Манящая тьма

      Кровавые потоки несли Сараду все дальше. Девушка захлебывалась, барахталась. Воздух словно выбили из ее легких, а добраться до поверхности и сделать спасительный вздох никак не выходило. Когда ей показалось, что поток захлестнувший ее бесконечен и выбраться не выйдет, волны отступили, оставив девушку в пустоте.       «Когда идешь через Ад — не останавливайся», — эхом громыхал в голове знакомый вкрадчивый голос.       Сарада не чувствовала ничего. Не было ни тепла ни холода. Одежда, которая должна была быть мокрой и мерзко прилипать к телу, такого дискомфорта не доставляла. Попытка открыть глаза ситуацию не прояснила. Вокруг была лишь темнота. Пришлось сильно потереть глаза, чтобы стало понятно, где она находится.       Тихая река и щебетание птиц в лесу, окружившего берег реки. Солнце светило мягко и приветливо, но Сарада не чувствовала его лучей. На берегу сидел маленький мальчик, на вид ему было около пяти лет. Темноволосый ребенок пытался построить башню из камней разного размера и формы. Тихую идиллию нарушил звук сюрикена, рассекающего воздух. С размахов заточенный метал резался в землю совсем рядом с ребенком, от чего тот вздрогнул и подскочил на ноги, попутно разрушая все свои труды.       Из леса появились вооруженные шиноби. Между ними проходила потасовка. Глаза одних горели красным шаринганом, на щеках других были разноцветные отметины. — Скорее прячься! Беги отсюда! — рявкнула черноволосая женщина, даже не посмотрев на ребенка. Но малыш словно не слышал ее. Он замер, по всей видимости находясь в глубоком испуге о происходящего. — Малый, не будь недоумком! — рявкнул уже порядком израненный мужчина, не глазах мальчика перерезая противнику горло кунаем.       Сарада вздрогнула. Даже для нее, будучи уже опытной шиноби такое зрелище показалось тяжелым. Что же говорить о мальчугане. Она попыталась подойди и прикрыть его собой, отвести в сторону. Но ее руки прошли сквозь мальчика, а крик был не услышан. Судя по всему, окружающие не могли ее видеть. Похоже, Мадара привел ее сюда в качестве стороннего наблюдателя без права действий. Пока Сарада силилась осознать этот факт, случилось страшное.       Ребенок продолжал перепугано наблюдать за происходящим. Мимо него уже несколько раз пролетало холодное оружие, а вспышка огня даже чуть опалила торчащие в разные стороны волосы.       Клан Учиха явно имел преимущество в этой схватке. И, казалось, исход был предрешен. Но неожиданно над ребенком навис крупный мужчина, мускулистые руки заносили над его головой клинок. Дальше все происходило словно в замедленной съемке. Одна из женщин клана Учиха ринулась вперед, бросив разборку со своим противником. Но все что она успела, это заслонить ребенка своей грудью.       Резкий порыв ветра нес в сторону реки темную тучу. Несколько опавших с дерева листков плыли по реке, подгоняемые рябью. Вода стремительно окрашивалась в алый. Темные волосы женщины словно мокрое полотно растекалось по воде. Опустевшие алые глаза были устремлены в небо. — Мама! — раздался душераздирающий крик ребенка. — Мам-м-м-м-а! — заикался и терялся в рыданиях он.       Не понимая что происходит, мальчик тряс уже мертвое тело своей матери в надежде, что та подаст признаки жизни. — Мадара! Маленький придурок… Ты хоть понимаешь, что натворил? Ты убил ее!       После этой потасовки в выживших остались мальчик, на деле оказавшийся Мадарой Учиха и мужчина из его клана. Маленький Учиха спрятал лицо в руки и расхлебнулся в рыданиях. — Это не я! Я не виноват! Я не убивал маму…       Сараде хотелось вступиться за малыша, утереть его слезы. В ее голове даже не укладывалось, что перед ней сейчас тот самый страх шиноби на долгие века.       «Маленький мальчик, с ранних лет живший посреди ужаса войны. На его глазах погибла его мать, в попытке защитить. Его же клан обвинил в смерти матери. Насколько же суровы были времена прошлого» — пока Сарада размышляла над этими моментами, люди на берегу исчезли, словно их и не было. Остался только ребенок. — Скажи мне, разве это справедливо? — полные слез черные глаза внезапно обратили свой взор прямо на Сараду.       Внезапно она ощутила толчок в спину. Словно невидимая сила подталкивала ее вперед. Поддавшись импульсу Сарада проследовала вниз по течению реки. — Не останавливайся, — крикнул ей в след мальчишка.       Вскоре тропа вдоль реки вывела ее к новой сцене.       Все тот же мальчик сидел на берегу реки и кидал в спокойную водную гладь обточенные камушки. Его косматые черные волосы уже порядком отросли, но было видно, что за ними давно никто не ухаживал. На вид ему было лет восемь. В глазах была грусть, а выражение лица было такое, словно он не смотря на свой юный возраст уже глубоко отчаялся в жизни.       Сарада предположила, что после смерти матери Мадара замкнулся и взвалил на себя груз всей вины. Когда все это случилось он был достаточно взрослым, чтобы все осознавать, но слишком юн, чтобы справиться с этим в одиночку. Возможно, даже клан отвернулся от него. В столь юном возрасте, когда положено удивляться всему окружающему, с упоением играть и нежиться в объятиях матери ему пришлось пережить такое…       Очередной увесистый камень отточенным движением был запущен в воду. Круги на воде стремительно разбегались по водной глади, нарушая ее спокойствие. — Забавно. Река была спокойна. Но я бросил камень и одним ударом на долго нарушил это спокойствие, — мальчик выглядел задумчивым, а в его голосе слышалась хрипотца от долгого молчания. Впрочем, он этого не смутился. — Так и в жизни, одно резкое движение куная может изменить все, — привел очень глубокую для своего возраста аналогию ребенок. Смерть матери и в прямь оказалась огромной травмой. — Кто ты? Я уже видел тебя раньше. Ты была здесь же, на берегу. В тот день, когда все случилось, — Мадара резко повернул голову к Сараде, давая понять, что обращается именно к ней. — Я думала, что ты сам показываешь мне эти воспоминания… — растерялась девушка. — Показываю что? — не совсем понял мальчик.       «Лучше промолчать», — решила для себя Сарада.       Поддавшись неожиданному порыву жалости она склонилась над ребенком и крепко обняла его, прижимая к себе. Мальчик сначала крепко прижился к ней, наслаждаясь лаской по которой он так соскучился, но вскоре одумался и попытался отпрянуть. Но Сарада только крепче прижала его к себе и запустила руки в его спутанные волосы. Пустя пару минут ей показалось, что ребенок засыпает, а это означало, что пора идти дальше. — Не останавливайся, тут опасно, — сквозь сон Мадара пробормотал ей свое напоминание. — И я не слабак! Не нужно было меня жалеть.       Уверенным шагом Сарада направилась дальше по течению реки. Вся эта история заставила ее активно призадуматься о многих вещах, которые ранее казались ей такими естественными.       Шаг за шагом. И вот вдали вновь показалась черная косматая копна волос. На этот раз они выглядели опрятнее. По всей видимости, мальчик научился за ними следить. Мадара стал старше, теперь ему было около десяти. Он вновь кидал камни и был один на берегу. Но в этот раз по другую сторону реки стоял другой мальчишка. Его волосы были светлее и короче, а взгляд беззаботнее и жазнерадостнее. Они были словно отражением друг друга. Мальчики беззаботно болтали, поочередно соревнуясь в умении бросать камни. Хаширама, именно так Мадара обращался к своему собеседнику, по всей видимости учил его не только бесцельно топить камни в воде, но и пытаться превратить это в игру.       Постепенно недоверие на лице Мадары сменялось теплой улыбкой. Похоже, они познакомились совсем недавно, но уже успели проникнуться. Сарада решила не мешать им и постаралась незаметно продолжить свой путь, когда Хаширама весело помахал рукой на прощание и скрылся в лесной чаще. — Кто ты такая? Почему я снова тебя здесь вижу? — девушка уже думала. Что ей удалось остаться незамеченной, но зоркий глаз мальчика таки настиг ее. Решив оставить вопрос без ответа, Сарада прыжком поднялась на дерево и поспешила скрыться из виду.       Следующая сцена по началу удивила Сараду. Все было как и в прошлый раз. Мадара и Хаширама стояли по обе стороны от реки и все так же непринужденно общались. С одним лишь отличием. В воздухе чувствовалось некое напряжение. Девушка уже хотела было продолжить свой путь, но тут все изменилось. Как оказалось, она стала свидетелем засады.       В те времена сложно было заводить друзей. Особенно опасно, если твой друг незнакомец из чащи. Сенджу и Учиха не могли быть друзьями. Отцы мальчиков не хотели рассматривать иного мнения. Младшие братья тоже участвовали в засаде. По трагичной случайности в тот день не стало одного из них. А Мадара вновь оказался виноватым перед своим кланом.       Множество кровавых смертей взрослых и детей, борьба за жизнь, одиночество и наконец убийство матери прямо на его глазах. Такие события либо ломают психику, либо делают человека сильным, жестким и черствым. Проведя этот короткий анализ, Сарада пришла к выводу, что Мадара скорее не великое зло, а итог всей жестокости его времени. — Тяжелые времена порождают монстров… — тихо прошептала очередной вывод себе под нос девушка.       И неожиданно для самой себя ей стало стыдно. Стыдно за то, что так отчаянно пыталась доказать свое превосходство. По сути, пыталась уподобиться своим предкам. Кляла все эти детские миссии по поискам и спасению котят. Она считала, что они не дают ей развиваться. Но на самом деле… На самом деле они оказались первым поколением, которое так долго жило без войны. За шестнадцать лет своей жизни она не похоронила ни одного своего одноклассника. Мир начинал меняться и вместо злобы нужно было радоваться этому. — Ты враг?! — с размаху в спину Сарады летит сюрикен. Бросок еще не отработан и девушка с легкостью уклоняется. — Я не могу быть врагом, — усмехается столь абсурдной идее Сарада. — Но когда ты появляешься, всегда начинается это, — Мадара многозначительно развел руками вокруг места побоища, окрашенного кровью. — Думаю, спустя время ты сам мне расскажешь кто я, — неопределенно подвела итог Сарада и поспешила вперед. — Беги и не останавливайся, иначе в следующую встречу я убью тебя, — в голосе еще совсем маленького мальчика чувствуется настоящая угроза.       До следующей встречи Сараде пришлось идти довольно долго. Она застигла ее немного поодаль от берега на залитом солнцем поле. Мадара выглядел повзрослевшим. Теперь ему было примерно столько же лет, сколько Сараде.       Юноша лежал на земле после сражения с Хаширамой. Он пытался отстоять честь клана, пытался проявить себя как лидер, но проиграл Сенджу и получил вновь лишь порицание от собственной семьи. Все было, как и всегда. — История пишется кровью. В особенности, если это история клана Учиха, — Сарада уже привыкла к таким внезапным и пространным размышлениям этого человека.       Судя по всему, размышления были его излюбленным занятием с детства. Будь на ее месте Боруто, он обязательно бы ввернул что-то о том, что так много думать вредно.       Воспоминания о друге согрели ее, словно солнечные лучи. В этом мире Мадары все было пропитано болью и утратой, поэтому нехватка простого счастья чувствовалась особенно остро. — Ты же помнишь, я обещал тебя убить в следующую нашу встречу, — слова звучали грозно, но сил не было даже на то, чтобы подняться с земли.       Сарада молчала. Она не знала, что ей еще говорить. Слабо понимала для чего Мадара решил провести его через всю свою жизнь. Может для того, чтобы она лучше его поняла? Но где здесь связь с ее желанием обрести силу? — Ты тоже из клана Учиха. Я верно понимаю?       Девушка неуверенно кивнула. — Но почему тебя никто кроме меня не видел? Я спрашивал. Ни разу. Ни в одну нашу встречу тебя не видел никто. — Я не могу дать тебе ответы. Скорее, я жду объяснений от тебя. Но, похоже еще не время. Считай меня просто наблюдателем.       Решив окончить разговор Сарада прошла мимо, направляясь дальше. Ей захотелось пройти эту дорогу до конца. История, в которую ее погрузили, начинала затягивать.       Впереди ее ждали еще несколько сцен. Все они имели одну суть: боль, предательство, одиночество, утраты.       «Было ли хоть что-то хорошее в жизни этого человека?» — задавала сама себе вопрос Сарада, проникаясь очередными увиденными событиями.       Вновь берег реки. Вновь вода имеет кровавый отлив. Мадара уже молодой мужчина. Сараде больше не удобно обращаться к нему на «ты». Учиха сидит на коленях, смачивая окровавленную ткань. Глаза закрыты такой же повязкой. — Я чувствую тебя, — голос звучит спокойным. Но Сарада знает, она не просто так видит его сейчас. — Что произошло на этот раз? — Стал главой клана, но меня все еще презирают, а теперь еще и боятся, — руки обессилено погружаются в воду. — Что с глазами? — А, это… Ты же Учиха и должна знать, как получишь великую мощь? — Шаринган? — неуверенно бормочет девушка. — Ты слышала о Мангеке? — Совсем немного, — Сарада неуверенно мотает головой. — Давай так. Я рассказываю тебе о глазах, а ты говоришь почему не постарела ни на день за все эти года. — Ты словно можешь видеть без глаз, — удивленно подмечает девушка. — Получив Мангеке любой Учиха обретает свою настоящую силу. Думаю, ты уже видела, как я убил лучшего друга. Наша история основана на боли. Только через нее мы можем получить силу. — То есть, чтобы стать сильнее мне нужно убить близкого мне человека? — Именно. — А если я не хочу этого делать? — Значит, тебе не нужны эти глаза. В клане Учиха все приходит через отчаяние, боль и потери. По другому у нас не бывает. Пора бы понять, хотя бы на моем примере. Ладно, слушай дальше. Убить друга — как оказалось, это еще не все… С Мангеке твои глаза изменятся навсегда. Такое не проходит бесследно. Но будет и подарок, появляются три уникальных навыка. Развив их, ты можешь стать сильнейшим. Это чувство пьянит. Ты все чаще используешь эти силы. Но глаза не вечны. Мощные техники требуют слишком много в замен и забирают главное для нас — зрение. — Но есть лекарство и от этого недуга, — Мадара усмехнулся и начал медленно разматывать повязку. — Достаточно забрать Мангеке другого Учихи. — Чьи? — Сарада пребывала в ужасе. — Ты же уже поняла, что не просто так застала меня? Сегодня не стало моего младшего и последнего брата остававшегося в живых, Изуны.       Мадара старался казаться холодным, но Сарада провела уже много времени в его воспоминаниях и теперь отличала моменты его глубокой скорби. — Но неужели это стоило того? — Сила — самое главное. Она стоит всего! — И что же клан? Он принял тебя? — Нет. Стали только бояться еще больше. Я запутался. Не знаю что делать и куда идти, — Учиха казался опустошенным. — Когда идешь через Ад — не оборачивайся, — задумчиво Сарада озвучила совет, который был дан ей перед этим путешествием и раз за разом напоминался по ходу. — Теперь твоя очередь отвечать. Почему за все года ты так и не изменилась? — Я не живу в твоем мире, всего лишь наблюдаю. Когда Сарада уходила. — До встречи, — звучало как констатация факта.       И следующая их встреча произошла в нетипичном месте. По мере ее путешествия по воспоминаниям Мадары некогда кристально чистая река все больше наполнялась кровью. Внезапно этот алый бурлящий поток оборвался. Вместо реки перед Сарадой раскинулось огромное поле маков. То самое место, где они сейчас находились с Боруто и Митсуки в их реальности.       Напутствия, полученные ранее подталкивали ее вперед и шаг за шагом Сарада преодолевала широкое поле. Она уже не понимала, как далеко зашла, но неожиданно на ее глазах появился каменный выступ, оказавшийся путем в подземную пещеру. Ноги уже гудели от сегодняшнего долго путешествия. На миссиях ей приходилось преодолевать куда большие расстояния. Но, по всей видимости, путешествия через воспоминание и годы было куда сложнее простой дороги.       Покатые каменные ступени убегали глубоко под землю, а темнота ограничивала обзор. Держась руками за холодные стены Сарада спешила вниз. Ей казалось, что кульминация всего этого действа ждет ее внизу.       Ожидания оправдались. Когда она преоболела последнюю ступень перед ней вдали замаячил огонек. Направившись к нему на встречу девушка оказалась в просторной пустой каменной комнате. Одна из стен была покрыта рисунками и схемами, а подле нее стоял большой камень, покрытый надписями, к нему вел коридор из подвесных чаш со свечами. Это место напомнило Сараде некий ритуальный зал. В этом же зале, склонив голову перед камнем ее встречал Мадара.       Тот самый Мадара из ее детских снов. Взрослый, опасный, с угрожающим взглядом красных глаз с причудливым рисунком и вкрадчивым голосом. В этот раз на нем не было красных доспехов, лишь черное кимоно из плотной ткани. — Ну здравствуй, малышка, — хриплый от долгого молчания голос разрезал тишину. Он уже долгое время ждал ее здесь. — Это та версия тебя, что отправила меня сюда или еще одно воспоминание, — окончательно запутавшись в том, что ее окружало, задала вопрос Сарада. — Но если я окажусь лишь воспоминанием, как я буду знать об этом? — уклончивый ответ был сопровожден улыбкой. Притягательным искривлением тонких потрескавшихся губ. — Ты сам направил меня сюда. Зачем? — И каким же образом я отправил сюда малышку? — вновь насмешка. — Как же, а эти слова про дорогу через Ад и совет не оглядываться? — обращение Мадары сильно ее раздражало, когда он называл ее так несколькими годами ранее это не выглядело так вульгарно. — А разве не ты мне их сказала первой? — вновь усмешка.       Прошлое и настоящее переплелось. Она стала его прошлым в то время, как он стал ее будущим. — Почему ты называешь меня «малышкой»? — решила сменить тему Сарада, а заодно попытаться прояснить ситуацию. Мадара из прошлого не может знать ее имени. — Потому что ты, Сарада Учиха, для меня еще юный ребенок. — Значит ты?.. — Не пытайся проанализировать меня. Сейчас ты на моей территории. А значит, правлю бал здесь я. Тебе хотелось узнать секрет силы. Ты его узнала. Но не остановилась. Соответственно, хочешь не просто ведать, но и владеть. У тебя есть друг, но готова ли ты убить его? — Нет! — категорично звучит ответ. — Подумай, забрав одну жизнь, ты сможешь спасти несколько других. — Я не буду этого делать! — с небольшим промедлением заявляет Сарада. — Что же, понимаю, просто еще не готова. Но ты придешь к этому, обещаю. Все выбирают это, — грустно ухмыляется мужчина. — Вы говорили, что можете предложить мне знания и силу. Я готова. — Тебе уже известен секрет Мангеке. И, ками-сама, давай без этих условностей. Ты уже достаточно тесно меня знаешь, чтобы обращаться на «ты». — Неужели великий Мадара справлялся одними лишь глазами? Я разочарована. — Я разрешал не обращаться ко мне на «вы», а не дерзить. Ты видела все значимые события в моей жизни. Какие выводы сделала?       Мадара с интересом выслушивал умозаключения юной Сарады, изредка внося поправки и проводя краткий экскурс по истории. Ему хотелось, чтобы она увидела эту жизнь его глазами. — Ты ищещь легкой силы, ищещь ответов. Все это ты сможешь найти здесь. Это древнее убежище нашего клана. Обратившись к предкам можно получить многое. Дорога сюда тебе уже известна. — Мне нужна сила уже сейчас. Я должна спастись! — словив себя на эгоистичном высказывании Сарада испугалась своего образа мыслей и исправилась — Должна спасти друзей. — Сейчас ты бунтуешь, думаешь, что умнее всех. Многие были такими. И чем скорее ты примешь свою бездарность, глупость и никчемность, тем большего сможешь достичь. Найди это место и получишь то, что ищешь. Но легкие достижения всегда имеют тяжелые последствия. До встречи, пока я больше не хочу продолжать с тобой разговор.       После этих слов все вокруг уже привычным образом стало погружаться в темноту. Было ли увиденное на самом деле или это просто сновидения, подаренные измученному сознанию прерывистым сном полуобморочного состояния, Сарада не знала. Но произошедшее дало много пищи для размышлений.       Окровавленные тонкие ноги пошатывались, словно были слеплены из необожженной глины, тело клонило из стороны в сторону, а голова обессиленно повисла. Шаг за шагом Сарада обагряла красные маки на своем пути алой кровью. Сил идти почти не осталось, сейчас в сознании шла острая борьба между решением встать на колени и ползти и тем, чтобы просто упасть и заживо похоронить себя в этом кровавом месте. Да и где была гарантия, что она и впрямь сможет найти вход в эту пещеру. А если и сможет, то найдет ли там необходимую силу?       Над маковым полем разливался алый рассвет, пожирая красноту цветов. Из темноты пещеры выходила девушка. Голова была гордо поднята вверх, темные волосы трепал порывистый ветер. Пальцы сильных рук были плотно сжаты в кулаки, а на теле не было и ссадины. За ее спиной был закреплен серый гунбай с томое, повторяющим рисунок красный глаз.