от ее прикосновений. Это невозможно терпеть. Скотт вжимает её в стену еще плотнее, водя руками по талии и приподнимая края белоснежной футболки, а Эллисон тем временем уже вся извелась. И она — она тоже его хочет. Безумно. Он стягивает мешающую ткань и видит перед собой аккуратный кружевной бюстгальтер, плавно облегающий небольшую светлую грудь девушки. Она прекрасна. В свете солнца девушка кажется ему еще более совершенной, чем тогда. Во всех местах. Эллисон массирует его широкие сильные плечи, издавая протяжный, но тихий стон, а он буквально тает, делая всё, чтобы вновь услышать его. — Еще… Пожалуйста… — шепчет он прерывисто, оттягивая чашечки лифчика зубами, целуя белёсую кожу груди. Девушка невольно охает и прижимается к нему. Кажется, плотнее уже некуда, и вновь она стонет, с трудом стискивая губы. Его руки вновь скользят по её бедрам. Она такая податливая. Он усмехается своим мыслям, продолжая исследовать нежное тело девушки, каждый миллиметр, оставляя на ней свои росписи, красные, буквально алые, впитывающиеся в нее, кажется, навсегда, но все же вскоре пройдут. Затем, плавно слетают её розовые шорты, которые она, до поры до времени, ненавидела за их длину, но теперь, уже, кажется, все равно. Скотт чувствует, как его половой орган болезненно упирается в ткань, заставляя слегка поежиться, но не отступать от назначенной им в голове цели. — Я люблю тебя, — лепечет он, едва шевеля губами, после чего ведет руками по её спине, такой горячей, и расстегивает бюстгальтер, стягивая его и небрежным движением вешая на плечо. Он отстраняется, разглядывая её. Она, заливаясь краской от его столь упорного взгляда, спускается ладонями по его спине, слегка пощипывая и подавая знак продолжать действия, вспоминает его слова.  — И я тебя. — Я знаю, — и он спускается к груди, водя языком. Как будто кошачьим, таким шершавым, отчего соски еще больше твердеют. Кончиками пальцев он ныряет под её нижнее белье. Арджент вскрикивает от неожиданности, но, приноровившись, обхватывает его, скрещивая ноги на спине и так блаженно закусывая губу. Он не должен останавливаться. И вновь она втягивает его в поцелуй. Еще более жаркий, сладостный, и слегка приспускает его шорты, оттягивая белые боксеры, а её девичья, еще не приспособленная ни к чему подобному, рука, плавно касается его затвердевшего естества… О Боже мой. Скотт, тяжело дышащий, продолжает наслаждаться её телом. Она прекрасна. Нет, несравненна. Не хватает даже слов, чтобы описать её и то, как внутри пылает каждая клеточка, при упоминании её имени. Эллисон. Эллисон Арджент. Его Эллисон. Девушка заглядывает в его шоколадные глаза, как бы спрашивая, готов ли он зайти дальше? Боже, будто у них это впервые. Парень медленно кивает, надвигаясь на нее и сжимая в руках упругие ягодицы девушки. Да, он не раз замечал прекрасную ее фигуру. Более, чем прекрасную. Идеальную. И мечтал прикоснуться к ней, потрогать её. Девушка, уже вся горя, смотрит на него с неумолимой просьбой, с желанием, и он, вновь кивая, начинает постепенно входить в нее. Та издает тихий и сдавленный стон, когда губы возлюбленного накрывают её. Он медлит, выжидая её реакции, а та лишь вновь целует его, давая знак продолжать. Маккол начинает медленно двигаться, а Арджент стискивает зубы. Эти ощущения — буквально фейерверк эмоций, заставляющих внутри все трепетать, когда становишься одним целым с любимым. А он чувствует её сердцебиение. Так быстро, резво, неугомонно. Он наращивает темп — и это её нисколько не смущает. Она уже вся его, полностью, и её юное тело, всё, всё до последней капли, теперь его. И каждый миг может быть его, если он того пожелает. Пошлые шлепки, соприкосновение тел … Все это жутко возбуждало и не давало возможности остановиться, а лишь наоборот заводило больше. Хотелось еще и еще. Брюнет чувствовал, как наслаждение постепенно накрывает его с головой, и он, уже не сдерживаясь, блаженно целует девушку в губы, одной рукой переминая её темные волосы, с одним резким толчком весь изливается в нее. Полностью. Эллисон чувствует, как что-то чересчур горячее, вязкое и тягучее вливается в нее, обильно. Та слегка приоткрывает рот, высовывая кончик алого языка, тяжело дышит, убирая прилипшие пряди с лица. Скотт, довольный своей работой, плавно опускает её, оставляя еще один засос на шее — но, кажется, он уже никогда не сойдет — быстро натягивает на себя одежду, и, еще раз глянув на нее, удаляется, с самодовольной ухмылкой. Эллисон потирает лоб, улыбаясь. Это действительно было нечто. Одевается, выходя, и следует сзади него. И вновь смущается. Возможно, от того, что они проделали. На встречу ребятам выбегают взбудораженные Лидия и Стайлз, разглядывая их и нервно тряся за плечи. — Вы совсем больные?! — ошарашенно кричит рыжая, накидываясь на подругу, — Пошли в туалет, а сами пол часа пропадали неизвестно где! — они едва заметно переглянулись, а щеки их зарумянились. — Ничего не хотите нам рассказать?! — добавил Стилински, скрестив руки на груди. Его лицо засияло ухмылкой. — Как-нибудь потом всё узнаете, — выпалил Маккол на автомате, и только сейчас до Эллисон дошло, что он все еще без майки. Она так и осталась лежать там, мокрая, скрывая происшествия их бурной страсти.